Добавил:
ivanov666
Опубликованный материал нарушает ваши авторские права? Сообщите нам.
Вуз:
Предмет:
Файл:Фигура аналепсиса и система ее мотивировок
.pdf
Раздел Б. Медиальные мотивировки аналепсиса 271
Далее внаррацию вводится 3-йэпизод— это диалогическая сцена
разговора вернувшегося вобщежитскую комнату Остапа иИпполита
Матвеевича онаконец найденном Остапом стуле. Благодаря переводу
фокуса наОстапа, вернувшегося изочередных (наэтот раз, как он
думает, наконец-то удачных) поисков стула, наррация возвращается
в«настоящее персонажей», вкотором иразвертываются все последние, «пост-остаповские» эпизоды романа.
Итак, синтагма этого блока эпизодов такова: 1) малый итератив
в«настоящем персонажей» à 2) имплицитный знак эллипсиса (мотивировка аналепсиса) à 3) аналепсис: среднего размера аналептический итератив в«прошедшем персонажей» à 4) возврат ксингулятиву
в«настоящем персонажей».
Все три разобранных аналепсиса, мотивированных заполнением
эллипсиса, уАксенова, уЧуковской иуИльфа иПетрова имеют среди
прочего важный семантический признак: запропущенный вэллипсисе
период персонаж сильно изменился ивнешне, ипоповедению: Зеленин
похудел, сдрузьями теперь встречался редко; «насвоей новой службе
(вбиблиотеке.— А.Е.) Софья Петровна нетолько нискем неразгова-
ривала, нодаже нездоровалась инепрощалась» [Чуковская 2012: 101]
(поярчайшему контрасту к«идиллическому» периоду доареста Коли,
когда у«мамы-общественницы» [Тамже: 15] Софьи Петровны «засе-
дания месткома (виздательстве.— А.Е.) <…> отнимали <…> чутьли
невсе вечера» [Тамже]; уИпполита Матвеевича изменились его сны,
его походка идаже форма усов, выражение глаз «сделалось дикое»
[Ильф, Петров 1961а: 373]. Все эти диегетические признаки усиливают
значимость пропущенного вэллипсисе периода времени.
2.10.2.2. Мотивировка аналепсиса
употреблением измерительных слов
Второй способ ввода аналепсиса после эллипсиса связан супотреблением внаррации измерительных слов, которые функционируют
как знаки эллипсиса.
Рассмотрим пример этого типа наматериале блока эпизодов
изглавыVI, главки «Осень, весна?» повести Аксенова «Коллеги».
272 ГЛАВА 2. Система нарративных мотивировок аналепсиса
1-йэпизод этого блока представлен сценой в«настоящем персонажей»: молодой врач Алексей Максимов прибегает насвидание сВерой,
назначенное ею возле Публичной библиотеки, дожидается ее, изатем
они идут гулять повечернему Ленинграду: «Они прошли через сквер
всторону Фонтанки. Вера молчала» [Аксенов 1969: 95].
Молчаливая прогулка героев— хорошо известная нам диегети-
ческая мотивировка для ввода аналепсиса (см. 2.6.6), поэтому вслед
заэтим кратким эпизодом следует 2-йэпизод: указание наэксплицитный эллипсис благодаря употреблению измерительного слова-числительного (оно выделено нами курсивом): «Сегодняшняя ихвстреча
была четвертой после того, как Максимов решил “рассказать все”»
(т.е. наконец признаться замужней Вере всвоей любви кней.— А.Е.)
[Тамже: 95]. Эта информация очетвертой встрече предполагает, что
ей предшествовали первая, вторая итретья встречи, поэтому уместно
далее кратко рассказать оних, т.е. ввести 3-йэпизод, иим является
аналепсис:
Впервый раз Алексей пришел прямо кней домой, увидел, что
мужа нет, обрадовался, испугался, разозлился инелепейшим образом пригласил ее вкино. <…> Второй раз он позвонил ей ввоскре-
сенье, иони провели вместе странный день, тянувшийся безконца.
Они блуждали посырым улицам иоказались наКрестовском острове.
<…> Втретий раз они остановились тамже (вдвух кварталах отдома
Веры.— А.Е.), итогда Алексей взял ее заруку, увел вкакой-то подъ-
езд имолча стал целовать [Там же: 96].
Все это аналептическое заполнение эллипсиса отрех предшеству-
ющих свиданиях, накоторых Максимов так инерешается «рассказать
все», образует тройственный блок среднего размера, состоящий изсингулятивных эпизодов вформе резюме.
Затем этот трехчастный аналепсис кончается своим эксплицит-
ным эллипсисом, вновь содержащим измерительные слова истре-
мительно сближающим «прошедшее персонажей» с «настоящим
персонажей»: «После этого (ихтретьей встречи, отмеченной поцелуями.— А.Е.) прошло больше двух недель. Нателефонные звонки она
Раздел Б. Медиальные мотивировки аналепсиса 273
отвечала сухо, отвстреч отказывалась…» [Аксенов 1969: 96], азатем
наконец вводится лексическое указание наполное возвращение в«настоящее персонажей», что соответствует изавершению этого блока
эпизодов, или АК: «…асама позвонила впервый раз только сегодня»
[Тамже]. Этим указанием наррация возвращается кмоменту вечерней
встречи ипрогулки любовников, ипорождается 4-йэпизод— сингулятивная сцена ихсбивчивого диалога, прерываемого долгими паузами.
Структура данного блока эпизодов: 1) средний сингулятив в«настоящем персонажей» à 2) знак эллипсиса (мотивировка) à 3) аналепсис: блок сингулятивов в«прошедшем персонажей», завершающийся своим эллипсисом à 4) возврат ксингулятиву в«настоящем
персонажей».
Аналогичный, нозначительно более короткий пример супотреблением слова-числительного— из«Софьи Петровны» Чуковской:
«Стех пор как Колю увезли, писем товарищу Сталину она написала
уже три» [Чуковская 2012: 102]. Это утверждение служит изнаком
эллипсиса, имотивировкой для его заполнения аналепсисом врезюме, содержащем краткий пересказ содержания этих 3 писем исообщения обиходинаковой злосчастной судьбе: «Ноответа небыло»
[Тамже:102].
Как указывает Эдит Уортон, «ничто так незадерживает повествование, как обозначение больших разрывов вовремени, втечение которых исами персонажи, иразличные обстоятельства должны существенно измениться» [Уортон 1982: 46]. Ноэта задержка немаловажна:
она служит для того, чтобы «создавать учитателей ощущение движущегося времени» [Тамже]. Похожее семиотическое наблюдение делает
Я.С.Билинкис наматериале Тургенева: «Когда Тургенев отмечает, что
прошло сколько-то лет, тоэто означает всегда, что что-то кончилось,
осталось позади иуже пришло или наступает сейчас нечто иное. Так
это вконцовке “Pудина”» [Билинкис 1966: 333].
2.10.2.3. Мотивировка аналепсиса мотивной рамкой
Третий способ ввода аналепсиса после эллипсиса заключается
вповторном употреблении одного итогоже мотива, образующем
274 ГЛАВА 2. Система нарративных мотивировок аналепсиса
мотивную рамку. Иными словами, третий способ ввода аналепсиса
после эллипсиса— это мотивировка аналепсиса мотивной рамкой.
Покажем это сначала напримере изромана В. М. Кожевникова
«Щит имеч».
Финальные эпизоды этого романа рассказывают отом, как советский разведчик Иоганн Вайс летит всамолете изБерлина наРодину.
После торжественных анафорических сообщений «Самолет пересек
государственную границу. Самолет пошел наснижение» [Кожевников1971: 494] вводится пропущенный благодаря эллипсису эпизод—
сцена предшествующего вылету прощания Вайса сего начальником Ба-
рышевым, Генрихом Шварцкопфом иНадей наберлинском аэродроме.
Этот средний АЭ занимает целую страницу, поскольку он выполнен
как диалогическая сцена визобразительном регистре.
Знаком возврата изнего в«настоящее персонажей» служит фраза
«Асамолет все снижался иснижался». Можно сделать вывод, что вкачестве левой границы аналепсиса выступила фраза «Самолет пошел
наснижение», поотношению ккоторой его правой границей послужило содержащее лексический повтор сообщение «Асамолет все снижался иснижался» [Тамже: 495]. Именно эта последняя фраза стала
маркером мотивной рамки аналепсиса.
Итак, употребление аналепсиса после эллипсиса обеспечивается
при третьем способе мотивировки повторением мотива, или мотивной рамкой, которая выступает механизмом порождения аналепсиса.
Отметим, что врассматриваемом романе этот третий способ заполнения эллипсиса выполняет функцию замедления, или торможения,
наррации сцелью придания большего психологического веса последнему изображаемому событию романа «Щит имеч»— возвращению
разведчика наРодину.
Однако тотже прием заполнения эллипсиса аналепсисом посредством повторения мотива вмотивной рамке может выполнять ииную
функцию— функцию ускорения наррации.
Для примера рассмотрим начало главы12 «Будка обходчика» по-
вести А.Н.Рыбакова «Кортик». Предшествующая глава11 «Вэше-
лоне» завершается сценой позорной поимки красноармейцем Генки,
Раздел Б. Медиальные мотивировки аналепсиса 275
ехавшего понаущению Миши Полякова «зайцем» ввоенном эшелоне.
Очевидно, после этой поимки Генка дальше непоедет.
Наррация главы12 начинается пропозицией синформативным сообщением «Вторую неделю стоял эшелон настанции Низковка» [Рыбаков 1989: 31], вслед закоторым приводится неожиданная микросцена
диалога Генки иМиши в«настоящем персонажей»:
«— Бахмач непринимает, нехватает паровозов,— объяснял Генка.
Он считал себя знатоком железнодорожных дел» [Тамже]. Иследом
заэтим дается новое информативное сообщение, имеющее сразу ианалептический потенциал для развертывания, имаркер «настоящего персонажей»— лексему теперь: «Генка ехал теперь вэшелоне налегальном положении» [Тамже].
Это информативное сообщение как мотивировка аналепсиса вы-
зывает вводимый далее АЭ, изкоторого становится понятно, каким об-
разом Генка получил «легальное положение»: кратко сообщается отом,
что неделю назад приезжал отец Генки, договорился опоездке Генки
напоезде под присмотром Полевого иразрешил сыну ехать вМоскву
ктетке. Все эти пропущенные впредшествующем изложении события (приезд отца Генки, его разрешение сыну ехать вМоскву) исоставили эллипсис, азаполнивший этот эллипсис малый АЭ занял лишь
2небольших абзаца, поскольку они, как это более характерно при заполнении эллипсиса аналепсисом, выполнены «скорым письмом», т.е.
винформативном регистре.
Знаком правой, финальной границы этого аналепсиса иодновре-
менно знаком возвращения в«настоящее персонажей» служит почти
дословный повтор слов излевой границы мотивной рамки: «Аэшелон
все стоял настанции Низковка» [Там же].
Как видим, здесь аналепсис, введенный для заполнения эллип-
сиса темже приемом левой иправой мотивной рамки, что ивромане
«Щит имеч», имеет уже другую, прямо противоположную наррацион-
ную функцию— функцию ускорения наррации, благодаря чему нарушается некоторая монотонность, однотипность предшествующего изложения сего неизменностью рассказывания ожизни героев повести
день заднем в«настоящем персонажей».
276 ГЛАВА 2. Система нарративных мотивировок аналепсиса
Завершая обзор разных способов мотивировки «дополнительного»
аналепсиса заполнением эллипсиса, покажем семантическое различие
между нею имотивировкой аналепсиса ретроспективной пропозицией санонсом.
Напомним, что мотивировка аналепсиса ретроспективной пропозицией санонсом несет такую диегетическую семантику, которую потенциально можно развернуть, распространить, проиллюстрировать,
например: «Вконце первого года службы вжизни Софьи Петров ны
произошло торжественное событие. Она выступила наобщем собрании служащих отимени всех беспартийных работников издательства. Произошло это так» [Чуковская 2012: 15]. Здесь сначала введено
информативное сообщение широкой семантики произошло событие
(ср.уПантелеева: «СПетькой Валетом случай вышел»). Затем это со-
общение оторжественном событии конкретизируется, семантически сужается: Она выступила насобрании. Наконец, после этого ис-
пользуется индексальный знак— указание напредполагаемое далее
последующее подробное изложение этого события: Произошло это
так. Идействительно, затем следует вызванный этой мотивировкой
подробный аналептический сингулятив, содержащий несколько сменяющих друг друга эпизодов: парторг поручает Софье Петровне выступитьà Софья Петровна иНаташа работают несколько вечеров
сверхурочно à торжественный день собрания à вечером ее рассказ
обэтом Коле [Там же: 15–19]. Этот мотивировочно-аналептический
блок эпизодов занимает около 4страниц, т.е. почти весь объем 2-йгла-
вы повести.
Можно предположить, что диегетическая семантика таких ретроспективных пропозиций санонсом неимеет никаких тематических
ограничений.
Напротив, мотивировка аналепсиса заполнением эллипсиса со-
держит всегда лишь один обязательный элемент диегетической семантики— пропуск временного отрезка. Такой аналепсис, вызванный эллипсисом, должен сообщать только ободном— отом, чтоже
произошло запериод времени, пропущенный впоследовательном из-
ложениии. Наличие числовых показателей (если они есть) еще более
Раздел Б. Медиальные мотивировки аналепсиса 277
конкретизирует референтно-тематическую область эпизода (эпизодов),
заполняющего аналепсис.
Оба эти типа семантики могут пересекаться, ночаще всеже несо-
впадают.
Итак, рассмотренный тип мотивировки аналепсиса заполнением
эллипсисом точно соответствует классу аналепсисов «дополнительных», или «отсылок», «которые заполняют задним числом некоторый
пропуск вповествовании, относящийся кпредшествующим фактам;
при этом повествование организуется пологике временных умолчаний обопределенных фактах ипоследующих более или менее поздних
разъяснений» [Женетт 1998г: 85–86].
278 ГЛАВА 2. Система нарративных мотивировок аналепсиса
Заключение кглаве 2
Входе проделанной работы мы обнаружили, что вбольшинстве
имеющихся насегодняшний день исследований аналепсиса (ретроспекций) вкачестве ихмотивировок указываются только акториальные мотивировки, вчастности мотивировки воспоминанием персонажа,
иногда образующие при этом композиционно-речевую форму «рассказ
врассказе», атакже такая аукториальная мотивировка, как «воля ав-
тора»— некое ничем необъяснимое желание нарратора перенести ве-
дение нарратива из«настоящего персонажей» в«прошлое персонажей».
Например, Р.Л.Красильников всвоем малосодержательном пе-
ресказе идей Женетта сводит все многообразие его мотивировок аналепсиса (безупотребления термина мотивировка) только лишь кдвум
(причем он ихнеразводит надвое)— к«рассказу врассказе» ивоспо-
минанию: «Основной формой выражения аналепсиса <..>, поЖенетту,
является рассказ врассказе— посути, воспоминание<…>» [Красильников 2006: 93].
Нами установлено ипоказано намногочисленных примерах, что
вдействительности аналепсис порождается значительно бóльшим количеством мотивировок. Однако подчеркнем, что для ихвыявления
требуется предварительная серьезная теоретическая проработка вопроса охудожественном времени иего граммемах, которая, всвою
очередь, нужна для того, чтобы предложить надежно обоснованную
классификацию нарративных мотивировок вообще ианалептических
мотивировок вчастности.
Полагаем, что нам удалось это сделать. Мы выяснили, что, кпри-
меру, часто используемая (ичаще других исследуемая) мотивировка
аналепсиса вводом акториального воспоминания является несомненно
диегетической; что мотивировка аналепсиса нарративным металепсисом («свободной минуткой» нарратора) принадлежит кмедиальным
мотивировкам; что мотивировка аналепсиса приемом «внезапный приступ» относится кдиспозиционным мотивировкам ит.п.
Проведенный во 2-й главе обзор 4 групп мотивировок ана-
лепсиса показал, что среди них только первая группа, т.е. группа дие-
гетических референтных мотивировок аналепсиса, относится кчислу
Раздел Б. Медиальные мотивировки аналепсиса 279
относительно слабых: после почти каждой изних аналепсис может
быть как развернут, так инеразвернут. Нарратор находится здесь
всвободной позиции иисходит изсобственного понимания того,
нужно или ненужно вводить здесь аналепсис.
Напротив, остальные 3группы относятся кчислу несомненно
сильных мотивировок. Так, мотивировки воспоминанием, рассказом
персонажа, сновидением непременно требуют своего диегетического
заполнения, роль которого выполняет аналепсис. Этотже семантический механизм действует ипосле употребления мотивировок пропозицией: пропозицией санонсом, итеративной пропозицией, декларативной пропозицией, характеризующей пропозицией.
Совершенно обязателен аналепсис после всех медиальных мотивировок: вторжения нарратора вдиегесис сцелью сообщения экспозиционной информации исцелью синхронизации диегетических линий, после постановки нарратором вопроса, после приема «внезапный
приступ» ипосле заполнения эллипсиса.
Сильная мотивировка— ценный впорождающем отношении
прием, поскольку один лишь ее ввод внарратив неизбежно задает такой малый, средний или большой сегмент наррации, каким является
аналепсис. Нарратор истоящий заним автор находятся при этом внесвободной позиции, ведь здесь уних нет альтернативы впорождении—
они принуждены кпорождению нарратива самой семантикой используемой мотивировки. Однако это именно тот искомый случай, когда
«все зависит <…> неотсознательных усилий, планов инамерений ав-
тора» [Джеймс 1982б: 147]— напротив, это тот случай, когда, пометафорической формуле Шкловского, «книжка начинает писать себя сама»
10
[Шкловский 1966: 167]
.
При этом анализ материала показал, что при употреблении аналепсиса внарративе требуется порождение следующей инвариантной структуры эпизодов, представляющей собой синтагму изтрех
компонентов: 1-йэпизод (мотивировка аналепсиса в«настоящем
персонажей» или в«настоящем рассказывания») à 2-йэпизод или
блок эпизодов (аналепсис в«прошедшем персонажей») à 3-йэпизод
10 УШкловского: «Книжка начала писать себя сама».
280 ГЛАВА 2. Система нарративных мотивировок аналепсиса
(возвращение в«настоящее персонажей» 1-гоэпизода). Однако эта
структура может варьироваться, внекоторых случаях уменьшаясь
до2компонентов (как, например, при мотивировке аналепсиса пропозицией санонсом) или увеличиваясь до4 (как, например, при мотивировке аналепсиса заполнением эллипсиса).
Итак, путем анализа сочетаемости эпизодов внутри наррации, т.е.
анализа синтагматики аналептических мотивировок ианалептических
фрагментов, были выявлены все (или почти все) типы мотивировок
аналепсиса, составляющие определенную систему. Важно подчеркнуть,
что полученный список составляет парадигму этих мотивировок.
Таким образом, подтверждается тезис освязи синтагматики спара-
дигматикой, или тезис опринципиальной возможности для любой
семиотической системы перейти отгоризонтальных отношений знаков
квертикальным. Следовательно, наша работа типологически името-
дологически похожа на«Морфологию сказки» Проппа, вкоторой
выявление синтагматических связей действий персонажей позволило
установить парадигматику актантов сказочной нарративной истории.
Соседние файлы в предмете [НЕСОРТИРОВАННОЕ]