Добавил:
ivanov666
Опубликованный материал нарушает ваши авторские права? Сообщите нам.
Вуз:
Предмет:
Файл:Тревога и контроль. Стратегии выживания в российском бизнесе
.pdf
ганизационная культура, основанная на опыте
совместной деятельности, правда не связанной
срынком. Вспоминается банк, созданный высокопоставленными офицерами бывшего КГБ.
Воглаве— генерал-майор, далее посты распределялись встрогом соответствии со званиями—
полковники, майоры ит. п. Великолепная служба безопасности. Главная проблема была втом,
как встроить вэту культуру гражданских специалистов по банковскому
делу без званий иопыта разве дывательной деятельности. Банк закрылся— задачку решить не смогли.
Особую роль вформировании культуры бизнес-организаций вРоссии играет личность хозяина. Проекция личности настолько сильна,
что после диагностики компании легко можно
было составить психологический портрет этого
человека. Хозяин подбирает себе сотрудников
спохожим опытом жизни, очем
мы говорили
выше, он иникто другой выбирает товар ирынок, он структурирует рабочее время и пространство организации, он задает критерии
оценки сотрудников. Если учесть, что личность
человека во многом формируется в родительской семье, то можно сказать, что организационная культура российских компаний напоминает луковицу. Вцентре— культура владельца
компании, далее
идет слой культуры той группы, скоторой владелец начинал бизнес, итолько потом— культурные слои, заданные самой
121

бизнес-деятельностью. Взависимости от истории организации могут быть разные исключения, но вбольшинстве случаев картина организационной культуры выглядит именно так.
Контролировать личную жизнь и моральные устои подчиненных вРоссии— внутренняя потребность, развившаяся из стереотипов
национальной культуры. Организация воспринимается руководителем как модель семьи. Наши клиенты, владельцы организаций,
не
раз говорили освоей роли: «Да яже им как
отец!» Выходит, что подчиненные — это неразумные дети. Идея, что родители не должны лезть в личную жизнь детей, в Россиине
признается: родители активно вмешиваются
вдела своих отпрысков до глубокой старости.
Вот и«хороший руководитель»— «отец» (или
еще хуже — «мать») — всемерно участвует
вличной жизни своих подчиненных: по своему усмотрению разводит, сватает, женит...
Руководители любят говорить о«моральных
обязательствах» перед персоналом, а ведь из
этих взятых ими на себя обязательств автоматически вырастают права на контроль. Втаком
случае идеология первого лица накла дывается
на организацию. Вводятся некие безусловные
нормы — и их выполнение контролируется.
Нормы бывают
нейтральными («Не пожимать
друг другу руки всвязи сгепатитом В»), псевдотехнологи чными, а по сути мелочными и да-
122

же садистскими («Выходя из комнаты, каждыйдолжен записать время своего отсутствия
ипричину, апридя— записать время возвращения»), «уравнительными» («Унас нет девушек, у нас — бухгалтеры!») или откровенно
аморальными («Хочешь работать — флиртуй
с начальником»). Руководители организуют
в офисе чайные комнаты— не для комфорта
сотрудников, ачтобы знать, кто скем дружит.
Вводят строгие правила, которые люди подписывают при
приеме на работу, где оговариваются идлина юбки, изапрет на установление
личных отношений на рабочем месте...
Решительные начальники настаивают: «Персонал надо воспитывать!» А ведь на работу
кним нанимаются отнюдь не дети. «Воспитатели» начинают учить людей, как одеваться икак
ходить, с кем дружить и скем враждовать, каким спортом заниматься и на каких
машинах
ездить... А тем «детям», которые хорошо себя
ведут, дают большую сладкую конфету — премии, награды, повышения. Это привычный патриархальный тип поведения. И российская
жизнь оправдывает его, подтверждает его закономерность: если ты не способен выжить водиночку (а внашей стране это так), выжить можно, только строя межличностные отношения
(семья,
друзья). Таким образом, дистанция
между людьми и границы внутри сообщества
стираются, поскольку противоречат вырабо-
123

танным веками способам выживания. Врезультате, если человек с западным менталитетом
и представлением о приватности приходит
в типичную российскую организацию и хочет
защититься от вторжения в личную жизнь, он
должен приложить немалые усилия. Почему
в наших организациях, при всей открытости
русской души, так любят комнатки-закутки?
Просто подсознательно сотрудники пытаются
защитить свою личность хотя бы физически.
Однако зачастую
такой «морально-нравственный контроль» вполне оправдывает себя.
Ведь если все ворганизации живут, как диверсионный отряд в тылу врага (конкуренты —
враги, клиенты— враги), то главным становится вопрос: «Нет ли врядах предателя?» Иопять
же, всем известно,что при нынешнем состоя нии нашего рынка, которое только-только начало исправляться, «диверсант
» действительно
может быть. В наше время, чтобы разрушить
бизнес-фирму, иногда достаточно продать клиентскую базу или ноу-хау-технологию конкурентам. А потому нужно быть бдительным:
враг не дремлет. Паранойей, свойственной руководителям, это объяснить нельзя: прецеденты есть, иони известны.
Конечно, контроль, не объяснимый сточки
зрения здравого смысла или технологии
бизнеса, вызывает сопротивление (осознанное
или нет) со стороны подчиненных: «Напишу,
124

что был втуалете 25 минут, авпричине укажу,
что нелады сжелудком!» Несекрет, что именно
в организациях, где «нет женщин, а есть бухгалтеры», эти самые «не женщины» носят самые смелые декольте исамые короткие юбки:
они же должны бороться за себя хоть какнибудь! Жесткий контроль допускает множество внутрикорпоративных игр, интриг, борьбы, но
сэффективностью работы это никак не
связано. Если контролируются люди, то оценивать их можно по принципу «нравится — не
нравится» или «что-то он не так себя ведет», но
сотрудник не жена, инравиться не обязан. Чувства, конечно, важный элемент, однако исключительно субъективный иневероятно далекий
от бизнеса.
Российская организационная культура
вподавляющем числе случаев основана на семейных ценностях. Главное втакой организационной культуре— отношения. На простой
вопрос: «За что вас могут уволить?» подавляющее число менеджеров отвечает: «За что
угодно, если не нравишься руководству». Главные ценности этой культуры — лояльность
ипреданность, авовсе не компетентность или
умение добиваться результата. Все вышеописанные культурные
нормы не соответствуют
самой бизнес-деятельности. Они добавляют
неопределенность вибез того не самые простые российские бизнес-условия.
125

6.
Презумпция негодяя
В завершение сказанного, нельзя не отметить,
что, выстраивая отношения с окружающими,
люди нередко используют одну из двух презумпций:
1. Человек хороший, пока не докажет обратное.
2. Человек негодяй, пока не докажет обратное.
В России действительно высока ценность
добрых отношений вколлективе. В ходе нашей консультационной работы не было ни од-
организации, где добрые отношения не
ной
были бы приоритетными вряду других организационных факторов. Ноиздесь возникает
парадокс — одновременно вторая презумпция, «презумпция негодяя», является характерной для подавляющего большинства наших клиентов.
Конфликты с партнерами, близкими друзьями и родственниками случаются практически всегда, если есть совместный бизнес.
Компании, основанные группой друзей, редко
существуют долго и бесконфликтно. Многие
бизнесмены не хотят вступать в новые партнерские отношения. Они пытаются так организовать партнерство, чтобы вся реальная
власть была у одного человека, а остальные
126

могут рассчитывать только на долю прибыли.
Тем не менее случаи, когда бизнесмен вообще
никому не доверяет, встречаются редко.
Большинство, не доверяя новым людям,
трепетно относятся к«проверенным бойцам»,
«ядру коллектива», «своей команде», то есть
клюдям, доказавшим свою преданность илояльность. Получается так, что водной организации сосуществуют две разных стратегии,
основанные на двух разных презумпциях. Первая
стратегия— стратегия безоговорочного доверия — развивается по отношению к узкой
группе людей, вторая— по отношению ко всем
остальным. Это же можно наблюдать не только
внутри организации, но и вовне, например,
вцепочке «поставщик— продавец— клиент».
Практически всегда приоритет будет отдаваться не цене товара, аистории отношений. Имен
-
н о на порядочности вырос российский рынок,
потому что ни на законодательство, ни на судебные механизмы он не мог опираться.
Высокие требования кчеловеческим отношениям, кпорядочности партнера сегодня выступают тормозом развития бизнеса именеджмента. Развивающимся компаниям нужно
много людей. Чтобы руководитель мог им доверять истроить с ними длительные отноше
-
ния, сними надо «пуд соли съесть». Тогда надо
создать условия для того, чтобы они могли
проявить лояльность и порядочность. Но по-
127

скольку организовать такую проверкувреальной компании не представляется возможным,
то возникает хорошо известный конфликт
«старых» и«новых» сотруд ников.
Мы встречали много организаций, где
в какой-то момент приглашали грамотного,
опытного, компетентного специалиста. Ичерез некоторое время всегда начинается столкновение «старой команды» сновичком. Прежде всего, он «чужой», не знает ни языка
, ни
обычаев компании. То, что он говорит, вроде
бы правильно, но пусть сначала покажет, что
он умеет делать. Мыпомогать ему не будем,
а будем вставлять палки в колеса, например
«стучать» на новичка хозяину по поводу ибез.
Ипочти наверняка «старики» победят, так как
они носители организационной культуры,
«проверенные в боях» кадры. Этот конфликт
неизбежен, пока наш бизнес будет опираться
на моральные качества людей, на историю отношений с ними, ане на профессиональные
качества сотрудников.
Партнеров во всем мире принято выбирать
по бизнес-критериям, ане потому, что долгое
время никто друг друга «не кидал». Способы
выживания в определенной среде порождают
культурные нормы. Если «презумпция негодяя» оказалась
более эффективной стратегией,
значит, всреде отсутствует нечто, что позволило бы от нее отказаться. Вероятно, что дело
128

вотсутствии механизмов взаимных гарантий.
Сегодня любой наемный сотрудник не защищен от произвола своего руководителя, инаоборот, любой руководитель или собственник не
защищен от своего сотрудника. Увести от конкурента целое подразделение с базой данных
ничто не мешает. Нет гаран тий собственности
иинвестиций, плохо защищены миноритарии.
Втаких условиях гарантии иподменяются выстроенными
человеческими отношениями.
Хуже всего втакой организационной культуре приходится менеджменту, так как понятия «свой», «чужой», «доверяю», «не доверяю»
отсутствуют в профессиональном лексиконеистинного менеджера. Его представления,
язык иинструменты пришли кнам из другой
реальности, где вопрос с гарантиями решен.
Менеджмент опирается не на моральные, ана
профессиональные качества людей. При этом
предполагается, что нарушения
моральных
норм относятся либо к сфере коллективного
договора, либо контрактных обязательств, либо ксфере уголовного права. Все мы на рынке
«товары» идолжны продавать сначала результат нашего труда, ак нему в придачу лояльность, но не наоборот.
Все, что мы сейчас в России имеем, совершенно адекватно сегодняшнему этапу развития рынка. «Презумпция негодяя
» — дорогое
удовольствие. Недоверие к людям приводит
129

ксверхрасходам на контроль, огромным службам безопасности ит. п. Все это снижает итак
не слишком высокую производительность труда и конкурентоспособность бизнеса. Одна ко
даже более совершенное законодательство
ипрозрачность системы судопроизводства не
смогут быстро поменять культурные стереотипы, проверенные временем. Есть надежда, что
они позволят сократить расходы на контроль.
Если все участники
ники, клиенты будут чувствовать себя защищенными, то «презумпция негодяя» через
какое-то время станет неэффективной и отомрет сама собой.
рынка: бизнесмены, работ-
7.
Таланты ворганизации.
Незаменимые есть?
Любая человеческая деятельность задает требования тем, кто ею занимается. В баскетбол
играют люди высокого роста, арост подводников итанкистов ниже среднего. Музыкант должен обладать абсолютным слухом, а художник— не быть дальтоником (хотя здесь всякое
возможно). Бизнес-деятельность тоже требует
от людей набора определенных качеств: оптимизма, стрессоустойчивости, повышенной трудоспособности
звать «чувством рынка», «интуицией», атакже
, того, что условно можно на-
130
Соседние файлы в предмете [НЕСОРТИРОВАННОЕ]
