Добавил:
ivanov666
Опубликованный материал нарушает ваши авторские права? Сообщите нам.
Вуз:
Предмет:
Файл:Организация и руководство народным художественным творчеством. Учебное пособие
.pdf
озерах, а на рассвете – кувыркаться в высокой траве по утренней
росе. Вся купальская обрядность связана с поклонением двум могучим стихиям, определяющим жизнь на земле, – огню и воде. Хороводы, которые полагалось водить вокруг дерева, символизировали круговращение солнца и небесных светил. Поэтому направление движения было «посоль» – как движется солнце по небу.
Существовало множество разнообразных обрядовых действий,
принятых в Купальскую ночь: загораживали дороги, мешая проезду,
ходили на ниву отпугивать ведьм – с огнями, с песнями шли в ржаное
поле, колотили палками по печным заслонкам, ведрам.
Однако с точки зрения исполнения обрядовых песен, прежде
всего, знаменателен момент встречи восходящего солнца: навстречу восходу направлялась процессия девушек, возглавляемая обнаженной «русалкой» – самой красивой из подруг. «Русалка» несла
в руках большой венок из дубовых листьев. В честь восходящего
солнца звучали особые песни.
Песни не только играли важную ритуальную роль в купальской обрядности, но и имели большое эстетическое значение,
о чем свидетельствуют характерные высказывания самих крестьян: «В них самая красота. Не то красива, што там жгуть калёсы да
веники – эта ништо! А вот красота – у песнях, даже сердце замираеть от этых песен!». «Усе, уся дяревня выйдет на гару, на высокаю-высокаю гару, а там пають и танцують пад гармошку усе» [1].
Интересно, что на Псковщине в Купальскую ночь обряды совершались лишь женщинами. Мужчины же оставались дома с
детьми. Этим объясняется словесное содержание многих местных
купальских песен: они поются от женского лица, при этом в них
нередко затрагиваются семейные отношения.
В большинстве же местностей в купальском ночном обрядовом веселье участвовала в основном молодежь, парни и девушки.
Поэтому существовали песни-припевания, в которых выражалось
стремление скрепить намечающиеся пары.
В Купальскую ночь девушки собирали в лесу светлячков: чем
больше наберешь, тем больше надежды на счастье. А если отыщешь цветок папоротника (что на самом деле невозможно) – откроются тайны кладов.
Утром молодежь отправлялась собирать лечебные травы, что
также сопровождалось пением.
- 41 -
В зависимости от особенностей климата, в некоторых местностях более значительным по сравнению с Купальем считался Петров день (29 июня по старому стилю). По сведениям В.Даля, в Замоскворечье именно на Петра крестили кукушку, кумились с яичницей в лесу. В южных губерниях с этого времени начинался второй покос, в связи, с чем в ряде местностей России существовали
особые покосные песни. Их нельзя назвать собственно обрядовыми, поскольку ни с какими магическими действиями они не связаны. По характеру покосные песни – это разновидность лирики.
Однако в них все же ощущается связь с обрядовой песенностью:
их напевы обычно ограничены по диапазону, малораспевны. В них
выразительность достигается скромными, скупыми музыкальными
средствами. Однако в песнях данного жанра встречаются и широкие, развитые мелодии.
В словах покосных песен обычно выражается неудовлетворенность несложившейся семейной жизнью, высказываются жалобы в
адрес неверного мужа или постылой жены. Возможно, это объясняется раздельной работой представителей разных полов: мужчины косят, женщины гребут сено. Возникает возможность выразить общие
чувства, свойственные представителям одного пола.
Песни жатвы. Завершает годовой календарный круг разнообразный по составу и в то же время цельный, единый цикл жнивных
(жатвенных) песен, связанных с уборкой урожая. По музыкальнопоэтической стилистике они продолжают линию летней песенной
обрядности.
Жатвенные обряды характерны для западных районов России,
граничащих с Белоруссией. Они были распространены в основном
на Брянщине, Смоленщине, в южных районах Псковской области.
Поскольку жатву осуществляли женщины, выходившие в поле с серпами, то и жатвенные обряды, песни – чисто женские.
В них часто упоминаются неутомимые сельские труженицы:
Жните, мои жнеи, Жнеи молодые, Серпы золотые...
По поэтическому содержанию и по форме напевов песни жатвы
различались в зависимости от времени и характера полевых работ.
Первыми в этом ряду звучали «зажиночные» песни. Они оповещали о начале жатвы и были связаны с обычаем срезать серпом
«первую пястку» – горсть колосьев. Ее относили в дом и прятали
за иконой. Зерна из «первой пястки» затем бросали в борозду,
- 42 -
начиная сев. Это должно было, по представлениям землепашцев,
способствовать хорошему росту хлебов.
Вот как вспоминают о начале жатвы сами крестьяне: «Зажоны –
зажинают первый сноп... гремит всё вокруг – пели».
Затем наступала очередь собственно жатвенных песен, которые
звучали во время отдыха жниц, в поле, при их возвращении с работы
в село. Очень важно было, чтобы голоса поющих женщин были
слышны далеко, разносились широко. Поэтому певицы взбирались на
груду сложенных снопов или поднимались на холм, пригорок.
Как и другие песни весенне-летнего периода, жнивные песни
имеют характер клича, зова, они звучат звонко, зычно и направлены вдаль. Видимо, здесь проявляется и стремление быть услышанными божествами плодородия, и желание возвестить окружающим
о ходе полевых работ, передать свое настроение в связи с близящимся завершением напряженной страды.
Многие певицы старшего поколения вспоминают, прежде всего, то глубокое художественное впечатление, которое производили
обрядовые песни на крестьян, ту радость, которую они доставляли
жнеям: «Рожь жнем... и женщины, девачки – любители песни петь,
аны и без разгиба и пают песни, веселятца, и всё харашо было.
И весело...». Или «И саберутца бабы, идуть и там-аё! – тольки дяреуня тряшчыть, как играють» [2].
Если крестьянская семья закончила уборку раньше соседей,
то, возвращаясь с поля, завершившие свой труд жнеи поддразнивали отставших особыми задиристыми песнями: «Я севоння дажаласе, а соседка осталасе, я думала, што мядведь ляжить, ажио жта
моя пастать стаить». Пастатью, постатью называли пучок несжатых колосков, оставляемых на убранном поле, в другом значении –
полосу поля [3].
Освободившиеся рабочие руки использовали богатые хозяева,
которые сами не могли справиться со своей обширной полосой.
Они приглашали жней на «помочи».
Дружная совместная работа сплачивала женщин, давала возможность петь не по двое – по трое, как в обычное время уборки
хлебов, а большим «гуртом». Специальными «помочанскими»
песнями жнеи издалека оповещали хозяина об окончании рабочего
дня: он должен был встретить своих помощниц, покормить их,
угостить вином.
- 43 -
Когда же поле было убрано, последний большой сноп с песнями несли в село, торжественно вручали его хозяину.
Важную роль играл обряд дожинок, которому придавалось
большое значение. Несколько последних колосьев пригибали особым образом к земле, обвязывали яркими лентами так, что получалось своеобразное изображение бородатого козла. Это на Брянщине называлось «завить козлу бороду». Внутрь такого пучка колосьев клали краюху хлеба. Все это предположительно осуществлялось некогда в честь козлоногого славянского бога плодородия –
Полевика. По старой традиции обряд дожинок должен был содействовать будущему обильному урожаю, как и связанные с этим
обрядом песни. В некоторых местностях, например в южных селах
Псковщины, жнивные песни разделялись по форме напевов на две
части – ранние, «аржаные» (при жатве ржи) и поздние – «яринские», связанные уже с уборкой яровой пшеницы, овса, гороха,
льна. Существовали в этих местах и более детальные разграничения в последовании жатвенных песен: «зажиночные», «пажинные», «пахонские», «дажонские», «обжиночные» [2].
В русских селах на северной реке Пинеге, где вызревает ячмень, существовал особый обычай «бороды», совмещавший черты
календарной и семейной обрядности. Родители молодой женщины,
вышедшей в текущем году замуж, скликали в определенный день
родственников, чтобы они совместными усилиями помогли сжать
оставшийся в ее поле неубранный злак. При этом пелась особая
«бородная» песня.
Особым чисто местным обрядовым действием, приуроченным
ко времени жатвы, был псковский плач, обращенный к кукушке.
Жница одна выходила в поле и, обращаясь к кукушке, просила ее,
чтобы та передала покойной матушке, какие беды приходится переживать ее дочери. В данном случае кукушка выступает в роли
вещей птицы, связывающей мир живых с миром духов предков.
В Псковской области по сжатой стерне женщины катались,
кувыркались, стремясь перенять силу от сжатых злаков. Эти действия тоже сопровождались пением.
Особняком в ряду летних календарных песен стоят те, которые по времени относятся к поре полевых работ, однако прямо с
ними по содержанию и обрядовой приуроченности не связаны.
Это группа лирических женских песен, в которых передаются го-
- 44 -
рестные чувства неутомимой труженицы, не встречающей сердечного участия в семье мужа и тоскующей по родному дому, вспоминающей о светлых днях девичества. Иногда подобные песни
приобретают драматический балладный оттенок.
Вообще в западных областях России, особенно на Смоленщине, существует установленное традицией распределение необрядовой песенной лирики по временам года. Однако подобная закрепленность лирического репертуара достаточно условна, вторична, она определяется исключительно большой ролью календарного мышления в общественном сознании местных крестьянземлепашцев. Поэтому с точки зрения жанровой принадлежности
лирические песни правильнее рассматривать как особое, самостоятельное явление, не связывая их прямо и непосредственно с календарем, хотя и учитывая в известной мере связь таких примеров со
временами года, сложившуюся в народном творчестве той или
иной этнографической русской территории.
Вывод: Календарные обряды и песни связаны с хозяйственной
деятельностью, и приурочены к временам года. Зимние – новогодние и масленичные. Весенние, летние – встреча весны, троицкосемицкие, купальские. Осенние – жатвенные.
Календарные песни как цикл. Это объясняется цикличностью
обрядов и праздников. Поэтому все праздники вращаются вокруг
4-х основных моментов солнечного года: 2-х солнцестояний и 2-х
солцеворотов.
Вопросы для самоконтроля
1. Перечислить календарные обряды и обычаи. Сформулируй-
те их сущность.
2. Охарактеризовать песни весенне-летнего календаря.
3. Рассказать о периоде летних и осенних полевых работ.
4. Охарактеризовать Песни зимнего календаря.
Литература
Основная
1. Камаев А.Ф., Камаева Т.Ю. Народное музыкальное творче-
ство. – 2-е изд., – М.: Издательский центр «Академия», 2008. – 304 с.
2. Куликова Л.Н. Русское народное музыкальное творчество. –
Санкт-Петербург: Издательство «Союз художников», 2008.
- 45 -
3. Ткаченко П.И. Кубанские обряды. – Краснодар: Традиция,
2010. – 224 с.
Дополнительная
1. Андреев Н.П. Русский фольклор. Хрестоматия для высших
учебных заведений. М. – Л. 1938.
2. Бернштам Т.А. Молодость в символизме переходных обря-
дов восточных славян: Учение и опыт Церкви в народном христианстве. – СПб., 2000.
3. Кравцов К.Н. Русское устное народное творчество /
К.Н. Кравцов, С.Г. Лазутин. – М., 1983.
4. Лавретьева Л.С. Культура русского народа. Обычаи, обря-
ды, занятия, фольклор. – СПб.: «Паритет», 2005. – 448 с.
5. Терещенко А. Быт русского народа. – М., 2000.
6. Науменко Г. Русское народное музыкальное творчество. –
М., 1988.
7. Попова Т.В. Русское народное музыкальное творчество.
Вып. I, II. – М., 1955, 1956.
8. Попова Т.В. Русское народное музыкальное творчество:
хрестоматия. – Изд.4 -е. – М.: Музыка, 1974.
9. Попова Т.В. Основы русской народной музыки. – М.: Му-
зыка, 1977.
10. Русское народное поэтическое творчество: пособие для ву-
зов / под общ. ред. проф. П.Г. Богатырева. – М.: Учпедгиз, 1954.
11. Соколова В.К. Календарные праздники и обряды // Этно-
графия восточных славян. Очерки традиционной культуры. – М.,
1987. – С. 380-395.
- 46 -
4. СЕМЕЙНО-БЫТОВЫЕ И ОБРЯДОВЫЕ ПЕСНИ
План
1. Родинная обрядность восточных славян: ее основные этапы
и обрядовые действия.
2. Основные сюжетные линии свадебного ритуала восточных
славян и типы свадебного обряда.
3. Этапы свадебного действа.
4. Региональные разновидности «свадьбы-веселья»: структура
ритуала, его специфические черты, особенности музыкальнопоэтической организации песен.
5. Плачи и причитания в погребальной обрядности: характе-
ристика музыкально-поэтической организации.
Большое значение в жизни русского народа имели семейные обряды, сопровождаемые особыми семейными обрядовыми песнями.
К числу их принадлежали песни, исполнявшиеся по случаю появления на свет нового рода – родинные или крестильные, затем колыбельные или «байки», некоторые свадебные песни и похоронные
плачи и причитания. Вступление в брак в традиционной культуре
является важнейшим событием в жизни человека, которое разделяет
его век на два периода – до и после вступления в брак. Собственно,
три события – рождение, свадьба и смерть – и составляют содержание семейно-бытовых обрядов. Структура каждого из этих обрядов,
подобно обрядам календарно-земледельческого цикла, строится согласно универсальной схеме «перехода». Песни эти приуроченности
к определенным календарным датам не имели [2].
Родинные песни. С первых минут появления новорожденно-
го на свет родители и близкие родственники старались оградить
ребенка от возможных неприятностей, сделать так, чтобы он рос
крепким и здоровым, умелым и работающим. Чтобы обеспечить
ребенку хорошее будущее, земледельцы в старину совершали специальные обряды, во время которых звучали оберегающие младенца заговоры и магические песни.
Мать новорожденного именовали родильницей (роженицей),
а само появление ребенка на свет называлось родинами (родами).
Родины в старину у русских происходили обычно в бане, а руководила ими пожилая опытная женщина, которая была одновре-
- 47 -
менно и врачом-знахарем, и нянькой. Ее называли бабушкойповитухой (или повивальной бабкой).
Повитуха была обязательной и единственной помощницей при
родинах. От ее умения во многом зависели жизнь и здоровье рождающего поколения, поэтому в крестьянских семьях относились к
ней с благодарностью и почтительностью. Повитуха не только принимала и купала новорожденного, помогала по хозяйству. Главное –
она охраняла мать и ребенка с помощью молитв и святой воды, заговоров и магических действий от нечистой силы, злых духов и
«дурного глаза». Родинные заговоры бабушки-повитухи держали в
тайне, чтобы не уменьшить волшебную силу текстов. Поэтому до
нас дошло небольшое количество таких заговоров.
Главной своей покровительницей и помощницей повитухи считали бабушку Соломонидушка. Имя её было образовано от имени
библейского царя Соломона. По народным представлениям, бабушка
Соломонида помогала Божьей Матери при рождении младенца
Иисуса. Поэтому повитухи в своих заговорах обращались к бабушке
Соломониде с просьбами о помощи, о даровании здоровья родильнице и ребёнку: «Шла бабушка Соломонида из-за моря, несла два кузова здоровья. Споткнулась, упала, на кости попала, никому ничего,
а Катеринушке весь кузовок» или «Не я тебя парила, не я тебя правила. Тебя парила, правила бабушка Саламанидушка, она тебе приговаривала: «Расти, моё дитятко, по часам, по минуточкам».
В старину появление мальчика в крестьянской семье было
особой радостью. Рождался продолжатель рода, наследник,
надежда и опора родителей, ведь в крестьянском труде очень были
нужны крепкие мужские руки. Если рождалась девочка, то на неё с
первых же минут смотрели как на будущую рукодельницу – пряху.
Поэтому при рождении девочки часто совершались специальные
действия с прялкой, пряжей или одеждой родителей, чтобы девочка росла искусной мастерицей.
В установленный день новорождённого несли в церковь, где
священник совершал обряд крещения: омывал ребёнка святой водой,
читал специальные молитвы и давал ему имя. При крещении на новорождённого надевали крестик, который оставался на нём всю
жизнь. Родители, как правило, не выбирали сами имени: ребёнку давали имя того Святого, в день которого происходило крещение.
- 48 -
День крещения ребёнка для крестьянской семьи был праздничным. Его называли Крестинами. В этот день устраивали
праздничный крестинный обед, на котором величали крёстных
родителей и молодую мать, бабушку-повитуху и новорождённого,
пели специальные обрядовые песни – их называют родинными,
крестинными. По своему назначению, характеру звучания и исполнения родинные песни во многом близки величаниям: их яркие
запоминающиеся напевы часто звучат в мажорном ладу, носят
утвердительный характер. Опора в зачинах песен на звуки мажорного квартсекстаккорда и обилие квартовых ходов придаёт напевам гимнический характер.
Главный «герой» родинных песен – новорожденный. В большинстве песен рассказывается о счастливом рождении ребёнка,
которое совершается всегда «на заре», «пораню-сеньку»: ребенок
лежит в золочёной люльке, убаюкиваемый Божьей Матерью. Родинные песни – магические, заклинательные: они были нужны не
только для того, чтобы сообщить миру о рождении нового человека, но и для того, чтобы испросить у Бога «долю» для новорожденного. «Долю» – то есть счастье, удачу, хорошую жизнь. Троекратные повторения, по представлениям земледельцев, должны
были увеличить заклинательную силу песен. Встречаются среди
родинных песен напевы плясового характера, а иногда и распевные лирические мелодии в минорном ладу.
На крестинном праздничном обеде всегда была обязательная обрядовая еда – каша из цельных зёрен. Обрядовая каша на столе крестьянина – это символ плодородия, здоровья и долголетия. Поэтому
каждый из гостей должен был обязательно съесть по ложке каши.
На крестинном обеде звучали приговоры и пожелания здоровья
и жизненной силы не только новорождённому, но и всему живому.
По представлениям наших предков, рождение детей сродни плодородию земли и домашних животных. Поэтому после угощения всех обрядовой кашей бабушка-повитуха часто поднимала горшок и говорила: «Сколько всего в таргу, столько б было в этом дому; хлебушко б
родился, скоток водился, а младенец рос и счастлив был». Обычно
после такого приговора повитуха разбивала горшок [3].
Колыбельные песни. Первые годы жизни крестьянский ре-
бёнок проводил главным образом в колыбели, усыпляемый мерным покачиванием и звучанием колыбельных песен. В старину в
- 49 -
деревнях колыбели были деревянными. Их делали из бересты в
виде корзины, плели из сосновой лучины и ивняка, сколачивали из
досок, а иногда использовали и материю. Такие самодельные добротные колыбели в народе называли люльками или зыбками.
Наши предки пользовались висячими колыбелями. Подвешенную
к шесту зыбку качали ногой, а руки в это время освобождались для
другой работы – прядения, вышивания.
Нянчить ребёнка могли мать, бабушка, старшие дети или специально приглашённая нянька. Тех, кто нянчил малолетних детей,
в народе называли пестуньями или бабками, а умение усыплять
ребёнка – байканьем, люльканъем, зыбаньем. Хорошая нянька не
только могла быстро успокоить ребёнка, но и знала большое количество колыбельных песен и заговоров от детских болезней.
Наверное, любому человеку нетрудно представить себе звучание колыбельных песен, даже если он не слышал их в детстве. Это
должно быть негромкое, спокойное пение, ритм и слова которого
навевают сон. Познакомимся же поближе с байками – именно так
в старину часто называли колыбельные песни. Узнаем, какие персонажи помогают няньке убаюкивать ребёнка, в чём кроется секрет мелодий колыбельных песен.
Колыбельные песни не только помогали усыплять ребёнка, но
– наряду со сказками, играми и игрушками – подготавливали малыша к трудовой жизни. С самого раннего детства с помощью баек ребёнок знакомился с окружающими его предметами, с обязанностями и правилами поведения человека в обществе. Нередко
нянька, поющая колыбельную, разворачивала перед малышом картину жизни семьи, рассказывала о занятиях каждого её члена.
Чтобы убаюкать ребёнка, нянька призывала на помощь «галонек», грачей, котика, голубей, а также добрых сказочных персонажей – Дрёму, Сон, Сониху... Усыпляли и слова припевов с их
многократным повторением – «Баю, баюшки, баю», «Бай, люли»...
Если же малыш капризничал и не хотел засыпать, то в байках, по
желанию няньки, могли появиться строгие, страшные Угомон, Бука, Бабай, Балабай, рогатая коза.
Но всё же главным усыпляющим средством были сами мелодии колыбельных песен. Они звучали негромко, спокойно, в среднем регистре. В большинстве своём мелодии колыбельных невелики по диапазону, несколько однообразны; в них нет ярких,
- 50 -
Соседние файлы в предмете [НЕСОРТИРОВАННОЕ]