Добавил:
ivanov666
Опубликованный материал нарушает ваши авторские права? Сообщите нам.
Вуз:
Предмет:
Файл:Движение Имама Хусайна и восстание Кербелы
.pdf
стью и не станут ли они правителями. Сегодня
истина и ложь очевидны, и у вас больше не может быть отговорок. Сидящий у ручья не испытает страха жажды»
172
.
Если Имам ‘Али (‘а) и в самом деле настаивал
на продолжении политики его предшественников, в результате которой власть могла достаться Талхе, Зубайру, Му‘авийи и им подобным, несмотря на столь ощутимое и очевидное для него
присутствие людей, уговаривавших его принять
их присягу, а также неотвратимость его выбора,
запечатлённую в сознании общества и исторической памяти, не осуждали ли мусульмане того вре мени и последующие поколения ‘Али (‘а) за стремление избежать этой ответственности? Мог ла
ли история и поколения потомков принять в качестве аргумента утверждения Имама (‘а), не
осо знавая того, что предвидел ‘Али (‘а)? Были
ли все потомки его последователями, чтобы принимать на веру всё, что он утверждал? Поистине,
Имам (‘а) оказался перед весьма сложным выбором.
Мы должны сказать, что после того, как к Хусайну (‘а) пришли письма от куфийцев, о вероломстве которых ему было хорошо известно, он
оказался перед той же самой дилеммой, однако
поскольку приглашение куфийцев было воспринято им в качестве неотвратимого веления судьбы, в тех условиях он видел в своей мученической
гибели спасение ислама и исламской уммы, а потому без всякого промедления отправился в Куфу.
172
‘Али ибн Аби Талиб. Нахдж ал-Балага. Хутба № 4. С. 12.
121
С самых первых дней правления Достопочтенного ‘Али (‘а) в Медине он постепенно успокоил взбудораженные умы. В своих первых выступлениях, которые по сути заложили основы
и принципы его будущей политики на посту халифа, Имам (‘а) подчёркивал, что намеревается
возродить в период своего правления порядки
времён Пророка (с).
Основной целью этих порядков не было восстановление исполнения практических предписаний, таких как молитва, пост, хадж и прочее,
потому что они в целом не претерпели изменений и осуществлялись в соответствии с сунной
Пророка (с). Поэтому можно сказать, что целью
Имама (‘а) при возрождении порядков времён
Пророка (с) было восстановление социальных
предписаний, а именно социальной справедливости.
Иначе говоря, к мысли о том, что невежество
вернулось в своём изначальном облике, Имама (‘а) привели искажения в политической и экономической сферах, а не в сфере практических
предписаний и личных обязанностей верующего.
Вот что говорил по этому поводу сам Имам
‘Али (‘а): «Я считаю себя обязанным говорить
то, что я говорю, и сам отвечаю за свои слова.
Тот, для кого проявились уроки его времени,
кто извлёк из них для себя урок, а также из тех
наказаний, которые предстают перед его взором,
вера того сохранится, и он не падёт в пучину сомнений. Знайте, что время снова устроило вам
испытание, как в тот самый день, когда Аллах
направил к вам Пророка. Клянусь Аллахом, кото-
122
рый возложил на него пророческую миссию, вы
смешаетесь друг с другом, как зерно, которое высыпают в сито, или варево в котле, пока тот, кто
был внизу, не окажется наверху, а тот, кто был
наверху, не окажется внизу, оставшиеся позади
не окажутся впереди, а опередившие не окажутся
позади. Клянусь Аллахом, я не утаил ни единого
слова истины и не изрёк лжи, но мне было сообщено об этом событии и этом дне»
173
.
Именно по этой причине в своих первых обращениях к жителям Медины Имам ‘Али (‘а) стал
излагать принципы своей политики, указывая на
материальное и классовое неравенство, необходимость низвержения тех, кто незаслуженно вознёсся к высотам политической и экономической
власти, и выдвижения тех, кто оказался в опале,
и дав понять, что просеет через своё сито все
крупные фигуры и не даст им взять верх над своими планами.
Совершенно очевидно, что эта приверженность Имама ‘Али (‘а) принципам сразу же привела к противодействию и незамедлительной реакции против его правления. Возможно, с точки
зрения прагматических соображений тех, кто
стремится к власти, Имаму (‘а) было целесообразно изложить эти принципы после того, как
он укрепит свою власть, однако совершенно очевидно, что в таком случае итогом было бы ничто
иное, как продолжение власти ‘Али б. Аби Талиба, а не непорочного ‘Али (‘а). В таком случае
Имам (‘а) превратился бы во властолюбивого
173
‘Али ибн Аби Талиб. Нахдж ал-Балага. Хутба № 16. С. 17.
123
политика, а не был бы правителем, ищущим правды и руководствующимся благом ислама.
Как Имам (‘а) мог стараться ради тех благ,
наилучшим инструментом достижения которых
служит власть, и в то же самое время утверждать,
что вознёсся до вершин благочестия и справедливости?
Когда весть о словах Имама (‘а), клятвенно
заверявшего, что он вернёт все розданные ‘Усманом наделы в Байт ал-мал, даже если они подарены жёнам в качестве брачного вознаграждения,
разошлась по всем городам и весям исламского
мира, те люди, которые разграбили эти наделы,
накопили путём присвоения народного имущества огромные богатства и уже приготовили
мешки и вьюки для того, чтобы награбить ещё
больше, были крайне изумлены.
Чтобы понять ситуацию, в которой находились аристократия и нувориши того времени,
просто не находившие себе места от возмуще ния, достаточно прочитать сообщение, при ведённое Ибн Аби ал-Хадидом об одном из представителей этой прослойки, потому что о целом
можно судить по его части. Ибн Аби ал-Хадид
пишет: «Когда весть о речи Имама достигла Амра
б. ал-Аса, он сразу же написал Му‘авийи: “Подумай о своих делах, насколько тебе позволяет
твоя власть. Если до тебя доберутся руки сына
Абу Талиба, он лишит тебя всего твоего имущества, подобно тому как с влажного прута сдирают
кору”»
174
.
174
Ибн Аби ал-Хадид. Шарх Нахдж ал-Балага. Т. 1. С. 270.
124
Эти слова свидетельствуют о том, что
Му‘авийа и Амр б. ал-Ас находились в близких
отношениях ещё до начала правления Имама
‘Али (‘а), сообщая друг другу при определённых
обстоятельствах новости, имеющие судьбоносное значение для их интересов.
В 657 г. из чувства страха перед укреплением власти Имама (‘а) «вероломные» (накисин)
175
нарушили данную ими присягу и выдвинулись
в сторону Мекки, чтобы захватить с собой Мать
Правоверных ‘Айшу и отправиться в Ирак. Это
событие предоставило Му‘авийи наилучшую
возможность подготовиться к сражению с Имамом (‘а). Чтобы лучше подготовить Талху и Зубайра к тому, чтобы они создали благоприятные
условия для правления Му‘авийи, он написал
письмо Зубайру, в котором лицемерно заявил,
что считает того повелителем правоверных,
а после него рассматривает в этой роли Талху.
В этом письме он добавляет, что заручился поддержкой жителей Шама, готовых присягнуть
176
им
.
Лидеры «вероломных» (накисин), надеявшиеся на то, что вскоре приберут власть к своим рукам, организовали заговор, который завершился
175
В одной из своих речей Имам ‘Али (‘а) упоминает в числе своих недругов «вероломных» (накисин) участников мятежа
Талхи и Зубайра, завершившегося в 657 г. Верблюжьей битвой.
Это именование приводится наряду с двумя другими категориями — «угнетателями» (каситин) и «отступниками» (марикин),
под которыми понимаются соответственно участники битвы
при Сиффине (сторонники Му‘авийи) и участники битвы при
Нахраване (хариджиты). — Примеч. пер.
176
См. Ибн Аби ал-Хадид. Шарх Нахдж ал-Балага. Т. 1. С. 231.
125
Верблюжьей битвой
177
, и подготовили в тогдашнем обществе почву для быстрого прихода к власти Омейядов. Как свидетельствуют передатчики достоверных сообщений, в это время Имам
‘Али (‘а) прилагал большие усилия, чтобы предотвратить Верблюжью битву и помешать приходу к власти Му‘авийи.
Исторические источники свидетельствуют,
что прямые и опосредованные переговоры Имама ‘Али (‘а) с Талхой и Зубайром в итоге имели
положительный исход, и Зубайр оставил поле
битвы, чтобы вернуться в Хиджаз
178
. Согласно
мнению историков, именно тогда, когда Талха намеревался покинуть поле боя, Марваном
б. Хакамом
177
Ал-Багдади выносит по поводу них следующее религиозноправовое суждение: «Наши сподвижники единодушны в том,
что ‘Али (‘а) поступил правильно, приняв участие в Верблюжьей битве и сражаясь с Му‘авийей в Сиффине. О тех, кто воевал с ним в Басре, говорят, что они совершили ошибку. Об
‘Айше, Талхе и Зубайре говорят, что они совершили ошибку,
но не впали в грех…» (Абу Мансур ‘Абд ал-Кахир б. Тахир ат-
Тамими ал-Багдади. ‘Усул ад-Дин. Истанбул: Матба‘ат ад-даула,
1346 / 1928. С. 289).
178
Ал-Мас‘уди. Мурудж аз-захаб. Т. 2. С. 364; Тарих ал-Йа‘куби.
Т. 2. С. 81; Ибн Кутайба. Ал-Ма‘ариф. С. 128; Ибн Са‘д. Ат-табакат
ал-кубра. Т. 3. С. 110; Ибн Кутайба. Ал-имама ва ас-сийаса. Т. 1.
С. 73; Ад-Динавари. Ал-ахбар ат-тивал. С. 148; Ибн ал-А‘сам. АлФутух. Т. 2. С. 475; Тарих ат-Табари. Т. 4. С. 534; Ибн ал-Асир.
Ал-камил фи-т-тарих. Т. 3. С. 244; Ибн ал-Касир. Ал-бидайа ва
ан-нихайа. Т. 7. С. 242; Ал-Харазми. Ал-манакиб али Аби Талиб.
С. 180-181; Ибн ‘Абд Раббих. Ал-‘акд ал-фарид. Т. 4. С. 322.
179
Ал-Балазури. Ал-ансаб ал-ашраф. Т. 2. С. 246; Ибн Кутайба.
Ал-имама ва ас-сийаса. Т. 1. С. 77; Тарих ал-Йа‘куби. Т. 2. С. 80;
Ал-Харазми. Манакиб али Аби Талиб. С. 183; Ибн Са‘д. Ат-табакат
ал-кубра. Т. 3. С. 223; Ал-Мас‘уди. Мурудж аз-захаб. Т. 2. С. 365;
Ибн ‘Абд Раббих. Ал-‘акд ал-фарид. Т. 4. С. 321; Ал-Багдади. Усул
ад-дин. С. 290.
179
была выпущена стрела, которая по
126
сути была пущена всеми Омейядами и связанной
с ними аристократией и привела к началу Верблюжьей битвы, которой Имам (‘а) нисколько не
желал, но она была неизбежна.
Поскольку битва всё же началась, и победа
сторонников Имама (‘а) означало удачное завершение возможности восстановления порядков времён Посланника Аллаха (с) и устранения
вернувшихся к жизни порядков эпохи невежества, в ходе этой битвы аристократия воспользовалась давней нелюбовью Матери Правоверных
‘Айши к ‘Али б. Аби Талибу, сделав супругу Посланника Аллаха (с) орудием для защиты своих
интересов и обмана простого народа. Вступить
в конфликт с теми людьми, среди которых был
верблюд с ‘Айшей и которые защищали её, не
жалея самих себя, было не так просто, но ‘Али,
не колебавшийся в своём желании положить
конец козням тех, кто сделал своим знаменем
окровавленную рубашку ‘Усмана и воспользовался в качестве средства супругой самого Пророка (с) лишь ради того, чтобы удержать в своих
руках политическую и фискальную власть, постарался быстрее и с наименьшим кровопролитием завершить битву, дав приказ выследить
верблюда ‘Айши.
На поле битвы присутствовал сам сатана, чтобы на этот раз проникнуть в последние просветы
веры под предлогом отмщения за кровь ‘Усмана
и укрепить позиции лжи. Описание, данное Имамом (‘а) усилиям аристократии, принимавшей
участие в Верблюжьей битве, и характера их
сопротивления его правлению, представляет
127
собой самое точное и достоверное историческое
свидетельство об этих событиях: «Сатана поднял
на бой своих сподвижников и созвал отовсюду
свое воинство. Он хочет, чтобы несправедливость вернулась на своё место, а ложь укрепилась. Клянусь Аллахом, они не сумели запятнать
мою честь грехом и не поступили со мной по
справедливости. Они просят у меня права на то,
что сами оставили и сбежали, и хотят отомстить
за кровь, которую сами пролили. Если бы я был
их соучастником в этом деле, то вина всё равно
лежит и на них, а если они сделали это самостоятельно, то ответят за это. Они сами совершили
грех, но взбунтовались против меня; пьют молоко из груди той матери, что уже давно не кормит
ею детей, и стараются ради того нововведения,
которое давно умерло. О, что за скверный призыв! Что за вредитель призывает! И стоит ли мне
давать ответ? Я доволен тем, что суд вершит сам
Аллах, а Его знание всеобъемлюще, но если они
станут препираться, то в дело вступит острый
клинок, который будет лучшим исцелением и другом истины…»
180
.
После победы в Верблюжьей битве и заверении в том, что беглецы и пленники не будут убиты, Имам (‘а) извинился перед близкими убитых,
максимально уменьшив отрицательные последствия этой битвы и сразу же подготовившись
к сражению с сирийцами, бывшими сторонниками Му‘авийи, которые по сути и были основными врагами ислама, справедливости и халифата.
180
‘Али ибн Аби Талиб. Нахдж ал-балага. Хутба № 22. С. 22.
128
Исламская история свидетельствует о том, что,
несмотря на малочисленность войска ‘Али (‘а),
пассивность многих мусульман, многочисленные оправдания тех, чья вера была слаба, а также
опасные колебания в среде городской аристократии Ирака и племенной верхушки бедуинов этого региона, всё говорило о несомненной победе
Имама (‘а). Имам (‘а) сумел пройти через такие
тяжелейшие битвы, как «Ночь воплей» (Лайлат
ал-харир)
181
, в которых он лично осуществлял командование войском, и измотать силы противника, получив возможность нанести последний
удар. Наверняка, если бы этот последний удар
был нанесён, то иначе бы сложилась не только
судьба мусульман того времени, но и вся исламская история приняла бы угодный Аллаху вид,
и солнце справедливости продолжало бы светить всегда. Однако в условиях, когда имелась вероятность того, что после свёртывания военной
мощи аристократии Хиджаза и Ирака в Басре засилье Омейядов будет искоренено раз и навсегда,
горстка наивных людей сделали Аш‘аса б. Кайса
ал-Кинди
182
, предводителя киндитов и влиятельного племенного вождя Ирака, орудием в своих
руках и обманулись свитками Корана, поднятыми
181
Один из самых продолжительных и кровопролитных эпи-
зодов в сражении при Сиффине (5 сентября 657 г.). — Примеч.
пер.
182
Абу Мухаммад Ал-Аш‘ас б. Кайс ал-Кинди (599-661) — один из
сподвижников Пророка (с), лидер племени Ал-Кинда, который
со временем превратился в одного из влиятельных сановников
халифата. Будучи тесно связан родственными связями с ‘Усманом и Омейядами, в битве при Сиффине принимал участие на
стороне войска ‘Али (‘а). — Примеч. пер.
129
воинами Му‘авийи на древках их копей, чтобы
спасти омейядскую аристократию от полного
разгрома.
В поворотные моменты истории и на тех этапах, когда власть тиранов оказывалась в опасности, к ним на помощь всегда приходили невежество и предательство, благодаря которым их
правление продолжалось дальше. В битве при
Сиф фине победил не Му‘авийа, а невежество
и ко варство иракской аристократии, спасшие
сы на Абу Суфйана от краха, от которого он был
бук вально в двух шагах.
Хотя смута с Верблюжьей битвой, спланированная «вероломными» (накисин), была ударом
по ‘Али (‘а) и услугой, оказанной Му‘авийи, хотя
предательство и непоследовательность иракской аристократии воспрепятствовали успеху
‘Али (‘а) в его борьбе с «угнетателями» (каси-
тин), оставив большой шрам на теле власти
‘Али (‘а), всё это не поколебало силы и решительности Имама (‘а). То, что сломило ‘Али (‘а),
на века заточило справедливость в застенках
тирании, скрыло солнце за тёмными тучами несправедливости, заключалось в ударе, который
нанесли не «вероломные» (накисин), а «отступники» (марикин). Этот удар был нанесен невежеством. Он был нанесён глупостью, скрывавшейся под личиной заботы о религии.
Если рассматривать деструктивную роль «отступников» (марикин) в битве при Сиффине, становится очевидно, что наиболее эффективным
элементом в установлении монархии Омейядов
были «отступники» (марикин), которых ‘Али (‘а)
130
Соседние файлы в предмете [НЕСОРТИРОВАННОЕ]