Добавил:
ivanov666
Опубликованный материал нарушает ваши авторские права? Сообщите нам.
Вуз:
Предмет:
Файл:Организация и руководство народным художественным творчеством. Учебное пособие
.pdf
Зимние святки были главным временем гаданий. Особое развитие они получили в средней и северной России. Темы гаданий о
земле и урожае, тема личной судьбы, брака. Слово в подблюдных
гаданиях играло решающую роль, что сближало их с заговарами.
Чаще всего гадали 31 декабря, в канун Нового года и 6 января – на
Крещение.
Гадание – это особые приемы, с помощью которых человек
пытается предвидеть будущее. Гадания существовали и существуют у всех народов. Известны гадания о судьбе, замужестве и
женихе, здоровье, богатстве, урожае. Гадали самыми разными способами: на снах, на бобах, лучиною, на поленнице, на луковицах,
у ворот, на курицах, на лошадях, башмачком [2].
Гадание на курицах чаще всего происходило следующим образом: вечером или ночью курицу (или петуха) снимали с насеста
и приносили домой, где на полу в разных местах заранее были
приготовлены вода, зерно, уголь; золотые, серебряные и медные
кольца. Затем курицу пускали на пол и по ее поведению гадали о
будущем муже. Если курица или петух будет клевать зерно – муж
будет достаточный. Если станет пить воду – это плохая примета,
муж будет пьяница. Если курица поклюет уголь, то муж будет
бедным или, как говорили, прогорит. Золотое кольцо сулило богача, серебряное – мужа с достатком, медное – лентяя или волокиту.
Гадание башмачком (сапогом, валенком...) было одним из самых
распространенных и доступных способов: башмаки бросали через
ворота и загадывали, в которой стороне быть замужем. Считали, что
жених живет в той стороне, куда показывает носок башмака.
Одним из наиболее древних видов гаданий было гадание с
блюдом и кольцами, во время которого девушки пели особые гадательные песни. Эти песни назывались подблюдными.
В начале гадания часто звучала подблюдная песня «Слава!».
В ней поющие величали хлеб, Солнце, Господа Бога, славили гостеприимство той хозяйки, в чьей избе происходило гадание. Мелодия
этой песни мажорная, торжественная. Распевы слогов придают ей
праздничное звучание. Красота мелодии привлекла к «Славе» внимание многих композиторов. Ее использовали в своих сочинениях
М. П. Мусоргский, Н. А. Римский-Корсаков, П. И. Чайковский.
Само гадание происходило следующим образом: девушки и
парни брали кольца, перстни, запонки, сережки и другие мелкие
- 31 -
вещи, опускали их в блюдо с водой. Блюдо покрывали полотенцем
или платком. Затем пели песню, посвященную хлебу и соли, а после
нее – другие подблюдные песни. Под пение подблюдной одна из девушек наугад вынимала из блюда вещицу, и тогда становилось ясно,
к кому относится содержание куплета или строфы песни.
Тому участнику гадания, чью вещь вынимали последней, пели
свадебную песню, предвещавшую скорый брак.
О двух разных способах гадания – с башмачком и с блюдом –
написал русский поэт Василий Жуковский в балладе «Светлана»:
Раз в крещенский вечерок
Девушки гадали,
За ворота башмачок,
Сняв с ноги, бросали.
В чашу с чистою водой
Клали перстень золотой,
Серьги изумрудны,
Расстилали белый плат
И над чашей пели в лад
Песенки подблюдны.
В словах подблюдных песен многое может показаться странным и необычным. И не случайно: ведь подблюдные – это песнипредсказания, песни-предвещания будущего, а человеку будущее
всегда видится туманным, загадочным. Поэтому в подблюдных
песнях много намеков, слов-символов. Каждая строфа подблюдной песни – это своеобразная загадка, которую нужно разгадать.
Наши предки, певшие когда-то эти песни, понимали их смысл.
Все знали, что песни, в которых упоминается хлеб, предсказывают
хороший урожай, благополучие. Образы каркающего ворона, оборванной старушки предвещают недоброе: болезнь, бедность или
смерть. Упоминание о кольце или коте с кошуркой сулят богатство или скорую свадьбу.
Подблюдные песни легко узнать, по словам припевов: «Кому
вынется, тому сбудется, не минуется...», «Да кому поем, да тому
добро! Свят вечер!».
Мажорные и минорные мелодии подблюдных песен обычно
звучат неторопливо, торжественно. В них преобладают плавные,
раскачивающиеся ритмы. Повторение одних и тех же мотивов де-
- 32 -
лает звучание подблюдных песен, с одной стороны, монотонным,
однообразным, а с другой – таинственным, завораживающим.
Масленица – праздник хозяйственного изобилия и в то же
время – прощания с зимой. Масленица праздновалась за семь
недель до первого весеннего полнолуния (после установления
христианства – перед началом церковного великого поста). Центральное обрядовое действо – встреча и проводы масленицы олицетворяющем конец зимы, начало весны. Это самый разгульный,
веселый народный праздник, продолжавшийся целую неделю.
Празднование включало как общинные, так и семейные мотивы, совершалось по строго определенным дням, что отразилось в
названиях. Понедельник – «встреча» – начало праздника, вторник –
«заигрыши» – с этого дня начинались всякого рода развлечения,
ряжения, катания; среда – «лакомка» – открывала угощения во
всех домах, блинами и другими яствами; четверг – именовали
«разгулом», «переломом», «широким четвергом» на него приходилась середина веселья и гульбы; пятница – «тещины вечера», зятья
угощают своих тещ; суббота – «заловкины посиделки» – молодые
невестки принимали родных в гости. Воскресенье – «проводы»,
«целовник», прощальный день, завершение веселья.
Обряды масленичной недели имели целью помочь солнцу
«продвинуться» по кругу, ускорить конец зимы. Отсюда разнообразные изображения круга и кругового движения: катались на лошадях вокруг села, даже вокруг нескольких деревушек; на высоких шестах носили горящие старые колеса – олицетворение солнца, пекли блины (изображавшие, по мнению этнографов, солнечный диск). Сытость и довольство масленичной недели должны
были (по представлению древних земледельцев) способствовать
хорошему урожаю. На масленичной неделе часто играли свадьбы.
В последний день масленицы («прощёное воскресенье») пелось много грустных лирических песен. Молодушки выходили за
околицу села, взбирались на горку и, обернувшись в сторону далекой родной деревни, заводили песни о разлуке с родителями, жаловались на суровость свекра и свекрови. В курской песне «У ворот сосна всколыхалася» рассказывается о том, как молодушка,
собираясь навестить мать, прихорашивалась, умывалась тремя
сортами заморского мыла. Тем временем зима скрылась, снега
подтаяли, реки разлились, а поехать к матери она так и не успела.
- 33 -
Мелодия песни принадлежит к группе типовых календарных напевов, построенных на ладово напряженном увеличенно-квартовом
последовании из одних лишь целых тонов.
В последний день масленичной недели справлялся обряд проводов зимы. Под веселое пение по улицам города или деревни возили на дровнях наряженное соломенное чучело, изображавшее
масленицу; вечером его сжигали на ржаном поле. Обряд воспроизведен в пьесе А. Островского «Снегурочка», музыку к которой писали П. Чайковский и А. Гречанинов, а также в опере па этот сюжет Н. Римского-Корсакова.
В большинстве местностей на масленицу пелись обычные веселые шуточные и лирические песни: старинные же масленичные
песни сохранились в Калининской области, на Смоленщине и на
Псковщине. На Украине же, где пелось огромное количество колядок, не было записано ни подблюдных, ни масленичных песен.
Весенне-летние песни. Закликание весны. Первым весен-
ним обрядом можно считать закликание весны. Чаще всего оно
совершалось в день весеннего равноденствия, 22 марта (по новому
стилю). К этому дню, по народным наблюдениям, прилетают жаворонки [1].
Признаки близкой весны народ видел в прилете птиц. День
4 марта так и назывался «грачевниками», так как возвращались
первые птицы – грачи. 9 марта прилетал кулик. В среднерусских
местностях цикл весенних обрядов и песен открывался встречей
весны в день весеннего равноденствия (22 марта). С празднованием начала весеннего обновления природы связано в народе исполнение веснянок – особых песен о весне. Это песенная закличка,
обращенная к жаворонку, кулику, к самой «матушке весне». Петь
их начинали с первых чисел марта. Повсеместно на Руси пекли из
теста фигурки птиц, если не было муки – лепили из глины. Группа
молодых девушек и детей, выйдя за околицу, пела заклинанья, обращенные к «весне-красне» и к перелетным птицам (куликам, жаворонкам) с просьбой поскорее прилететь. При этом фигурки птиц
подбрасывали повыше, воспроизводя птичий полет, или же их сажали на высокие шесты, которые втыкали в стога прошлогодней
соломы (одонья). Заклички представляли собой песенки довольно
узкого объема с характерными протянутыми интонациями «зова».
Некоторые закликания кончались оживленной скороговоркой.
- 34 -
К определенным календарным датам были приурочены песни
на первый выгон стада, так называемые егорьевские, а также волочёбные – пасхальные поздравительные; исполнители их именовались волочёбниками. Обход дворов с пением волочёбных песен
напоминал колядованье; этот обычай дольше всего сохранялся на
Псковщине и в Брянской области.
Волочебные (волочёбные) песни были приурочены к празднованию Пасхи и звучали при обходе дворов главным образом в исполнении парней. Волочёбники пели обычно в сопровождении
музыкальных инструментов – волынки, скрипок – тех, что раньше
встречались в западных районах России, где были известны подобные действа. По содержанию, а иногда и по ритму, по композиционному строению волочёбные песни близки колядкам. Возможно, в давние времена они были связаны с празднованием Нового года у древних славян, справлявшегося весной. Со временем
такие песни, по-видимому, приобрели новый по словесному содержанию рефрен, славящий Христа, отчего стали называться иногда «христославными». Главное же содержание песен данного
жанра – это благопожелания хозяину подворья, около которого
остановились волочёбники, его семье, а также обращение к сыну
или дочери хозяина с пожеланиями им удачной женитьбы либо
счастливого замужества.
За исполнение подобных поздравительных песен участники
обряда получали натуральное вознаграждение, прежде всего –
крашеные пасхальные яйца.
Поскольку сопровождавшие пение инструменты воспроизводили обычно аккорды, имевшие функциональную гармоническую
природу, по музыкальному стилю волочёбные песни сохранили
черты архаики как в содержании словесных текстов, в слоговой
ритмике, так и в структуре напевов, и приобрели в процессе своего
развития гомофонно-гармоническую природу в мелодике и фактуре. Возможно, здесь сказалось влияние музыкальных традиций
Польши и Литвы: волочёбные обряды известны на той территории
нынешней России, которая некогда входила в состав ПольскоЛитовского государства.
Христославные песни широко распространены в Белоруссии,
где они имеют разнообразные по строению напевы. В западнорусских же местностях – в Брянской, Смоленской, Псковской обла-
- 35 -
стях – они представлены некоторыми характерными музыкальностиховыми формами.
В некоторых западнорусских селах волочёбные песни было
принято петь также в Егорьев день, при первом выпасе скота.
Оригинальна структура пасхальных песен, в которых значащая часть каждой строфы составляет короткое четырехслоговое
полустишие.
Главной музыкальной особенностью календарных песен весеннего периода служит их призывность, направленность вдаль.
Они представляют собой музыкальный зов, клич. Это проявляется
в звонкой, зычной манере музыкального произнесения. В костромских селах, например, говорят, что подобные обрядовые песни
нужно не спеть, а «скричать». В брянских селах каждая веснянка
завершается особым высоким по регистру возгласом, называемым
в народе «гуканьем». Весенние «гуканья» в хорошую погоду бывают, слышны за несколько километров.
К раннему весеннему циклу относятся и песни на первый выгон скота – «егорьевские», поскольку их принято петь в Юрьев
день. Он попадает на 23 апреля по старому стилю, то есть в современном календаре – на 6 мая. В этот день, начиная с раннего утра,
совершались разнообразные обряды, призванные предохранить
скотину от «сглазу», от болезней, от нападения хищников. Так,
в Костромской области существовал обычай, по которому хозяйка
дома перед восходом солнца должна была нагой трижды проскакать вокруг хлева верхом на метле.
На северо-востоке Смоленщины – в Поозерье – при выходе
коровы из хлева под нее подкатывали яйца: «Чтоб была здорова,
чтоб больше молока давала и чтобы бык покрыл». Здесь же совершалось особое коллективное шествие вокруг стада с пением
обрядовых песен. Ближе к вечеру во многих местностях начинались «юрьевские» гулянья со специальными для этого торжественного случая песнями.
Своего рода календарным ритуалом условно можно считать и
обычай выбора пастухов на весенних ярмарках в центральных областях России, когда пастухи-рожечники «струбливались», собираясь в специальные «хоры». Из состава таких коллективов наниматели выбирали пастухов – по мастерству игры на рожках, по
красоте звучания инструментов в их руках.
- 36 -
Семицкие песни. Исключительно важное значение в ряду
земледельческих обрядов на Руси имели магические ритуалы, знаменующие собой переход от весны к лету. И, прежде всего это
цикл троицко-семицких действ. Они попадали на так называемую
«русальную» неделю. На Брянщине ее еще называют «гряной».
Начиналась она через семь недель после христианской Пасхи –
первого воскресенья при наступлении весеннего полнолуния. Число «семь» издавна имело магическое значение в религиях разных
индоевропейских народов, что свидетельствует о древности таких
представлений. Согласно христианской вере, к этому времени относится праздник Троицын день.
В зависимости от требований лунного календаря Троица может быть ранней и поздней, иногда она попадает на время цветения яблоневых садов, случается же, что на русальную неделю уже
колосятся хлеба.
Ученые предполагают, что древние славяне связывали с семицкими обрядами надежду на хороший урожай, на обильный
приплод скота, на рождение детей в семьях. Поэтому все магические действия были направлены на достижение с их помощью
плодородия земли и плодовитости всего живого.
Во многих местностях существовало представление, что особыми магическими свойствами обладает покрывшаяся молодой
листвой береза. А возможностью воздействовать на нее с помощью особых ритуальных действий – молоденькие девушки, в некоторых случаях женщины. Мужчины к совершению основных
семицких обрядов обычно не допускались.
Девушки с особыми ритуальными песнями шли в лес, выбирали
там стройную молодую березу, наряжали ее яркими лентами и другими украшениями. Закручивали тонкие ветви и связывали их в виде
венка, через который подруги по двое целовались под пение специальных обрядовых песен – кумились. Будучи кумами, подруги, становились как бы назваными сестрами, родственницами не по крови,
а по духу, что и отражается в словах песен кумления.
Под березой устраивалась обрядовая трапеза. Главную роль
в ней играла яичница: яйцо издавна представлялось людям как
символ продолжения жизни. Описание некоторых атрибутов троицких обрядов мы нередко встречаем в словах календарных песен,
относящихся к этому времени.
- 37 -
Считалось, что остатки трапезы нужно оставить крылатым русалкам, которые, по представлениям древних земледельцев, слетались по призыву богинь-рожаниц Мокоши, Лели и Лады. В честь
русалок – покровительниц урожая также пелись особые песни.
Продуцирующая магия обычно соответствующими обрядовыми действиями имитирует или воспроизводит то, что просят
люди у божества. Поэтому на Семик в давние времена к вечеру
начинались любовные игры, демонстрировавшие стремление
к продолжению рода, что особенно тревожило представителей
христианского духовенства, которые, описывая «русалии», с возмущением писали, что «и бывает отроком осквернение и девками
разтление» («Стоглав»). Со временем любовные взаимоотношения
полов стали воспроизводиться лишь внешне, в виде молодежной
потехи, когда, например, парни выбегали из леса, на опушке которого девушки водили хороводы, выхватывали подруг из хороводного круга и, преодолевая их веселое, притворное сопротивление,
увлекали каждый по одной, особенно нравящейся, в лес, где позволяли по отношению к ним некоторые небольшие, недозволительные в обычные дни вольности.
Культ зелени, свежей растительности проявлялся еще и в том,
что стены домов украшались ветками деревьев, а пол в Троицын
день устилали душистыми травами.
Семицкие песни выражают чувства единения человека с природой. В них, как и в веснянках, слышится клич, призыв к таинственным потусторонним силам с надеждой, что они оплодотворят
землю, и будут способствовать обильному ходу жизненных соков.
Возможно, когда-то языческим богам приносились человеческие жертвы. Пережитком таких мрачных в прошлом действий
можно считать обычай, еще в минувшем веке существовавший в
курских селах, когда красивую юную девушку вывозили во время
семицких гуляний в лодке на середину реки и бросали ее в воду –
с расчетом, что она потом должна выплыть к берегу. В рязанских,
калужских, смоленских селах, в Поволжье, на Орловщине живого
человека в обряде заменила кукла: чучело русалки с песнями
несли к реке и бросали в воду. Подобные ритуалы также сопровождались обрядовыми песнями.
В некоторых южнорусских селах, возможно под влиянием
обычаев соседей-украинцев, на русальной неделе устраивали «по-
- 38 -
хороны кукушки». Из кленовой ветки делали фигурку птицы, одевали ее в специально сшитый для этого кукольный женский наряд.
«Кукушку» торжественно, с песнями целой большой процессией
женщины несли в поле и закапывали в землю. Это тоже, как представлялось крестьянам, могло содействовать обильному урожаю.
Во многих русских селах существовал обряд гадания на венках. Девушки, например, обламывали завитые на березах венки из
ветвей либо плели венки из цветов и трав и бросали их в воду: если венок утонет – быть беде; если пристал к берегу – девушка
выйдет замуж в родном селе; если уплывет далеко – жди сватов из
дальних краев. По этому поводу также пелись обрядовые песни.
Обряды русальной недели чрезвычайно разнообразны в разных местностях России. В каждом районе, где они сохранились,
можно встретить свои особые обычаи, связанные с празднованием
Троицы, песни, уникальные и по форме, и по содержанию.
В то же время общей для всех ритуалов была опора на главные
даты «духовских» празднеств: Семик (седьмой от Пасхи четверг),
Троицын день (следующее затем воскресенье) и Духов день – понедельник после Троицы. Каждому из этих трех дней соответствовали
специальные ритуальные действия, что нашло отражение в народных
пословицах и поговорках: «Троица на цветках, а семик на ветвях»
(В. Даль).
В словах песен, относящихся к русальной неделе, праздники
Семика, Троицы, Духова дня, а иногда и Петровок объединяются:
Алилей, семик, троица...
либо:
Ой, да семик, семик,
Тройцав день!
либо:
Пойдёмтя, девочки,
Во дуги, лужочки.
Мы завьём веночки
На все Духовские,
На все Петровские.
Летние песни. В течение лета можно было услышать обрядовые песни, относящиеся к этому времени года, но не имеющие
прикрепления к определенной дате.
Так, в ряде сел Русского Юга существовали летние «полевые»
песни, когда во время работы в поле припевали парня к девушке, зная
- 39 -
об их взаимной симпатии. Подобные песни могут расцениваться как
принадлежащие и к календарной, и к семейной обрядности.
Похожий обычай с близкими по характеру песнями связан на
Псковщине с так называемыми «толоками» – совместной помощью односельчанам в поле.
В брянских селах известны «прополочные» песни. Их было
принято петь при прореживании конопли, когда женщины выбирали ранний и особо ценный сорт этого растения – так называемые
«замашки», после обработки которых изготавливались «замашные» ткани, особо прочные и шелковистые. В словах одной из
прополочных песен символически сравнивается состояние женщины в расцвете сил, но уже ожидающей наступление старости, и
кукушки (по-брянски зезюли), кончившей куковать среди знойного лета. Здесь проявилась и наблюдательность человека, заметившего повадки птиц в природном календарном цикле.
Своеобычный броский напев, включающий в середине и в заключении строфы возгласы-зовы, как бы передает тревогу женщин
в связи с недолговечностью бабьего века.
Не закреплены, естественно, за определенными днями календаря и обрядовые заклички дождя. В наши дни они перешли главным образом в детский репертуар.
Особая группа летних обрядовых песен относится к двум календарным датам – Купальской ночи и Петрову дню. Купальские и
петровские песни близки и по содержанию слов, и по характеру
напевов, образуя единый летний песенный цикл.
Купальская обрядность распространена на Руси далеко не повсеместно. Она более типична для Украины, Белоруссии, для народов
Прибалтики, для южных славян. Однако на западе и северо-западе
России, там, где остались следы былой культуры славянских племен
кривичей, радимичей, купальские обряды и песни играют достаточно
весомую роль в местном земледельческом календаре.
Купала, или, по христианскому календарю, Иванов день,
празднуется на Руси 7 июля по новому стилю, хотя по первоначальному своему значению должен был бы попадать на ту же дату
общеевропейского календаря, когда солнце светит дольше всего в
году, то есть на 24 июня. Готовясь к встрече жаркого светила, всю
недолгую купальскую ночь полагалось жечь костры и попарно
прыгать через них (обряд очищения огнем), купаться в реках и
- 40 -
Соседние файлы в предмете [НЕСОРТИРОВАННОЕ]