Добавил:
ivanov666
Опубликованный материал нарушает ваши авторские права? Сообщите нам.
Вуз:
Предмет:
Файл:Этика. Учебное пособие
.pdf
боду в моральном творчестве, инакомыслии или диссидентстве.
Поэтому-то свобода, объявленная Т. Гоббсом естественным, т.е. неотъемлемым, правом человека, несмотря на свою желанность – за нее
шли на смерть, оценивая ее дороже жизни, – зачастую отпугивает нас.
Причины и механизм отказа от свободы раскрываются
в книге Э. Фромма «Бегство от свободы», написанной еще
в 1941 г., но остающейся актуальной и сегодня. Э. Фромм
считал, что свобода («…эта величайшая тайна богов и людей») действительно не до конца освоена человеком.
По Э. Фромму, свобода имеет два аспекта: негативный и
позитивный. Негативная свобода – это «свобода от»: свобода как отсутствие зависимости от сил природы, общественных и моральных догм и установок. Это свобода, отрицающая зависимость, и ее-то человек ошибочно считает
подлинной свободой, за которую надо бороться и к которой
следует стремиться. Но, достигнув такой свободы, он оказывается, по сути, предоставленным самому себе. Такая
свобода приносит человеку независимость и в то же время
изолирует его, пробуждает в нем чувство одиночества, бессилия и тревоги. И человек вновь оказывается перед выбором: либо избавиться от этой свободы с помощью новой
зависимости, нового подчинения, либо дорасти до позитив-
ной свободы – «свободы для»: для полной реализации интеллектуальных и эмоциональных возможностей личности.
Это свобода, требующая от нее этой реализации, свобода,
основанная на неповторимости и индивидуальности каждого человека.
Таким образом, считает Э. Фромм, перед современным
человеком, обретшим свободу (в старом, негативном смысле), открываются два пути. Первый путь – дальнейшее движение к новой, позитивной свободе, основными способами
достижения которой Э. Фромм считает любовь и творчество
и к которой не каждый человек готов. Второй путь – бегство
от этой подлинной свободы, которое имеет определенные
психологические корни в самой природе человека и осуществляется в разных формах.
Например, в условиях тоталитарного общества в виде: а) авторитаризма, проявляющегося как в стремлении к подчинению, так и к
власти (садомазохистский комплекс); б) разрушительности, деструктивности, направленной на себя или вовне, которую Э. Фромм оценивает как «результат непрожитой жизни». В демократическом обществе
формой бегства от свободы обычно является конформизм – полное
101
усвоение личностью общепринятых шаблонов и стереотипов поведения, в результате чего человек становится «как все», исчезает различие между собственным Я и окружающим миром, но вместе с
тем – и страх перед одиночеством и бессилием, появляется чувство
«причастности». Однако за все это приходится платить утратой собственной личности и свободы.
Правда, здесь возникает ряд вопросов. Например, если человек
делает свободный (осознанный, добровольный, желательный для
себя) выбор, всегда ли он получает свободу? Так, немецкий народ в
1930-е гг. добровольно и с энтузиазмом выбрал национал-социализм
и, следовательно, Гитлера. Очевидно, что свобода выбора не всегда
означает выбор свободы. Другой вопрос: почему конформизм, с точки зрения гуманистической этики, является бегством от свободы,
если человек считает приспособление и принятие господствующей
системы ценностей наиболее приемлемым и естественным и выбирает этот путь для себя? Трудно найти однозначные и правильные
ответы на эти вопросы, каждый человек должен сам искать и выбирать эти ответы для себя.
6.3. Моральная ответственность личности
С проблемой свободы тесно связан вопрос о нравственной ответственности, которая проявляется как обратная
сторона свободно принятого решения, как естественное
следствие свободы выбора. Быть свободным, самостоятельным – значит быть ответственным. Более того, свобода и
ответственность находятся в прямой зависимости: чем шире свобода, тем больше ответственность. Эта связь и дала
основание философам называть свободу не благом, а трудной участью человека.
В некоторых этических концепциях связь между свободой и ответственностью разрывается. Так, фрейдизм отрицает ответственность
человека на том основании, что все его поступки носят, в основном,
бессознательный характер. Экзистенциализм утверждает, что личность ответственна только перед самой собой, перед своей сущностью.
Часто и в нашем сознании эти понятия разделены: свобода относится нами к области прав личности, без нее невозможно счастье, а ответственность воспринимается как одна из нелегких и малоприятных
обязанностей.
Противоречие между свободой и ответственностью не
будет казаться таким острым, если иметь в виду, что суще-
102
ствуют разные виды и разная мера ответственности. Виды
ответственности определяются тем, перед кем (чем) и за
что человек несет ответственность. В этом смысле можно
выделить три вида ответственности человека:
• перед самим собой: я делаю выбор и в конечном ито-
ге выбираю себя, свою жизнь, свою судьбу поэтому несу
за нее ответственность; этот вид ответственности проявляется в наших сомнениях, чувстве вины, страха и пр.;
• за свои конкретные действия и поступки перед дру-
гими людьми, особенно если затрагиваются их интересы;
здесь моральная ответственность (угрызения совести, боязнь общественного мнения) зачастую совпадает с правовой и административной ответственностью;
• перед миром и человечеством, проявляющаяся, поль-
зуясь терминологией экзистенциализма, как забота о мире, вызванная тревогой о нем. Это наиболее сложный и
трудно определяемый вид ответственности. Обычно он
выражается формулой: «Я отвечаю за все». Здесь не может быть ни административной, ни правовой ответственности, более того, эта ответственность может отрицаться
и даже не осознаваться человеком.
Из этих трех видов ответственности наиболее распространенным и общепринятым является второй вид – он
конкретнее, понятнее и привычнее. Попытки внушить человеку ответственность первого и третьего вида, как правило, вызывают негативную реакцию.
Инстинкт самосохранения человека, отвечающего перед самим
собой, заставляет его всю ответственность за свои ошибки и неудачную
жизнь возлагать на судьбу, обстоятельства, родных, близких и т.д. Ответственность третьего вида (перед миром и человечеством) отпугивает своей глобальностью. Она требует особой самовключенности
человека в систему естественных и социальных связей, их осознания.
Именно она является характеристикой нравственного состояния, человеческого сообщества. Это не ответственность-долженствование,
а ответственность-готовность. Порождается она многообразными и
множественными связями личности и общества, преемственностью
поколений и чаще всего носит опосредованный характер.
Ответственность второго вида определяется тем, что человек,
живущий среди людей, своими действиями всегда как-то влияет на
окружающих. Поэтому быть ответственным – значит думать о других,
о последствиях своих действий: не будут ли они в ущерб другому.
Основанием здесь выступает золотое правило нравственности, а
диапазон и мера ответственности чрезвычайно широки.
103
Мера моральной ответственности у разных людей в
различных ситуациях неодинакова. Во-первых, мера ответственности зависит, прежде всего, от самостоятельности
совершаемого действия. Однако наличие принуждения не
снимает ответственности с человека. И если он совершает
подлый, низкий поступок под принуждением, то все равно
должен нести моральную ответственность: действительно
порядочный, честный человек никогда не совершит подлость или предательство.
Во-вторых, мера ответственности зависит от значимости
совершаемого деяния для судеб других людей. Так, в экстремальной ситуации, когда нужно немедленно принять
решение, от которого может зависеть жизнь людей, мера
ответственности намного выше, чем в обычное время.
В-третьих, мера ответственности определяется масштабами принимаемых решений: она может быть различной в
зависимости от того, идет ли речь о судьбе отдельного предприятия или о судьбе государства (например, принятие
решения о ведении военных действий).
Наконец, она определяется влиятельностью, авторитетом, общественным положением или должностью личности,
принимающей решения: ответственность президента страны несопоставимо выше, чем ответственность трамвайного
диспетчера. Вместе с тем моральная ответственность – не
придаток к должности или служебному положению. Каким
бы ответственным ни было дело, порученное человеку, оно
не способно автоматически наделить его чувством ответственности, ибо это особое качество личности, у одних людей развитое, у других – нет.
«Быть человеком – это значит ощущать свою ответственность», – писал А. де Сент-Экзюпери. Неравнодушие, сопричастность жизни общества, страны, всего мира, тревога
и забота о том, что было, есть и будет на Земле, – вот что
порождает чувство ответственности и осознание самого
себя в мире.
Вопросы и задания
1. Какое содержание вы вкладываете в высказывание: «Свобода
одного человека заканчивается там, где начинается свобода другого»?
104
2. Попробуйте ответить на вопросы, поставленные Э. Фроммом
в книге «Бегство от свободы»: «Что такое свобода в смысле человеческого переживания? Верно ли, что стремление к свободе органически присуще природе человека? Зависит ли оно от условий, в которых живет человек, от степени развития индивида, достигнутого в
определенном обществе на основе определенного уровня культуры?
Определяется ли свобода одним лишь отсутствием внешнего принуждения или она включает в себя и некое присутствие чего-то, а
если так, чего именно? Какие социальные и экономические факторы
в обществе способствуют развитию стремления к свободе? Может ли
свобода стать бременем, непосильным для человека, чем-то таким,
от чего он старается избавиться? Почему для одних свобода – это
заветная цель, а для других – угроза? Не существует ли кроме врожденного стремления к свободе и инстинктивной тяги к подчинению?
Если нет, то как объяснить ту притягательность, которую имеет сегодня для многих подчинение вождю? Не является ли подчинение
источником некоего скрытого удовлетворения, а если нет, то в чем
состоит его сущность?»
3. «Мы должны быть рабами законов, чтобы стать свободными»
(Цицерон). Как вы понимаете это высказывание?
4. Можно ли быть нравственным, не будучи свободным? А свободным – не будучи нравственным?
5. Почему ответственность личности возрастает вместе с ростом
свободы? Существует ли предел ответственности? Справедлива ли
формула: «Ты отвечаешь за все»?
6. Прокомментируйте высказывания известного постмодерниста
У. Эко: «Свобода и освобождение – наша работа. Она не кончается
никогда» и одного из основателей экзистенциализма Ж.-П. Сартра:
«Я отвечаю за все, кроме факта моей ответственности».
7. Все мы помним знаменитую фразу А. де Сент-Экзюпери из
сказки «Маленький принц»: «Ты навсегда в ответе за всех, кого приручил». Согласны ли вы с этим? И что значит «приручить» кого-то?
А вы «приручали»? А вас «приручали»?
8. В каком возрасте родители должны предоставить ребенку свободу, чтобы он мог почувствовать свою ответственность? И нужно
ли это? Что вы думаете по этому поводу?
9. Свободный выбор обеспечивается волей и разумом. Поясните,
какую роль в обеспечении подлинно свободного морального выбора
играет воля, и какую – разум.
10. Что такое судьба и как соотносится с ней свобода воли?
11. Всегда ли у человека есть выбор?
12. Какая нравственная коллизия содержится в следующем высказывании Овидия: «Мы всегда стремимся к запретному и желаем
недозволенного»? Почему, на ваш взгляд, так происходит?
13. Согласны ли вы с утверждением В. Соловьева: «Высшая нравственность требует некоторой свободы и для безнравственности»?
105
ГЛАВА 7. ДОБРО И ЗЛО
7.1. Понятия добра и зла
Добро è зло относятся к наиболее общим понятиям
морального сознания, разграничивающим нравственное и
безнравственное. Традиционно добро связывают с понятием благо, к которому относят то, что полезно людям. Соответственно, не является благом то, что бесполезно, не нужно или вредно. Однако как благо есть не сама польза, а
лишь то, что приносит пользу, так и зло – не сам вред, а то,
что вызывает вред, приводит к нему.
Благо существует в виде самых различных вещей. Благом называют книгу и пищу, дружбу и электричество, технический прогресс и
справедливость. Что же объединяет эти разные вещи в один класс,
в каком отношении они схожи? У них есть один общий признак: они
имеют положительное значение в жизни людей, они полезны для
удовлетворения их потребностей – жизненных, социальных, духовных.
Благо относительно: нет ничего такого, что было бы
только вредным, как и такого, что было бы только полезным. В связи с этим что-то, являющееся благом в одном
отношении, может быть злом в другом. Благо для людей
одного исторического периода может не быть таковым для
людей другого периода. Благо имеет неодинаковую ценность и в разные периоды жизни индивида (например, в молодости и старости). Не все то, что полезно одному человеку, бывает полезным другому.
Так, социальный прогресс, приносит людям определенные и немалые блага (улучшение условий жизни, овладение силами природы,
победу над неизлечимыми болезнями, демократизацию общественных
отношений и др.). Но он же оборачивается часто столь же немалыми
бедствиями (изобретением средств массового уничтожения, войнами
за обладание материальными благами, Чернобыльской катастрофой)
или сопровождается проявлением отвратительных человеческих качеств (злобы, мстительности, зависти, подлости, предательства).
Этику интересуют не любые, а лишь духовные блага, ê
которым относятся и такие высшие моральные ценности,
как свобода, справедливость, счастье, любовь. В этом ряду
добро – это особый вид блага в сфере человеческого поведения.
106
Добро, как и зло, является этической характеристикой
человеческой деятельности, поведения людей, их отношений. Все, что направлено на созидание, сохранение и укрепление блага, есть добро. Зло же есть уничтожение, разрушение. А поскольку высшее благо – это совершенствование отношений в обществе и совершенствование самой
личности, т.е. развитие человека и человечества, то все, что
в действиях индивида способствует этому, – добро; все, что
препятствует, – зло.
Исходя из того что гуманистическая этика во главу
угла ставит Человека, его уникальность и неповторимость,
его счастье, потребности и интересы, мы можем определить критерии добра. Это, прежде всего, то, что способствует проявлению подлинной человеческой сущности –
самораскрытию, самовыявлению, самореализации личности, ра зумеется, при условии, что эта личность «имеет
право на звание Человека» (А. Блок). И тогда добро – это
любовь, мудрость, талант, активность, гражданственность,
чувство сопричастности проблемам своего народа и человечества в целом. Это вера и надежда, истина и красота.
Иными словами, все, что придает смысл человеческому
существованию.
Еще одним критерием добра и одновременно условием,
обеспечивающим самореализацию человека, выступает гу-
манизм êàê «…абсолютная цель бытия» (Г. Гегель). И тог-
да добро – это все то, что связано с гуманизацией человеческих отношений: мир, любовь, уважение и внимание
человека к человеку; это научно-технический, социальный,
культурный прогресс, но только в тех их аспектах, которые
направлены на утверждение гуманизма.
Таким образом, в категории добра воплощаются представления людей о наиболее положительном в сфере морали, о том, что соответствует нравственному идеалу; а в
понятии зла – представления о том, что противостоит нравственному идеалу, препятствует достижению счастья и гуманности в отношениях между людьми.
У добра есть свои секреты. Во-первых, как и все моральные феномены, добро есть единство побуждения (мотива) и результата (действия). Благие побуждения, намерения, не проявившиеся в действиях, еще не есть реальное добро: это добро, так сказать, потенциальное.
Не является в полной мере добром и хороший поступок, ставший
107
случайным результатом злонамеренных мотивов. Во-вторых, добрыми должны быть как цель, так и средства ее достижения. Даже самая
благая, добрая цель не может оправдывать любые, особенно безнравственные, средства. Так, благая цель – обеспечение порядка и безопасности граждан – не оправдывает, с моральной точки зрения, применения смертной казни в обществе.
Добро и зло как качества личности выступают в виде
добродетелей и пороков; как свойства поведения – в виде
доброты и злобы. Доброта – это, с одной стороны, линия
поведения: приветливая улыбка или вовремя произнесенная
любезность. С другой стороны, доброта – это точка зрения,
сознательно или невольно исповедуемая философия, а не
природная склонность. Кроме того, доброта не исчерпывается сказанным или сделанным. В ней проявляется все существо человека.
По своему содержанию зло противоположно добру. Соответственно, оно выражает, во-первых, наиболее обобщенные представления обо всем безнравственном, противоречащем требованиям морали, во-вторых, общую абстрактную
характеристику отрицательных моральных качеств,
в-третьих, оценку отрицательных поступков людей. К злу
относятся такие качества, как зависть, гордыня, месть, высокомерие, злодеяние.
7.2. Добро и зло: особенности и парадоксы
Сложности в определении и понимании добра и зла
коренятся в их особенностях. Первая особенность – всеоб-
щий, универсальный характер добра и зла. Если, скажем,
честь и достоинство – сугубо личностные оценки человеческих качеств, проявляющиеся в межличностных отношениях, то под юрисдикцию добра и зла подпадает все: и человеческие отношения, и отношение человека к природе и
миру вещей.
Всеобщность и универсальность не противоречат второй
особенности – конкретности и непосредственности до-
бра и зла. Они – понятия исторические, зависящие от ре-
альных общественных отношений.
Так, в первобытном обществе добром считалось все, что способствовало выживанию рода, т.е. не только мужество и храбрость, но и
коварство, хитрость и даже жестокость. С появлением частнособ-
108
ственнических отношений добро начало отождествляться преимущественно с материальным благополучием, богатством, а поскольку
распределялось оно неравномерно, то достижение добра одними осуществлялось зачастую за счет причинения зла другим.
Третья особенность добра и зла – их субъективность,
т.е. они не принадлежат объективному миру, а относятся к
области человеческого сознания. Действительно, в природе,
например, нет явлений, которые безотносительно к человеку были бы добром или злом. Это мы в зависимости от
своих нужд, интересов, условий жизни относим одни вещи
и явления к разряду добрых, другие – к разряду злых. Дело в том, что добро и зло – понятия не только ценностные,
но и оценочные. При их помощи мы положительно или
отрицательно оцениваем то или иное природное, социальное явление, моральные качества и поступки людей. Но как
всякие оценочные понятия они несут в себе элемент человеческой субъективности, личной пристрастности, эмоциональности.
Субъективность проявляется, во-первых, в том, что разные субъекты в силу разницы в понимании, интересах, отношениях могут
иметь различное представление о добре и зле. Так, для одного добро –
счастье и покой, для другого – гражданское неравнодушие и борьба
за справедливость, для третьего – духовное и интеллектуальное самосовершенствование, для четвертого – материальный достаток и т.д.
Поэтому людям так трудно понять друг друга, договориться, особенно если их оценки взаимоисключающи, а нетерпимость не позволяет
стать на точку зрения другого. И тогда доброе становится злым. Вот
как подметил эту особенность добра русский философ Л. Шестов:
«Таково уж свойство добра. Кто не за него, тот против него. И всякий
человек, признавший суверенность добра, принужден уже делить
своих ближних на хороших и дурных, т.е. на друзей и врагов своих».
Особенно развивается этот недостаток у тех, кто имеет власть над
другими (семейные тираны, политические диктаторы). Им кажется,
что они владеют монополией на истину и добро, а также правом обратить в свою веру всех сомневающихся и инакомыслящих – для их
же блага. Но насильственное добро уже не есть добро: нельзя насильно заставить людей быть счастливыми или добродетельными.
Во-вторых (и это вытекает из во-первых), в силу тех или иных причин то, что для одного человека объективно выступает в виде добра,
для другого является (или ему кажется, что является) злом. Так, для
больного предстоящая операция однозначно воспринимается как зло;
для хирурга же, видящего картину болезни с профессиональной точки зрения, она – единственная форма помощи, а значит – добро.
109
Субъективность, таким образом, предполагает отсутствие абсолютного добра и зла в реальном мире (они возможны лишь в абстракции или мире потустороннем). Поэтому из субъективности проистекает четвертая особенность добра и зла – их относительность, также проявляющаяся в определенных моментах.
Русский философ Н.О. Лосский, указывая на то, что зло
всегда относительно, утверждал, что в любом зле, с философской точки зрения, есть какие-то элементы добра, иллюстрируя этот тезис на примере смерти. К тому же то, что
было злом, в процессе развития может превратиться в добро, и наоборот.
Возможно, именно относительность добра и зла, наблюдение, что
«…все хорошее – дурно», и наоборот привели Ф. Ницше к выводу:
«Ни за что так дорого человек не расплачивается, как за свои добродетели». В обыденном сознании эта мысль находит отражение в пословицах: «Добро бывает наказуемо», «Хочешь сделать себе плохо –
сделай другому хорошо» и др. Эта горькая житейская мудрость в
какой-то мере объясняет и оправдывает парадокс нравственного поведения, подмеченный еще древнеримским поэтом Овидием: «Благое
вижу, хвалю, но к дурному влекусь». И разве не то же свойство добра
и зла сокрыто в знаменитой фразе: «Благими намерениями вымощена
дорога в ад»? Русский философ С.Л. Франк в работе «Крушение миров» писал: «…все горе и зло, царящее на земле, все бедствия, унижения, страдания по меньшей мере на 99% суть, результат воли к осуществлению добра, фанатичной веры в какие-либо священные принципы, которые надлежит немедленно насадить на земле, и воли к
беспощадному истреблению зла; тогда как едва ли одна сотая доля зла
и бедствий обусловлена действием откровенно злой, преступной и
своекорыстной воли».
Рассмотренные проявления относительности добра и зла
высвечивают и подтверждают их пятую особенность – един-
ство и неразрывную связь друг с другом. Они бессмыслен-
ны в отдельности, как бессмыслен плюс без минуса; они не
могут существовать друг без друга, как не существуют самостоятельно северный и южный полюса магнита. Не говоря
уже о том, что изысканная мимикрия зла зачастую, к сожалению, привлекает людей сильнее, чем беспомощность, заурядность добра. Ф. Ницше утверждал, что зло нужно так
же, как и добро, даже больше, чем добро: и то, и другое является необходимым условием человеческого существования
и развития. И разве не об этом говорил еще У. Шекспир
в «Гамлете»: «Что делала бы благость без злодейства?»
110
Соседние файлы в предмете [НЕСОРТИРОВАННОЕ]