Добавил:
ivanov666
Опубликованный материал нарушает ваши авторские права? Сообщите нам.
Вуз:
Предмет:
Файл:Право есть власть, основанная на правде. Неопубликованные юридические труды
.pdf
Теория государства
Но когда есть семейства, столько же сильные, как роды: то не все
ли равно? Род представляет целую связь разных прав вещественных
под одним управлением. Семейство представляет одно право вещественное. Семейство раздробляется − род не раздробляется, но прирастает, и чем более, тем сильнее.
Если семейство просто вещественное разрушение, то все разрушено. В роду при разрушении одного остаются другие. Словом, в роду есть
федерация, есть сноп, а в семействе колос. Семейства могут соединяться в систему федеративную в республике, а в монархии никак не могут.
Англия может ли быть республикой? Какая федерация может быть
между семейством индийца и семейством англичанина?
К учреждениям
1
Царствовать, правительствовать, управлять (regner, gouverner,
administrer2).
Царствует, правительствует Государь, управляет властью. Правительствовать есть давать обязательную силу законам, начало и цели
управлению посредством учреждений и высшего надзора.
Части, подлежащие правилам и управлению, есть:
а) внутри государства: полиция, суды, государственная экономия
и государственные силы;
б) вне – внешние сношения.
Государственная экономия отличается от государственных сил тем,
что первая управляет источниками силы, приводит в благоустройство
промышленность, земледелие, сообщения и торговлю. Вторая правит
участками силы, отдельными для действия державного права.
Царствовать есть давать законы.
Правительствовать есть давать законам их обязательную силу
посредством учреждений.
Deux institutions organiques:
judicaire et administrative
3
La détermination des droits suppose deux institutions organiques:
judiciaire et administrative. Partout où il y a contestation sur la propriété ou
sur le droit privé, c’est l’institution judiciaire qui doit agir. Dans tout ce qui
1
ОР РНБ. Ф. 731. Д. 1582. Писарская копия. Б.д.
2
Царствовать, правительствовать, управлять (франц.).
3
ОР РНБ. Ф. 731. Д. 1464. Писарская копия. Б.д.
181
Теория государства
regarde d’autres droits, c’est l’institutions administrative qui agit. Dans la
première la question à résoudre c’est à qui appartient le droit. Dans la seconde
c’est: si l’exercice du droit a été conforme à la nature du droit. C’est-à-dire
si le délégué a réglé les ordres de son principal ou de son souverain.
Quand à la justice du droit en lui-même c’est le Conseil législatif qui en
est le juge, c’est devant lui que les parties sont appelées en contestations1.
Образование гражданского общества
2
Образование гражданского общества зависит от образования
власти предержащей, то есть от образования власти законодательной и управляющей; а [так] как та и другая из сих властей слагается
из двух элементов, из силы нравственной и внешнего могущества,
то образование гражданского общества окончательно зависит от состояния и пространства, какие имеют сии две силы во власти законодательной и во власти управления, то есть в лице предержащем
в Государстве.
Государства не слагаются внезапно: они слагаются из родовых об-
ществ и суть долголетнее, органическое их произведение. − Посему
и состояние, и пространство сил власти в них предержащей имеет
непосредственную связь с состоянием и пространством сих сил в обществе родовом предшествующем.
Три формации здесь различить должно: постепенную, колониаль-
ную и внезапную. В первой родовые общества срастаются органически и переходят в порядок Государственный постепенным ограничением, но не ниспровержением порядка родового. В сей формации
оба сии порядка движутся совокупно, и хотя один подчинен другому,
но оба сохраняют жизненные их силы3. С тем только различием, что
1
Два органических (организационно оформленных) института: судебный и ад-
министративный.
Определение права предполагает наличие двух органических институтов: судебного
и административного. Везде, где возникает спор по поводу собственности или частного
права, действовать должен судебный орган. Во всем, что касается других прав, действуют
административные институты. В первом случае необходимо решить вопрос о том, кому
принадлежит это право. Во втором: соответствовало ли осуществление права природе
права. То есть выполнил ли уполномоченный приказы своего принципала или суверена.
Когда дело касается отправления правосудия как такового, то его судьей является
законодательный совет, именно перед ним стороны вызываются для оспаривания.
2
ОР РНБ. Ф. 731. Д. 1566. Писарская копия. Б.д.
3
Родоначальник сохраняет свою силу нравственную посредством феодальной
собственности; а внешнее могущество – сперва посредством вооруженных союзов,
felde, (коммуна (нем.)) а потом посредством богатства, а богатство посредством права
182
Теория государства
силы сии в порядке государственном возрастают, а в порядке родовом уменьшаются. Но и возрастают, и уменьшаются постепенно,
без перелома.
Сей двоякой жизнью сил совместимые движения двух порядков
общества определяются состоянием и пространством власти в Государстве предержащей, определяется состав законодательства его и управление. Законодательство его не может быть другое, как сеймовое.
Сеймовый состав законодательства сначала естественно слагается
из тех родоначальников, коим власть принадлежала в предыдущем
обществе, из родовой аристократии исключительно или совокупно
с аристократией духовной.
Бытие и сила сих аристократий основана на силе их нравственной,
а не богатстве. Но сила нравственная временем и разделением ее
между властью верховной и родовой слабеет, а богатства мало-помалу разделяются; части их приходят в руки промышленности; там
оплодотворяемые трудом, растут, умножаются, скопляются в отдельные массы. Таким образом, восстает новое могущество, и обладатели его, сложив себя в корпорацию, требуют себе места и участия
в законодательстве. Противно было бы природе вещей, чтобы сила
оставалась без действия, не искала бы сохранить себя и обезопасить.
Таким образом, к двум первым видам аристократии прилагается
третий, аристократия богатства, труда и промышленности. Но труд
и промышленность не растут без просвещения, следовательно, вместе с ними образуется новое могущество, могущество ума. Оно есть
также сила, и также требует действия, также ищет сохранить себя
и обезопасить.
Таким образом, новый состав законодательства, начавшись с двух
элементов, впоследствии образуется из четырех. Мудрость состоит
не в том, чтобы элементы сил друг друга исключали, но в том, чтобы
действовали хотя и в борьбе, но без истребления.
первородства. Первая сила падает с феодализмом и с обращением всего в собственность.
Вторая − с раздроблением имущества. Но из низших одно только простое обладание
может превратиться в нижнее. Высшая степень обладания (jure in re) всегда содержит
в себе все низшее. Но из сего состава по воле обладателя или без воли его, низшая степень может быть отделена от высшей. Если отделена по воле, то она составит особую
степень права, если поневоле, то рождает право пени. В каждой степени права есть свои
составные части: пользование, экономия, изменение и охранение. От сего последнего
происходят actiones (действия (лат.)). По числу их можно добраться, сколько римляне
полагали степеней в праве. Когда степень не определена, тогда actio si factum (действие,
если оно выполнено (лат.)). (Ссылка авторская).
183
Теория государства
Неустройство общества от разности
в нравственном образовании людей
1
Знатная часть неустройства и несчастий в обществе происходит
от разности в нравственном образовании людей. Есть умы, есть сердца, кои живут веком впереди, есть другие, кои живут веком позади,
есть, наконец, иные, и большая часть, кои живут только в настоящем,
без воображения и памяти. Какой источник споров и противодействий:
ибо каждый не только хочет мыслить, но и действует по-своему.
Мудрость правительства состоит не в том, чтобы погасить ум и воображение, и не в том, чтобы изгладить воспоминания, но в том, чтобы
сохранить одну цепенеющую хладную жизнь настоящего. Это значило
погасить веру и надежду, всякое чувство усовершения; это есть род
богоотступничества и эпикуреизма2. Это есть подвергнуть общество
весьма опасным непредвидимым внезапностям – подвергнуть его
упадку и рабству других.
Мудрость правительства состоит в умерении взаимного действия
сих трех начал, беспрестанно борющихся и враждующих, и самую
вражду их обратить в пользу усовершения, но усовершения не порывистого, а мирного и постепенного.
Бóльшая часть превращений произошла от того, что люди с пламенным воображением обыкновенно свои желания и надежды представляют все желания и надежды общими, следовательно, ставят всех
других в одинаковой степени образования. На поверку же выйдет, что
под теми же словами общего блага все понимали не общее, но свое
благо, и, следовательно, каждый хочет образовать общество по-своему
и большей частью в свою пользу.
В странах европейских умы первого рода взяли приметный перевес.
Интерес всех правителей состоит ныне в том, чтобы дух сей не проник
и в Россию. Ибо на Российском правительстве утверждается якорь
всех Государей, против внутренних волнений. Россия одна может им
сказать: quos ego?3. Без России все они ринулись бы опрометью в страну
надежд и желаний.
1
ОР РНБ. Ф. 731. Д. 1546. Писарская копия. После 1824 г.
2
Эпикуреизм (эпикурейство) — философское учение, исходящее из идей Эпикура и его последователей. Согласно ему, высшим благом считается наслаждение жизнью, которое подразумевает отсутствие физической боли и тревог, а также избавление
от страха перед смертью и богами, представляющимися безразличными к происходящему в мире смертных.
3
Кто я? (лат.).
184
Теория государства
Du gouvernement militaire de la Russie
(О военизированном управлении России)
1
Le gouvernement de la Russie est militaire, ainsi l’a voulu non pas un tel
ou tel souverain, mais la Nature elle-même. La force militaire est principe,
le premier intérêt de la Nature. Elle est venue trop tard pour l’industrie; elle
est trop mal situé pour le commerce.
C’est la force militaire qui constitue seule notre prédomination en Europe.
Pourquoi la Grèce et la Turquie ne sont elles pas envahies par l’Angleterre?
Parce que l’Empereur de Russie, en se levant un beau matin, peut se dire:
je veux marcher vers Constantinople, et il y va accompagné de trois cents
milles hommes.
Pourquoi la France, l’Italie, l’Allemagne n’ont-elles pas changées les
forme de leur gouvernements et ne se sont constituées en Républiques? Parce
que l’Empereur de Russie ne l’a pas voulu, parce que le vouloir ce serait faire
rejetter la Russie à la dernière place dans la civilisation, de faire augmenter
la distance qui la sépare des pays civilisés, ou bien de la précipiter dans des
voies pour lesquelles elle n’est pas encore préparée, et ne saurait se placer
avec avantage et sons toute son existence politique.
Mais la propriété individuelle? On ne se choisit pas sa destinée, elle nous
est donnée toute faite par les inconstances où nous sommes nés.
La mesure de la propriété individuelle est relativement bien plus exigüe
dans un gouvernement absolu que dans un gouvernement libre. Car on n’y
jouis pas de la plus noble partie de l’existence sociale – de la vie publique:
on n’a pas de patrie proprement dete, on vit au camp. On peut être juste,
on peut être bon, on peut être même passablement heureux, mais toujours individuellement, toujours d’une manière plus ou moins précuire.
Et gardez-vous bien de confondre ces deux situations si différents; évitez
les illusions de l’opinion publique; elle ne faite qu’ajouter à la force absolue – déjà prépondérante. Car en tolérant vus petites libertés, vus accès
républicains, elle se donne le vernis de libéralité qu’elle n’a pas, et finit
par croire qu’elle est toute débonnaire, et que le gens sont bien bêtes ou
bien mutins de désirer autre chose que de végéter et de s… en paix à son
ombre protectrice. Cela augmente le mal en ôtant jusqu’à la conscience
du mal.
Mais cet état des choses durera-t ’il toujours, durera-t ’il longtemps?
Longtemps peut-être; toujours, à Dieu ne plaise!
Et voulez-vous voir l’aurore, la voici.
1
ОР РНБ. Ф. 731. Д. 1521. Писарская копия. Б.д.
185
Теория государства
Tout gouvernement militaire entraine des grandes dépenses. Toutes
dépenses supposent des revenues; et les revenus supposent l’industrie,
l’intelligence.
Et bien que le gouvernement militaire, par son action direct est ennemi de
tout développement de l’intelligence; indirectement cependant en protégeant
l’industrie, il la fait avancer.
Qu’est ce qu’il en résulte?
La Nature s’avancera toujours dans la carrière des richesses et de l’esprit;
or, le savoir est un pouvoir, a dit Bacon, et les richesses qui sont certaines, −
un autre pouvoir.
Voila, donc deux forces aux prises et l’histoire est la pour décider à qui
l’importera.
Mais la nouvelle organisation de la force militaire diminuera les dépenses,
rendra le Gouvernement indépendant de l’industrie, et par conséquent cette
protection indirecte disparaitra.
1) Gardez-vous bien de croire qu’un gouvernement militaire peut
ne pas être prodigue. C’est contre son essence. Car il faut qu’il soudoie,
qu’il achète tout: et les talons, et le zèle, et jusqu’aux plus petites vertus.
Car quel autre stimulant dans un corps, qui ne vit plus de sa vie naturelle
et politique?
2) Voyons de plus près cette nouvelle organisation militaire.
En dégageant le peuple du fardeau de recrutement, elle donne par là un
nouvel à l’industrie et par conséquent à la richesse et à l’instruction.
Au lieu de……toure dépendant de son……elle institue des corps puissants
et réels et qui pis est des corps qui sauraient bientôt compter leurs richesses
et d’y tenir.
Un régiment réfractaire est bientôt cassé et reparti. Mais une population
de gouvernement à 8/m hommes, femmes et enfants n’est pas bientôt
exterminé de facilement excitée pour partir en Sibérie.
En arrachant aux propriétaires nobles un des moyens les plus puissants
comme le plus facile de contenir leurs paysans dans la servitude. Elle fait −
faire un pas immense à la liberté civile.
En rompant par là le seul lien qui liait la noblesse à les intérêts, elle se
suscite une force d’opposition d’autant plus redoutable, qu’elle sera plus
aigrie, plus passionnée et plus relâchée.
Qu’est ce qui s’en suive? Vous voyez les forces en présence, lisez
l’histoire.
Considérez avec cela que l’intérêt des nations civilisées n’est pas que
la Russie – soit un Colosse de puissance militaire, prédominante, mais
qu’elle entre dans les voies de la civilisation pacifique, ou elle ne dominera
186
Теория государства
plus, mais sera dominée – comme la sœur la plus cadette de la famille
Européenne1.
1
Правительство России военное, так захотел не тот или иной государь, а сама
природа. Военная сила − это принцип, первейший интерес природы. Она была создана
слишком поздно для промышленности; она слишком плохо расположена для торговли.
Только военная сила составляет наше преобладание в Европе.
Почему Греция и Турция не были захвачены Англией? Потому что российский
император, проснувшись в одно прекрасное утро, может сказать себе: я хочу двинуться
в Константинополь, и он отправится туда в сопровождении трехсот тысяч человек.
Почему Франция, Италия, Германия не изменили формы своего правления и не стали республиками? Потому что российский император этого не хотел, потому что желать
этого означало бы отбросить Россию на последнее место в цивилизации, увеличить
расстояние, отделяющее ее от цивилизованных стран, или, наоборот, подтолкнуть ее
на путь, к которому она еще не готова, и не может расположить к себе с пользой все
свое политическое существование.
Но частная собственность? Мы не выбираем свою судьбу для себя, она дана нам
в силу обстоятельств, в которых мы родились.
Мера индивидуальной собственности относительно намного меньше в абсолютном
правительстве, чем в свободном правительстве. Потому что там мы не наслаждаемся
самой благородной частью социального существования – общественной жизнью: у нас
нет собственной родины, мы живем в лагере. Мы можем быть справедливыми, мы можем
быть хорошими, мы можем быть даже довольно счастливыми, но всегда индивидуально, всегда более или менее. И будьте осторожны, чтобы не перепутать эти две такие
разные ситуации; избегайте иллюзий общественного мнения; они только добавляют
к абсолютной силе − уже преобладающей. Потому что, терпя ограниченные свободы
и республиканский доступ, она придает себе оттенок либеральности, которого у нее нет,
и в конечном итоге считает, что люди либо глупы, либо мятежны, если желают чего-то
другого, кроме как прозябать и жить... в мире его защитной тени. Это увеличивает зло,
устраняя даже осознание зла.
Но будет ли такое положение вещей продолжаться всегда, долго ли оно будет продолжаться? Возможно, надолго; всегда, не дай Бог!
И хотите ли вы увидеть зарю, вот она.
Любое военное правительство сопряжено с большими расходами. Все расходы
предполагают доходы; а доходы предполагают индустрию, интеллект.
И хотя военное правительство своими прямыми действиями является врагом всякого
развития интеллекта; косвенно, однако, защищая индустрию, оно продвигает его вперед.
Что из этого следует?
Природа всегда будет продвигаться по карьерной лестнице богатства и разума;
знание − это сила, говорил Бэкон, а богатство, несомненно, − другая сила.
Итак, борются две силы, и история решает, кто будет сильнее.
Но новая организация вооруженных сил сократит расходы, сделает правительство
независимым от промышленности, и, следовательно, эта косвенная защита исчезнет.
1) Остерегайтесь верить, что военное правительство не может быть расточительным.
Это противоречит его сути. Ибо надо, чтобы он подкупал, покупал все: и усердие, и даже
самые маленькие добродетели. Ибо, какой еще стимулятор есть в организме, который
больше не живет своей естественной и политической жизнью?
2) Давайте подробнее рассмотрим эту новую военную организацию.
История права
О началах законоведения римского
в приложении их к российскому1 (1826 г.)
Особенные причины содействовали запутанности в Римском
правоведении.
1. Толкователи законов, все более или менее стряпчие, по привычке
и тонкостям, сему роду службы свойственным, раздробляли юридический язык, умножали число элементов его до безмерности и без нужды,
часто считая, что особенным элементом, особенно частью языка, что
было только синонимом одного и того же понятия. Когда же начали
они помышлять о том, чтобы сложить сии элементы по законам аналогии, привести их к общим началам, устроить науку, то потерялись
в собственных своих раздроблениях2.
Освобождая людей от бремени вербовки, оно тем самым дает новую жизнь про-
мышленности и, следовательно, богатству и образованию.
Вместо... зависящей от нее... она создает могущественные и настоящие сословия и,
что еще хуже, сословия, которые скоро смогут подсчитать свои богатства и удержать их.
Непокорный полк может быть вскоре разбит и перемещен. Но правительственное
население численностью 8 тысяч человек, состоящее из мужчин, женщин и детей,
не может быть вскоре истреблено или его легко будет побудить уехать в Сибирь. Отняв у помещиков-дворян одно из самых могущественных и самых простых средств
сдерживания − их крестьян в кабале, она делает огромный шаг к гражданской свободе.
Разрывая этим единственную связь, связывавшую дворянство с его интересами, оно
создает себе силу противодействия, тем более грозную, чем более озлобленную, более
страстную и более раскованную.
Что за этим последует? Вы видите, какие силы присутствуют, − ознакомьтесь с историей.
Учтите при этом, что интересы цивилизованных наций заключаются не в том, чтобы
Россия стала колоссом военной, доминирующей мощи, а в том, чтобы она вступила
на путь мирной цивилизации, так она больше не будет доминировать, а будет доминировать – как младшая сестра в европейской семье.
1
ОР РГБ. Ф 731. Д. 1165. Писарская копия. 1826 г.
2
Примером сего излишнего раздробления может служить разделение людей
на своеправных (sui juris) и чужеправных (alieni juris). Здесь jus очевидно есть самостоятельность, свобода. Если самостоятельность сына принадлежит отцу, если он ее не имеет:
то он не может иметь и обязанностей ни к кому и даже к нему. Следовательно, в отношении к нему он не есть лицо, но вещь. Но вещь может ли повиноваться, приобрести,
наследовать. − Тот, кто обязался договором, с залогом своей свободы per nexum, другому
что-либо произвести или передать, не перестает для сего быть своеправным (sui juris).
188
История права
2. Толкователи законов, при необыкновенной способности раздроблять и топить, весьма мало имели дара восходить к началам, отвлекать,
соединять в один состав (generaliser1). Тибо2 справедливо замечает в них
некоторый ужас от всего общего; сие и быть иначе не могло; век их
не был еще веком отвлеченности. – Общее состояние наук не образовало
еще сего особенного в умах расположения. Вообще отвлечение и восхождение к началам, приведение и изложение всего в высших общих формулах есть явление времен новейших; сия способность приемлет свое
начало и расширяется от наук точных, математических, а в Риме толкователи законов, без сомнения, не весьма сильны были в математике.
3. Толкователи законов и по званию их, и по роду упражнений
должны были созидать науку, строить ее из материалов общенародных, употреблять слова в общенародном их значении, но сие значение в Риме − как и у нас, весьма разнообразно, непостоянно, часто
не свойственно коренному смыслу. Часто одно слово приемлется в значениях, не только не сходных между собою, но даже противоречащих.
Мы пособляем сему важному, не терпимому в точной науке неудобству
тем, что установляем неподвижно смысл таковых слов точным, так
называемым словесным их определениям.
Сие заимствовали мы от наук математических. Древние не употребляли сего пособия. – Все их определения суть так называемые
реальные и большей частью весьма слабые; они сами их страшились,
однако же непрестанно употребляли. Отсюда происходит, что понятия,
кои для писателя были весьма ясны, становятся для читателя темны
и сомнительны. Он принимал слово в одном значении, и в сем значении мысль могла быть ясна и справедлива; а читатель принимает его
в другим, а иной и в третьем, та же мысль и для обоих становится или
ложна, или непонятна: довольно здесь для примера привести слова
«jus3», «usus»4, «posessio»5.
4. Искусственность понятий, не сообразную ни с природой вещей,
ни с существом общества; сюда принадлежат все искусственные, натянутые разделения sui juris и alieni jiris.
Следовательно, могут быть степени своеправности in suo jure, но никакое лицо не может
быть вообще без своеправности (alieni juris). (Ссылка авторская).
1
Обобщать (франц.).
2
Антоний Фридрих Юстус Тибо (1774—1840) − видный немецкий цивилист,
занимал кафедру римского права в Гейдельберге.
3
Право (лат.).
4
Обычай (лат.).
5
Владение (лат.).
189
История права
5. Сочинить книгу и особливо книгу учебную, у нас есть искусство; − к сему не довольно ума; у древних это было просто произведение
ума. Это рассказ умного человека (un discours improvise1) со всею живостью отступлений, переходов, повторений. Тут есть нить мыслей,
но нет точной связи, нет методы. Отсюда происходит, с одной стороны,
та неизобразимая прелесть, какую находим мы в чтении древних; тут
все кажется так легко, так прозрачно, как в разговоре самом живом
и стройном, но отсюда же происходит и то, что все понятия скользят
на поверхности; доколе читаем, то кажется, что все знаем; оставив книгу, потребуем у себя отчета, и на место знания найдешь одни раздробленные, хотя часто изящные и даже глубокие мысли и примечания,
множество тонкостей, но ничего целого, ничего, точной твердой науке
свойственного. Желаешь ли двинуться вперед, − найдешь вокруг себя
одни обрывочные элементы; из них самому все дóлжно вновь строить,
чтобы иметь нечто целое, нечто похожее на науку.
Что делали все те, кои с пятнадцатого века занимались сею наукою? −
Желали, искали, строили, спорили и не успевали от того, что, видя
недостатки в прежнем здании, думали, однако же, что можно исправить
его одними вставками и переделками.
Лейбниц2 думал иначе − один против всех, но это был Лейбниц. −
К сожалению, движения его всемирного ума увлекло его в другую
сторону горизонта знаний, и нам остались одни первоначальные черты
его мыслей.
Решительное доказательство, что сей путь, им предложенный, есть
один путь истинный, состоит в том, что все другие бесчисленные попытки остались безуспешными, и даже не произвели доселе ни одной
системы, которая бы признана была единогласно, или, по крайней
мере, соединила бы большинство голосов.
Кто дерзнет защищать успехи сей науки, когда Савиньи3 утверждает,
и утверждает после того, как наука сия в течение осьми4 веков была
обрабатываема?5.
1
Импровизированная речь (франц.).
2
Лейбниц Готфрид Вильгельм (1646−1716) − немецкий философ, математик,
физик, юрист.
3
Фридрих Карл фон Савиньи (1779−1861) — немецкий правовед и историк, юрист,
представитель исторической школы права.
4
Восьми.
5
Домат, Бентам. (Ссылка авторская). (Жан Домат (1625–1696) − французский
юрист, Бентам (Иеремия Бентам (1748−1832)) − английский юрист и философ, политический мыслитель).
190
Соседние файлы в предмете [НЕСОРТИРОВАННОЕ]