Добавил:
ivanov666
Опубликованный материал нарушает ваши авторские права? Сообщите нам.
Вуз:
Предмет:
Файл:Движение Имама Хусайна и восстание Кербелы
.pdf
«Солнце ещё не освещало, а земля ещё не носила
человека, более правдивого, чем Абу Зарр»
161
.
После смерти Абу Зарра политика по раздаче наделов (катаи’) — принадлежавших государству земельных угодий, которые не могли быть
переданы в частную собственность, — получила
ещё большие обороты. Само собой разумеется,
получатели этих наделов не были обездоленными членами исламской общины, и в основном
они доставались таким людям, как Мугира, Амр
б. ал-Ас, Талха, Зубайр и им подобные. Это были
элементы, которые, как мы говорили, приветствовали власть за то, что она создала условия
для завладения ими средствами Байт ал-мал, но
уже тогда тайно или явно, словами и поступками
толкали халифа к неминуемой смерти.
Как уже было сказано, история свидетельствует о том, что по мере увеличения своего финансового могущества богатые классы проводят
политику, направленную на укрепление их присутствия во власти, стремясь создать правление, полностью отвечающее их интересам. Хотя
с точки зрения аристократии и нуворишей ‘Усман и действовал в русле их интересов, он всётаки был лишь их попутчиком, а не ставленником, а потому не был им абсолютно подконтролен
и послушен.
Поэтому несложно заметить, что как Омейядская аристократия, так и нувориши с племенной
верхушкой времён ‘Усмана при всём своём ста-
161
Тарих ал-Йа‘куби. Т. 2. С. 67; Ибн Аби ал-Хадид. Шарх Нахдж
ал-Балага. Т. 3. С. 57.
111
рании расширить своё богатство и власть стремились шаг за шагом ослаблять халифа, чтобы
получить полный контроль над политической
властью и окончательно устранить остатки тех
элементов, которые сохраняли верность справедливости времён Пророка (с).
Именно в тех условиях, когда новая аристократия, племенная верхушка бедуинов, во главе
которых стояли Омейяды, предпринимали всё
более активные попытки достижения своих целей, а политика ‘Усмана легла непосильным бременем на плечи народа, посеяв зёрна восстания
против его правления в Ираке, Египте и Медине,
‘Али (‘а) вместе с его немногими сторонниками
решил убедить ‘Усмана в необходимости пересмотреть свою политику и в то же самое время
воспрепятствовать вспышкам восстания против
халифа, не допустив тем самым быстрого прихода к власти Омейядов
162
.
Для ‘Али (‘а) наступили очень трудные времена. Он осуждал политику ‘Усмана, но считал
убийство халифа неслыханным нововведением.
С другой стороны, среди восставших против ‘Усмана было значительное количество праведных
162
Недовольство народа политикой ‘Усмана было настолько выгодно Омейядам, желавшим подчинить себе мусульманскую умму, что, согласно сообщениям Ат-Табари и Ибн Аби алХадида, когда после восстания народа ‘Усман принялся думать
о выходе из этой ситуации и стал совещаться с такими людьми, как Амр б. ал-Ас, тот сказал ему, что он сам поставил над
людьми Омейядов и теперь должен либо сместить их и придерживаться справедливости, либо сам отказаться от халифата
(Ибн Аби ал-Хадид. Шарх Нахдж ал-Балага. Т. 2. С. 135; Тарих
ат-Табари. Т. 4. С. 334).
См. ‘Али ибн Аби Талиб. Нахдж ал-Балага Письмо № 28. С. 28.
11 2
мусульман, которые требовали отстранения от
власти халифа не ради дальнейшего укрепления
своего положения и богатства и получения полного контроля над властью с целью сохранения
своих богатств, а ради возрождения сунны Пророка (с).
Если бы Имам (‘а) выступил вместе с этими
праведными противниками ‘Усмана, он был бы
несомненно обвинён в убийстве халифа, которое
не имело рациональных оснований и не опиралось на принципы справедливости. Если бы он
хранил полное молчание, его образ в истории
ислама серьёзно пострадал бы, к тому же он тем
самым как бы подтверждал царившую тогда несправедливость и произвол, становясь причастным к этим преступлениям. Таким образом, как
говорится в письме, написанном им Му‘авийи
163
он оказался вынужден выбрать самый верный
и разумный путь, постаравшись путем исполненных сочувствия советов и доброжелательных
указаний призвать власть к прямому пути Всевышнего, справедливости и сунне Пророка (с).
Прислушаемся к словам Имама (‘а) по поводу
убийства ‘Усмана:
«Если бы приказал я убить его, то стал бы
убийцей его, а если бы удерживал от этого, то
стал бы помощником его, однако помогавший
ему не может сказать: я лучше того, кто покинул
его, и покинувший его не может сказать: я лучше
того, кто помогал ему. Я выношу этот вопрос на
,
163
См. ‘Али ибн Аби Талиб. Нахдж ал-Балага. Письмо № 28.
С. 28.
11 3
ваше суждение. Он присваивал имущество дурным образом, вы же возмутились и плохо поступили в своём чрезмерном возмущении, а Аллаху
принадлежит истинное суждение о присваивающем (имущество) и протестующем»
164
.
Когда Имам (‘а) видел, что эти добрые советы, которые в лучшем случае приводили к удовлетворению личных нужд халифа, не имели на
него никакого влияния, и Марван развязывал
узлы всех проблем по волшебству своего аристократического положения, он тёмными мединскими ночами утешал свою печаль слезами
в скорбном одиночестве, а днём спокойно говорил об удивительной перемене, произошедшей
со многими сподвижниками Посланника Аллаха (с), которые обратились к прикрасам мирской жизни. В пальмовых рощах Медины часто
раздавались стенания ‘Али (‘а), которые громогласно прозвучали лишь в 680 г. из уст Имама
Хусайна (‘а) и обрушились на головы аристократии, разоблачив их пороки перед судом истории.
Оставим пока историю переживаний ‘Али (‘а)
и взрыв его гнева, проявивший себя в Кербеле, и вновь вернёмся к событиям исламской
истории, произошедшим в период между 644 и
656 гг.
Когда со временем политический и финансовый кризис достиг в 655 г. своего апогея, и доброжелательность всех искренних деятелей то го периода не возымела эффекта, будучи нейтрализована ухищрениями высокопоставленного
164
‘Али ибн Аби Талиб. Нахдж ал-Балага. Речь № 30. С. 31.
114
советника халифа Марвана б. Хакама, различные
группировки, включавшие как искавших правды,
так и всевозможных авантюристов, решили отправиться к Медине, чтобы напрямую заявить
о своих чаяниях и желаниях.
Когда восставшие и недовольные из городов Ирака и Египта собрались в Медине, а Имам
‘Али (‘а) с сыновьями Хасаном и Хусайном защищали жизнь халифа, сын Абу Суфйана с нетерпением ожидал столь желанного для него исхода событий.
Как пишут авторы, когда халиф почувствовал
в Медине что-то неладное, он отправил в Дамаск
письмо своему племяннику, чтобы тот сразу же
выслал в столицу халифата войско для его защиты. Му‘авийа отправил в Медину войско, но повелел его начальнику встать лагерем вблизи Медины и практически не вмешиваться в ход событий,
происходивших в городе
165
. И это притом, что
с каждым днём мятежники оказывали всё большее давление на халифа, жизнь которого находилась в опасности.
Му‘авийа, который, как мы уже сказали, был
одним из умнейших арабов, легко мог предвидеть, к чему могли привести подобные вспышки
гнева. Он точно знал, что ему было нужно не сохранение жизни ‘Усмана, а его окровавленная
рубашка, чтобы сделать из неё знамя для своего
восстания и уже на следующий день после убийства халифа подготовить почву для правления
165
Тарих ат-Табари. Т. 4. С. 334; Тарих ал-Йа‘куби. Т. 2. С. 72;
Аз-Захаби. Тарих ал-ислам (‘ахд ал-хулафа ар-рашидин). С. 450.
11 5
Омейядов, обвинив в этом убийстве ‘Али (‘а), который до самого последнего момента старался
защитить жизнь халифа, хотя Му‘авийа, Марван
и им подобные деятели мешали ему это делать
и толкали халифа на верную смерть
166
.
Наряду с подобными планами Му‘авийи некоторые представители городской аристократии, такие как Талха и Зубайр, также желали
стать халифами и поддержали убийство третьего халифа. Однако, как мы увидим дальше, их
планам не суждено было сбыться, и они сами
возделывали и орошали почву, на которой должны были произрасти саженцы Омейядской монархии.
После убийства третьего халифа все люди,
охваченные чувствами и возбуждением, оказавшимися быстротечными и весьма непродолжительными, собрались вместе с искренними сторонниками Имама возле его дома и призвали
‘Али (‘а) принять халифат и взять в свои руки
власть. Имам должен был незамедлительно открыть свои объятия этим людям и пожать их руки
в знак принятия ими присяги, однако он не верил
в искренность и продолжительность поддержки многих из них, а потому обратился к ним, невзирая на их удивленные взоры: «О люди, лучше
бы вам избрать другого халифа и позволить мне
быть советником и визирем вашего халифа!»
167
166
Ал-Мас‘уди пишет, что во время убийства ‘Усмана один из
его сыновей Валид, который питал пристрастие к вину, умастил себя мускусом и шафраном, надел разноцветные одежды
и был пьян (Ал-Мас‘уди. Мурудж аз-захаб. Т. 2. С. 332).
167
‘Али ибн Аби Талиб. Нахдж ал-балага. Речь № 3. С. 11.
11 6
Когда люди услышали от Имама (‘а) такой
ответ, хотя они проявляли все большую настойчивость и обступали Имама ‘Али (‘а) со всех
сторон, они стали кричать и понуждать его
к принятию халифата и приведению их к присяге, но Имам (‘а) всё повторял одни и те же
слова.
Давая оценку событиям тех дней, сам Имам
‘Али (‘а) даёт следующее описание того, как люди
обступили его и настойчиво вынуждали его принять халифат: «Люди устремились ко мне со всех
сторон и толклись друг перед другом подобно
шерсти гиены, так что Хасан и Хусайн оказались
в давке, а мои бока были сжаты. Они столпились
вокруг меня как стадо овец. Как только я взял
в руки власть, одни из них нарушили заключенное соглашение, а другие стремительно вышли
из числа верующих, тогда как третьи ранили моё
сердце своей несправедливостью»
168
.
В продолжении этих слов Имам (‘а) следующим образом сообщает о причине того, что он
в итоге подчинился требованиям народа: «Клянусь Аллахом, который расщепил семя и сотворил душу живую, если бы ко мне не пришли с присягой и не предъявили мне ультиматум, и Аллах не
повелел учёным не проявлять терпимости к пресытившимся угнетателям и спешить на помощь
голодающим жертвам их угнетения, я выпустил
бы узду правления из рук своих, рассматривая его
конец, как и начало, и оставив его в прошлом, так
что вы увидели бы, что ваша мирская жизнь ниче-
168
Там же.
117
го не значит для меня, а власть не стоит для меня
и гроша»
169
.
Имам ‘Али (‘а) чётко видел, что некоторое
время спустя после данной ими присяги, когда
твёрдая приверженность этой присяге, правлению и осуществлению справедливости требовала
от них самопожертвования, сражений и усердия,
эти люди оставят его одного и все как один предпочтут под надуманными предлогами позор уклонения от сражения на пути Аллаха.
Хотя присутствие людей и заключенный с Аллахом завет заставил Имама (‘а) отойти от первоначальной позиции и подчиниться воле людей,
чтобы протянуть свои руки людям для принятия ими присяги, однако, опираясь на присущее
имамам знание, а также простое и естественное
знание людей, с которыми он прожил вместе
больше полувека и которых он лично испытал,
он понимал, что помимо немногих из них остальные вскоре свяжут свой разум поводьями верблюда ‘Айши, показным аскетизмом Талхи и Зубайра, горами золота Му‘авийи или безрассудством
сподвижников в битве при Ан-Нахраване
170
.
Вдобавок к этим горьким фактам, которые
‘Али (‘а) видел в лице тех, кто настаивал на принесении ему присяги, он знал, что на протяжении прошедших лет по всему исламскому миру
засели ядовитые змеи, только и ждавшие возможности под тем или иным поводом ужалить
справедливую власть и тем самым свалить её
169
Там же.
170
Битва пр Нахраване произошла в 38 / 659 г . — Примеч. ред.
11 8
с ног. Все эти змеи имели в своих норах несметные сокровища и готовились к тем дням, когда их
богатства окажутся под угрозой. ‘Али (‘а) знал,
что Талха и Зубайр нарушат данную ими присягу. Он знал, что Мать Правоверных окажется
игрушкой в руках тех, кто готовы были превратить в орудие своих интересов даже супругу Посланника Аллаха (с) и ради своих грязных целей
убедили её отправиться в Ирак. Имам знал и то,
что дружеские наставления другой жены Пророка (с) Умм Саламы не будут услышаны Айшой
171
.
‘Али (‘а) знал, что после активного участия
в подстрекательстве людей к убийству Усмана
Амр б. ал-Ас сидел в ожидании должности наместника Египта, положив свою веру и всего себя на
трон Му‘авийи, чтобы сын Абу Суфйана мог восседать на нем, отправляя на смерть и жуткие пытки праведников этой уммы, над которой он поставит своего сына Йазида.
‘Али (‘а) знал, что Марван б. Хакам и Валид
ал-Фасик (Грешник) вывезли из Медины окровавленную рубашку ‘Усмана, чтобы устроить за говор
и использовать ее в качестве боевого знамени
своего войска в Ираке во время Верблюжьей битвы, а затем и знамени сирийского вой ска и в битве при Сиффине. ‘Али (‘а) знал обо всём, что
должно было произойти и помешать его правлению и в особенности реализации программы его
преобразований. Именно поэтому он сопротивлялся настойчивым попыткам людей убедить его
171
Умм Салама очень старалась переубедить ‘Айшу ехать
в Басру, однако та проигнорировала её совет. См.: Тарих алЙа‘куби. Т. 2. С. 78.
11 9
принять их присягу. Всё это было заранее известно ему, однако как он мог опираться на то,
чего ещё не случилось, пренебрегая теми доводами, которые перед ним выдвигали. Это знание Имама (‘а) было присуще лишь ему одному.
Он прекрасно знал, что на деле перед ним были
лишь требования народа и именно это останется
в истории. Вся непрочность и непродолжительность этих требований, искренних лишь наполовину, проявилась лишь после того, как присяга уже была принесена. Таким образом, Имам
оставил свое знание о сокровенном и поступил
с людьми исходя из знания о явном.
В одном из пассажей книги «Нахдж ал-Балага»
Имам (‘а) говорит: «Да оглохнет то ухо, что не
слышит громкого крика! И как же подействует
спокойный голос на того, кого оглушает громкий крик? Сердце, трепещущее от страха перед
Аллахом, твёрдо и решительно. Я всегда опасался
вашего вероломства и видел в ваших лицах признаки заблуждения. Вы следовали по пути благочестивых, но вы не были теми, кем казались. Благодаря чистоте своей души я видел вас насквозь
и выносил о вас явные решения. Я стоял на пути
истины и отделил его от путей заблуждения, показав вам его. Вы шли по пути, но не видели проводника, вы рыли колодец, но не достигали воды,
и этот намёк красноречивее ста слов. Не увидит
спасения тот, кто изберёт кого-либо помимо
меня. С того самого дня, как я узрел истину, я не
испытывал в ней колебания. Муса не испытывал
страха за свою жизнь, а боялся невежественных
людей, не одержат ли заблудшие победу хитро-
120
Соседние файлы в предмете [НЕСОРТИРОВАННОЕ]