Добавил:
ivanov666
Опубликованный материал нарушает ваши авторские права? Сообщите нам.
Вуз:
Предмет:
Файл:Квалификация преступлений против личности. Учебник для студентов вузов, обучающихся по специальности «Юриспруденция»
.pdf
qСЖТУФРМЖОЙА РСПУЙГ ЗЙИОЙ
41
При квалификации убийства лица по данному признаку, необходимо сказать о проблеме его вменения, связанной с отнесением
сна и сильной степени алкогольного опьянения к обстоятельствам,
свидетельствующим о беспомощном состоянии потерпевшего.
С момента введения в действие УК РФ 1996 г. судебная практика основывалась на признании беспомощным состоянием сна и
сильной степени алкогольного опьянения, лишавших потерпевшего
возможности оказать сопротивление преступнику.
Последовавшие за принятием постановления Пленума Верховного Суда РФ 1999 г. кассационные и надзорные решения Верховного
Суда РФ существенно изменили понимание «беспомощного состояния» применительно к убийству, исключив сильную степень опьянения из числа обстоятельств, свидетельствующих об этом понятии.
Верховный Суд Российской Федерации в одном из определений ука-
зал, что квалифицирующий признак, предусмотренный п. «в» ч. 2
ст. 105 УК РФ, вменен осужденным необоснованно. По делу Ш.,
признавая его виновным в убийстве лица, заведомо для него нахо-
дившегося в беспомощном состоянии, суд первой инстанции ука-
зал, что беспомощное состояние потерпевшего заключалось в силь-
ном алкогольном опьянении. Между тем, по смыслу закона по
п. «в» ч. 2 ст. 105 УК РФ квалифицируется убийство потерпевшего,
неспособного защитить себя, оказать активное сопротивление ви-
новному в силу физического или психического состояния. К лицам,
находящимся в беспомощном состоянии могут быть отнесены тяже-
лобольные и престарелые, малолетние дети, лица, страдающие пси-
хическими расстройствами, лишавшими их способности правильно
воспринимать происходящее. То обстоятельство, что потерпевший в
момент совершения преступления был в сильной степени алко-
гольного опьянения, не дает оснований считать его находившимся
в беспомощном состоянии. Не может быть принято во внимание и
указание суда о том, что в беспомощном состоянии потерпевший
находился ввиду полученного ранения
1
.
Что же касается правовой оценки сна как беспомощного состояния лица, то в подобных следственных ситуациях следует исходить из позиции Верховного Суда РФ, в соответствии с которой
такое состояние к числу обстоятельств, предусмотренных п. «в» ч. 2
ст. 105 УК РФ также не относится, поскольку сон является необходимым физиологическим состоянием человеческого организма. А в
соответствии с п. 7 постановления Пленума Верховного Суда РФ от
27 января 1999 г. неспособность защитить себя вызывается физиче-
1
ÁÂÑ ÐÔ. 2002. ¹ 12.

42
eÌÁÃÁ 2
ским или психическим состоянием. Указанная позиция, на наш
взгляд, является наиболее предпочтительной, в полной мере оценивающей общественную опасность убийства лиц из числа наиболее
незащищенных, имея в виду физическое или психическое состояние, категорий граждан.
Вместе с тем в юридической литературе и судебной практике
широко распространены и противоположные мнения, в соответствии с которыми лицо является беспомощным в состоянии сна или
глубокого физиологического опьянения, так как лишено способности правильно воспринимать происходящее
Понятие «беспомощное состояние» по-иному разъясняется и
Пленумом Верховного Суда РФ в постановлении «О судебной
практике по делам о преступлениях, предусмотренных статьями 131
и 132 УК РФ» от 15 июля 2004 г. ¹ 11. Как следует из данного
постановления, при правовой оценке обстоятельств совершения
преступлений против половой свободы и неприкосновенности суды должны исходить из того, что беспомощным состоянием в таких случаях может быть признана такая степень опьянения, вызванного употреблением алкоголя, наркотических средств или
других одурманивающих веществ, которая лишала это лицо, например потерпевшую женщину, возможности оказать сопротивление насильнику
2
.
Убийство потерпевшего, находившегося в беспомощном состоянии, может быть совершено как с прямым, так и с косвенным
умыслом; в любом случае необходимо доказывать осведомленность
о наличии этого состояния и желание использовать его для лишения жизни жертвы.
По данному пункту ч. 2 ст. 105 УК РФ квалифицируется также
убийство, сопряженное с похищением человека. Здесь тоже речь
идет о лице, находящемся в беспомощном состоянии, но в такое
состояние его поставил сам виновный. Следует учитывать, что уголовный закон имеет в виду не только убийство самого похищенного
человека. На практике могут возникнуть случаи, когда совершается
убийство других лиц, например при открытом завладении (захвате)
лица или освобождении похищенного человека. Поскольку закон
1
.
1
Ñì.: Уголовное право Российской Федерации. Особенная часть / Под ред.
Л.В. Иногамовой-Хегай. М., 2011. С. 34—36; Коробеев А.И. Убийство лица, заведомо для виновного находящегося в беспомощном состоянии // Уголовное право в ХХI веке. М., 2002. С. 160—162; Володин Д., Попов А. Сон и сильная степень
опьянения как обстоятельства, свидетельствующие о беспомощном состоянии
потерпевшего при убийстве // Уголовное право. 2002. ¹ 3. С. 43—46.
2
ÁÂÑ ÐÔ. 2004. ¹ 8.

qСЖТУФРМЖОЙА РСПУЙГ ЗЙИОЙ
43
говорит об убийстве, сопряженном с похищением человека, такие
случаи также квалифицируются по п. «в» ч. 2 ст. 105 УК РФ. Вместе с тем по совокупности применяется и ст. 126 УК РФ.
В случаях, когда похищение человека является формой насилия,
примененного к потерпевшему, или совершается с целью облегчить
его последующее убийство, вменение ст. 126 УК РФ и п. «в» ч. 2
ст. 105 УК РФ является необоснованным, так как в данной ситуации умысел виновного направлен не на удержание человека, а на
причинение ему смерти.
Верховный Суд РФ отменил ранее принятые судебные решения в
отношении виновных в части осуждения за похищение человека, а
также исключил осуждение их за убийство, совершенное группой
лиц по предварительному сговору.
Как указано в постановлении, суд признал и указал в приговоре,
что П. и Ш. после распития спиртного вступили в сговор на убий-
ство О. с последующим сокрытием трупа подо льдом замершей ре-
ки и инсценировкой тем самым его безвестного исчезновения. Не
обнаружив на льду реки Кова проруби, они договорились о пере-
мещении потерпевшего к реке Ухваш, где имелась полынья и где, в
конечном итоге, было совершено убийство потерпевшего. Таким
образом, действия П. и Ш. были направлены не на удержание О. в
другом месте, а на его перемещение к месту убийства, что и было
ими осуществлено. Поскольку убийство не было сопряжено с по-
хищением человека, из состоявшихся судебных решений суд ис-
ключил осуждение П. и Ш. по
новление Президиума Верховного Суда РФ от 17. 09. 2008 г. ¹ 234-
По8, документ опубликован не был)
ï. «â» ÷. 2 ñò. 105 УК РФ (Поста-
1
.
3. Убийство женщины, заведомо для виновного находящейся в со-
стоянии беременности (п. «г» ч. 2 ст. 105 УК РФ).
Повышенная общественная опасность этого преступления состоит в том, что погибает и сама женщина, и плод, в будущем ребенок. Учитывается также незащищенность женщины, ее неспособность оказать активное сопротивление преступному насилию,
особенно на поздних стадиях беременности. Обязательным условием квалификации действий преступника является то обстоятельство, что виновный знал о беременности женщины либо мог судить
об этом по ее внешнему виду. Источники информации о беременности женщины могут быть различными, однако они не влияют на
уголовно-правовую оценку деяния. Это могут быть внешние признаки беременности женщины, документальное подтверждение,
1
СПС «Консультант Плюс».

44
eÌÁÃÁ 2
информация о таком состоянии от самой потерпевшей, ее родственников, друзей и подруг, иных лиц и т.д. Данное обстоятельство
является решающим. Поэтому, если преступник достоверно не
знал, а лишь предполагал либо догадывался о беременности потерпевшей, он не может нести ответственность по п. «г» ч. 2 ст. 105
УК РФ. Срок беременности уголовно-правового значения не имеет.
В литературе описан случай убийства женщины, о беременности
которой преступник знал предположительно, а не достоверно.
Согласно приговору Тюменского областного суда Б. признан ви-
новным в убийстве жены, находящейся в состоянии беременности
и осужден по п. «ж» ч. 2 ст. 105 УК РФ. Верховный Суд РФ нашел
приговор подлежащим изменению и, в частности, указал на сле-
дующее. Как следует из заключения судебно-медицинского экспер-
та, смерть жены Б. наступила от ножевого ранения, в связи с чем
суд обоснованно пришел к выводу о виновности осужденного в
убийстве его жены Б. Однако действия Б. суд неправильно квали-
фицировал по п. «г» ч. 2 ст. 105 УК РФ. Судебно-медицинская экс-
пертиза установила, что у жены Б. имелась беременность 10—
15 дней, однако, как видно из показаний свидетелей П. и Ч., потер-
певшая с достоверностью не знала о наличии у нее беременности, а
лишь предполагала о ней. Как установлено в судебном заседании,
жена Б. сообщила ему о своей беременности предположительно.
Следовательно, Б. заведомо не знал о том, что жена находилась в
состоянии беременности. Поэтому он не мог нести ответственность
по п. «г» ч. 2 ст. 105 УК РФ, и его действия переквалифицированы
íà ÷. 1 ñò. 105 ÓÊ ÐÔ
1
.
Приведенная выше позиция следственной и судебной практики
является единственно правильной, поскольку использование в уголовном законе понятия «заведомо» имеет в виду достоверное, не
вызывающее сомнения знание, безусловную осведомленность о
данном факте.
В случаях, когда виновный ошибочно думал, что женщина беременна (например, она сказала ему об этом), но на самом деле она
таковой не являлась, в практике содеянное квалифицируется по ч.
1 ст. 105 УК РФ.
Потерпевшая К. сообщила М. о своей беременности и потребовала
деньги, угрожая в противном случае заявить о ее изнасиловании
М., последний ударил ее бутылкой по голове и несколько раз ногой
по лицу. Когда потерпевшая потеряла сознание, М. накинул ей на
1
Судебная практика к Уголовному кодексу Российской Федерации / сост.
С.В. Бородин, А.И. Трусова; Под общ.ред. В.М. Лебедева. М., 2001. С. 431, 432.

qСЖТУФРМЖОЙА РСПУЙГ ЗЙИОЙ
45
шею петлю и привязал к ручке створки печи, в результате механи-
ческой асфиксии потерпевшая скончалась. Судебно-медицинскими
экспертами установлено, что в состоянии беременности потерпев-
шая не находилась. Суд первой инстанции квалифицировал эти
действия М. по ч. 3 ст. 30, п. «г» ч. 2 ст. 105 УК РФ и ч. 1 ст. 105
УК РФ как покушение на причинение смерти потерпевшей, заве-
домо для него находившейся в состоянии беременности, и умыш-
ленное причинение смерти потерпевшей. Президиум Верховного
Суда РФ исключил из судебных решений осуждение М. по ч. 3 ст.
30, п. г ч. 2 ст. 105 УК РФ, поскольку его умысел на лишение жиз-
ни потерпевшей был полностью реализован и в результате его дей-
ствий наступила смерть потерпевшей. В обоснование решения было
также указано, что согласно ч. 2 ст. 17 УК РФ совокупностью пре-
ступлений может быть признано одно действие (бездействие), со-
держащее признаки преступлений, предусмотренных двумя или бо-
лее статьями УК РФ. Из приговора видно, что суд первой инстан-
ции одни и те же действия М. квалифицировал и как убийство, и
как покушение на убийство, т.е. по различным частям одной статьи
УК РФ. Таким образом, квалификация его действий как покушение
на убийство является излишней (постановление Президиума Вер-
ховного Суда РФ от 9 июня 2004 г. ¹ 361п04 по делу М. — доку-
мент опубликован не был)
Аналогичное решение принял Президиум Верховного Суда РФ
по уголовному делу в отношении Г., обвиняемого в убийстве беременной сожительницы.
Г., находясь в состоянии алкогольного опьянения, заведомо зная,
что его сожительница Б. находится в состоянии беременности, на
почве ссоры в целях умышленного убийства взял охотничье ружье и
выстрелил потерпевшей в голову, причинив огнестрельное ранение
головы, в результате которого наступила смерть Б. Свой умысел на
убийство женщины, заведомо для него находившейся в состоянии
беременности, Г. не довел до конца по независящим от него об-
стоятельствам, так как потерпевшая не находилась в состоянии бе-
ременности, о чем он не знал. Учитывая, что умысел Г. на лишение
жизни Б. был полностью реализован и в результате действий ви-
новного наступила смерть потерпевшей, которая в состоянии бере-
менности не находилась, квалификация действий Г. как покушение
на убийство является излишней, и осуждение по ч. 3 ст. 30, п. «г»
ч. 2 ст. 105 УК РФ должно быть исключено из судебных решений
1
.
1
СПС «Консультант Плюс».

46
eÌÁÃÁ 2
(постановление Президиума Верховного Суда РФ от 16 января
2008 г. ¹ 420-п-07 — документ опубликован не был)
Вопрос квалификации в ситуации, когда виновный ошибается и
убивает женщину, не находящуюся в состоянии беременности, в
теории уголовного права является наиболее дискуссионным. Некоторые ученые предлагают квалифицировать такие преступления как
покушение на убийство беременной женщины, т.е. по ч. 3 ст. 30,
2
ï. «ã» ÷. 2 ñò. 105 ÓÊ ÐÔ
.
Однако такая квалификация не будет правомерной на том
основании, что в соответствии с изложенной позицией причинение смерти человеку квалифицируется только как покушение на
преступление.
Другие считают правильным квалификацию по совокупности
преступлений: простое оконченное убийство и покушение на убийство беременной женщины, т.е. по ч. 1 ст. 105, ч. 3 ст. 30, п. «г» ч. 2
ст. 105 УК РФ
3
.
Данная позиция, наиболее правильно отражая сущность данного преступления, тем не менее неприемлема, потому что квалификация по совокупности оконченного преступления и покушения на
преступление требует назначения окончательного наказания путем
их сложения с пределом в 22, 5 года лишения свободы (ч. 3 ст. 69
УК РФ). То есть при убийстве беременной женщины максимальное
наказание может составлять 20 лет, а в случае убийства небеременной — 22,5 года.
Значительная часть ученых придерживается третьей точки зрения, в соответствии с которой действия виновного в этих случаях
следует квалифицировать как оконченное преступление — убийство
женщины, находящейся в состоянии беременности (п. «г» ч. 2
4
ñò. 105 ÓÊ ÐÔ).
1
.
1
СПС «Консультант Плюс».
2
См., например: Уголовное право. Особенная часть: учебник для вузов / Под ред.
И.Я. Козаченко, З.А. Незнамовой, Г.П. Новоселова. С. 55; Российское уголовное
право. Особенная часть: Учебник для студентов вузов / Под ред. А.И. Рарога.
С. 25—26; Уголовное право России: Учебник для студентов вузов / Под ред.
А.В. Бриллиантова. С. 382—383.
3
Ñì.: Уголовное право России: Учебник для вузов. Особенная часть / Под. ред.
А.Н. Игнатова и Ю.А. Красикова. С. 28; Комментарий к Уголовному кодексу
Российской Федерации / Под ред. Ю.А. Скуратова, В.М. Лебедева. С. 228.
4
Ñì.: Бородин С.В. Преступления против жизни. С. 106; Нуркаева Т.Н. Некоторые
проблемы квалификации убийства, совершенного с отягчающими обстоятельствами. С. 89—91; Агафонов А.В. Уголовная ответственность за убийство. С. 103—104.

qСЖТУФРМЖОЙА РСПУЙГ ЗЙИОЙ
47
Что же касается данного мнения, которое в полной мере отражает общественную опасность содеянного, то и оно не может быть
признано правильным, так как налицо реализованное посягательство на жизнь женщины, не находящейся в состоянии беременности.
Судебная практика разрешила возникавшие проблемы в случаях
наличия ошибки виновного в квалифицирующем обстоятельстве в
пользу квалификации содеянного как простого убийства, т.е. по
ч. 1 ст. 105 УК РФ, что подтверждается приведенными выше решениями Верховного Суда РФ.
Убийство беременной женщины может быть совершено как с
прямым, так и с косвенным умыслом, по любым мотивам и с любой
целью.
4. Убийство, совершенное с особой жестокостью (п. «д» ч. 2
ñò. 105 ÓÊ ÐÔ).
Понятие «особая жестокость» раскрыто в п. 8 постановления
Пленума Верховного Суда РФ «О судебной практике по делам об
убийстве» от 27 января 1999 г. ¹ 1.
В постановлении отмечается, что понятие «особая жестокость»
связывается как со способом убийства, так и с другими обстоятельствами, свидетельствующими о проявлении виновным особой жестокости. Особая жестокость может проявляться как в отношении
самого потерпевшего, так и в отношении иных лиц. В первом случае признак особой жестокости присутствует, например, в случаях,
когда перед лишением жизни или в процессе совершения убийства
к потерпевшему применялись пытки, истязание или совершалось
глумление над жертвой либо когда убийство совершено способом,
который заведомо для виновного связан с причинением особых
страданий (нанесением множественных телесных повреждений, использованием мучительно действующего яда, сожжением заживо,
долговременным лишением пищи, воды и т.д.).
П., когда супруги Н. легли спать, связал их и в целях убийства об-
лил бензином и поджег. После того как одежда потерпевших и
предметы, которыми они были связаны, сгорели, Н. пыталась по-
кинуть квартиру, но П. воспрепятствовал ей. Убедившись, что по-
терпевшие получили сильные ожоги, П. скрылся. В результате тер-
мических ожогов супруги Н. скончались. Верховный Суд РФ согла-
сился с мнением суда первой инстанции, указав, что действия ви-
новного, совершившего поджог, обоснованно квалифицированы
как убийство с особой жестокостью (постановление Президиума
Верховного Суда РФ от 27 июня 2007 г. ¹ 244-П07 по делу П. —
документ опубликован не был)
1
.
1
СПС «Консультант Плюс».

48
eÌÁÃÁ 2
Особая жестокость может проявляться и при использовании
экстремальных погодных условий, например при оставлении в связанном состоянии на морозе либо под палящим солнцем с целью
таким способом лишить жизни, запрет оказывать помощь лицу,
истекающему кровью и т.п.
П. в целях убийства сына на лестничной площадке между этажами
взял ребенка руками за туловище и, действуя с особой жестоко-
стью, осознавая, что на улице мороз ниже 20 градусов, открыл люк
мусоросборника, сбросил сына вниз головой в мусоропровод, после
чего с места происшествия скрылся. Однако преступный умысел на
убийство сына П. не смог довести до конца по независящим от не-
го причинам, так как ребенок был обнаружен в мусоропроводе по-
сторонними лицами и с множественными травмами, сопровождав-
шимися опасным для жизни состоянием, доставлен в лечебное уч-
реждение. Как указал Верховный Суд РФ, суд первой инстанции
правильно установил фактические обстоятельства дела и исходя из
совокупности исследованных в судебном заседании доказательств
признал П. виновным наряду с другими преступлениями, в поку-
шении на убийство сына, заведомо находившегося в беспомощном
состоянии, с особой жестокостью (определение Верховного Суда
РФ от 18 января 2005 г. ¹ 53-о04—95)
Убийство с особой жестокостью совершается как с прямым, так
и с косвенным умыслом.
Повышенная общественная опасность убийства, совершенного
с особой жестокостью, обусловлена как особыми страданиями и
мучениями потерпевшего, так и исключительной безжалостностью
и беспощадностью убийцы.
С точки зрения любого нормального человека любое убийство
является актом проявления жестокости. Однако общественная
опасность преступления повышается, если такая жестокость является
явно избыточной, чрезмерной даже с учетом поставленной задачи —
причинить человеку смерть.
В некоторых случаях убийству человека предшествуют пытки,
истязание потерпевшего или глумление над ним. Под истязанием
уголовный закон понимает причинение физических или нравственных страданий путем систематического нанесения побоев либо
иными насильственными действиями. Пыткой в уголовно-правовом
смысле принято считать причинение физических или нравственных
страданий в целях понуждения человека к каким-либо действиям,
противоречащим его воле, либо в целях его наказания. Говоря о
1
.
1
ÁÂÑ ÐÔ. 2006. ¹ 2.

qСЖТУФРМЖОЙА РСПУЙГ ЗЙИОЙ
49
глумлении над потерпевшем, обычно имеют в виду издевательство
над человеческими страданиями, злую насмешку, циничное унижение слабого сильным. Данные понятия как элементы особой жестокости будут играть роль отягчающих убийство обстоятельств
только в случае, когда они непосредственно предшествуют лишению жизни либо проявляются непосредственно в процессе совершения убийства. Для квалификации убийства по п. «д» УК РФ не
имеет значения, наступила смерть от пыток, истязаний или глумления либо убийца по их завершению нанес смертельный удар. В таких случаях содеянное охватывается п. «д» ч. 2 ст. 105 УК РФ и дополнительной квалификации по ст. 117 УК РФ не требуется.
В практике могут быть случаи реальной совокупности убийства
и истязания, в том числе в форме пытки, в ситуациях, когда умысел
на убийство возник и был реализован после пыток или истязания.
В таких случаях между преступными действиями существует разрыв
во времени, и в целом преступное деяние квалифицируется по ч. 1
или ч. 2 ст. 105 и по ст. 117 УК РФ.
Согласно пункту 12 постановления Пленума Верховного Суда
РФ от 15 июня 2004 г. ¹ 11 «О судебной практике по делам о преступлениях, предусмотренных статьями 131 и 132 Уголовного кодекса Российской Федерации» в качестве признаков особой жестокости названы причинение физических или нравственных мучений
или страданий и издевательство над потерпевшим.
Пленум Верховного Суда РФ в пункте 8 постановления от 20 декабря 1994 г. ¹ 10 «Некоторые вопросы применения законодательства о компенсации морального вреда» определяет содержание особой жестокости, указывая, что степень нравственных или физических страданий оценивается судом с учетом фактических обстоятельств причинения вреда, индивидуальных особенностей потерпевшего и других конкретных обстоятельств, свидетельствующих о
тяжести перенесенных им страданий.
Исходя из определений особой жестокости, содержащихся в названных постановлениях Верховного Суда РФ, можно выделить
объективные и субъективные признаки особой жестокости.
Объективные признаки особой жестокости:
x множественность нанесения побоев и ранений потерпевшему;
x длительный характер их нанесения:
x последовательность причинения телесных повреждений.
Субъективные признаки особой жестокости:
x умысел лица на причинение мучений и страданий потерпев-
шему в процессе лишения его жизни.

50
eÌÁÃÁ 2
Примером проявления особой жестокости может быть и убийство лица в присутствии его родных и близких (например, убийство
ребенка в присутствии родителей, мужа в присутствии жены и т.п.).
По приговору суда Б. признан виновным в убийстве своей жены с
особой жестокостью. Как указал Верховный Суд РФ в определении
от 17 ноября 2010 г., оставляя приговор без изменения, по смыслу
закона одним из способов совершения убийства, свидетельствую-
щего о проявлении особой жестокости по отношению к потерпев-
шему является совершение убийства в присутствии близких потер-
певшему лиц, если виновный осознает, что своими действиями
причиняет присутствующим особые душевные страдания и заведо-
мо идет на это. О том, что Н. (жена Б.) и ее дети испытывали осо-
бые душевные страдания и мучения, свидетельствуют показания
подсудимого, потерпевшей П., свидетелей, из которых следует, что
малолетние дети присутствовали при совершении отцом убийства
матери, сознавали характер совершаемых действий, пытались оста-
новить отца, были сильно испуганы, плакали. Б. также видел, что
дети не спят, находятся на кухне, из которой видна комната, где
происходило убийство, слышали их крики. При таких обстоятельст-
вах действия Б. правильно квалифицированы судом по п. «д» ч. 2
ст. 105 УК РФ как убийство, то есть умышленное причинение
смерти другому человеку, совершенное с особой жестокостью (оп-
ределение Судебной коллегии по уголовным делам Верховного Суда
РФ ¹ 1-О10—44 от 17 ноября 2010 г.)
1
.
Однако сам факт убийства лица в присутствии малолетних детей
еще не свидетельствует об особой жестокости, необходимо, чтобы
потерпевшее лицо было связано с ними родственными отношениями. Кроме того, при вменении признака особой жестокости при
совершении убийства в присутствии детей необходимо учитывать их
возраст. Убийство в присутствии детей, не осознающих сущности
происходящих событий, не может быть квалифицировано как убийство с особой жестокостью.
В приведенных ниже следственных ситуациях особая жестокость при убийстве проявилась в виде тяжелых нравственных страданий потерпевших от ожидания неминуемой смерти.
Преступники потребовали от В. крупную сумму денег; он заявил об
отсутствии запрашиваемой суммы. Тогда вымогатели доставили его
в ночное время в принадлежащий ему гараж, расположенный на
окраине города, вдали от жилых домов. В гараже преступники при-
ковали его наручниками к батарее, завели двигатель автомобиля и
1
ÁÂÑ ÐÔ. 2011. ¹ 10.
Соседние файлы в предмете [НЕСОРТИРОВАННОЕ]
