Добавил:
ivanov666
Опубликованный материал нарушает ваши авторские права? Сообщите нам.
Вуз:
Предмет:
Файл:Знакомство с Библией
.pdf
ПРОРОКИ. ИЛИЯ, АМОС И ОСИЯ
Сегодня мы обращаемся к пророческим книгам Ветхого
Завета и посвятим им три лекции, поскольку это очень важная
и вместе с тем, может быть, и самая трудная для понимания
часть Библии.
Хотя закон Моисея обязывал священников учить народ
благочестию, в древности на практике это предписание далеко не всегда выполнялось. Многие священники больше занимались принесением жертв в Храме, исполнением треб,
как сказали бы мы теперь, и на наставление народа у них не
хватало времени, а иногда и желания. Политеизм (идолопоклонство соседних народов) легко перенимался евреями и
приводил их к отступлению от чистоты веры в единого БогаЯхве. Еврейские цари и правители, как мы помним из анализа исторических книг, тоже часто подавали дурной пример.
И, вот, как рассказывает Библия, чтобы наставить народ в истинной вере, Бог посылал ему Своих пророков. Совершенно
очевидно, что пророки имели огромное влияние на веру народа и нередко спасали евреев от духовной катастрофы. В то
время как священство передавалось по наследству, к пророческому служению люди призывались Богом индивидуально.
Главной задачей пророков было указать народу на его нрав-
182
пророки
ственные и религиозные нарушения и восстановить благочестие. Уча, пророки нередко предсказывали будущее.
Слово «пророк» означает «говорящий», «вещающий».
Между библеистами нет согласия, является ли эта форма активной или пассивной. Иными словами, является ли пророк
тем, кто возвещает или призывает, или тем, кто сам призван,
чтобы стать вестником Бога. Думается, что оба значения в равной мере важны для понимания миссии пророков.
Древние евреи также называли пророков «видящий»
и «прозорливец». Нужно сказать, что дар предвидения, которым, несомненно, обладали пророки, не имел самодовлеющего значения. Для народа он прежде всего служил подтверждением того, что они действительно посланы Богом.
Однако сами эти слова (видящий и прозорливец) как
будто бы указывают на сходство пророков с языческими прорицателями или оракулами. Но сходство это только сугубо
внешнее. Конечно, и пророки, тоже порой впадая в экстаз, возвещали то, что им открывалось в видениях. Однако языческие
прорицания были откровениями частного порядка, касающимися жизни отдельных людей или поворотов в судьбе отдельных государств, а сами слова прорицателей представляли собой независимые друг от друга изречения, часто весьма
двусмысленные, поддающиеся противоположным толкованиям, как у дельфийского оракула.
Среди пророков в Древнем Израиле тоже были тайновидцы, утверждавшие, что видят реальность, незримую для простых смертных. Но это была реальность совсем иного рода.
Ведь пророки считались людьми, особо избранными Богом
и посланными возвестить Его волю. Образ Бога, владевшего
ими, вырисовывался из их откровений с необычайной ясностью и величием, каких не было нигде в литературе. В то же
пророки
время и общая направленность, которую пророки усматривали в движении событий, приобретала в их видениях такой
размах, который тоже не имел себе равных. Их пророчества
охватывали не только историю евреев, но и судьбы всего мира,
а начиная с пророка Иезекииля и простирались до конца дней,
до последнего момента истории мира, а настоящее, частные
жизни людей и те или иные события в судьбе своего народа
они соизмеряли с этой конечной целью истории.
Первым пророком и образцом для всех остальных, появившихся после, был сам Моисей. Как мы помним, Бог призвал его на служение; Моисея посещали видения. Он в страхе
противился своему призванию, но на него снизошел Дух Яхве,
и он открыл народу слово Бога. Все это характерные черты
подлинного пророчества. Обращаясь к Моисею, Бог говорил:
«Итак, пойди, и Я буду при устах твоих, и научу тебя, что говорить» (Исход, 4: 12).
То же самое впоследствии происходило и с другими пророками. Иеремия, например, пишет: «И простер Господь руку
Свою, и коснулся уст моих, и сказал мне Господь: вот, Я вложил слова Мои в уста твои» (Иеремия, 1: 9). А вот как в Третьей
книге Царств рассказано о нисхождении Духа Божия на пророка Илию. Обращаясь к Илии, Господь говорит ему: «Выйди
и стань на горе перед лицом Господним. И вот, Господь пройдет,
и большой и сильный ветер, раздирающий горы и сокрушающий скалы пред Господом, но не в ветре Господь. После ветра
землетрясение; но не в землетрясении Господь. После землетрясения огонь; но не в огне Господь. После огня веяние тихого ветра» (3 Царств, 19: 11–12). Таким образом, Бог явился не
в вихре и буре, не в землетрясении, не во всепожирающем
огне – обычных грозных стихийных силах, а в веянии тихого ветра. Это очень важно для понимания пророков, да и всего
183
184
пророки
Ветхого Завета в целом, где Бог не есть стихийная сила, но духовное и нравственное начало, для которого стихийные элементы – лишь средства для проявления. Соответственно, духовные и нравственные начала – главные в учении пророков.
Лучше понять смысл речений пророков помогает проделанный библеистами анализ той словесной формы, которой
они пользовались для выражения воли Бога. Ученые установили, что пророки часто прибегали к так называемому стилю
посланников, широко распространенному тогда на Ближнем
Востоке. Что это за стиль? Приведу пример из самой Библии,
из книги «Бытие». Возвращаясь домой со своей семьей и стадами, Иаков послал гонцов к брату Исаву. «И послал Иаков пред
собою вестников к брату своему Исаву … и приказал им, сказав:
так скажите господину моему Исаву: вот, что говорит раб твой
Иаков: я жил у Лавана…» (Бытие, 32: 3–4). Пророки пользуются
примерно теми же словесными формулами – ведь их послал
Бог. Они получили повеление от Бога: «Иди и скажи народу
Моему». Более того. Сообщения пророков часто начинались
соответствующей данному случаю словесной формулой: «Так
говорит Господь (Яхве)» и заканчивались теми же словами. Да
и сами пророки видели в себе посланников Яхве. Их сила заключалась не в них самих, их религиозном опыте или суждениях, но в Том, Кто их послал.
По меткому выражению о. Александра Меня, пророков не
покидало чувство, что они живут в присутствии Вечного, находясь как бы в Его «поле». Они называли это «даат Элохим»,
богопознанием. Такое «знание» не имело ничего общего с философскими спекуляциями и отвлеченными умопостроениями, как в греческой философии. Сам глагол «лаадат» (знать)
имеет в Библии смысл обладания, глубокой близости, в том
числе и супружеской. Поэтому «даат Элохим» (познать Бога)
пророки
означало приблизиться к Богу через любовь к Нему. Пророкам открывалось не безликое Начало и не холодный мировой
закон, а Бог Живой, встречу с Которым они переживали как
встречу с Личностью. И то, что они возвещали, нередко превосходило не только уровень их непосредственной аудитории, их слушателей, но и уровень их собственного религиозного сознания.
Пророки пользовались огромным уважением в народе. Их
часто называли людьми Божиими, пастырями и считали выразителями народной совести. Пророки появились очень рано.
Как я сказал, первым из них считается Моисей. Ограничения
пола здесь не было. Недаром же еще в начале эпохи Судей пророчица Девора стала национальной героиней. Уже в эту эпоху
пророки являлись повсеместно, пробуждая совесть в людях,
возбуждая в них дух и укоряя за нечестие. В этот трудный период, когда евреи, переходя к оседлой жизни, подпали под
влияние культурной традиции Ханаана и его языческих богов, традиция Моисея все же не угасла, как это иногда думали
ученые прошлого. А позже нападение филистимлян привело
к взрыву религиозно-патриотического чувства. Именно тогда,
в XI веке до н. э. появились так называемые сонмы пророков,
или, как их еще называют, общины сынов пророческих, которые представляли собой нечто вроде религиозных братств,
или школ, куда входили сотни людей. Их возглавил Самуил,
сам считавшийся великим пророком.
Ученики, объединенные в братство, или сонм, помогали
пророкам в их трудах, а пророки являлись духовными руководителями (как мы теперь сказали бы, старцами) своих братств.
Члены этих братств жили общинами со строго установленной
дисциплиной и порядком. Они изучали Писание, молились
Богу, переписывали книги. Некоторые же наиболее духовно
185
186
пророки
одаренные воспитанники братств призывались Богом на пророческое служение и продолжали дело своих учителей.
Из пророческих общин вышли бесстрашные обличители идолопоклонства, твердые хранители веры, которые не
боялись говорить царям и сильным мира сего правду в лицо.
Поэтому пророки нередко подвергались преследованию
и заканчивали жизнь мученической смертью. С веками среди
евреев установился и образ истинного пророка в противовес
лжепророкам, каких тоже было немало. Истинный пророк отличался совершенным бескорыстием, послушаниям Богу, бесстрашным исполнением своего долга, глубоким смирением
и любовью к людям, строгостью к себе и чистотой жизни.
Образуя твердую традицию, пророчество имело свое
определенное место в общине Израиля. Царь, священник
и пророк долгое время как бы являлись тремя осями израильского общества, достаточно различными, чтобы иногда друг
другу противостоять, но обычно друг другу необходимыми.
Считалось, что пока существует государство, в нем должны
быть пророки, чтобы просвещать царей и народ. Им дано
знать, является ли данное действие угодным Богу, соответствует ли данная политика Промыслу Божию, вписывается ли она
в историю спасения. Но при этом пророчество не было учреждением, подобным государству или священству. Израиль мог
дать себе царя, но не пророка. Пророки – всецело дар Божий,
даруемый свободно. Это ясно ощущалось в последние века перед Рождеством Христовым, когда пророчества прекратились.
Израиль жил тогда в ожидании обещанного пророка. В этих
условиях легко понять восторженный прием, которым иудеи
встретили проповеди Иоанна Крестителя.
Пророки могли появляться в любых местах и любых
слоях общества, от высшего до самого низкого. Ими станови-
пророки
лись придворные, священники, пастухи, землепашцы. Великим пророком считался и царь Давид. Однако и он сам внимательно слушал пророка Нафана, который строго обличал царя
за его проступки, но также и благословил род Давида, предсказав, что именно через его потомство Бог установит Свое Царство на земле.
В IX же веке до н. э., после разделения царств на северное
и южное, когда на севере начинает ощущаться сильное влияние финикийской цивилизации, содействующее росту имущественного неравенства и одновременно внедрению культа
Ваала Мелькрата, на авансцену выходят пророк Илия и его
ученик Елисей, о которых рассказывают книги Царств и Паралипоменон. Однако из этих источников мы узнаем гораздо
больше о жизни и чудесах Илии и Елисея, чем об их учении.
Это и понятно, поскольку слова пророков тогда не записывали. Поэтому всех этих пророков в библеистике называют устными или народными (popular) пророками.
Тем не менее фигура пророка Илии – одна из самых ярких
в исторических книгах Ветхого Завета. Только в Новом Завете Илия упоминается 30 раз, тогда как Елисей, превзошедший
Илию количеством и необычностью чудес, но не своей личностью и влиянием – только один раз.
Рассказ о пророке Илии образует внутри третьей книги
Царств как бы самостоятельный цикл. Очевидно, предание об
Илии бережно сохранялось его учениками и было записано
отдельно. В этом предании, несомненно, виден глубокий отпечаток личности самого пророка, выступившего с проповедью в период острого политического и религиозного кризиса
в северном царстве.
Деятельность пророка Илии развернулась в период царствования Ахава, женатого на тирской царевне Иезавели.
187
188
пророки
Чтобы угодить своей супруге, Ахав последовал примеру царя
Соломона, сооружавшего в Иерусалиме кумирни для своих
жен-иностранок. Ахав тоже построил жертвенник Ваалу, финикийскому богу плодородия. В этом поступке Ахава личные
мотивы нераздельно переплелись с религиозными и политическими. Тир был мощным и грозным соседом Самарии, а
в древности на Востоке, чтобы признать превосходство другого народа, нужно было признать и сделать своей его религию.
Современные историки считают, что Ахав все же не отказался полностью от веры отцов. Ведь своим детям он давал имена, куда входило как элемент слово Яхве – Аталия
(Ataliah – Yah), Ахазия (Ahaziah). Кроме того, он также советовался и с израильскими пророками. Таким образом, его позиция была двойственной, синкретической. Иное дело Иезавель,
которая была фанатично предана своей языческой религии.
Она привезла с собой множество жрецов Ваала и всячески
стремилась уничтожить национальную религию страны. Алтари, посвященные Яхве, по ее приказу, сносили, пророков
убивали, и приверженцы единобожия были вынуждены скрываться от преследований.
Когда гонения достигли апогея, неожиданно появился
пророк Илия. «И сказал Илия Фесвитянин ...Ахаву: жив Господь,
Бог Израилев, перед Которым я стою! В сии годы не будет ни
росы, ни дождя, разве только по слову моему» (3 Царств, 17: 1).
Итак, засуха, которую пророк посылает во имя Господа, Бога
Израилева. Такой поступок Илии совершенно закономерен.
С его помощью пророк бросает вызов Ваалу, богу дождя
и плодородия, именно в сфере его мнимой власти. Реальная
же власть принадлежит Яхве, Богу Израилеву, и не только
в Самарии, но и во всем мире. Ведь недаром же Илия, оставив
Самарию, отправился затем по велению Бога в финикийский
пророки
город Сарепту Сидонскую, где он чудесным образом кормил
приютившую его вдову, а потом именем Яхве даже воскресил
ее сына.
Вернувшись в Самарию «по прошествии многих дней»,
Илия на горе Кармил бесстрашно вступил в состязание с финикийскими жрецами, или пророками Ваала, которых Иезавель привезла со своей родины. Это один из самых драматичных эпизодов книг Царств. Собравшийся на зрелище народ
Илия обвинил в вероотсупничестве: «Долго ли вам хромать на
оба колена? Если Господь (Яхве) есть Бог, то последуйте Ему,
а если Ваал, то ему последуйте. И не отвечал народ ему ни
слова» (3 Царств, 18: 21). Из этих слов очевидно, что жители
Самарии сочетали веру в Яхве, Бога Синайского откровения,
с верой в языческого бога Ваала. Но Яхве, как мы помним, –
Бог ревнитель. В лице пророка Илии вера в единого Бога вновь
громко заявила о себе – недаром само слово Илия по-еврейски
означает Яхве – мой Бог.
Итак, собрав пророков Ваала на гору Кармил, Илия предложил посредством огня, который должен сойти на жертвенник, решить, быть ли Яхве или Ваалу Богом Израиля. Пророки
Ваала тщетно взывали целый день к своему богу, громко крича
и приводя себя в экстаз ударами ножей и копий. «Но не было
ни голоса, ни ответа, ни слуха» (3 Царств, 18: 29). Когда же
Илия, соорудив жертвенник Яхве, воскликнул: «Господи, Боже
Авраамов, Исааков и Израилев… Услышь меня, Господи… Да познает народ сей, что Ты, Господи, Бог» (3 Царств, 18: 36–37), –
огонь ниспал с неба на жертвенник. А затем кончилась и засуха. «Небо сделалось мрачно от туч и от ветра, и пошел большой
дождь» (3 Царств, 18: 45).
Однако и этой победы на горе Кармил было мало. Иезавель продолжала гонения, и Илии пришлось бежать из Сама-
189
190
пророки
рии в пустыню Иудейскую, а затем и на гору Синай. Именно
здесь Илии, как много лет назад Моисею, явился Бог в веянии
тихого ветра. Это путешествие Илии на гору Синай глубоко символично. Ведь все движение пророков, среди которых
Илия был величайшим устным пророком, было, образно говоря, паломничеством к источнику веры Израиля. Пророки вовсе не считали себя какими-то новаторами, проповедниками
новых идей. Как раз наоборот, они требовали вернуться назад
к простой и чистосердечной вере отцов. Но, с другой стороны,
их проповедь также не была архаизированной утопией. В их
учении откровение Моисея проецировалось в современность,
обретая новую полноту.
Для последующей традиции, в том числе и христианской, весьма важен последний эпизод с участием Илии. Предчувствуя близкую смерть, Илия искал уединения, но верный
Елисей не покидал его. И, вот, когда они переходили через
реку Иордан, воды которой по мановению мантии Илии расступились, «вдруг явилась колесница огненная и кони огненные, и разлучили их обоих, и понесся Илия в вихре на небо»
(4 Царств, 2: 12). Бог наградил Илию особой милостью, которой ранее сподобился только праведный Енох. Илия живым
был восхищен на небо Божественной силой, «вихрем», «колесницей Израиля и конницей его» (4 Царств, 2: 12).
Рассказ об этом таинственном восхищении пророка дал
повод и к ожиданию не менее таинственного его возвращения
в последние времена перед концом мира. Об этом, в частности, говорил пророк Малахия, обещавший, что Илия вернется
на землю, чтобы «обратить сердца отцов к детям и сердца детей к отцам их» (Малахия, 4: 5). А по словам Иисуса, сына Сирахова, это будет последняя отсрочка, чтобы «утишить гнев,
прежде нежели обратится он в ярость» (Сир., 48: 10). Подобное
Соседние файлы в предмете [НЕСОРТИРОВАННОЕ]