Добавил:
ivanov666
Опубликованный материал нарушает ваши авторские права? Сообщите нам.
Вуз:
Предмет:
Файл:Организация и руководство народным художественным творчеством. Учебное пособие
.pdf
От песен литературного происхождения крестьянская песняроманс заимствует рифмованное силлабо-тоническое стихосложение; от популярных городских мелодий – гомофонно-гармонический склад, строгую соразмеренность и симметричность пропорций. Как и в городской песенной традиции, строение крестьянской песни-романса всецело определяется особенностями стихотворной строфы. Чаще всего напев состоит из четырех песенных
фраз, соответствующих четверостишью. Примером может служить
широко распространенная песня-романс «Сережа-пастушок»
(«Последний час разлуки»), литературным источником которой,
по мнению некоторых исследователей (Е. В. Гиппиуса), послужило стихотворение «Молчите, струйки чисты» М. Ломоносова. Мелодия эта использована в IV действии оперы «Чародейка» Чайковского (антракт и начало ариозо Кумы).
Усваивая многие черты городского песенного стиля, крестьянские певцы в то же время широко использовали в своих песнях-романсах типичные для той или иной местной традиции мелодические обороты и полевки. Этим определяется своеобразие ладового оклада и общий интонационно самобытный облик многих
крестьянских романсов.[1]
Многие крестьянские песни-романсы представляют собой
своеобразные варианты популярных городских песен, в том числе
и песен на слова русских поэтов: «Потеряла я колечко», «Степь да
степь кругом», «Чудный месяц плывет над рекою», «Зачем сидишь
до полуночи». Наряду с песней-романсом огромное распространение получает в крестьянском песенном репертуаре частушка, приобретающая в последней четверти XIX века в русской народной
песенной культуре значение одного из ведущих песенных жанров.
Заканчивая характеристику развития городской народной
песни XIX века, следует заметить, что судьбы различных городских песенных жанров, равно как и отдельных песен, были неодинаковыми. Некоторая часть городских песен имела лишь сравнительно узкое распространение в отдельных общественных группах
городского населения (в дворянской, военно-служилой среде, среди купечества, различных слоев городского мещанства, мелких
чиновников) и после Великой Октябрьской социалистической революции постепенно исчезла из устного бытования. Напротив,
другие городские демократические песни с течением времени за-
- 151 -
воевали чрезвычайно широкую популярность. Лучшие из них –
«Среди долины ровныя», «Ермак», «Есть на Волге утес», «Вниз по
Волге-реке» и другие приобрели широчайшее распространение и
заслуженно вошли в «золотой фонд» русской народной песенной
классики.[3]
Необходимо заметить, что по причине широкого распространения пес городского стиля большинство так называемых общерусских народных песен ставших широко известными в XIX–XX
вв. («Живет моя отрада», «Коробейники», «Ой, мороз, мороз»,
«Мой костер», «Шумел камыш» и др.), являются как раз песнями
позднего формирования. Поскольку в наши дни они часто звучат в
эфире, их часто воспринимают как лучшие образцы народной песни, однако как раз этот пласт народной песенности – явление достаточно позднее и привнесенное, в наименьшей степени отражающее подлинную самобытность народной песенной культуры.
Вывод
Некоторая часть городских песен имела лишь сравнительно
узкое распространение в отдельных общественных группах городского населения (в дворянской, военно-служилой среде, среди купечества, различных слоев городского мещанства, мелких чиновников) и после Великой Октябрьской социалистической революции постепенно исчезла из устного бытования. В наши дни они
часто звучат в эфире, их часто воспринимают как лучшие образцы
народной песни
Вопросы для самоконтроля
1.Охарактеризовать канты и его разновидности.
2. Охарактеризовать городскую песню ХVIII века. Опишите
жанровое разнообразие.
3. Дать определение городской песни ХIХ века. Сформулиро-
вать тематику, стилевые особенности.
4. Охарактеризовать песни на стихи А. Кольцова, Н. Некрасо-
ва, А. Пушкина, И. Сурикова.
- 152 -
Литература
Основная
1. Камаев А.Ф., Камаева Т.Ю. Народное музыкальное творче-
ство. – 2-е изд., – М.: Издательский центр «Академия», 2008. – 304 с.
2. Куликова Л.Н. Русское народное музыкальное творчество. –
Санкт-Петербург: Издательство «Союз художников», 2008.
3. Ткаченко П.И. Кубанские обряды. – Краснодар: Традиция,
2010. – 224 с.
Дополнительная
1. Андреев Н.П. Русский фольклор. Хрестоматия для высших
учебных заведений. М. – Л. 1938.
2. Бернштам Т.А. Молодость в символизме переходных обря-
дов восточных славян: Учение и опыт Церкви в народном христианстве. – СПб., 2000.
3. Кравцов, К.Н. Русское устное народное творчество /
К.Н. Кравцов, С.Г. Лазутин. – М., 1983.
4. Лавретьева Л.С. Культура русского народа. Обычаи, обря-
ды, занятия, фольклор. – СПб.: «Паритет», 2005. – 448 с.
5. Терещенко А. Быт русского народа / А. Терещенко. – М.,
2000.
6. Науменко, Г. Русское народное музыкальное творчество /
Г. Науменко. – М., 1988.
7. Попова Т.В. Русское народное музыкальное творчество.
Вып. I, II – М., 1955, 1956.
8. Попова Т.В. Русское народное музыкальное творчество.
Хрестоматия. – М.: «Музыка», издание четвертое. 1974.
9. Попова Т.В. Основы русской народной музыки. – М.: «Му-
зыка», 1977.
10. Русское народное поэтическое творчество. Пособие для ву-
зов. Под общей редакцией проф. П.Г. Богатырева. – М.: Учпедгиз,
1954.
11. Соколова В.К. Календарные праздники и обряды // Этно-
графия восточных славян. Очерки традиционной культуры. – М.,
1987. с. 380 -395.
- 153 -
11. НАРОДНОЕ ХУДОЖЕСТВЕННОЕ ТВОРЧЕСТВО
I ПОЛОВИНЫ ХХ ВЕКА
План
1. Революционные песни в произведениях композиторов.
2. Песни гражданской войны.
3. Понятие «Частушка», ее тематика. Охарактеризовать фор-
мы исполнения частушек.
4. Песни Великой Отечественной войны 1941-1945 годов.
5. Народное песенное творчество послевоенного периода.
В советскую эпоху новые условия жизни привели к широкому
развитию заводской и сельской художественной самодеятельности. Во многих городах и селах любители песни и мастера игры на
народных инструментах активно участвуют в работе хоров, оркестров, певческих и инструментальных ансамблей и музыкальных
кружков при фабрично-заводских предприятиях, колхозных клубах, районных и областных Домах культуры. Некоторые из этих
хоров и оркестров занимаются под руководством профессиональных музыкантов, дирижеров академического профиля. Творческая
деятельность других (в первую очередь коллективов сельских)
чаще возглавляется народными умельцами, искусными певцамимастерами и в основном протекает в рамках исконных фольклорных традиций того или иного края [3].
Именно в таких фольклорно-самодеятельных хорах нередко
рождаются интересные по музыкальному языку песни на современные темы.
Народно-бытовые песни о жизни советских людей теснейши-
ми узами связаны с лучшими песенными традициями прошлого.
Вместе с тем лучшие из них самостоятельны по своему образному
содержанию и интонационно-мелодическому складу. Они часто
содержат черты, существенно отличающие их от старинных
народных песен.
Появление первых песен на советские темы относится к 1918
году, времени напряженной борьбы за укрепление советского
строя. Новые песни рождались в огне гражданской войны.
Проникнутые героическим пафосом, они служили действен-
ным идейным оружием борьбы с врагами революции, боевым зна-
- 154 -
менем, объединявшим широкие массы трудящихся. В красноармейских частушках, песнях и балладах предстают образы новых
героев – борцов за советскую власть, коммунистов и комсомольцев, мужественных и отважных людей несгибаемой воли, не ведающих страха смерти («Расстрел коммунаров», «Румянятся зори
над городом ясным», «Красноармеец был герой»).
Песни гражданской войны отличает большое жанровое разно-
образие. Среди них встречаются призывные песни-гимны, патриотические песни, прославляющие Красную Армию, походные бытовые, лирико-эпические песни о тогдашних событиях, герояхбойцах и красных командирах, остроумные сатирические песенки
и частушки, драматические баллады.
Походные бытовые песни «под шаг» живо рисуют облик
Красной Армии, ее боевых командиров («Из-за лесу, лесу копий и
мечей», «Из-за лесу и суровых темных гор», «Гей, по дороге войско красное идет» – бодрые мажорные песни с чеканным маршевым ритмом). Во многих походных песнях напевы старые: солдатские или казацкие, слова же иной раз лишь чуть изменены. Однако
в период революции звучание таких песен, воплотивших в своих
энергичных мажорных распевах мужественный характер русских
воинов, их душевную стойкость и силу, с новыми, современными
словами получало совершенно иной характер.
Пример такого переинтонирования – походная «Смело мы в бой
пойдем за власть Советов». Ближайший источник ее напева – популярный вальсообразный романс конца прошлого века «Белой акации
гроздья душистые». Однако при сочетании с новым песенным текстом напев получил несвойственный ему раньше властный, уверенный тон, тяжелую маршевую поступь (в том же трехдольном размере). Резко акцентированные, нарочито «обрывистые» окончания сменили мягкие вальсообразные концовки романса [1].
Наряду с песнями-переделками в годы гражданской войны и в
начале 20-х годов складывалось немало песен с мелодически самостоятельными напевами. Одной из них была дальневосточная «По
долинам, по загорьям» (слова партизана П. Парфенова). В песне
рассказывается о героических походах и победных боях в 1920–
1922 годах в Приморье. В повествовании отражен боевой маршрут
Народно-революционной Дальневосточной армии и партизанских
частей: героический штурм станции Волочаевка Амурской желез-
- 155 -
ной дороги, взятие в октябре 1922 года Спасска и окончательное
изгнание оккупантов и белогвардейцев («И на Тихом океане свой
закончили поход»).
Песенному напеву «По долинам, по загорьям» присуща воодушевленность и динамичность мелодического развития. Чеканный маршевый шаг сочетается в ней с эмоциональной приподнятостью. В ее маршевой поступи заключена большая внутренняя
энергия, собранность и, вместе с тем, порывистая устремленность.
Многие дивизии имели свои походные песни, рассказывающие об их славном боевом пути в годы гражданской войны. Пример тому – боевая походная Седьмой дивизии «Много бед и тревог
испытала в непрерывных боях наша часть».
Некоторые песни гражданской войны созданы на мелодической основе русских революционных песен, например, баллада
«Расстрел коммунаров» на видоизмененные слова стихотворения
В. Тан-Богораза о казни кронштадтских минеров в 1906 году.
К первоначальному тексту («Мы сами копали могилу себе») было
прибавлено новое четверостишие («Под тяжким разрывом гремучих гранат»), воссоздающее обстановку неравной борьбы коммунаров с белогвардейцами.
Плавность сочетается в этом напеве с тяжелой маршевой поступью. Окончание каждой фразы нарочито обрывистое, так как
последний акцентированный слог не растянут (как это обычно в
медленных песнях), а ритмически сжат, что также характерно для
революционных песен («Беснуйтесь, тираны»).[4]
Партизанские песни гражданской войны более, нежели походные боевые песни Красной Армии и баллады о подвигах героев, связаны с исконной песенной традицией, с крестьянской песней. Это проявляется даже в простейших маршевых мелодиях типа
«По сибирским тайгам и долинам», где маршевый ритм прерывается введением отдельных трехдольных тактов. В момент хорового подхвата суровый натуральный минор напева уступает место
светлому звучанию параллельного мажора с последующим минорным заключением, что обычно для параллельно-переменного лада.
Волей к борьбе, мужественной силой проникнут напев партизанской песни «Как в тайге мы партизанили», повествующей о
трудных условиях борьбы с интервентами на севере. Столь характерный для походных воинских и революционных песен энергич-
- 156 -
ный пунктирный ритм подчинен здесь широкому дыханию протяжного распева. Отсюда – свобода ритмической поступи песни,
характерное сочетание привольного трехдольного марша с четырехдольностью отдельных мелодических оборотов [4].
Песенное творчество гражданской войны было порождено великими историческими событиями, открывшими новую эру в истории человечества. Большая познавательная и художественная
ценность этих песен – в правдивом освещении исторических фактов, в отчетливой политической направленности и яркой эмоциональной одушевленности.
Комсомольские песни появляются в 20-х годах. Поначалу это
были перетекстовки. Новые слова пелись с мелодиями песен гражданской войны («Гей, комсомолия» – с напевом гимна «Красная
Армия всех сильней» Сам. Покрасса) или же общеизвестных революционных песен. Однако жизнь подобных перетекстовок была
недолговечной.
Удачнее получалось, когда новый текст пелся с мелодией, мало известной в русском быту. Так было с песнями на слова молодого поэта А. Безыменского «Молодая гвардия» (1922) и «Комсомольская краснофлотская» (1924), а также с песней «Наш паровоз»
Б. Скорбина (1922).
Любимейшей комсомольской песней стала с 1922 года песня
«Наш паровоз» на слова молодого киевского поэта Б. Скорбина, не
редко выступавшего с чтением своих стихов в рабочих клубах.
Поэтический образ паровоза, мчавшегося прямой дорогой к коммунизму, привлек внимание молодых рабочих Главных мастерских Юго-Западной железной дороги. Участники музыкального
кружка мастерских, мечтавшие о собственной «железнодорожной»
песне подобали подходящий напев.
В конце 20-х и в 30-х годах в народном песенном быту и
в сельской самодеятельности возникают частушки и песни о труде
и новой жизни современной деревни, о механизации сельских работ и раскрепощении женщины-крестьянки. В частушечных циклах этих лет живо отражен облик новой советской деревни с электричеством и радио, избой-читальней и клубом, газетами, книгами
и кино. Слагатели новых песен поют о широких колхозных полях,
в которых «край не видать», потому что, «все полоски уже сровняли, все межи свели не нет». Во многих частушках и песнях гово-
- 157 -
рится о тракторах и комбайнах, пришедших в колхозы («Трактористка наша Паша») [3].
Творцами новых песен о колхозной деревне были участники и
запевалы небольших хоровых коллективов, выступавших в те годы
на олимпиадах и смотрах художественной самодеятельности. Одними из первых включили в свой репертуар песни на современные
темы воронежские певцы, участники небольшого хора села Александровка, возглавляемого А. Лебедевой.
Используя стихотворения местного колхозного поэта И. Ольховского, Лебедева складывает веселые жизнерадостные песни о
новом быте: «Мы про новую деревню песню новую споем» и
«А нам не о чем тужить, веселее стало жить».
Среди песен колхозных хоров встречаются повествования о
подвигах советских летчиков, о перелетах через северный полюс, о
выборах в Верховный Совет, о Конституции, частушки о Красной
Армии, героические песни с призывом крепить оборону Советской
страны. Наряду с самодеятельными песнями в репертуар народных
хоров входили песни В. Захарова, И. Дунаевского, М. Блантера,
братьев Покрасс и другие.
Частушка
В последней четверти XIX века одним из ведущих народнопесенных жанров, как в городе, так и в деревне, становится частушка.
Частушки – наименование однострофных лирических, шуточно-комедийных и сатирических песенок. Каждая частушка представляет собой законченное по мысли рифмованное четверостишие или двустишие (реже –шестистишие). Несмотря на свою
краткость, частушки отличаются законченностью содержания и
формы. В них с большой художественной силой отражены многообразные переживания и чувства, различные стороны народного
быта и – самое главное – критическое отношение народа к действительности, к историческим событиям.
Термин «частушка» – народного происхождения. Однако в
народном быту он не является единственным; наряду с ним широко
известны и другие наименования: «частые», «частухи», «мелкие песни», «коротушки», «скоморошные», «прибаски», «пригудки», «припевки», «ирибаторы», «перевырки», «прибутырки», «прибасенки»,
- 158 -
«стишки». Любовно-лирические частушки более развитого мелоди-
ческого оклада почти повсеместно известны как «страданья» [2].
Сходные с русской частушкой украинские однострофные песенки называются «дрибушки», «коротеньки», «трындычки»;
в Галичине к ним нередко применяется также старинное название
однострофных шуточных и лирических песенок: «коломыйки».
Отличительной чертой частушки является обособленность
напева и текста. На отдельные частушечные напевы поются тысячи различных по содержанию текстов. При этом для каждой местности характерны свои излюбленные напевы, нередко весьма
своеобразные в интонационно-мелодическом отношении. Поэтому
многие популярные частушечные напевы называются по месту их
происхождения: «волжские», «саратовские», «уральские», «елецкий», «рязаночки», «бряночки».
В народном быту частушки возникали и продолжают возникать сотнями и тысячами, непосредственно отражая различные
явления окружающей действительности. Наиболее удачные частушки сохраняются в течение ряда десятилетий; другие же поются лишь весьма непродолжительное время, являясь типичными
«однодневками». В то время как бытование некоторых частушечных текстов ограничено пределами одной деревни или фабричнозаводского поселка; другие, напротив, распространяются по всей
стране, приобретая общенациональную известность.
По своему интонационно-мелодическому складу частушка имеет
немало общего со многими старинными песенными жанрами: с плясовыми и шуточными песнями, с речитативной скороговоркой пародийных свадебных припевок и скоморошьих сказов, раешных побасенок и присказок. Весьма характерно также, что в некоторых местностях (в особенности на севере) частушечные тексты нередко поют-
ся на мелодии старых плясовых песен («Во саду ли, в огороде», «Камаринская»). Частушки такого рода «являются своеобразной переходной формой, звеном, соединяющим частушку как самостоятельный жанр со старой плясовой песней» [1].
Выдвижение частушки в качестве одного из ведущих жанров
в рабочем и крестьянском песенном творчестве относится к пореформенному периоду. В эти годы в связи с интенсивным развитием в России капитализма происходит крутая ломка старого крестьянского бытового уклада, до того устойчиво сохранявшегося.
- 159 -
Разрушение патриархальных устоев; возрастающие связи деревни
с городом, с торговыми и промышленными центрами; уход крестьянской бедноты на фабрики, заводы и железные дороги; постоянный приток свежих, острых впечатлений – все это в значительной мере изменяет быт старой русской деревни, равно как и психический склад, и мировоззрение крестьянина. Более оживленные
темпы жизни требовали выдвижения нового песенного жанра,
гибкого и подвижного, способного запечатлевать разнообразные
явления современной действительности, фиксируя их с большой
остротой и меткостью. Импровизационная по своей природе, сжатая, лаконичная, с легко запоминаемым напевом частушка явилась
наиболее удобной формой для того, чтобы быстро откликаться на
разнообразные события личной, бытовой общественно-социальной
и исторической жизни, на все злободневные события, которые
волновали народные массы.
Частушки создавались и исполнялись преимущественно крестьянской и рабочей молодежью, выразительницей передового
мировоззрения среды. В своей основной массе частушки были
песнями жизнерадостными, проникнутыми неиссякаемым оптимизмом, зачастую им был присущ озорной, протестующий тон.
Слагатели частушек смеются над суровыми жизненными невзгодами, подчас даже над своим лирическим героем, маскируя
напускной пренебрежительностью чувство горечи и обиды, вызванные изменой, несчастной любовью или же социальной несправедливостью.
По своему содержанию частушки чрезвычайно разнообразны:
лирические, шуточные, юмористические, пародийные, сатирические. В то время как лирические частушки проникнуты глубоким
искренним чувством, шуточные и сатирические частушки с их задорными насмешливыми напевами нередко служили острым орудием политической и классовой борьбы, могущественным средством социальной сатиры, иногда же складывались в целях развлечения [5].
В 80–90-х годах создавалось много частушек о горькой бедняцкой доле, о батраках, о солдатчине, о разлуке с родной стороной и жизни в чужих людях, о богатстве и бедности, о бесправном
положении женщины в старой патриархальной семье и семейных
- 160 -
Соседние файлы в предмете [НЕСОРТИРОВАННОЕ]