Добавил:

ivanov666 Опубликованный материал нарушает ваши авторские права? Сообщите нам.

Вуз:

Башкирский Государственный Аграрный Университет

Предмет:

[НЕСОРТИРОВАННОЕ]

Файл:

Уголовно-правовые и криминологические аспекты обеспечения финансовой безопасности государства. Монография

.pdf

Скачиваний:

Добавлен:

07.09.2026

Размер:

2 Мб

Скачать

☆

<<< < Предыдущая 1 2 3 4 5 6 7 8 9 1011 / 2811 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24 25 > Следующая >>>

ни отвечает интересам кредитора, защитить которые и призваны нормы о незаконном получении кредита ряда государств — членов СНГ.

Понимание субъекта кредитного мошенничества вызывает значительные сложности. В силу прямого указания закона субъект кредитного мошенничества является специальным — это руководи- тель организации или индивидуальный предприниматель, вменяемый и достигший возраста 16 лет. Вместе с тем следует согласиться с рядом авторов, высказывающих позицию о том, что субъект преступления описан излишне узко: не охвачены физические лица, которые получают кредиты, не являясь индивидуальными предпринимателями

. Анализ следственно-судебной практики свидетельствует о целесообразности расширения круга субъектов рассматриваемого деяния и включения в него не только индивидуального предпринимателя или руководителя организации, но и любого другого гражданина, получающего кредит на ведение экономической деятельности. В связи с этим следует внести соответствующие изменения в диспозицию ч. 1 ст. 176 УК РФ, ч. 1 ст. 195 УК Азербайджана, ч. 1 ст. 237 УК Беларуси.

Учитывая вышеизложенное и в целях реализации принципа справедливости при привлечении к уголовной ответственности за совершение кредитно-банковского мошенничества, посягающего на собственность и законные интересы кредитных организаций, различными субъектами, незаконно получающими кредиты на те или иные виды экономической деятельности, принципа равенства всех форм собственности и учитывая опыт стран СНГ, целесообразно норму о незаконном получении кредита изложить в следующей редакции.

«Статья … Незаконное получение и использование кредита

1. Получение физическим лицом, индивидуальным предпринимателем или руководителем организации кредита либо льготных условий кредитования в крупном размере путем представления банку или иному кредитору заведомо ложных сведений о хозяйственном положении либо финансовом состоянии физического лица, индивидуального предпринимателя или организации, — наказывается штрафом в размере до … либо арестом на срок от … до …, либо лишением свободы на срок до …

Абрамов В.Ю. Преступления в сфере кредитования: законодательство и правоприменительная практика // Законодательство. 1998. ¹ 10; ßíè Ï.Ñ. Незаконное получение кредита // Законодательство. 2000. ¹ 5; Левшиц Д.Ю. Уголовная ответственность за финансовое мошенничество по законодательству России и зарубежных стран: Дисс… канд. юрид. наук. М., 2007. С. 134.

101

2. Использование целевого кредита, предоставляемого государством, или международной организацией, или программой, предусмотренной международным договором, не по прямому назначению, если эти деяния причинили крупный ущерб гражданам, организациям или государству, — наказываются штрафом в размере до … либо лишением свободы на срок от … до …

Примечание. Под кредитом в настоящей статье понимаются

предназначенные для физического лица, организации или для предпринимательской деятельности: заем, банковский, товарный, потребительский, государственный целевой и коммерческий кредит, иные виды кредита, в том числе предоставление товаров, работ и услуг без предварительной оплаты, приобретение векселей, возмездное приобретение права требования, предоставление гарантии или поручительства».

Следующей разновидностью кредитно-банковского мошенничества являются деяния, предусмотренные ст. 196 «Преднамеренное банкротство» и ст. 197 «Фиктивное банкротство» УК России; ст. 218 «Фиктивное банкротство» и ст. 220 «Сокрытие несостоятельности» УК Украины; ст. 252 «Умышленная несостоятельность» и ст. 253 «Фиктивная несостоятельность» УК Молдовы; ст. 238 «Ложное банкротство», ст. 239 «Сокрытие банкротства», ст. 240 «Преднамеренное банкротство» УК Беларуси; ст. 193 «Преднамеренное банкротство» и ст. 194 «Фиктивное банкротство» УК Армении; ст. 211 «Преднамеренное банкротство» и ст. 212 «Фиктивное банкротство» УК Азербайджана.

Обобщение судебно-следственной, иной правоприменительной практики, мнений ученых позволяет сформулировать вывод о том, что ни одна из этих статей не востребована правоприменителем, так как выносятся единичные приговоры, в которых содержание уголовно-правового запрета понимается судьями по-разному

Изучение статистических данных по России свидетельствует о том, что в 2004 г. было зарегистрировано 234 преступления, предусмотренного ст. 196 УК РФ, в 2007 г. — 237 преступлений данного вида, в 2008 г. — 191 преднамеренное банкротство, в 2009 г. — 186 преступлений. В 2004 г. было зарегистрировано 9 фиктивных банкротств, в 2007 г. — 7 преступлений, в 2008 г. — 6 преступлений, в 2009 г. — 4 преступления. Аналогичная ситуация складывается в других государствах — членах СНГ.

Анализ зарубежного (УК РФ, УК Беларуси, УК Украины, УК Армении, УК Азербайджана) и дореволюционного уголовного зако-

Преступность и правонарушения (2004—2008). Статистический сборник. М.,

2009. Ñ. 25.

102

нодательства позволяет согласиться с мнением ученых-криминалистов относительно того, что нормы о кредитно-банковском мошенничестве в сфере банкротства представляют собой плод российской теоретической мысли

. В связи с этим основная причина неприменения указанных статей уголовных законов государств — членов СНГ состоит в неудачном изложении диспозиции норм либо в отсутствии оснований для криминализации соответствующих деяний.

Попытка актуализировать уголовно-правовые запреты относительно мошеннических деяний в сфере банкротства была предпринята в России. Российский законодатель 19 декабря 2005 г. расширил содержание диспозиций ст. 196 и 197 УК РФ и ужесточил санкции их норм, что, к сожалению, не привело к разрешению проблем квалификации деяний в указанной сфере

Трудность применения нормы об ответственности за преднамеренное банкротство в новой редакции заключается в том, что она

конкурирует с рядом иных норм Особенной части уголовного зако-

на из-за указания в законе на крупный ущерб

Рассмотрение судебной практики вынесения обвинительных приговоров по ст. 196 УК РФ свидетельствует о том, что к действиям, совершенным руководителем или учредителем (участником) юридического лица либо индивидуальным предпринимателем и заведомо влекущим неспособность юридического лица или индивидуального предпринимателя в полном объеме удовлетворить требования кредиторов по денежным обязательствам, относятся заведомо

Клепицкий И.А. Банкротство как преступление в современном уголовном праве // Государство и право. 1994. ¹ 3. С. 58; Михалев И.Ю. Криминальное банкротство. СПб., 2001. С. 117; Горелов А.П. Можно ли применять нормы об ответствен- ности за преступления в сфере банкротства? // Законодательство. 2004. ¹ 1; Горелов А.П. Неопределенность норм об ответственности за экономические преступления как неустранимые сомнения в виновности лица // Адвокат. 2003. ¹ 12; Левшиц Д.Ю. Уголовная ответственность за финансовое мошенничество по законодательству России и зарубежных стран: Дисс… канд. юрид. наук. М.,

2007. Ñ. 117.

Федеральный закон от 19 декабря 2005 г. ¹ 161-ФЗ «О внесении изменений в Уголовный кодекс Российской Федерации и Кодекс Российской Федерации об административных правонарушениях» // Парламентская газета. 2005. ¹ 227. 22 декабря.

Устинова Т., Истомин А., Бурковская В., Четвертакова Е. Состояние уголовного законодательства об ответственности за преступления в сфере экономической деятельности (гл. 22 УК РФ) // Уголовное право. 2001. ¹ 2. С. 42; ßíè Ï.Ñ. Криминальное банкротство // Законодательство. 2000. ¹ 2. С. 47; Ненайден- êî À. Преднамеренное банкротство — суды в затруднении // ЭЖ-Юрист.

2004. ¹ 43.

103

неравноценное отторжение имущества организации, когда эта организация длительное время не рассчитывается по своим долгам

. Вместе с тем подобное обращение имущества организации в пользу третьих лиц охватывается составом растраты вверенного руководителю организации имущества. А ущерб, который причиняется в результате этих действий организации, является признаком деяния,

предусмотренного ст. 160 УК РФ

. Стало быть, данный ущерб не может быть элементом иного преступления, в том числе и преднамеренного банкротства.

При изучении одного из уголовных дел данной категории суд квалифицировал рост неисполненных организацией обязательств по уплате налогов как совершение действий, заведомо влекущих неспособность юридического лица исполнить обязанность по уплате обязательных платежей

. Вместе с тем неуплата налогов является следствием уклонения от их уплаты, что влечет ущерб бюджетной системе. В анализируемом случае действия руководителя организации охватываются ст. 199 УК РФ, а причиняемый в результате ущерб не может быть одновременно последствием двух преступлений — уклонения от уплаты налогов и преднамеренного банкротства.

Формой совершения руководителем или учредителем (участником) юридического лица либо индивидуальным предпринимателем действий (бездействия), заведомо влекущих неспособность юридического лица или индивидуального предпринимателя в полном объеме удовлетворить требования кредиторов по денежным обязательствам может быть простое неисполнение обязательств перед кредито- ðàìè. В науке высказывается мнение, что такое неисполнение может охватываться составом преступления, предусмотренного ст. 201 УК РФ, которой установлена ответственность за использование лицом, выполняющим управленческие функции в коммерческой или иной организации, своих полномочий вопреки законным интересам этой организации и в целях извлечения выгод и пре-

Надзорное определение СК по уголовным делам Верховного Суда РФ от

12 октября 2005 г. ¹ 50-Д05—22 // http://www.supcourt.ru.

Антонов В.Ф. Преднамеренное банкротство: вопросы квалификации и оценки доказательств // Российская юстиция. 2005. ¹ 9; Коренная А.А. Субъективная сторона преступлений, предусмотренных ст. 195, 196, 197 УК РФ // Адвокатская практика. 2008. ¹ 1; Левшиц Д.Ю. Уголовная ответственность за финансовое мошенничество по законодательству России и зарубежных стран: Дисс. … канд. юрид. наук. М., 2007. С. 118.

Обзор судебной практики Московского областного суда по делам о преступлениях, предусмотренных ст. 195—197 УК РФ // Текст обзора официально опубликован не был.

104

имуществ для себя или других лиц либо нанесения вреда другим лицам, если это деяние повлекло причинение существенного вреда правам и законным интересам граждан или организаций либо охраняемым законом интересам общества или государства

Как видно, норма о преднамеренном банкротстве конкурирует

со статьями, предусматривающими ответственность за растрату,

уклонение от уплаты налогов с организации è злоупотребление полномочиями, и является следствием необоснованной специализации

норм об уголовной ответственности за кредитно-банковское мошенничество, посягающее на собственность кредитных организаций и отношения, возникающие при неспособности должника удовлетворить в полном объеме требования кредиторов.

Сложность применения нормы об ответственности за фиктивное банкротство в редакции Федерального закона от 19 декабря 2005 г. ¹ 161-ФЗ заключается в том, что на практике заведомо ложное публичное объявление о несостоятельности рассматривается только как обращение должника в арбитражный суд с заявлением о признании банкротом, квалифицируемое по норме о мошенничестве

. Правильно в этой связи определил сущность фиктивного банкротства П.С. Яни, который говорит, что при фиктивном банкротстве «виновным соблюдается лишь видимость банкротства, … при том, что на самом деле оснований для объявления банкротом не имеется»

Действующий Федеральный закон от 26 октября 2002 г. ¹ 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» под объявлением о банкротстве понимает обращение должника в арбитражный суд с заявлением о признании банкротом (ст. 37)

. Федеральный закон «О несостоятельности (банкротстве)» в части, устанавливающей требования к заявлению должника, термин «обращение» не использует, а говорит о таких юридических фактах, как «поступление заявления в арбитражный суд» и «принятие заявления арбитражным судом». В соответствии с п. 2 ст. 42 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)» два последних юридических

Левшиц Д.Ю. Уголовная ответственность за финансовое мошенничество по законодательству России и зарубежных стран: Дисс… канд. юрид. наук. М., 2007. С. 119, 120.

Ãóåâ À.Í. Комментарий к УК РФ для предпринимателей. М.: Инфра-МНорма, 2000; Êîëá Á. Объективная сторона криминальных банкротств. С. 15; Комментарий к УК РФ / Под общ. ред. Ю.И. Скуратова, В.М. Лебедева. М.: Инфра-М-Норма, 2000. С. 466.

ßíè Ï.Ñ. Криминальное банкротство. Банкротство преднамеренное и фиктивное // Законодательство. 2000. ¹ 3. С. 66.

Федеральный закон от 26 октября 2002 г. ¹ 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» // Парламентская газета. 2002. ¹ 209, 210. 2 ноября.

105

факта разорваны во времени пятидневным сроком. Согласно ст. 43 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)» судья арбитражного суда может отказать в принятии заявления, если нарушены правила подведомственности и подсудности, если в отношении должника уже возбуждено дело о банкротстве и введена одна из процедур банкротства, или при наличии оснований для отказа в принятии заявления, установленных Арбитражным процессуальным кодексом РФ

. Вместе с тем последнее положение ст. 43 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)» не имеет практического смысла, так как в АПК РФ отсутствует институт отказа в принятии заявления

. Подобная ситуация вскрывает пробелы законодательной техники, связанные с несогласованностью норм Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)» и АПК РФ.

В научной уголовно-правовой литературе распространено мнение о необходимости установления признаков фиктивности банкротства в ходе арбитражного разбирательства

. При этом не следует рассматривать процессуальные акты, вынесенные в процессе арбитражного разбирательства, в качестве уголовно-процессуальной

преюдиции

Арбитражный суд прежде всего проверяет, действительно ли должник не в состоянии удовлетворить требования кредиторов в полном объеме, т.е. не имеет ли место фиктивное банкротство. Если арбитражный суд установит фиктивность банкротства, то он на основании ст. 55 Федерального закона «О несостоятельности (бан-

Арбитражный процессуальный кодекс РФ от 24 июля 2002 г. ¹ 95-ФЗ // Рос-

сийская газета. 2002. 27 июля.

Информационное письмо Президиума ВАС РФ от 4 мая 2006 г. ¹ 109 «О некоторых вопросах, связанных с возбуждением дел о банкротстве» // Вестник ВАС РФ. 2006. ¹ 7.

Êîëá Á. Злоупотребления при банкротстве // Законность. 2002. ¹ 5. С. 19; Максимов С.В. Криминальное банкротство // ЭЖ-Юрист. 2003. ¹ 42; Щеннико- âà Ë. Банкротство в гражданском праве: традиции и перспективы // Российская

юстиция. 1998. ¹ 10. С. 38; Клепицкий И.А. Банкротство как преступление в современном уголовном праве // Государство и право. 1997. ¹ 11. С. 53; Кузнецова О.А. Фиктивное банкротство организации: коллизии гражданского, уголовного и процессуального права // Судебно-арбитражная практика Московского региона. Вопросы правоприменения. 2003. ¹ 3; Гречишкин А., Плотников Â. Лжебанкротство // Хозяйство и право. 1999. ¹ 12. С. 46. Левшиц Д.Ю. Óãî- ловная ответственность за финансовое мошенничество по законодательству России и зарубежных стран: Дисс… канд. юрид. наук. М., 2007. С. 122.

Определение Конституционного Суда РФ от 15 января 2008 г. ¹ 193-О-П «По жалобе гражданина Суринова Татевоса Романовича на нарушение его конституционных прав статьей 90 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации» // СЗ РФ. 2008. ¹ 18. Ст. 2090.

106

кротстве)» выносит решение об отказе признать должника банкротом, которое и является основанием для возбуждения уголовного дела по признакам ст. 197 УК РФ.

Однако в дальнейшем возникает ряд уголовно-процессуальных проблем, возникающих на стадии возбуждения уголовного дела, иных стадиях уголовного процесса.

Во-первых, согласно ч. 2, ч. 5 ст. 151 Уголовно-процессуального кодекса РФ предварительное следствие по уголовному делу о фиктивном банкротстве производится следователями органов внутренних

дел либо органа, выявившего данное преступление

. Если в ходе проверки сотрудники правоохранительных органов обнаружат признаки фиктивного банкротства, они не вправе возбудить уголовное дело, так как отсутствует решение арбитражного суда об отказе в признании должника банкротом в связи с фиктивным банкротством.

Во-вторых, арбитражный суд, установивший факт фиктивности банкротства, не обязан направлять копию своего решения в правоохранительные органы, так как сообщить о совершении фиктивного банкротства могут только потерпевшие — кредиторы.

В-третьих, законодательно не закреплена для сотрудников правоохранительных органов, обнаруживших признаки фиктивности банкротства, процессуальная возможность вступить в арбитражный процесс о банкротстве и сообщить о выявленных обстоятельствах.

Как видно, эти правоположения во многом коллизионны и не способствуют повышению эффективности противодействия фик-

тивным банкротствам

По мнению многих ученых-юристов, конструкцию составов, предусмотренных ст. 196, 197 УК, можно сформулировать более действенной, если предусмотреть в качестве альтернативных санкций: лишение права занимать определенные должности или заниматься определенной деятельностью на определенный срок

. Опрос сотрудников правоохранительных органов и банковских служащих показал, что эти предложения поддерживают более 87% респондентов. Компаративистский анализ уголовного законодательства Рес-

Уголовно-процессуальный кодекс РФ от 18 декабря 2001 г. ¹ 174 // Россий-

ская газета. 2001. 22 декабря.

Кузнецова О.А. Фиктивное банкротство организации: коллизии гражданского, уголовного и процессуального права // Судебно-арбитражная практика Московского региона. Вопросы правоприменения. 2003. ¹ 3.

Абрамов В.Ю. Преступления в сфере кредитования: законодательство и правоприменительная практика // Законодательство. 1998. ¹ 10. С. 49; Рогалев Р.О. Проблемы ответственности за преступления в сфере банковской деятельности // Журнал российского права. 2003. ¹ 10; Кубанцев С.П. Фиктивное банкротство в США // Журнал российского права. 2004. ¹ 12.

107

публики Беларусь свидетельствует о наличии в санкции ст. 238—240 о банкротстве наказания в виде лишения права занимать определенные должности или заниматься определенной деятельностью на различные сроки.

Значительная неопределенность и внутренняя противоречивость норм о кредитно-банковском мошенничестве, посягающем на собственность кредитных организаций и отношения, возникающие при неспособности должника удовлетворить в полном объеме требования кредиторов, невостребованность этих норм, их излишняя специализированность по отношению к общим нормам уголовного законодательства обусловливают целесообразность исключения из уголовных законов государств — членов СНГ норм о кредитнобанковском мошенничестве в сфере банкротства.

Анализ практики применения и конструирования ряда проблемных норм, обеспечивающих финансовую безопасность европейских государств — членов СНГ позволил сформулировать следующие выводы.

1. Система преступлений, посягающих на финансовую безопасность, представляет собой определенный системный комплекс уголовно-правовых норм, направленных на охрану законно установленного порядка осуществления финансовой деятельности и способности финансовой системы поддерживать нормальные условия жизнедеятельности государства, общества, человека, обеспечивать необходимыми ресурсами развитие народного хозяйства от преступных посягательств.

2. Система уголовно-правовых норм о преступлениях в сфере обеспечения финансовой безопасности, закрепленных в разделах и главах уголовных кодексов стран — участниц СНГ о преступлениях в сфере экономической деятельности в целом ориентирована на действие в рамках рыночной экономики. Однако ввиду отсутствия опыта «рыночного» уголовного законодательства нормы не всегда сформулированы удачно, что препятствует эффективной реализации задач уголовного законодательства в сфере обеспечения финансовой безопасности. Поэтому систему норм, обеспечивающих финансовую безопасность, в УК целесообразно реформировать.

3. В целях унификации названий разделов или глав уголовных законов государств — членов СНГ исходя из однородности объекта уголовно-правовой охраны целесообразно именовать разделы или главы уголовных кодексов этих государств как «Преступления против порядка осуществления экономической деятельности».

4. Ряд норм, обеспечивающих финансовую безопасность и закрепленных в главах уголовных законов государств — членов СНГ об экономических преступлениях, не охраняет отношений в сфере

108

экономической деятельности, а помещение этих норм в главы «Преступления против порядка осуществления экономической деятельности» нарушает принцип систематизации Особенной части кодексов по объекту преступления, что влечет ошибки в законодательном определении и толковании этих норм в доктрине и в практике судов и правоохранительных органов.

4.1. Нормы о воспрепятствовании законной предпринимательской или иной деятельности (ст. 169 УК РФ, ст. 187 УК Армении, ст. 190 УК Азербайджана, ст. 232 УК Беларуси, ст. 195 УК Грузии) предусматривают ответственность за должностные преступления, в связи с чем их целесообразно переместить в главы уголовных кодексов государств — членов СНГ о должностных преступлениях, согласовав признаки составов преступлений и санкции с нормами о злоупотреблении должностными полномочиями и превышении должностных полномочий.

4.2. В связи с тем, что содержащиеся в диспозициях норм о регистрации незаконных сделок с землей уголовных кодексов государств — членов СНГ действия в форме регистрации заведомо незаконных сделок с землей, искажения учетных данных государственного земельного кадастра, умышленного занижения размеров платежей за землю по содержанию противоречат названию нормы, посягают на связанные с оборотом и выпуском официальных документов в обращение общественные отношения, возникающие в процессе государственно-служебной деятельности органов власти, и охватываются составом служебного подлога целесообразно декриминализировать деяния, предусмотренные ст. 170 УК РФ, ст. 261 УК Таджикистана, ст. 196 УК Грузии, ст. 191 УК Азербайджана.

5. В уголовных законах государств — членов СНГ нормы о лже- предпринимательстве, незаконном получении кредита, деяниях, связанных с банкротством, в настоящей редакции в целом выступают в роли lex specialis по отношению к общей норме о мошенничестве, что подтверждается обобщением судебно-следственной практики, анализом монографических источников литературы, посвященной исследуемой проблематике, результатами социологических исследований.

6. Кредитно-банковское мошенничество — это совершаемые путем обмана общественно опасные посягательства: 1) на собственность кредитных организаций и интересы в сфере банковского кредитования, финансовые интересы государства — ст. 173 «Лжепредпринимательство» УК РФ; ст. 205 «Фиктивное предпринимательство» УК Украины; ст. 242 «Псевдопредпринимательство» УК Молдовы; ст. 234 «Лжепредпринмательство» УК Беларуси; ст. 189 «Лжепредпринимательство» УК Армении; ст. 193 «Лжепредприниматель-

109

ство» УК Азербайджана; 2) на собственность кредитных организаций и отношения, возникающие при неспособности должника удовлетворить в полном объеме требования кредиторов, — ст. 196 «Преднамеренное банкротство» и ст. 197 «Фиктивное банкротство» УК РФ; ст. 218 «Фиктивное банкротство» и ст. 220 «Сокрытие несостоятельности» УК Украины; ст. 252 «Умышленная несостоятельность» и ст. 253 «Фиктивная несостоятельность» УК Молдовы; ст. 238 «Ложное банкротство», ст. 239 «Сокрытие банкротства», ст. 240 «Преднамеренное банкротство» УК Беларуси; ст. 193 «Преднамеренное банкротство» и ст. 194 «Фиктивное банкротство» УК Армении; ст. 211 «Преднамеренное банкротство» и ст. 212 «Фиктивное банкротство» УК Азербайджана; 3) на собственность и законные интересы кредитных учреждений — ст. 176 «Незаконное получение кредита» УК РФ; ст. 238 «Получение кредита путем обмана» УК Молдовы; ст. 237 «Выманивание кредита или дотаций» УК Беларуси; ст. 191 «Нецелевое использование кредита» УК Армении; ст. 195 «Незаконное получение кредита или использование его не по назначению» УК Азербайджана.

7. Эффективность норм о преступлениях в сфере обеспечения финансовой безопасности снижена в результате необоснованного определения в большинстве уголовных законов стран — участниц СНГ составов кредитно-банковского мошенничества в качестве материальных (искусственные материальные составы), что не соответствует природе объекта этих преступлений и механизму посягательства на объект.

8. Система уголовно-правовой охраны кредитных отношений в государствах — членах СНГ не работает из-за несовершенства уголовного законодательства о кредитно-банковском мошенничестве. Нормы о кредитно-банковском мошенничестве целесообразно изложить в новой редакции, пересмотрев при этом ряд корреспондирующих положений гражданского и хозяйственного законодательства.

8.1. В целях унификации и совершенствования практики применения норм об ответственности за кредитно-банковское мошенничество в уголовных законах СНГ, преодоления юридикотехнических неточностей конструирования норм о лжепредпринимательстве, отграничения кредитно-банковского мошенничества от обычного мошенничества, налогового мошенничества, обеспечения правильного применения законодательства об уголовной ответственности за лжепредпринимательство целесообразно сформулировать норму о лжепредпринимательстве в следующей редакции:

«Статья… Лжепредпринимательство

110

<<< < Предыдущая 1 2 3 4 5 6 7 8 9 1011 / 2811 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24 25 > Следующая >>>

Соседние файлы в предмете [НЕСОРТИРОВАННОЕ]