Файловый архив студентов. Файловый архив студентов.
1329 вузов, 5502 предметов.
/ Регистрация
FAQ Обратная связь Вопросы и предложения
Добавил:
Опубликованный материал нарушает ваши авторские права? Сообщите нам.
Вуз:
Башкирский Государственный Аграрный Университет
Предмет:
[НЕСОРТИРОВАННОЕ]
Файл:

Фигура аналепсиса и система ее мотивировок

.pdf
Скачиваний:
0
Добавлен:
07.09.2026
Размер:
2 Мб
Скачать
☆
Раздел А. Система диегетических мотивировок аналепсиса 171
Такая композиционная перестановка, когда рассказ ожизни героя начинают сего смерти, <…> приглашает читателя задуматься обэк­зистенциальной специфике биографии как жанра: биографическое повествование обычно, засравнительно редкими исключениями, за-
тевают после смерти его героя, смерть служит условием иотправной точкой работы биографа [Зенкин 2019],
ср. аналогичное наблюдение П.П.Пазолини:
Смерть молниеносно монтирует нашу жизнь, она отбирает самые важные ее моменты <…> ивыстраивает ихвнекую последователь­ность, превращая наше <…> настоящее взавершенное, устойчивое,
ясное и, значит, вполне описуемое языковыми средствами (врамках общей семиотики) прошедшее [Пазолини 2000: 498].
Ссожалением приходится констатировать, что один иззачинате­лей формального метода, В.Б.Шкловский, несмог этого понять. Это видно потому, как он анализирует повесть Л.Н.Толстого «Смерть Ивана Ильича». Рассмотрим этот вопрос подробнее (для этого вы­нужденно возвращаясь здесь киспользованию «фирменных» терми­нов формалистов фабула исюжет).
Шкловский цитирует зачинный эпизод сгазетой, извещающей осмерти Ивана Ильича:
Петр <…> Иванович, невступив сначала вспор, непринимал
внем участия ипросматривал только что поданные «Ведомости».
— Господа!— сказал он,— Иван Ильич-то умер. — Неужели? — Вот, читайте,— сказал он Федору Васильевичу, подавая ему
свежий, пахучий еще номер [Толстой 1936б: 61].
Указав, что инициальное сообщение обэтой развязке фабулы по­мещено вабсолютное начало— вглаву1, Шкловский выносит сужде­ние: здесь «скорей борьба сфабулой, чем затруднения ее. Толстому нужно было, вероятно, уничтожить сюжетный интерес вещи, перенеся
172 ГЛАВА 2. Система нарративных мотивировок аналепсиса
все ударение наанализ, на“подробности”, как он говорил» [Шклов­ский1929в: 127]. Шкловский употребляет здесь термины «сюжет» и«фабула» как синонимические категории, тогда как прием иници­ального сообщения оразвязке— это прием построения вовсе нефа­булы, асюжета, т.е. неистории, анаррации.
Вдругом месте, встатье «Роман тайн», говоря осовременной
Шкловскому русской прозе 20-хгг. XXв., он судовлетворением от-
мечает: «Интерес ксюжету растет. Время приема Льва Толстого, когда
в“Смерти Ивана Ильича” рассказ начинается уже сосмерти и“что будет дальше” исключено, очевидно, прошло» [Тамже: 169]. Между тем можно былобы возразить Шкловскому, что точно также, «уже сосмерти» героя (героини), начинается наррация итакого современ-
ного ему рассказа, как «Легкое дыхание» Бунина. Норазвертыванию
внем подлежит вбольшей степени нето, «что будет дальше» («на­стоящее персонажей»), ато, «что было доэтого» («прошедшее персо-
нажей»). Следовательно, осуждаемый Шкловским «прием Льва Тол­стого» весьма эффективен иего «время» отнюдь непрошло и, вероятно,
непройдет. Ведь, как только что говорилось, начать развертывание
наррации ссообщения осмерти персонажа или сизображения со­бытия его смерти— это очень сильный впорождающем отношении
наррационный прием. Герой умер, следовательно, нужна его биогра­фия: так построены столь жанрово различные «Кроткая» Достоев­ского, «Смерть Ивана Ильича» Толстого, «Легкое дыхание» Бунина,
«Над белым перекрестком» Конецкого, «Кончина» Тендрякова, «Иэто
все онем» Липатова, «Другая жизнь» Трифонова. Однако построены
эти «биографии» совершенно по-разному.
1.Так, Толстой в«Смерти Ивана Ильича», конечно, использует диегетический референт— факт смерти героя как мотивировку для аналепсиса онем, нокэтой мотивировке он вабсолютном на-
чале 2-йглавы повести присоединяет другую мотивировку— ретро-
спективную характеризующую пропозицию, содержащую информа­тивное сообщение-обобщение: «Прошедшая история жизни Ивана Ильича была самая простая иобыкновенная исамая ужасная» (кур­сив наш.—А.Е.) [Толстой 1936б: 68].
Раздел А. Система диегетических мотивировок аналепсиса 173
Данное информативное сообщение-обобщение состоит издвух мотивов: 1)жизнь Ивана Ильича была самая простая иобыкновен­ная и2)жизнь Ивана Ильича была самая ужасная. Затем напротяже­нии всех аналептических глав повести эти два мотива разносторонне
раскрываются идемонстрируются вэпизодах наррации. Приведем не­сколько примеров эпизодного развертывания этих мотивов-обобще­ний (далее курсивом нами выделены способы повтора, развития иуси­ления этих двух мотивов).
1)Жизнь Ивана Ильича была самая простая иобыкновенная (мо-
тив обыкновенности): такой была новая квартира Ивана Ильича:
Всущностиже было тосамое, что бывает увсех несовсем бо‑
гатых людей, нотаких, которые хотят быть похожими набогатых
ипотому только похожи друг надруга: штофы, черное дерево, цветы, ковры ибронзы, темное иблестящее,— все то, что все известного рода люди делают, чтобы быть похожими навсех людей известного рода [Толстой 1936б: 79];
таким был первый визит Ивана Ильича кврачу:
Он поехал. Все было, как он ожидал; все было так, как всегда дела‑
ется. Иожидание, иважность напускная, докторская, ему знакомая,
которую он знал всебе всуде, ипостукиванье, ивыслушиванье, иво­просы, требующие определенные вперед иочевидно ненужные ответы
<…>. Все было точно также, как всуде [Тамже: 83–84];
таким был разговор перед поездкой втеатр наСару Бернар:
Федор Петрович спросил уИвана Ильича, виделли он Сарру Бер-
нар. Иван Ильич непонял сначала того, что унего спрашивали, апо-
том сказал: Нет <…>. Дочь возразила. Начался разговор обизяществе
иреальности ее игры,— тот самый разговор, который всегда бывает
один итотже [Тамже: 104].
174 ГЛАВА 2. Система нарративных мотивировок аналепсиса
2)Жизнь Ивана Ильича была самая ужасная (мотив ужасности):
отусиления болезни:
Нельзя было себя обманывать: что-то страшное, новое итакое значительное, чего значительнее никогда вжизни небыло сИваном Ильичом, совершалось внем. Ион один знал про это, всеже окружа­ющие непонимали или нехотели понимать идумали, что все насвете идет по-прежнему. Это-то более всего мучило Ивана Ильича [Тол-
стой1936б:87];
отлицемерия близких: «Эта ложь вокруг него ивнем самом более
всего отравляла последние дни жизни Ивана Ильича» [Тамже: 99]; отего страданий: «Он <…> лег боком наруку, иему стало жалко себя. Он <…> нестал больше удерживаться изаплакал, как дитя. Он пла­кал обеспомощности своей, освоем ужасном одиночестве, ожесто­кости людей, ожестокости Бога, оботсутствии Бога» [Тамже: 105]; отего одиночества:
Впоследнее время того одиночества, вкотором он находился, лежа лицом кспинке дивана, того одиночества среди многолюдного города исвоих многочисленных знакомых исемьи,— одиночества, полнее которого немогло быть нигде: нинадне моря, нивземле,— впоследнее время этого страшного одиночества Иван Ильич жил только воображением впрошедшем [Тамже: 108];
от его предсмертного прозрения: «Он в них (жене, дочери, док­торе.—А.Е.) видел себя, все то, чем он жил, иясно видел, что все это было не то, все это был ужасный огромный обман, закрывающий ижизнь исмерть» [Тамже: 110].
Итак, событие смерти Ивана Ильича благодаря своей интерпрети-
рующей семантике иретроспективная характеризующая пропозиция всовокупности выступают вроли диегетической мотивировки всей
аналептической части повести, причем мотивы этой пропозиции за-
дают всю диегетическую семантику сверхбольшого аналепсиса— ана-
липтической части повести, со2-й по13-ю, последнюю, главы.
Раздел А. Система диегетических мотивировок аналепсиса 175
2.В. Конецкий использует этотже принцип мотивировки аналепсиса
событием смерти по-другому: он присоединяет кмотивировке фак­том смерти персонажа мотивировку воспоминаниями другого персо­нажа обэтой смерти. Вего рассказе «Над белым перекрестком» [Конец­кий 1978б] главный герой, бывший сержант авиации Хобров, находит могилу другого человека— капитана Катуна ипредается воспомина­ниям отом, как впервом авиационном бою он, Хобров, будучи «ведо­мым», струсил ибросил своего «ведущего»— капитана Катуна, который врезультате погиб. Наего могилу иприходит Хобров много лет спустя,
чтобы вспомнить этот воздушный бой исвою последующую судьбу.
Впервичных речевых (нелитературных) жанрах прототипом этой структуры являются надгробный плач втрадиционной культуре ине­кролог вписьменной культуре. Всовременных исследованиях совет­ской литературы отмечается особое пристрастие соцреализма кэтому типу мотивировки, аименно кего использованию вжанре биографии виднейших большевиков: «…как ивриторической биографии антич­ности (что отмечал еще М.М.Бахтин в“Формах времени ихронотопа вромане”.— А.Е.), так ивоснове “научно-художественных” биогра­фий соцреализма лежит “энкомион”— гражданская надгробная ипо-
6
минальная речь»
[Балина 2000: 593]. Отмечается, что «собственно био­графия, следующая заэтими “энкомионами’’, есть лишь иллюстрация (кним.—А.Е.)» [Тамже: 594], причем такие биографии характеризуются, как правило, «незначительными вариациями этой модели» [Тамже].
2.6.6. Мотивировка аналепсиса
референтом— статическим состоянием персонажа
Нередко вдиегесисе имеет место приостановка развития внешнего
действия, поскольку фокальный персонаж вкакой-то момент своего
квазиреального «настоящего персонажей» находится встатическом
6 А.А.Тахо-Годи вкомментариях к«Риторике» Аристотеля толкует (вее на­писании) «энкомий» как «жанр хвалебной речи» [Тахо-Годи 1978: 297], которая образует первую часть энкомиона— отом, «каким должен быть полководец, пе-
речисление свойств идобродетелей полководца. Все эти свойства идоброде-
тели ираскрываются затем вжизни прославляемого лица» [Бахтин 1975б: 287].
176 ГЛАВА 2. Система нарративных мотивировок аналепсиса
состоянии: он или лежит, или сидит, или отдыхает, или чего-то ждет, или гуляет; если даже он идет или едет изодного локуса вдругой, это также соответствует некоей статике, или паузе, вдиегетическом дви­жении нарратива. Такое состояние персонажа также служит диегети-
ческой мотивировкой аналепсиса.
Эта мотивировка аналепсиса состоянием персонажа, как ивопи-
санных выше типах, часто соединяется скакой-либо другой мотиви-
ровкой. Например, водной изпервых глав повести В.Фролова «Что кчему…» ее герой-рассказчик Саша садится возле больной младшей сестренки Нюрочки; ему грустно, ион незнает, что ей сказать. Сразуже
вступает всилу названное правило, имеющее диегетическую основу,
ноотражающееся насоставе эпизодов наррации: если действие нар-
ративной истории приостанавливается, тотакая остановка вразвитии
действия выступает мотивировкой для какого-то словесного наполне-
ния текста: либо описанием (что отмечено Ю.В.Шатиным: «…ретар-
7
дация заменяет течение действия пейзажем» [Шатин 2015: 238]
либо аналептическим повествованием. В разбираемом фрагменте пове­сти «Что кчему…» действует второй прием, обусловленный вводом
внаррацию экспозиционного обобщающего сообщения оНюрочке:
«Я, конечно, всегда любил ее, но, когда она была дома, как-то мало,
вобщем-то, замечал» [Фролов 1966: 55]. Предикат мало замечал зако-
номерно требует развертывания, причем имперфект глагола задает ха-
рактер аналеписа: он может быть только итеративным. Это малый ите-
ративный внешний гетеродиегетический аналепсис. Разумеется, унего есть рамочное завершение, выполненное посредством приема псевдо­слияния момента наррации смоментом изображаемого действия бла-
годаря употреблению глаголов вграмматическом настоящем времени (имитация настоящего момента речи) идейктического наречия сейчас:
«Ивот сейчас сижу ясней, она что-то лопочет, аяругаю себя зато, что
плохо кней относился» [Тамже].
Вдругом примере характер аналепсиса, мотивированного состо-
янием, иной: это сингулятив. Так, глава11 «Раздвоение Ивана» (ро-
ман М.М.Булгакова «Мастер иМаргарита») начинается стого, что
7 УШатина: «ретардацию, заменяющую течение действия пейзажем».
Раздел А. Система диегетических мотивировок аналепсиса 177
водной изее первых строк содержится описание состояния плача Ивана: «Иван тихо плакал, сидя накровати <…>. Исписанные Иваном листки валялись наполу» [Булгаков 1999: 257]. Это жалкое состояние плача поэта Ивана Бездомного сразуже объясняется анонсирующим сообщением: «Попытки поэта сочинить заявление насчет страшного консультанта никчему непривели» [Тамже]. Эта ретроспективная пропозиция-анонс задает свое подробное раскрытие всингулятивном аналепсисе: сначала рассказывается опервой редакции начала заявле­ния Ивана опроисшествии наПатриарших прудах ио«покойном Бер­лиозе», затем овторой, далее отретьей. Потом Иван пытается писать окоте и,наконец, оПонтии Пилате. Аналептический малый сингуля­тивный внутренний аналепсис онеудачных попытках горе-поэта кон-
чается возвратом кизображению бессильного плача Ивана, скоторого
глава началась, причем маркером возврата в«настоящее персонажей» служит лексический повтор глагола плакать (ср. начало: «Иван тихо плакал…») внужной грамматической форме: «<…> Иван почувство­вал, что обессилел, что сзаявлением ему несовладать, нестал подни­мать разлетевшихся листков итихо игорько заплакал» [Там же: 258].
Мотивировкой аналепсиса может быть нетолько состояние плача,
ноипротивоположное ему состояние смеха: «…нопуще всего ее сме-
шило то, как они скрылись издому» [Набоков 2004б: 171]— идалее указание мотивировки этого состояния смеха героини— события по­бега Чорба иего молодой жены сихсвадебного банкета, выполнен­ное вформе кратких аналептических эпизодов врезюме: «Тотчасже поприезде изцеркви домой она побежала ксебе переодеваться,— пока внизу собирались гости кужину. <…> Затем все двинулись ксто­лам, аЧорб сженой, мгновенно сговорившись, бежали счерного хода итолько наследующее утро, заполчаса доотхода экспресса, явились вдом завещами» [Тамже] (сингулятивный внешний гетеродиегети-
ческий аналепсис среднего размера).
Кроме того, внаррации может сообщаться отом, что персонаж на-
ходится всостоянии беспокойства. Так, первое предложение главы9
«Мастера иМаргариты» под названием «Коровьевские штуки» содер-
жит описание такого состояния персонажа (выделено нами курсивом):
«Никанор Иванович Босой, председатель жилищного товарищества
178 ГЛАВА 2. Система нарративных мотивировок аналепсиса
дома №302-бис поСадовой улице вМоскве, где проживал покойный Берлиоз, находился встрашнейших хлопотах, начиная спредыдущей ночи сосреды начетверг» [Булгаков 1999: 238]. Далее ваналептическом обзоре следует разъяснение всех этих хлопот: обопечатании квартиры Берлиоза иоприходе кнему множества людей «сзаявлениями, вко­торых содержались претензии нажилплощадь покойного» [Тамже]. Никанор Иванович идет в«нехорошую квартиру», исэтого момента наррация возвращается в«настоящее персонажей» идалее разворачи-
вается уже всценических эпизодах, аневобзорных.
Можно утверждать, что мотивировка аналепсиса референтом— статическим состоянием персонажа является сильной, поскольку она требует обязательного появления после себя аналепсиса, содержащего нарратив-разъяснение этого статического состояния.
2.6.7.1. Мотивировка аналепсиса знаком предшествования (ЗП)
Ранее мы уже многократно говорили оразличных знаках пред­шествования (далее— ЗП), вызывающих аналепсис. Однако вовсех
предшествующих случаях ЗП был лишь одной измотивировок, со-
/
ставляющих вместе сдругим
другими некую комплексную мотиви-
ровку аналепсиса. Теперь необходимо описать случаи, когда ЗП явля­ется единственной исамостоятельной диегетической мотивировкой аналепсиса.
Мотивировка аналепсиса вербальным ЗП— это ввод внаррацию
временного плана «прошедшего персонажей» исключительно посред­ством соответствующих лексических играмматических маркеров.
Сначала укажем те ЗП, которые используются для порождения ана-
лепсиса впределах одной главы текста нарратива. Кним относятся:
1.«Абсолютные временные операторы, или номинаторы» [Матве-
ева 2006: 538], разделяющиеся на:
1.1. Календарные даты, указывающие на«настоящее персонажей»
инапредшествование ему (выделены жирным шрифтом).
Использование таких вербальных ЗП как диегетической моти­вировки аналепсиса появляется лишь втех наррациях, где «линей­но-хронологическое историческое художественное время имеет
Раздел А. Система диегетических мотивировок аналепсиса 179
точную датировку (курсив наш.— А.Е.), оно отнесено копределен­ному событию» [Давыдова, Пронин 2003: 170]. Эта точная датировка ивыполняет функцию временного маркера, аименно вербального ЗП. Например, вромане Р.А.Штильмарка «Пассажир последнего рейса» главка1главы 1 «Макарка-попович вкорпусе идома» открывается сообщением винформативном регистре: «Весной 1917года тринад­цатилетний Макар перешел вчетвертый класс» [Штильмарк 1974: 11], т.е. сначала сообщается особытии, имевшем место весной 1917г. (ви-
димо, вмае, т.е. вконце учебного года) ивыступающем точкой темпо­рального отсчета для «настоящего персонажей». Затем вследующем
предложении осуществлен аукториальный аналепсис АЭ1 ввиде ма­лого итеративного резюме отом, что происходило ранее— дофевраля этогоже года, т.е. зимой1916/1917годов: «Дофевральских умопом-
рачительных событий— отречения царя исоздания Временного пра-
вительства России— начальство корпуса кое-как справлялось сбро­жением вклассах; послеже февраля машина корпусной жизни стала понемногу разлаживаться» [Тамже:11]. Последнее утверждение иллю­стрируется далее всингулятивном резюме отом, как «одноклассники Макара встретили февральскую революцию» [Тамже]. Лишь после этого наррация возвращается кМакару, кего последующим летним каникулам в«настоящем персонажей».
1.2. Лексическое указание напредшествующее время года. Впоследней главе «Золотого теленка» И.Ильфа иЕ.Петрова тем-
поральная структура эпизодов следующая: 1-йэпизод главы— это
«внезапный приступ» вовнешней фокализации, представленный неди-
алогической сценой тайного передвижения поберегу Днестра какбы впервые вводимого вдиегесис (обэтом «приеме замаскированного тождества» см. ранее, вконце 2.6.1) «странного человека» [Ильф, Пе­тров 1961б: 380], обвешанного драгоценностями, причем указывается процессуальное физическое время как время действия этого эпизода:
«Шумела мартовская ночь» [Тамже: 380].
Сразу вслед заэтим во2-мэпизоде главы вводится аналепсис: вите-
ративном резюме сообщается овременном периоде, предшествующем
изображенному,— всю зиму, втечение которой тотже «странный чело- век» (теперь он снова назван— это, разумеется, «великий комбинатор»
180 ГЛАВА 2. Система нарративных мотивировок аналепсиса
Остап Бендер) переводил свой миллион рублей вдрагоценности: «Ве­ликий комбинатор готовился всю зиму. Он покупал североамерикан- ские доллары спортретами президентов вбелых буклях, золотые часы,
портсигары, обручальные кольца, бриллианты идругие драгоценные штуки» [Ильф, Петров 1961б: 380]. Далее наступает 3-йсингулятивный эпизод, идиегесис возвращается в«настоящее персонажей»— вмар-
товскую ночь наДнестре.
Таким образом, мотивировкой аналепсиса является здесь лексиче-
ское указание напредшествующий сезон: после фразы омартовской
ночи— темпоральное обстоятельство всю зиму.
2.«Относительные временные операторы, или корреляторы»
[Матвеева 2006: 538], разделяющиеся на:
2.1.Единичные темпоральные лексические знаки, указывающие
напредшествование «настоящему персонажей», например:
Накануне: в зачине главки 1 главы 7 «Скитница Анастасия»
(Р.А.Штиль марк. «Пассажир последнего рейса») сначала вдиегесис, аследовательно, ив«настоящее персонажей», вводится персонаж— во­енный летчик Шанин, азатем сообщается онем: АЭ23 «Накануне он отметил умакарьевского военного коменданта свое отпускное свиде­тельство <…>. Узнал он вМакарьеве немного» [Штильмарк 1974:121] (последняя фраза— мотивировка ретроспективной пропози цией-анон­сом для последующих сценических аналептических эпизодов, вкоторых
раскрывается то, чтоже Шанин узнал: кратко изображены аналепти-
ческие эпизоды— проведенные им вМакарьеве две встречи-беседы
сдальней родственницей иссудовым ревизором).
Сутки назад: взачине главки2 главы3 «Внебесах, наводе ина
суше» (Штильмарк. «Пассажир последнего рейса») дается эпизод,
изображающий посещение 7июля собора вКостроме переодетыми по-крестьянски офицера Коновальцева иего жены, затем указывается:
«Лишь сутки назад, вночь на6июля, он (Коновальцев.— А.Е.) вдвоем
ссупругой покинул мятежный Ярославль сособым поручением <…>. Сперва, уже заВолгой, добрались доСолнцева. <…> Пятьдесят верст отСолнцева доКостромы проделали заночь» [Штильмарк1974: 56]. Далее возвратом кутру 7июля сэпизодом посещения этими персона­жами собора вКостроме наррация выходит изаналепсиса: «Всобор
Соседние файлы в предмете [НЕСОРТИРОВАННОЕ]
Помощь Обратная связь Вопросы и предложения Пользовательское соглашение Политика конфиденциальности