Добавил:
ivanov666
Опубликованный материал нарушает ваши авторские права? Сообщите нам.
Вуз:
Предмет:
Файл:Квалификация преступлений против личности. Учебник для студентов вузов, обучающихся по специальности «Юриспруденция»
.pdf
qСЖТУФРМЖОЙА РСПУЙГ ЗЙИОЙ
131
Как видно из приведенного примера, действия потерпевшего
имели противоправный характер, однако не давали осужденной права на применение ответного насилия, опасного для жизни. В пункте 11 ППВС ¹ 19 разъяснено, что уголовная ответственность за
причинение вреда наступает для оборонявшегося в случае, когда
оборонявшийся прибегнул к защите от посягательства, указанного в
ч. 2 ст. 37 УК РФ, такими способами и средствами, применение которых явно не вызывалось характером и опасностью посягательства,
и без необходимости умышленно причинил посягавшему тяжкий
вред здоровью или смерть. При этом ответственность за превышение
пределов необходимой обороны наступает только в случае, когда по
делу будет установлено, что оборонявшийся осознавал, что причиняет вред, который не был необходим для предотвращения или пресечения конкретного общественно опасного посягательства.
Ïîä превышением пределов необходимой обороны понимается совершение обороняющимся лицом таких действий, характер и последствия которых явно несоразмерны опасности посягательства.
То есть обороняющийся без необходимости умышленно причинил
посягавшему тяжкий вред здоровью или смерть. При этом уголовная ответственность за превышение пределов необходимой обороны
наступает только в случае, когда оборонявшийся осознавал, что
причиняет вред, который не был необходим для предотвращения
или пресечения конкретного общественно опасного посягательства.
При решении вопроса о наличии или отсутствии признаков
превышения необходимой обороны необходимо учитывать следующие обстоятельства:
1) объект посягательства (только посягательство на жизнь в
любом случае исключает превышение пределов необходимой обороны);
2) избранный посягавшим лицом способ достижения результата
(для обороняющегося должно быть очевидно, что такой способ
опасен для жизни, например использование оружия или предметов
его заменяющих);
3) тяжесть последствий, которые могли наступить в случае доведения посягательства до конца (в данном случае предложение зависит от закономерного результата, к которому может привести способ посягательства);
4) необходимость причинения смерти или тяжкого вреда здоровью посягавшего лица для предотвращения или пресечения посягательства (в случае, если посягательство могло быть остановлено
способами, не угрожающими лицу, совершившему преступление);
5) место и время посягательства;
132
eÌÁÃÁ 2
6) предшествовавшие посягательству события (например, поступление угроз обороняющемуся от неизвестных лиц, опасения обороняющегося за свою жизнь в связи с его профессиональной деятельностью);
7) неожиданность посягательства (внезапность нападающих закономерно преувеличивает опасность их действий для обороняющегося);
8) число лиц, посягавших и оборонявшихся;
9) наличие оружия или иных предметов, использованных в качестве оружия;
10) возможность оборонявшегося лица отразить посягательство (его возраст и пол, физическое и психическое состояние и т.п.
При этом важно, что профессиональная принадлежность и
имеющиеся навыки не учитываются как обязательные условия,
при которых лицо обязано избежать посягательства или ограничиться наименее тяжким вредом для нападавших).
Таким образом, оценка превышения пределов необходимой
обороны — это процесс разрешения целого комплекса вопросов,
ответ на каждый из которых должен свидетельствовать об отсутствии у оборонявшегося лица иной возможности отражения посягательства, кроме как им избранного. Нарушение этого правила влечет ошибочную уголовно-правовую квалификацию содеянного.
Органами предварительного следствия Н-на обвинялась в соверше-
нии убийства З. (ч. 1 ст. 105 УК РФ). Судом первой инстанции дей-
ствия Н-ной были квалифицированы по ч. 1 ст. 108 УК РФ. Как
установлено по делу, З. в ходе конфликта с Н-ной ударил послед-
нюю кулаком по лицу. В ответ на эти действия Н-на нанесла З. не-
сколько ударов ножом в жизненно важные органы, причинив тем
самым ему смерть. Согласно заключению комплексной психолого-
психиатрической экспертизы, действия Н-ой явились привычной
для нее формой реагирования в состоянии алкогольного опьянения.
В связи с этим суд кассационной инстанции отменил приговор
ввиду неправильного применения уголовного закона1.
Еще одним обстоятельством, с которым связана оценка допустимости необходимой обороны, является соразмерность причиненного посягающему вреда самому посягательству. Если причиненный вред хотя и оказался большим, чем вред предотвращенный, но
при причинении вреда не было допущено явного несоответствия
1
Кассационное определение Судебная коллегия по уголовным делам Самарского областного суда от 21 июля 2010 г. по делу ¹ 3129. Документ официально не
публиковался.
qСЖТУФРМЖОЙА РСПУЙГ ЗЙИОЙ
133
мер защиты характеру и опасности посягательства, то в действиях
оборонявшегося превышения пределов необходимой обороны не
содержится.
В случае если убийство было совершено вследствие противоправных действий потерпевшего, следует выяснять, находилось ли
лицо, причинившее смерть в состоянии аффекта. Так, для преступлений, совершенных в состоянии сильного душевного волнения,
характерно причинение вреда потерпевшему не в целях защиты и,
следовательно, не в состоянии необходимой обороны. Кроме того,
обязательным признаком преступлений, совершаемых в состоянии
внезапно возникшего сильного душевного волнения, вызванного
действиями потерпевшего, является причинение вреда под влиянием именно указанного волнения, тогда как для преступлений, совершенных при превышении пределов необходимой обороны, этот
признак (наличие аффекта) не обязателен.
Еще одним случаем является ситуация, когда сложившаяся обстановка давала основания полагать, что совершается реальное общественно опасное посягательство, и лицо, применившее меры защиты, не осознавало и не могло осознавать отсутствие такого посягательства (мнимая оборона). В такой ситуации потерпевший не нападает на «обороняющегося», не представляет опасности ни для
него, ни для окружающих, однако «обороняющийся», добросовестно заблуждаясь, применяет насилие в целях устранения несущест-
вующего посягательства
обороны исключается, если действия обороняющегося соответствовали характеру сложившейся обстановки. Любой вред в данном
случае причиняется невиновно2. Однако если при мнимой обороне
лицо причинило потерпевшему вред, явно превышающий пределы
допустимого вреда в условиях реального посягательства, оно подлежит ответственности за превышение пределов необходимой обороны3. Мнимую оборону можно классифицировать на две условные
группы.
1. «Обороняющийся» допускает ошибку в оценке действий потерпевшего, считая их общественно опасными, хотя они не были
такими или были даже правомерными.
С. и К. в ночное время, проходя мимо остановки общественного
транспорта, обратили внимание на компанию незнакомых мужчин,
1
. Здесь превышение пределов необходимой
1
Бюллетень Верховного Суда СССР. 1971. ¹ 2. С. 22.
2
Уголовное право России: Практ. курс / Код общ. ред. А.И. Бастрыкина. М.,
2007. Ñ. 169.
3
Бюллетень Верховного Суда СССР. 1970. ¹ 1. С. 19.
134
eÌÁÃÁ 2
трое (В., М., Т.) из которых боролись с четвертым (Ю.), повалив
его на землю и придушив. При этом последний вырывался, просил
его не убивать и звал на помощь. Полагая, что совершается преступление, а жизни Ю. угрожает опасность, С. и К. в целях пресечения посягательства применили к В., М. и Т. насилие. В ходе драки
Т. был убит. Затем выяснилось, что Ю. и В., М., Т. возвращались
из гостей в рабочее общежитие, Ю. был пьян, в связи с этим начал
вести себя вызывающе, оскорблять приятелей словесно и действиями. В., М. и Т. попытались физически усмирить Ю., в ходе чего на
них напали С. и К.
2. В обстановке действительного посягательства «обороняющийся» принимает потерпевшего за преступника, хотя последний
какого-либо отношения к посягательству не имел.
Поздно вечером во дворе техникума В. и Г. подрались. Г., которому
досталось больше, побежал в помещение, где проходили танцы, и
вызвал на помощь ватагу своих дружков. Те окружили В. и начали
его избивать. В., размахивая раскрытым перочинным ножом, разорвал кольцо окружения и бросился бежать, но тут же наскочил на
постороннего З., который расставил руки в стороны, полагая, что З.
из компании нападающих, В. ударил его ножом в живот. Позже
было выяснено, что З. — одноклассник В. и, увидев последнего, хотел обнять его2.
Отдельно можно выделить случай так называемой «запоздалой
обороны», когда «обороняющийся» допускает ошибку относительно
момента окончания посягательства.
Между К. и В. в лесополосе на почве давних неприязненных отно-
шений произошла драка, в ходе которой К. нанес В. несколько
ударов палкой по голове, причинив рваную рану лобной части го-
ловы и сильное кровотечение. Окончив избиение В., К. решил ока-
зать ему помощь, для чего поволок В. к ручью. Последний, опаса-
ясь, что К. перемещает его с целью расправы, не ориентируясь в
пространстве из-за залитых кровью глаз, нащупал на земле камень,
которым нанес К. несколько ударов по различным частям тела, в том
числе по голове. Смерть К. наступила от открытой черепно-мозговой
травмы на месте происшествия3.
1
1
Сборник судебной и следственной практики. М., 1974. С. 159.
2
Ñì.: Уголовное право Российской Федерации. Общая часть: Учебник / Под ред.
Б.В. Здравомыслова. М, 1999. С. 297.
3
Ñì.: Горовой К.А. Проблемы квалификации преступлений против личности. М.,
1962. Ñ. 182.
qСЖТУФРМЖОЙА РСПУЙГ ЗЙИОЙ
135
Если для лица очевидно, что посягательство окончено, и его
действия обусловлены местью за содеянное потерпевшим, то оценка его действий должна осуществляться пообщим основаниям.
Иногда для охраны собственности гражданами и организациями
используются различные технические средства. В случаях, когда
при срабатывании таких технических средств вред, причиненный
посягавшему лицу, явно не соответствовал характеру и опасности
посягательства, содеянное следует оценивать как превышение пределов необходимой обороны. При срабатывании (приведении в действие) таких средств (электрического тока высокого напряжения,
подведенного в теплицу или к ручке двери дачного домика и т.п.)
или приспособлений в условиях отсутствия общественно опасного
посягательства содеянное подлежит квалификации на общих основаниях. Аналогичное правило действует и в случае, когда смерть
причиняется посредством предметов, которые не относятся к устройствам (приспособлениям). Наглядным примером служит хранение отравленной бутылки водки в салоне автомобиля (владелец
преследует цель в случае угона или кражи автомобиля таким образом отомстить преступнику).
Задержание лица, совершившего преступление, — это институт,
который по своей природе весьма похож на необходимую оборону.
Такая особенность проявляется не только в законодательной регламентации этого института, но и в уголовной ответственности за
превышение мер, необходимых для задержания лица, совершившего преступление. Согласно ч. 2 ст. 108 УК РФ, такое преступление
относится к категории небольшой тяжести. Особенностью данного
преступления является то, что оно совершается после того, как условия для необходимой обороны отпали и возникает необходимость
задержать преступника.
Само задержание как этап привлечения лица к уголовной ответственности может быть связано с мерами, угрожающими жизни
задерживаемого. Однако превышение мер, необходимых для задержания лица, совершившего преступление, влечет за собой уголовную ответственность только в случаях умышленного причинения
смерти, тяжкого или средней тяжести вреда здоровью. Уголовная
ответственность за аналогичные деяния, совершенные по неосторожности, не предусмотрена.
В случае с необходимой обороной и мерами, необходимыми для
задержания лица, совершившего преступление, наглядно проявляется универсальность уголовного закона. Так, согласно разъяснениям, изложенным в п. 27 ППВС ¹ 19, положения ст. 37 и 38 УК РФ
распространяются на сотрудников правоохранительных органов и
136
eÌÁÃÁ 2
военнослужащих, которые в связи с исполнением своих служебных
обязанностей могут принимать участие в пресечении общественно
опасных посягательств или в задержании лица, совершившего преступление, в той же мере, что и на остальных граждан. При этом
если в результате превышения пределов необходимой обороны или
мер, необходимых для задержания лица, совершившего преступление, указанные лица совершат убийство или умышленное причинение тяжкого или средней тяжести вреда здоровью, содеянное ими
при наличии должных признаков подлежит квалификации по ст.
108 или 114 УК РФ.
В дежурную часть УВД поступило сообщение о том, что в одном из
домов поселка З. брызнул в лицо из газового баллончика малолет-
нему Ю. На место происшествия выехали дежурные милиционеры
А. и С. По прибытии они обнаружили, что З. закрылся в помеще-
нии бани. Действуя с целью задержания лица, совершившего пре-
ступление, А. и С. выломали входную дверь в баню и выдворили З.
во двор. При этом З. наносил им удары по различным частям тела,
то есть совершил преступление, предусмотренное ч. 1 ст. 318 УК
РФ. Посягательство со стороны З. не угрожало жизни и здоровью
А. и С., что было очевидно для них. Находясь во дворе, А. и С. на-
несли З. множественные удары руками и ногами по телу, причинив
ему множественные телесные повреждения, от которых З. погиб на
месте происшествия. Судом А. и С. были осуждены по ч. 2 ст. 108
ÓÊ ÐÔ1.Причиняя вред при задержании, задерживающий дол-
жен быть уверен, что задерживает именно то лицо, которое совершило преступление. Правоприменительная практика знает случаи,
когда задерживающий добросовестно заблуждался относительно
личности преступника (ошибка в том, кто действительно совершил
преступление) либо в характере содеянного задерживаемым (например, лицо совершило административный проступок, а не преступление).
В таких ситуациях, если лицо, осуществлявшее задержание, не
осознавало и не могло осознавать действительный характер совершавшегося деяния, его действия следует оценивать по правилам
ст. 38 УК РФ, в том числе и о допустимых пределах причинения
вреда. Однако если при задержании лицо не осознавало, но по обстоятельствам дела должно было и могло осознавать указанные обстоятельства о характере противоправного деяния и о том, кто именно совершил преступление, его действия подлежат квалификации
1
Из приговора Краснокамского городского суда Пермского края от 7 июля 2011 г.
Документ официально не публиковался.
qСЖТУФРМЖОЙА РСПУЙГ ЗЙИОЙ
137
по статьям УК РФ, предусматривающим ответственность за преступления, совершенные по неосторожности.
Еще одна особенность квалификации привилегированных
убийств проявляется в ситуации, когда при превышении пределов
необходимой обороны или мер, необходимых для задержания лица,
совершившего преступление, смерть вынужденно причиняется двум
и более лицам, женщине, заведомо для виновного находящейся в
состоянии беременности, а также общеопасным способом. Во всех
этих случаях содеянное подлежит квалификации по соответствующей части ст. 108 УК РФ. Эта особенность обусловлена правовой
природой необходимой обороны и мер, необходимых для задержания лица, совершившего преступление.
Если в ходе необходимой обороны или задержания лица, совершившего преступление, причинен вред третьим лицам, то содеянное в зависимости от конкретных обстоятельств может оцениваться как правомерное причинение вреда по основаниям, предусмотренным ст. 39 (крайняя необходимость), ст. 41 (обоснованный
риск) или ст. 42 (исполнение приказа или распоряжения) УК РФ,
как невиновное причинение вреда либо как умышленное или неосторожное преступление. Для правильной уголовно-правовой оценки
содеянного необходимо учитывать не только объективную сторону
случившегося, но и статус оборонявшегося (задерживавшего) лица,
его эмоциональное состояние, а также возможность защитить себя
либо исполнить им свой служебный или гражданский долг без причинения вреда законным интересам третьих лиц.
Подводя итог, отметим, что правомерное причинение смерти в
ходе необходимо обороны либо при задержании лица, совершившего преступление, является следствием невозможности разрешения
сложившейся ситуации иным способом. Такое положение лица,
которое вынуждено оборонять себя либо кого-то от опасного посягательства, обусловливает сложности в уголовно-правовой оценке
содеянного. Квалифицируя действия обороняющегося лица, правоприменитель должен учитывать не только характер посягательства,
но и восприятие обороняющимся обстоятельств такого посягательства. Сказанное в полной мере относится и к квалификации действий
лица, причинившего смерть в процессе задержания преступника.
2.4. qСЙШЙОЖОЙЖ ТНЖСУЙ ÐÏ ОЖПТУПСПЗОПТУЙ
Причинение смерти по неосторожности ранее было известно
как неосторожное убийство. Ответственность за него была установлена еще в законодательных актах Средневековой Руси. Так, в
138
eÌÁÃÁ 2
Судебнике Ивана III (1497) содержалась статья «Запись о душегубстве», под которым понималось не только убийство в чистом виде,
но и самоубийство и даже смерть в результате несчастного случая
(без покаяния в грехах)
Как самостоятельный состав преступления неосторожное убийство впервые сформулировано в Соборном уложении 1649 г. при
царе Алексее Михайловиче. В частности, статья 20 Соборного уложения гласила: «А будет кто, стреляючи из пищали, или из лука по
зверю, или по птице, или по примете, и стрела или пулька вспловет, и убьет кого за горою, или за городьбою, или кто каким-нибудь
обычаем кого убьет до смерти деревом, или каменем, или чемнибудь не нарочным же делом, а недружбы и никакия вражды напередь того у того, кто убьет, с тем кого убьет, не бывало, и сыщется про то допряма, что такое убийство учинилося не нарочно, без
умышления, и за такое убийство никого смертию не казнити, и в
тюрму не сажати потому, что такое дело учинится грешным делом
без умышления»
2
Более строгая ответственность за неосторожное убийство устанавливалась в Артикуле воинском 1715 г., принятом в годы царствования Петра I, где уже явственно разделялись убийства, совершенные умышленно и неосторожно («ненароком и невольно»), что
наказывалось тюрьмой, штрафом или шпицрутенами
В царствование Екатерины II в 1754 и 1766 гг. работали комиссии для подготовки Уголовного уложения. В проектах Уложения
предусматривались преступления против жизни. В частности,
умышленное убийство определялось как волевое деяние, совершенное «нарочно» и без нужды, а неосторожное убийство, как совершенное «ненарочно» и не по умыслу, но когда убийца виновен в
том, что оно по неосторожности произошло. Кроме того, была
предпринята попытка впервые сформулировать понятие «случайное
убийство», как весьма «неумышленное» и «ненарочное» убийство, в
котором никакой вины не усматривается. Ответственность за случайное убийство «наступать была не должна».
Виды убийств между собой стали различаться в Своде законов
уголовных 1832 г., где было сформулировано два вида неосторожных убийств: если лицо могло предвидеть «противозаконные последствия», или же когда оно совершило действия, «не запрещенные
1
.
.
3
.
1
Хрестоматия по истории государства и права России / Под ред. Титова Ю.П.
Ì., 2008. Ñ. 123.
2
Òàì æå. Ñ. 157.
3
Бородин С.В. Преступления против жизни. М., 1999. С. 20—21.
qСЖТУФРМЖОЙА РСПУЙГ ЗЙИОЙ
139
законом, но должно было при осмотрительности или могло предвидеть такие последствия». Неосторожное убийство наказывалось «по
степени неосторожности» тюремным заключением, или штрафом,
или «телесной экзекуцией», и во всех случаях виновный подвергался церковному покаянию (ст. 336)
В Уложении о наказаниях уголовных и исправительных 1845 г.
убийства подразделялись на простые, квалифицированные, привилегированные и совершенные по неосторожности.
Сменившее его Уложение о наказаниях 1903 г. содержало разные виды неосторожных убийств: «Нанесение побоев без умысла на
убийство, повлекшее за собой смерть потерпевшего, наказывалось
заключением в тюрьме на срок от восьми месяцев до двух лет; совершение не запрещенного законом действия, от которого нельзя
ожидать последствий, но которое является явно неосторожным,
повлекшим за собой смерть по неосторожности, наказывалось на
срок от двух до четырех лет или арестом на срок от трех дней до
трех месяцев; совершение действия, повлекшего за собой неожиданную смерть потерпевшего, наказывалось заключением в тюрьме
на срок от двух до четырех месяцев. За каждое из трех приведенных
деяний христианам полагалось церковное покаяние (ст. 1464, 1465,
2
1468)»
.
Сразу же после Октябрьской революции 1917 г. советское правительство распустило все судебные учреждения и юридические
институты царской России. Были созданы окружные народные суды и революционные трибуналы, в подсудность которых передавались дела и о преступлениях против жизни, причем судам разрешалось руководствоваться законами свергнутых правительств только
лишь «поскольку таковые не отменены декретами ВЦИК и СНК и
не противоречат социалистическому правосознанию»
Уголовный кодекс РСФСР 1922 года содержал несколько видов
убийств, среди них было и убийство по неосторожности (статья
4
147)
. Согласно ч.1 ст.147 УК РФ РСФСР неосторожное убийство
наказывалось лишением свободы или исправительными работами
на срок до 1 года, а в ч. 2 ст. 147 предусматривалось неосторожное
1
.
3
.
1
Хрестоматия по истории государства и права России / Под ред. Титова Ю.П.
М.: Проспект, 2008. С. 289.
2
Российское законодательство X—XX веков / Под ред. О. В. Чистякова, Т. 8.
Ì., 1991.
3
История законодательства СССР и РСФСР по уголовному процессу и органи-
зации суда и прокуратуры: сб. документов. М., 1955. С. 43—44.
4
Хрестоматия по истории государства и права России / Под ред. Ю.П. Титова.
Ì., 2008. Ñ. 491.
140
eÌÁÃÁ 2
убийство, которое явилось результатом сознательного несоблюдения правил предосторожности. Наказание за него предусматривалось в виде лишения свободы на срок до 3 лет.
Такое же построение системы преступлений против жизни была
сохранено и в УК РФ РСФСР 1926 г. (статья 139
убийство по неосторожности было соединено с убийством в результате превышения пределов необходимой обороны.
До вступления в силу в 1997 году Уголовного кодекса РФ состав
данного преступления содержался в статье 106 УК РФ РСФСР (Неосторожное убийство): «Убийство, совершенное по неосторожности, наказывается лишением свободы на срок до трех лет или исправительными работами на срок до двух лет»
УК РФ в отличие от УК РФ РСФСР 1960 г. причинение смерти
по неосторожности исключил из видов убийств. Предложения развести понятия «убийство» и «неосторожное причинение смерти»
высказывались и ранее
3
, так как «убийство» и «убийца» всегда ассоциировались лишь с умышленным причинением смерти. Во
многих государствах законодательство четко отграничивает умышленное убийство от неосторожного причинения смерти. Так же
было и в законодательстве дореволюционной России, к этому
пришел и УК РФ 1996 г.
Èòàê, ïîä причинением смерти по неосторожности современное
российское уголовное право понимает лишение жизни другого человека, совершенное неумышленно, т.е. по легкомыслию или небрежности. Таким образом, от убийства оно отличается только неосторожной формой вины.
Согласно действующему уголовному законодательству неосторожное лишение жизни человека, с одной стороны, является самостоятельным преступлением против личности (ст. 109 УК РФ), а с
другой — квалифицирующим признаком иных умышленных и неосторожных преступлений.
Уголовная ответственность за причинение смерти по неосторожности предусмотрена в законодательстве всех зарубежных государств. Однако к содержанию диспозиции данного преступления
каждое государство подходит по-разному.
Например, сходную с УК РФ 1996 г. структуру данного преступления имеют уголовные кодексы Австрии и Германии.
1
). Однако в нем
2
.
1
Хрестоматия по истории государства и права России / Под ред. Ю.П. Титова.
Ì., 2008. Ñ. 511.
2
Уголовный кодекс РСФСР // Свод законов РСФСР. Т. 8. С. 497.
3
См., например: Шаргородский М.Д. Преступления против жизни и здоровья.
Ì., 1948. Ñ. 38, 194.
Соседние файлы в предмете [НЕСОРТИРОВАННОЕ]