Добавил:
ivanov666
Опубликованный материал нарушает ваши авторские права? Сообщите нам.
Вуз:
Предмет:
Файл:Партийная фронда под секирой НКВД. Киров, Орджоникидзе, Бухарин и деятели Азово-Черноморского края в политических репрессиях второй половины 1930-х го
.pdf
Осенью 1920 г. он нелегально возвратился в Грузию, где у власти
стояло меньшевистское правительство, и принял участие в его свержении. После победы стал членом Тифлисского ревкома, комиссаром внутренних дел, начальником политотдела, председателем ревкома в Александрополе, потом председателем уездных комитетов в
Эчмиадзине, Ново-Баязете. Затем Степана Христофоровича направили на должность заместителя председателя Госплана Закавказья,
также был редактором газеты «Заря Востока». В 1930 г. избран вторым
секретарем ЦК Компартии Армении и одновременно членом президиума ЦИК Армении, членом ЦИК СССР. В этот период Варданян
познакомился с Орджоникидзе, который стал его куратором. Однако
Сталин с неприязнью относился к окружению Орджоникидзе, ненавидел Ломинадзе, негативно относился к Варданяну. По распоряжению Сталина Варданяна отправили из Армении в Россию.
В соответствии с постановлением ЦК ВКП(б) от 21 марта 1932 г.
Варданян был направлен в Северо-Кавказский край и на пленуме
Таганрогского горкома ВКП(б) избран его первым секретарем. Под
руководством Варданяна и при поддержке Орджоникидзе захолустный Таганрог начал превращаться в крупный индустриальный,
культурный, студенческий центр на юге России. Были построены и
начали функционировать цеха металлургического и авиационного
заводов, другие предприятия1.
В октябре 1936 г. Варданян был арестован по приказу Сталина.
Генсек послал Н.И. Ежову следующую директиву: «…о Варданяне – он сейчас секретарь Таганрогского горкома. Он, несомненно,
скрытый троцкист или, во всяком случае, покровитель и прикрыватель троцкистов. Его нужно арестовать. Нужно также арестовать
Гогоберидзе – секретаря одного из заводских партийных комитетов
в Азово-Черноморском крае. Если Ломинадзе был скрытым врагом
партии, то и Гогоберидзе скрытый враг партии, ибо он был теснейшим образом связан с Ломинадзе. Его нужно арестовать».
После ареста Варданяну были предъявлены обвинения по печально известной статье 58-8-11 УК РСФСР. На него дали показания видные таганрожцы. На допросе 22 января бывшего заведующего Литературным музеем в Таганроге, местного писателя
Г.А. Татулова, было «выяснено», что он имел контрреволюционную
связь с Ломинадзе, Чаплиным и Агамаляном, работавшими в то время
в Заккрайкоме ВКП(б). В троцкистскую организацию Татулов был
будто бы завербован самим Варданяном в феврале 1936 г. Варданян
1
Ревенко Л. Варданян Степан Христофорович // Энциклопедия Таганрога. Таган-
рог, 1998. С. 208.
191
ему говорил, что еще в 1932 г. руководством троцкистско-зиновьевской организации было решено произвести ряд террористических актов против руководителей ВКП(б), в первую очередь против Сталина.
Им в 1934 г. удалось убить в Ленинграде Кирова. Варданян подписал
сведения, что лично им был направлен в Сочи один из участников
троцкистской организации в Таганроге – Абрам Маркович Гутман,
который там подготовил базу для непосредственных исполнителей террористического акта над Сталиным. По словам Варданяна, в
1935 г. к Гутману в Сочи ездил второй участник троцкистской организации в Таганроге – Моррисон, редактор газеты «Таганрогская
правда»1.
Аресты Варданяна и Гогоберидзе еще больше обострили отношения между Сталиным и Орджоникидзе. На февральско-мартовском
пленуме, уже после самоубийства Орджоникидзе, Сталин ернически
восклицал: «Сколько крови он себе испортил за то, чтобы отстаивать против всех таких, как видно теперь, мерзавцев, как Варданян,
Гогоберидзе, Меликсетов, Окуджава. Сколько он крови себе испортил и нам сколько крови испортил…»2
А.А. Андреев, выступая на пленуме ЦК ВКП(б) 5 марта 1937 г.,
сообщал компромат о Варданяне:
Вот, например, Варданян. Он был снят в Армении с поста секретаря
ЦК, был снят, и уже один этот факт, разве он не обязывал крайком насторожиться в отношении Варданяна? Конечно, обязывал. Обязывал
крайком проверить этого Варданяна на работе. Фактически дело обстояло совершенно иначе. Фактически Варданян был князьком, своеобразным князьком в городе Таганроге. Город Таганрог и его партийная организация были целиком и полностью отданы в монопольное
пользование этого самого негодяя Варданяна, целиком. У крайкома
было немало сигналов, которые шли от членов партии из Таганрога, о
том, что этот самый Варданян применяет широко систему подкупов,
применяет систему подхалимства. Недаром там рабочие, например,
улицу, на которой, кажется, живет этот самый Варданян, назвали посвоему, без опубликования, Подхалимской улицей. Все это было известно, известны были факты разложения таганрогской организации.
Крайкому все это было известно. Не все, может быть, кое-что было известно. Это на активе говорили там, в Ростове, мы слушали эти выступления. Но, однако, как крайком относился к этим сигналам, которые
шли из этой таганрогской организации? Вот я хотел бы взять один
1
Спецсообщение Н.И. Ежова И.В. Сталину с приложением протокола допроса Г.А. Татулова // Лубянка. Сталин и Главное управление госбезопасности НКВД.
Архив Сталина: Документы высших органов партийной и государственной власти.
1937–1938. С. 74–79.
2
Хлевнюк О.В. Хозяин. Сталин и утверждение сталинской диктатуры. М., 2010.
192
пример. В сентябре 1936 г. группа членов партии таганрогской организации посылает в крайком заявление о том, что Варданян восстановил 30 человек явных троцкистов, выдал новые партийные билеты
30 троцкистам, несмотря на то, что первичные партийные организации убеждены в том, что это явные троцкисты. Варданян выдал новые партийные билеты. Такое заявление поступает в крайком. Как же
крайком обращается с этим заявлением? Крайком ничего лучшего не
придумал, как взял, послал это заявление тому же самому Варданяну,
на которого жалуются эти члены партии. Послал. Варданян ответил:
«Товарищи, крайком, вы особенно не беспокойтесь. Все это дело проверено, дело верное, члены партии достойные», и на этом дело кончилось. Крайком получил это извещение от Варданяна, и на этом все
дело кончилось. А что оказывается? Что большинство из этих людей,
на которых подавалось это заявление, арестованы как троцкисты, как
члены троцкистской организации
1
.
Варданян был приговорен Военной коллегией Верховного
Суда СССР 13 марта 1937 г. к высшей мере наказания (расстрел).
Реабилитация состоялась 11 августа 1956 г. Военной коллегией
Верховного Суда СССР и решением Таганрогского горкома посмертно восстановлен в партии.
Вместе с Варданяном аресту подвергся другой кавказский революционер, ставший первым секретарем райкома ВКП(б) в Ростовена-Дону, – Л.Д. Гогоберидзе. Это был грузинский интеллигент, знавший много о Сталине и Берии, и уже этим для них опасный. Во время
работы в Ростове-на-Дону он проявил себя как самостоятельный
партработник, позволявший себе критические суждения и эмоциональные оценки. Чего стоит одна его фраза: «Все зло в Сталине; если
бы не он, все пошло бы иначе».
Гогоберидзе Леван Давидович (1896–1937) родился в селе
Придонаан-Джихаиши (Кутаисская губерния) в семье дворянина.
Учился на экономическом отделении Петроградского политехнического института. Член РСДРП(б) с 1916 г. После Февральской
революции заместитель председателя Дживизликского (около
Трапезунда) Совета, сотрудник большевистской газеты «Кавказский
рабочий». Затем работал в Баку, где являлся членом бюро городского
комитета и Кавказского краевого комитета партии. В ноябре 1918 г.
участвовал в совещании закавказских большевистских организаций в
Тифлисе, был арестован меньшевистскими властями и выслан в Баку.
После временного падения советской власти в Баку остался на руководящей подпольной работе. Он был одним из руководителей стач-
1
Вопросы истории. 1995. № 8. С. 3–13.
193
ки бакинских рабочих против мусаватистов. Тогда же Гогоберидзе
был тяжело ранен мусаватистом-террористом. Его направили в
Нижний Новгород, где он работал в президиуме Нижегородского
губкома РКП(б). С 1921 г. он вновь на Кавказе, где являлся председателем Тифлисского ревкома, секретарем Тифлисского комитета
РКП(б), а затем заместителем председателя СНК Грузии, секретарем
Аджарского обкома партии.
В 1925–1926 гг. Гогоберидзе находился в Париже на дипломатической и разведывательной работе. Как сказано в справках, выполнял
ответственную задачу разложения грузинской политической эмиграции. Подробности работы засекречены. После возращения на родину
в 1926–1930 гг. секретарь ЦК КП(б) Грузии.
Гогоберидзе был делегатом XV и XVI съездов ВКП(б), в начале 1930-х гг. учился в Институте красной профессуры и работал в
Наркомснабе СССР. Он показал себя излишне самостоятельно мыслящим коммунистом, не проявлявшим личной преданности вождю, и
Сталин заподозрил его в двурушничестве. Карьера Гогоберидзе сразу
не заладилась. С мая 1934 г. он являлся всего лишь секретарем периферийного Ейского райкома партии в Азово-Черноморском крае.
Гогоберидзе написал после ареста Каменева по делу об убийстве Кирова письмо в ЦК, в котором сообщал о случайной встрече с
Каменевым на даче Горького в подмосковных Горках. По его словам,
на богемной вечеринке все носило ярко выраженный буржуазный
или русско-купеческий характер. Хотя разговор о политике не велся,
но Гогоберидзе сделал вывод, что нет предела двурушничеству и низости Зиновьева и Каменева1. После этого Гогоберидзе перевели из
заштатного Ейска в Ростов-на-Дону секретарем парткома очень важного для СССР завода «Ростсельмаш». Затем он был избран секретарем Сталинского райкома ВКП(б) в Ростове-на-Дону, в ведении
которого находился этот завод.
Арестован 14 декабря 1936 г. в Ростове-на-Дону и перевезен в
Тбилиси. Там он подвергался допросам со стороны Гоглидзе, бывшего в то время наркомом внутренних дел Грузии, причем с применением избиения и пыток.
А.А. Андреев на пленуме в Ростове-на-Дону 5 марта 1937 г. сообщал о претензиях к Гогоберидзе: «Крайком неоднократно получал письма из Ейска о том, что этот Гогоберидзе связан с Ломинадзе.
Однако крайком не придал этому особого значения. Но этого мало.
Имеется еще факт, факт, когда Гогоберидзе убивает человека, а край-
1
Записка Л.В. Гогоберидзе Секретарю ЦК ВКП(б) И.В. Сталину об арестах.
23 декабря 1934 г. // Исторические материалы. – URL: https://istmat.info/node/64556
194
ком это дело смазывает. (Голоса с мест: “Как убивает?”) Я скажу, в
чем тут дело. В июне 1936 г. происходит авария автомашины, которую
вел Гогоберидзе. Сейчас выяснилось из показаний Глебова-Авилова,
что Гогоберидзе совершил эту аварию преднамеренно, с целью физического уничтожения члена своей троцкистской контрреволюционной организации инженера Нестеренко, который заколебался.
Гогоберидзе заявил Глебову-Авилову: давайте уничтожим его, я беру
на себя это дело. Этот самый Гогоберидзе устраивает аварию машины, убивает, однако не Нестеренко, а его жену. Прибывший на место аварии автоинспектор Персов обследовал обстоятельства аварии
и заявил, что это не обычная авария, а в ней есть что-то загадочное.
Однако, вопреки этому заявлению Персова, крайком партии фактически прекратил следствие, приняв 26 июля 1936 г. после довольно
продолжительного времени по этому вопросу следующее решение:
“1) Принять к сведению объяснения т. Гогоберидзе о несчастном случае в связи с аварией машины, которую вел Гогоберидзе; 2) указать
Персову – автоинспектору на недопустимость для коммуниста распространения сплетен”. Вместо того чтобы зацепиться за этот случай,
крайком покрывает этого Гогоберидзе»1.
Сестра Гогоберидзе была уверена, что ее брат Леван был арестован и репрессирован, именно потому что поделился со своим другом
Орджоникидзе и еще двумя товарищами информацией о деятельности Берии: считалось, что Берия сдавал контрразведке мусаватистов – своих бывших соратников. Сам Берия не отрицал свою принадлежность к разведке, но всегда настаивал, что работал там на большевиков. Однако после того, как Берия стал хозяином НКВД, соответствующие листы из его личного дела исчезли. Серго Орджоникидзе
резко осудил Гогоберидзе за неосторожность и приказал молчать,
пока не будут собраны материалы, подтверждающие провокационное
прошлое Берии.
Л.Д. Гогоберидзе был расстрелян в 1937 г., реабилитирован в марте 1954 г. определением Военной коллегии Верховного Суда СССР
2
.
Васильев-Шмидт Андрей Ефремович (1889–1937), боец партии,
подпольщик при царизме и при Деникине, один из первых ростовских
чекистов и милиционеров. Работал в наркомате Орджоникидзе и на
волне недоверия к этому деятелю партии тоже был объявлен двурушником, а затем троцкистом со всеми вытекающими последствиями.
1
Вопросы истории. 1995. № 8. С. 3–13.
2
«Красное колесо» переехало и через Азово-Черноморский край и Ростовскую
область.
195
Родился в семье бедного крестьянина села Калешево. В поисках
средств к существованию семья перебралась в Таганрог, где Андрей
и его старший брат Михаил стали работать на Таганрогском металлургическом заводе. Братья в составе заводской социал-демократической организации приняли активное участие в революции
1905 г. Михаил за революционные действия был приговорен к смертной казни. По случаю амнистии в честь рождения наследника престола получил вместо виселицы двадцать лет каторги. Андрей в 1910 г.
тоже вступил в большевистскую партию. Во время Первой мировой
войны был призван в армию и принял участие в боях на турецком
фронте. После тяжелого ранения был демобилизован и вернулся в
Ростов-на-Дону. Поступив на завод Лели, установил связи с ростовскими большевиками. Андрей Ефремович принял активное
участие в Октябрьской революции на Дону. Во время Гражданской
войны был направлен Донбюро на подпольную работу. Он вошел в состав Ростово-Нахичеванского комитета партии большевиков, а после гибели руководителя ростовских подпольщиков Егора
Мурлычева возглавил комитет. В деятельности этого органа были
и успехи, и провалы. Васильев-Шмидт подробно описал это в очерке «3-я годовщина Майского провала» (сборник «Пролетарская
революция на Дону». 1922. № 1) и в вышедших отдельной брошюрой в 1935 г. «Воспоминаниях о ростовском подполье». Историк
О.М. Морозова оценивает ситуацию противоречиво: «Контрразведка
победила большевистское подполье. Оно было запугано и выдавлено в сельскую местность, в леса и горы. Но зато подполье дало
своим противникам ощущение горящей земли под ногами. В значительной степени заслуги подполья – это следствие слабости режима и беспорядочности работы репрессивного аппарата у белых.
Среди подпольщиков были герои и мученики, но ни их самоотверженность, ни небескорыстие не сделали это явление существенным фактором Гражданской войны»1. На наш взгляд, героическое
коммунистическое подполье, так же как и партизанское движение,
наряду с победами Красной армии было одним из реальных факторов, обеспечивших безусловный и абсолютный крах белого движения.
Ростово-Нахичеванский комитет и Донбюро РКП(б) сыграли
большую роль в поддержке партизанского движения на Кубани и
в северной части Черноморья. В сентябре 1919 г. комитет посылал
своих представителей в район действия партизанских отрядов око-
1
Морозова О.М. Большевистское подполье в тылу белых // Вопросы истории.
2012. № 9. C. 111.
196
ло Новороссийска. Они выяснили, что единого руководства партизанским движением нет. Донбюро РКП(б) направило туда группу
практических работников во главе с Васильевым-Шмидтом, которая
обеспечила эффективные совместные действия красных и зеленых
формирований.
Когда в феврале 1920 г. Ростов был окончательно освобожден от
белых и большевики вышли из подполья, Васильева-Шмидта назначили помощником коменданта Ростова. Он создавал для поддержания порядка в городе рабочие боевые дружины, которые впоследствии стали основным ядром ростовской милиции. Спустя несколько
месяцев Андрея Ефремовича направили в ДонЧК, где ему поручили
организацию работы донского уголовного розыска. В протоколе заседания коллегии ДонЧК от 20 декабря 1920 г. указывалось, что уголовный розыск обязан выполнять все оперативные задания ДонЧК
через уполномоченного Васильева-Шмидта. Ему вменялось в обязанность руководить угрозыском как политически, так и организационно.
С 1922 г. Васильев-Шмидт работал в должности заместителя заведующего отделом управления Донисполкома, в ведении которого тогда находились милиция и уголовный розыск. Затем он по решению
партийных и советских органов Донской области был направлен в
аппарат областной милиции начальником политсекретариата и позднее начальником милиции. Когда Народный комиссариат внутренних дел РСФСР издал приказ об организации милицейских школ
для среднего командного состава, Васильев-Шмидт как начальник
Донской областной милиции наладил работу этой школы. Главные
задачи, которые стояли перед руководством милиции, заключались
не только в ликвидации бандитизма и уголовных преступлений, но и
в борьбе с антисанитарией, эпидемиями, самогоноварением, в надзоре за выполнением торговцами своих финансовых обязательств, контроле за соблюдением советского законодательства. В работе политаппарата милиции Донской области большое внимание уделялось
вопросам повышения дисциплины, укрепления милицейских кадров.
После реорганизации Донской области в 1924 г. и вхождения ее в состав Северо-Кавказского края Васильев-Шмидт был направлен на
партийно-советскую работу1.
В 1930 г. он перешел на работу в ВСНХ и систему Наркомата
тяжелой промышленности СССР, который возглавлял Г.К. Орджоникидзе. В 1937 г. Васильев-Шмидт был репрессирован и в 1955 г.
реабилитирован.
1
Белов В.В. Будни отважных. Ростов н/Д., 1970. С. 11.
197
Васильченко Семен Филиппович (1884–1937) и по происхожде-
нию, и по своим ментальным особенностям был настоящим рабочим,
в прямом смысле слова пролетарским революционером, в отличие от
интеллигентов буржуазного происхождения и дворян, ставших революционерами. Он проявил себя не только как вожак рабочих масс и
революционер, но и как редактор партийных газет и управленец. Он
стал настоящим пролетарским писателем, осветившим свою бурную
юность в ряде художественных произведений. О его биографии писали исследователи в исторических статьях 1920-х гг.1, а после его
гибели в период сталинских репрессий о нем упоминали только как о
«троцкисте – враге народа»2.
Родился в станице Гниловской, прилегающей к Ростову-на-Дону,
в семье железнодорожного рабочего. Детство будущего революционера прошло на хуторе Недвиговка Донской области. Позднее он
называл себя пасынком городской цивилизации, обреченным, как и
большинство детей рабочих в дореволюционное время, на невежество
и нищету. Семен еще ребенком работал в детских артелях, на шерстяной фабрике Стукена, чистил котлы на «кошкинских пароходах».
Когда он поступил в начальную школу, ему пришлось самостоятельно изыскивать средства для непродолжительного учения. Он пошел
работать в кузнечный цех мастерских Владикавказской железной
дороги, где и произошло его становление как личности. Знакомство
с зажигательными прокламациями социал-демократов сделало его
сознательным противником несправедливых социальных порядков
Российской империи.
Как известно, русская буржуазия отказалась проводить прогрессивную социальную политику с учетом интересов рабочего класса.
Отдельные меценаты и филантропы не делали погоды в обществе.
В этих условиях лучшие и наиболее способные представители социальных низов закономерно уходили в революцию. В 1901 г. молодой рабочий после знакомства со Ставским стал членом РСДРП и
вскоре сам начал руководить рабочими революционными кружками
в Главных мастерских, на цементном заводе, цинковальной фабрике,
в депо станции Гниловская.
Природные пассионарные данные Васильченко полностью соответствовали тем требованиям, которые предъявлялись Лениным к
членам «партии нового типа», к профессиональным революционе-
1
Деятели революционного движения в России (От предшественников декабристов до падения царизма). Т. 5. Вып. 2. М., 1933; Баранский Н. В рядах социал-демократического союза. М., 1927; Большая советская энциклопедия. Т. 9. М., 1928. С. 59;
Литературная энциклопедия. Т. 2. М., 1929. С. 111.
2
История Гражданской войны. Т. 2. М., 1947. С. 59–60.
198
рам из рабочих. Смелый и решительный, способный на самые радикальные действия, он вызвал сильнейшее раздражение у властей и
ярко выраженные симпатии революционных социал-демократов.
О Семене Васильченко неоднократно писала главная большевистская
газета – ленинская «Искра». Он проявил оппозиционно-радикальные взгляды по отношению к Донскому комитету социал-демократов, где имели сильное влияние меньшевики во главе с Локерманом.
Васильченко всегда объединял вокруг себя наиболее решительно настроенных партийцев, требовал радикальных действий, предельного обострения ситуации, столкновений и баррикад. В 1903 г.
Васильченко руководил рабочим кружком с характерным названием
«Отчаянный». Это слово как нельзя лучше отражает экстремистский
характер рабочего вожака. Энергичный и решительный молодой человек стал одним из инициаторов ростовской демонстрации 2 марта
1903 г., которая явилась самым организованным выступлением того
времени на юге страны. В августе 1903 г. состоялся военно-окружной суд над активистами демонстрации, на котором Васильченко выступил с яркой революционной речью, опубликованной «Искрой»
отдельной брошюрой. Царизм тоже оценил выступление оратора: он
получил четыре года каторги. В июне 1905 г. Васильченко был отправлен на поселение в Сибирь. На новом месте он вновь занялся
революционной работой: развозил нелегальную литературу, проводил собрания подпольных партийных ячеек, устраивал побеги товарищей с каторги, руководил забастовкой на Забайкальской железной
дороге.
Вскоре Васильченко нелегально вернулся в Ростов-на-Дону. Здесь
он принял самое активное участие в подготовке и проведении знаменитого Декабрьского вооруженного восстания 1905 г. на Темернике –
ростовской Красной Пресне. Он сменил погибшего большевика
Собино на посту командира группы «бомбистов». После разгрома
восстания неутомимый Васильченко вел работу в условиях глубокого подполья. Через год он был снова осужден Новочеркасской судебной палатой по делу Донского комитета РСДРП. Революционер был
приговорен к каторжным работам на семь лет. Наказание отбывал
в Херсонском централе. В 1913 г. в связи с манифестом по случаю
300-летия династии Романовых его освободили и отправили в ссылку. В Иркутске Васильченко вел революционную работу, где вошел в
конфликт с местной парторганизацией. Он выступал против, как ему
казалось, нерешительности здешних большевиков. Вместе со своим
другом М.П. Жаковым основал параллельную ультрареволюционную организацию «Союз сибирских рабочих», имевшую собственную
тайную типографию. Васильченко был снова арестован и просидел в
Иркутской тюрьме вплоть до Февральской революции.
199
Вернувшись после крушения самодержавия в родной Ростовна-Дону, Васильченко в конце марта 1917 г. стал председателем
Ростово-Нахичеванского комитета большевиков, вошел в исполком Ростовского Совета рабочих депутатов, стал делегатом апрельской Всероссийской конференции партии. Он даже был избран в
Учредительное собрание по списку РСДРП(б). Васильченко взял
на себя руководство большевистской газетой «Наше знамя» – предшественницей ростовской газеты «Молот». Донские рабочие его воспринимали с восторгом.
Если Сергей Сырцов выступал за единство всех левых сил (прежде всего за компромиссный союз с меньшевиками и эсерами), то
Семен Васильченко требовал только решительной борьбы и только разгрома всех мелкобуржуазных попутчиков. Он прямо заявлял:
«Объединения праздны, их нужно отставить». 13–16 ноября 1917 г.
в ходе переговоров с меньшевиками и эсерами было оформлено соглашение об образовании принципиально нового органа – реорганизованного ВРК, получившего название «Военно-революционный
комитет объединенной демократии». ВРК ОД возглавил Сырцов,
секретарем стал Равикович. В его состав вошли С.Ф. Васильченко,
М.П. Жаков, А.А. Френкель, В.Г. Филов, левый эсер Арнаутов.
Ошибочно считая всех социал-демократов душителями пролетарской революции, Васильченко и Жаков утверждали, что ВРК ОД потворствует политике соглашателей. Наличие в ВРК ОД двух непримиримых групп – «левого» и «правого» характера – обрекало этот
орган на скорый распад.
Васильченко принимал энергичное участие в боестолкновениях
с алексеевцами и белоказаками в Ростове в конце ноября и начале
декабря 1917 г. Но не умевшие тогда воевать малочисленные донские
большевики потерпели поражение. Стачки, баррикады и уличные
бои были стихией, призванием, смыслом жизни таких большевиков,
как Васильченко, но этого было недостаточно для победы над высокопрофессиональным воинством, каким являлось казачество.
Донские большевики, покинувшие Ростов после боев с белыми,
окончательно раскололись на две противостоящие группы во главе
с Сырцовым и Васильченко. Когда позднее встал вопрос о составе
вновь организованного Донбюро РКП(б), ЦК отдал предпочтение
высокообразованному Сырцову. Жаков и Васильченко ультимативно потребовали предоставления им определенного рабочего района,
где бы они отдельно развернули пропагандистскую и организационную деятельность. Донбюро отказалось выполнить это требование, и
Васильченко явочным порядком попытался создать свое «Донецкое
бюро», рассчитывая, что ЦК не допустит дробления сил и объединит
эти органы, естественно, под его началом. Однако Донбюро катего-
200
Соседние файлы в предмете [НЕСОРТИРОВАННОЕ]