Добавил:
ivanov666
Опубликованный материал нарушает ваши авторские права? Сообщите нам.
Вуз:
Предмет:
Файл:Фигура аналепсиса и система ее мотивировок
.pdf
Раздел А. Система диегетических мотивировок аналепсиса 221
сообщением. Благодаря согласованности всех этих признаков наррация главы воспринимается как исключительно гармоничная ицельная.
Итак, впроанализированной 2-йглаве «Артур Грэй» интродуктив-
ная пропозиция синформативным сообщением действует вкачестве
диегетической пропозициональной мотивировки большого внешнего
гетеродиегетического аналепсиса, покрывающего экспозицию диегетической линии Грэя.
2.8.4.1. Мотивировка аналепсиса ретроспективной пропозицией
санонсом определенного события
Посемантике определенности-неопределенности ретроспективные пропозиции-анонсы последующего аналепсиса разделяются
наанонсы определенного события ианонсы неопределенного события.
Приведем примеры анонса определенного события изромана
Р.Штильмарка «Пассажир последнего рейса» (далее указываются
аналептические эпизоды (АЭ) сихномерами, обозначающими по-
рядковый номер аналепсиса внаррации этого романа): вАЭ15 ди-
егетическая семантика мотивировки ретроспективной пропозицией
«Появились ипервые жертвы обстрела» [Штильмарк 1974: 61] содер-
жит валентности для малого аналепсиса— обзорного рассказа обэтих
«первых жертвах» (речь идет озаложниках, оставленных белыми мя-
тежниками безеды ипитья набарже посреди Волги): первым отпули
гибнет чуваш Чабуев, «когда пробовал зачерпнуть из-заборта волжской воды» [Тамже], вторым— солдат Шаров, который «пытался
тронуть охрану жалобными воплями— высунулся изпроема истал
громко молить: “Хлеба! Хлеба!”» [Тамже]. Аналепсис завершается собирательным числительным, называющим число этих первых жертв
обстрела: «Вскоре там лежало уже пятеро» [Тамже].
Другой пример определенного события изтогоже романа:
АЭ13: «ДоЯрославля оставалось двадцать верст, но, разумеется,
путники скрывали свое намерение попасть вмятежный город. Нужно
было состорожностью искать какой-нибудь оказии (далее мотиви-
ровка аналепсиса пропозицией санонсом.— А.Е.). Иона подвер-
нулась!» [Тамже: 58]. Затем сразуже сообщается обэтой «оказии»:

222 ГЛАВА 2. Система нарративных мотивировок аналепсиса
путникам помогает переправиться через Волгу вЯрославль случайно
появившийся бакенщик насвоей лодке.
АЭ4: «<…> ивконце этого месяца вжизни Макара произошли
два новых события» [Штильмарк 1974: 18]. Понятно, что два следующих эпизода дают более подробную информацию именно обэтих
«двух новых событиях»: это 1) сообщение огибели навойне отца Ма-
кара и2)новость о«новом перевороте вПетрограде» (имеется ввиду
Октябрьская революция) [Тамже: 19].
Примеры определенных анонсов в«Собаке Баскервилей» Конан
Дойла: «Нооно (первое гнетущее впечатление опоместье Баскер-
виль-холл.— А.Е.) оказалось непоследним» [Дойл 1948: 62]. Ида-
лее— обуслышанных рассказчиком Уотсоном звуках горестных ры-
даний какой-то женщины (как потом выясняется, жены дворецкого
Бэрримора, плачущей посвоему непутевому брату Селдону).
Тамже, в«Собаке Баскервилей», благодаря анонсу: «Сегодня после завтрака унас разыгралась небольшая сцена» [Тамже: 102]— далее вводится аналепсис, демонстрирующий эту «небольшую сцену»:
вней Бэрримор добивается отсэра Генри, чтобы тот непытался преследовать беглого каторжника Селдена, взамен чего дает неожиданное показание отаинственном письме, полученном сэром Чарльзом
Баскервилем накануне смерти, т.е. водин аналепсис, мотивированный ретроспективной пропозицией-анонсом, вводится другой аналепсис— мотивированный устным рассказом персонажа (метадиегетическим нарративом).
Итак, ретроспективная пропозиция-анонс определенного собы-
тия служит мотивировкой для ввода информации, служащей приме-
ром, или иллюстрацией, ксообщению, заявленному обэтом событии.
2.8.4.2. Мотивировка аналепсиса ретроспективной пропозицией
санонсом неопределенного события
Проиллюстрируем мотивировку аналепсиса ретроспективной пропозицией-анонсом неопределенного события вновь примером изромана Штильмарка:

Раздел А. Система диегетических мотивировок аналепсиса 223
АЭ3: «Этот интерес иродственное благоволение Зурова приняло
совершенно неожиданную для Макара форму!» [Штильмарк 1974: 16].
Курсивом выделены слова, которые анонсируют нечто неожиданное,
ноневозможно заранее определить, что это такое. Далее— аналепти-
ческий эпизод, изображающий это неожиданное: юный Макар объяв-
лен «владельцем» поместья.
АЭ32: «Нопроизошло совсем другое!»
После ужина влесном трактире «Лихой привет» герои вдохновенно поют разбойничью песню, иуслушающего ихподростка Макара возникает странное ощущение: «<…> уМакара вдруг заколотилось сердце <…>. Бог знает, дочего может довести сейчас этих лесных
людей старинная, бередящая душу песня! Макару чудилось, что вот-вот
откроется всем какая-то горькая душевная тайна, вырвутся изсердец
отчаянные излые признания <…>» [Тамже: 178]. Этот эпизод создает
«такое напряжение интриги, которое требует скорейшего разрешения»
[Жиличева 2020]. Ианонсом этого разрешения служит фраза-анонс
«Нопроизошло совсем другое!» [Штильмарк 1974: 178], вслед закото-
рой изображается это совсем другое: втрактир «Лихой привет» при-
шли белые офицеры, переодетые чекистами.
Такимже неопределенным анонсом является ивышеприведенный
пример из«Старика Хоттабыча» Лагина: «Зато уВольки едва непроизошло несчастье смедным сосудом», где лексема несчастье дает простор для самых разных ожиданий илишь заданный мотивировкой эпизод снимает эту многозначность.
Другой аналогичный пример употребления мотивировки аналепсиса пропозицией-анонсом неопределенного события (она выделена нами курсивом): «Яшел вшколу ивсе время думал, как явстре-
чусь сНаташей, инадуше уменя было очень муторно (из-заизмены
героя-рассказчика Наташе сЛелькой.— А.Е.). Новшколе напервомже уроке случилось такое, что янавремя позабыл освоих бедах…»
[Фролов 1966: 63]. Далее рассказывается отом, чтоже случилось такое:
науроке учительница литературы рассказывает ученикам, что кто-то
подкинул ей письмо снамеками наее любовную связь сженатым учителем физики, ишкольники пытаются вычислить автора письма. Весь

224 ГЛАВА 2. Система нарративных мотивировок аналепсиса
этот гетеродиегетический аналепсис подается как ряд сцен визобра-
зительном регистре.
Особой, очень действенной для ввода аналепсиса разновидностью
такой неопределенной пропозиции-анонса выступает «таинственный»
анонс, лексически акцентирующий свою таинственность: «Ностех пор
произошло одно странное событие, окотором ядоложу вам всвое
время» [Дойл 1948: 77; курсив наш.— А.Е.], ичерез несколько страниц— рассказ обэтом странном событии, которое предваряется еще
одним его определением: «Впрочем, само посебе это происшествие
нетак ужзначительно» [Тамже: 82–83]: далее следует рассказ озага-
дочном блуждании Бэрримора ночью подому иего таинственной остановке уокна пустой комнаты сосвечой вруке.
«Ивот тут-то произошло нечто странное исовершенно неожиданное» [Тамже: 98]— исразу далее отом, что Уотсон увидел: «Инаэтом
столбе яувидел человеческую фигуру, стоявшую неподвижно, точно
статуя изчерного дерева» [Тамже: 98–99].
Мотивировка вэтих случаях выражается втом, что вней дается
сообщение окаком-то событии (Произошло нечто), новсамом этом
сообщении указываются несоставляющие это событие факты, авытекающие изнего непредвиденные следствия:
АЭ26 «Ивдруг… Произошло нечто столь неожиданное, что
оно-то изаставило отца Николая заторопиться сотъездом изКостромы даже сриском для поправки (зд.: ‘излечения’.— А.Е.) спутников!» [Штильмарк1974:128] идалее— аналепсис, раскрывающий
содержание этого нечто— сцену случайной инежеланной встречи
священника отца Николая сАлександром Овчинниковым, которого
священник хотел считать погибшим.
Порождающая сила «таинственного» анонса заключается втом, что
после него внаррацию обязательно должен быть введен эпизод (эпизоды) сизображением этого утаенного события.
«Таинственный» анонс, несомненно, является одним изэффектных
иэффективных приемов для напряжения изложения иусиления нар-
ративной интриги.

Раздел А. Система диегетических мотивировок аналепсиса 225
2.8.5. Мотивировка аналепсиса ретроспективной пропозицией
санонсом для усиления напряжения нарративной интриги
Однако есть идругой способ, посредством которого мотивировка
аналепсиса пропозицией-анонсом выполняет функцию усиления драматического напряжения нарративной интриги. Это происходит тогда,
когда такой мотивировкой исоответственно таким аналепсисом становится сообщение оявном ухудшении положения героя. Впрочем, поворот кперипетии иухудшению и сама степень драматичности этой
мотивировки различны.
УА.П.Гайдара вповести «РВС»— мотивировка ретроспективной
пропозицией-анонсом такова: «Между тем неприятностей уДимки набиралось все больше ибольше» [Гайдар 1983: 242]— исразу далее изображается набор этих неприятностей: братик Топ требует отДимки
новых гвоздей— своего рода подарков, чтобы Топ непроговорился
окраже Димкой колбасы для раненого комиссара; мать находит вштанах Димки махорку (которую Димка относил раненому); священник,
предоставивший Димке вобмен насало йод, нужный для раненого,
приходит кним надом задополнительной оплатой; наконец, озлобленный Головень грозится Димке убить его собаку Шмеля. При этом изображение внаррации первых двух «неприятностей» дано винформативном регистре, что понижает ихдраматичность, итолько последние
две «неприятности» представлены ввиде небольших сценических эпизодов. Впрочем, кперипетии они всеже неприводят, поскольку извсех
этих неприятностей Димке удается выпутаться, кроме одной, самой
печальной вповести: Головень все-таки убивает безвинного Шмеля.
Гораздо более драматичен аналепсис вповести Л.К.Чуковской «Софья Петровна», хотя он вызван мотивировкой ретроспективной пропозицией-анонсом, которая лексически почти совершенно такаяже,
как уГайдара: «…наслужбе уСофьи Петровны вдруг начались неприятности. Неприятности одна задругой» [Чуковская 2012:68]. Семантическая емкость слов неприятности иначались вданном сообщении
позволяет развернуть ихвбольшой, с11-ю по13-юглавы, аналептический блок, поданный как ряд последовательных сцен, изображающих

226 ГЛАВА 2. Система нарративных мотивировок аналепсиса
эти «неприятности»: опечатка Наташи: Крысная Армия вместо Крас‑
ная Армия à ее увольнение сработы заэтоà неумелая попытка Со-
фьи Петровны защитить уже уволенную Наташу насобрании à статья неизвестного автора встенгазете обэтой «адвокатской речи» Софьи
Петровны спризывом: «Выкорчуем скорнем всех вредителей, тайных иявных, ивсех, расписавшихся всочувствии кним!» [Чуковская
2012: 90]. Весь этот аналептический блок, содержащий нагнетание от-
рицательных событий, играет важную роль вразвитии действия повести: врезультате «неприятностей» Софья Петровна подает заявление
обуходе и, следовательно, теряет еще недавно столь любимую работу
виздательстве. Как видим, здесь вразвитии действия нарративной исто-
рии происходит перипетия, амотивировка аналепсиса ееанонсирует.
Другой пример— из«Собаки Баскервилей» Конан Дойла:
Однако роман (любовь сэра Генри к«мисс» Стэплтон.— А. Е.)
протекает нетак гладко, как следовалобы ожидать при данных обстоятельствах. Сегодня, например (сегодня «настоящего рассказывания»,
поскольку это строки изписьма Уотсона Холмсу.— А.Е.), наего поверхности появилась маленькая рябь… [Дойл 1948: 85]—
далее следует аналептический блок эпизодов, изображающих любовное
свидание сэра Генри с«мисс» Стэплтон— свидание неслишком удачное, «смаленькой рябью», поскольку оно было грубо прервано ее «братом» Стэплтоном. Как становится ясно значительно позднее, вуже анализировавшейся нами главеXV, при обобщающем обзоре всех событий
иихнапоминании, вразвитии нарративной истории понаправлению
кразвязке это свидание играет немалую роль: якобы чтобы загладить
свою грубость, Стэплтон приглашает сэра Генри вгости наследующий
вечер— вдействительности сцелью натравить нанего свою монструозную собаку.
Можно думать, что описанная функция усиления напряжения
нарративной интриги аналепсисом весьма напоминает ту функцию
ретроспекции, которую выявила И.В.Тивьяева под названием сюжеторазвивающей функции. Она «заключается в их (ретроспек-
циях.— А.Е.) непосредственном участии впродвижении сюжета»

Раздел А. Система диегетических мотивировок аналепсиса 227
[Тивьяева2007:17] (внарратологической терминологии, впродвижении нарративной истории).
Завершая обзор мотивировки аналепсиса ретроспективной про-
позицией-анонсом, уместно отметить, что такой анонс есть частная
разновидность давно открытого риторикой общего приема развора-
чивания темы как центральной категории теории риторической «ин-
венции» (нахождения)— первой части из5частей состава классической риторики:
Сквозная систематизация всего видимого имыслимого мира
нарубрики иподрубрики оказалась самой перспективной частью
античной теории нахождения. От нее идет прямая линия преемственности к тем риторикам Нового времени, которые учили раз-
ворачивать простые идейные формулировки всложные образные
картины. Вспомним «Риторику» Ломоносова, где напримере сентен-
ции «неусыпный труд препятства преодолевает» показывалось, как
эта «тема» расчленяется на4 «термина» («неусыпность, труд» ит.д.),
«термины»— на25«первичных идей», <…> итак краткая сентенция
разворачивается вкрасноречивое рассуждение, которому невидно
конца [Гаспаров 1997: 565].
Всущности таже мысль, ноуже виных, структуралистских тер-
минах выражена Р.Бартом вего анализе соотношения «ядерных функций» нарративной истории (ср. динамические мотивы уТомашевского)
иостальных единиц истории: «катализаторов, индексов иинформантов» (ср. статические исвязанные мотивы уТомашевского):
…ядерные функции <…>— это своего рода каркас, иостальные
единицы лишь заполняют его путем принципиально неограничен-
ной конкретизации ядерных образований; известно, что тоже самое
имеет место вофразе, составленной изпростых предложений, кото-
рые можно добесконечности распространять путем различных удвоений, вставок, дополнений ит.п.: подобно фразе, повествовательный
текст (нарратив.— А.Е.) поддается неограниченной катализации (зд.
‘расширению’.— A.E.) [Барт 2000: 400–401].

228 ГЛАВА 2. Система нарративных мотивировок аналепсиса
2.8.6. Мотивировка сингулятивного аналепсиса
итеративной пропозицией
Структура эпизодного блока смотивировкой сингулятивного аналепсиса пропозицией ситеративной семантикой аналогична рассмотренному выше блоку смотивировкой ретроспективной пропози-
цией-анонсом: сначала вводится итеративное суммарно-оценочное
сообщение-пропозиция в«прошедшем персонажей», затем— его иллюстрирование одним событием в«прошедшем персонажей» натему
этого сообщения.
Приведем пример из«Портрета Дориана Грея» Оскара Уайльда.
Вглаве7 романа в«настоящем персонажей» содержится следующая
диегетическая информация: после безжалостного разрыва сбездарной
актрисой Сибилой Вэйн Дориан обнаруживает, что его портрет сверхъестественным образом начал меняться, аименно, вместо добродушной
улыбки рот искривился злобным выражением. Дориан догадывается
отаинственной связи между своими грехами иэтим портретом. Ите-
перь Дориан разглядывает любимую картину, как делал это ираньше
много раз: «Каждое утро он подолгу простаивал перед портретом, любуясь им (далее— итеративный тезис о“почти влюбленности” Дориана
впортрет.— А.Е.). Иногда он чувствовал, что почти влюблен внего»
[Уайльд 2003: 128]. Его экземплификация: «Как-то раз он, дурашливо
подражая Нарциссу, поцеловал— вернее, сделал вид, что целует эти
нарисованные губы, которые сейчас (лексический маркер “настоящего
персонажей”) так зло усмехались ему» [Тамже]. Сингулятивное действие поцелуя картины выступает иллюстрацией заявленного тезиса
оежеутреннем разглядывании героем своего поначалу прекрасного
портрета впору первоначальной влюбленности внего.
Аналогичный пример: аналепсис, мотивированный итеративным
сообщением-пропозицией, употребляется вуже хорошо известной нам
функции примечания кдействию:
Препарат невсегда действовал одинаково (далее, после этого ин-
формативного сообщения-тезиса— пример, событийно иллюстриру-
ющий этот тезис, вводимый маркером единичности однажды.— А.Е.).

Раздел А. Система диегетических мотивировок аналепсиса 229
Однажды, всамом начале моих опытов (маркер «прошедшего персо-
нажей».— А.Е.), питье неподействовало вовсе, истех пор янераз
должен был принимать двойную дозу, акак-то, рискуя жизнью, принял даже тройную. Досих пор (взначении «дотого момента впрошедшем персонажей».— А.Е.) эти редкие капризы сложнейшего пре-
парата были единственной тенью, омрачавшей мою радость. Однако
теперь (маркеры возврата в«настоящее персонажей».— А.Е.), раз-
думывая над утренним происшествием (непроизвольным превращением спящего Джекила вХайда.— А.Е.), япришел квыводу, что если
вначале труднее всего было сбрасывать ссебя тело Джекила, товпоследнее время труднее всего стало вновь внего облекаться [Стивенсон 2003б: 517].
2.8.7. Мотивировка аналепсиса вводом
сентенции (декларатива)
Кдругой разновидности диегетического типа мотивировки аналепсиса, близкого попорождающей силе кмотивировке пропозицией-анон сом, относится мотивировка сентенцией, или декларативом
[Тюпа 2016: 40], или ментативом [Кузнецов 2008: 69], «когда вформе
изречения, построенного как формулировка некоего общезначимого
положения, утверждается частная мысль, нужная только вданном месте ивданной связи» [Томашевский 1996: 78]. Вкачестве эпизода нар-
рации сентенция представляет собой «некую общую философско-эти-
ческую “выжимку” израссказа (“мораль”— типичный элемент басни)»
[Щеглов 2013: 119–120], так что последующий нарратив развертывается для того, чтобы выступить вроли его событийной иллюстрации.
Этот тип наррационной структуры многократно использовался
вновеллистике. Всвязи сэтим уместно напомнить, что, например,
втворчестве ЭдгараПомногим
…рассказам этого писателя предпосланы увертюры-размышления,
каждая изкоторых словно претендует напоследующую событийную
аргументацию: это относится к«Убийствам наулице Морг», «Заживо

230 ГЛАВА 2. Система нарративных мотивировок аналепсиса
погребенным», «Бесу противоречия». Приключение появляется врас-
сказе как аргумент, подтверждающий или опровергающий идеи автора
(опсихологической обреченности убийцы— в«Бесе противоречия»
ит.п.) [Вулис 1986: 95].
Словно продолжая эту мысль, водном изновейших исследований
криминальной прозы тонко подмечается закономерность: если «цель
текста (нарратива.— А.Е.)— дать читателю интересный материал для
чтения ореальных событиях» [Рейтблат 2022: 346], тоэто «науровне
повествования (наррации.— А.Е.) выражается всочетании обобщенных рассуждений ирассказа оконкретном случае» [Тамже: 346].
Ц.Тодоров, говоря о«знаковой организации связного текста» [То-
доров 1975: 51], тоже выявляет случаи, когда «одна часть текста имеет
своим означающим другую— так, <…> абстрактное рассуждение иллюстрируется всем сюжетом (внекотором смысле впервой фразе
“Анны Карениной” содержится вконцентрированном виде весь ро-
ман)» [Тамже]. Этот принцип использован ивдругих произведениях
Толстого, например внаррации его рассказа «После бала» (одновре-
менно здесь действует имотивировка воспоминанием-рассказом слушателям), атакже внаррации рассказа К.Г.Паустовского «Ручьи, где
плещется форель».
Этот рассказ Паустовского, концовка которого развертывается
благодаря фигуре энтимемы (см. 1.3), открывается нарраторской интродукцией: «Судьба одного наполеоновского маршала <…> заслу‑
живает того, чтобы рассказать ее вам, сетующим наскудость чело-
веческих чувств» [Паустовский 1980: 239]. Этот ретроспективный
декларатив, осуществляемый из«настоящего рассказывания», явля-
ется диегетической мотивной мотивировкой дальнейшего разверты-
вания всего диегесиса: он выступает обоснованием необходимости
дальнейшего нарратива остранных поворотах «судьбы одного наполеоновского маршала». Вспомним аналогичное посемантике зачинное предложение «Цепной реакции» Л.Шейнина: «Незначительное
происшествие, окотором пойдет речь икоторое случилось наВсе-
мирном фестивале молодежи вМоскве, мало кому известно…» [Шейнин 1979: 324]. Такое первое предложение объясняет нужность всего
Соседние файлы в предмете [НЕСОРТИРОВАННОЕ]
