Добавил:

ivanov666 Опубликованный материал нарушает ваши авторские права? Сообщите нам.

Вуз:

Башкирский Государственный Аграрный Университет

Предмет:

[НЕСОРТИРОВАННОЕ]

Файл:

Теория государства и права. Часть 1. Теория государства. Учебник

.pdf

Скачиваний:

Добавлен:

07.09.2026

Размер:

2 Мб

Скачать

☆

<<< < Предыдущая 1 2 3 4 5 6 7 8 9 1011 / 5011 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24 25 > Следующая >>>

§ 4. Договорная теория

находящееся в его владении, за исключением тех случаев, когда это необходимо для более благородного использования, чем простое его сохранение»

Расхождение взглядов авторов — сторонников договорной те ории имеет место и в других случаях. Например, в отношении ин

ститута абсолютной монархии, его места и роли в обществе, а также в защите позитивных и естественных прав граждан или подданных — участников договорных отношений.

Обращаясь к этому институту, Т. Гоббс, например, рассматри вал его как «абсолютную власть государства» в качестве важного га ранта мира и средства реализации естественных прав. Абсолютная власть государства, по его мнению, необходима для защиты прав и свобод личности, избавления людей от страха быть не защищенными от постоянной угрозы насильственной смерти, от ужасов «войны всех против всех».

Совсем иную позицию по отношению к абсолютной монархии занимал Дж. Локк. Развивая договорную теорию вслед за Гоббсом и затрагивая вопросы места и роли абсолютной монархии в обществе, он выступал против данного института. Совершенно очевидно, писал Локк, что «абсолютная монархия, которую некоторые считают един ственной формой правления в мире», на самом деле несовместима с гражданским обществом и, следовательно, не может быть вообще фор мой гражданского правления

Чтобы обеспечить права и свободы людей, чтобы гарантировать их безопасное существование, государство должно быть не чем иным, как только добровольным объединением людей в единое «политиче ское общество», объединением, которое должно создаваться и функ ционировать не иначе, как только на основе и посредством «одного лишь согласия». Именно это и есть «весь тот договор, который суще ствует или должен существовать между личностями, вступающими в государство или его создающими».

Что же касается абсолютной монархии, то, как писал Локк, «аб солютные монархи всего лишь люди», и если государственное прав ление должно быть средством, избавляющим от тех зол, которые не избежно возникают, когда люди оказываются судьями в своих соб ственных делах, и естественное состояние поэтому нетерпимо, то необходимо знать, что это за правление и насколько оно лучше есте

Локк Дж. Указ. соч. С. 92.

Там же. С. 96.

96 Глава III. Разнообразие теорий происхождения государства и права

ственного состояния, когда «один человек, повелевая множеством людей, волен быть судьей в своем собственном деле и может посту пать в отношении всех своих подданных, как ему заблагорассудится». Причем никто не имеет ни малейшего права при этом ставить под сомнение его правоту или проверять тех, кто осуществляет его при

хоть

Наряду с названными существует немало и других расхождений между сторонниками договорной теории. Они касаются не только при роды и порядка возникновения государства, а вместе с ним и права, но и их сущности, содержания, форм организации, назначения.

Из этого следует, что договорную теорию, так же, как теорию естественного права, следует рассматривать не как нечто органически целое и неделимое, а как совокупность в основе своей сходных между собой, но вместе с тем отличающихся друг от друга концепций.

Касаясь самого существа и оценки характера и роли договорной теории происхождения государства, следует отметить, прежде всего, что она является весьма идеалистической теорией, берущей за исход ный постулат чаще всего некую первобытную идиллию, царство не ограниченной свободы, первозданную естественную жизнь.

Договорная теория по своей сути и характеру антиисторична и механистична. Антиисторизм ее проявляется в том, что многие посту латы данной теории, касающиеся государства и права, она представ ляет вне времени и пространства. К таковым можно отнести, в част ности, положения о сущности государства как выразителя интересов и защитника всех членов общества — и богатых, и бедных, и стоящих у власти, и униженных.

Механистический характер рассматриваемой теории выражается в том, что процесс возникновения государства и права она представ ляет не как эволюционный, постепенно складывающийся и не зави сящий от воли отдельного человека процесс, каковым он является на самом деле, а как некий разовый, субъективный акт (заключение об щественного договора), результатом которого является государство.

В период своего расцвета договорная теория выполняла много целевую функцию. Она была не только академически, политически и идеологически, но и практически важной доктриной. В частности, договорная теория широко использовалась классом буржуазии в борь бе с абсолютизмом и деспотизмом. Она служила политическим и иде ологическим оправданием революционных выступлений и требова

Локк Дж. Указ. соч. С. 93.

§ 5. Теория насилия

ний установления и соблюдения принципов демократии, законности, конституционности, равноправия всех граждан или подданных.

В настоящее время роль договорной теории, по сравнению с пе риодом развития, значительно уменьшилась. Соответственно, со кратилась и сфера ее распространения. Из некогда весьма популяр ной и широко распространенной концепции она превратилась, по су ществу, лишь в исторически и академически значимую теорию.

Это, однако, не означает, что отдельные ее положения не могут выполнять и поныне определенную идеологическую и политикопрак тическую роль. Речь идет, в частности, о положениях, касающихся мер, принимаемых в обществе и государстве, против узурпации влас ти одним лицом или группой лиц; равенства прав и свобод граждан, их реальности и гарантированности; и др.

§ 5. Теория насилия

Одной из распространенных на Западе теорий происхождения государства и права является теория насилия. Наиболее видными ее сторонниками являются немецкий философ и экономист Е. Дюринг (1833—1921), австрийский социолог и государствовед Л. Гумплович (1838—1909), известный «ревизионист марксизма» К. Каутский (1854—

1939) и др.

Краеугольным камнем теории насилия является утверждение о том, что главная причина возникновения государства и права лежит не в социальноэкономическом развитии общества и возникновении классов, а в завоевании, насилии, порабощении одних племен дру гими.

Теория насилия имеет свою довольно длительную историю. За чатки этой теории встречаются еще в древности, в частности, в со чинениях первого и второго поколения софистов. В их учениях го сударство рассматривается как учреждение, существующее исклю чительно для блага сильного, а право — как средство подавления одних слоев общества в интересах других. Первоначально право предназна чалось, по мнению софистов, для «обуздания сильного в интересах слабого». Однако сильный, вскоре распознав такое предназначение права, сделал все, чтобы разорвать эти «противоестественные оковы» и таким образом «восстановить господство естественного закона», со гласно которому слабый по природе должен подчиняться сильному.

В сочинениях одного из известных мудрецовсофистов Фраси маха из Халкедона постоянно проводится мысль о том, что в природе

98 Глава III. Разнообразие теорий происхождения государства и права

государства и права, государственной политики и законодательства, как и в области идеологии, нравственности, господствуют воля и пред ставления тех, в чьих руках находятся сила и государственная власть. «Справедливость, — утверждал Фрасимах, — это то, что пригодно сильнейшему». «Справедливость и справедливое — в сущности, это чужое благо, это нечто, устраивающее сильнейшего, правителя, а для подневольного исполнителя это чистый вред, тогда как несправедли вость — наоборот: она правит, честно говоря, простоватыми, а пото му и справедливыми людьми».

Дальнейшее развитие теория насилия получила в последующие столетия и, особенно, в период Средневековья, когда она широко ис пользовалась, в частности, для борьбы с теологическими теориями и взглядами на государство и право.

Анализируя роль теории насилия на данном этапе, известный немецкий государствовед и правовед Г. Еллинек (1851—1911) не без оснований утверждал, что «в новейшее время теория силы впервые возрождается в связи с борьбой против теологического миросозерца ния». Гоббс, как отмечал автор, не знает для права индивида в ес тественном состоянии другой границы, кроме его силы, и признает государство, основанное на силе, наряду с договорным государством как «равноправные формы государства», одинаково осуществляющие принуждение по отношению к своим членам. Спиноза вообще отож дествляет право и силу. Помимо всего прочего это означает, что нет никакого объективного критерия «для измерения права и неправа ес тественных процессов» и что правопорядок, лишенный силы, «не мо жет отстоять своего существования»

Особую роль в дальнейшем развитии и окончательном форми ровании основных положений теории насилия на рубеже XIX—XX вв. сыграл Л. Гумплович.

«История не предъявляет нам ни одного примера, — рассуждал он в своей фундаментальной работе «Общее учение о государстве», — где бы государство возникало не при помощи акта насилия, а как нибудь иначе. Кроме того, это всегда являлось насилием одного пле мени над другим, оно выражалось в завоевании и порабощении более сильным чужим племенем более слабого, уже оседлого населения».

Ссылаясь на пример образования ряда стран Европы и Азии, ко торые возникли, по мнению ученого, не иначе, как путем насилия, Л. Гумплович делал окончательный вывод, согласно которому «вслед

Еллинек Г. Общее учение о государстве. С. 140.

§ 5. Теория насилия

ствие подчинения одного класса людей другому образуется государ ство», а из потребности победителей обладать «живыми орудиями» возникли экономическая основа античной семьи, отношения властво вания, существовавшие между господином и его слугой.

По мнению автора, «не из отдельных людей, как атомов, не из семейств, как ячеек, создается государство. Не отдельные личности и не семейства являются его основными частями». Только из различных «человеческих групп, из различных племен возникает государство и из них лишь состоит». Победители образуют правящий класс, а по бежденные и порабощенные — «класс рабочих и служащих».

Все дело заключается во внутренней и внешней вражде племен. Именно в племенах, в их взаимной борьбе, утверждает Л. Гумплович, можно признать «главные основные части, действительные краеуголь ные камни государства, — в племенах, которые малопомалу превра щаются в классы и сословия. Из этих племен создается государство. Они и только они предшествуют государству»

Таким образом, ни общественный договор, ни Божественное Провидение, ни «высшие» идеи, ни «известные потребности» или «ра ционалистические и нравственные мотивы», как это следует из дру гих учений о происхождении государства и права, а лишь грубая сила, борьба, покорение одних племен другими, одним словом, прямое на силие — «вот родители и повивальная бабка государства» — является основной причиной возникновения данных институтов согласно те ории насилия.

Выявляя основную черту теории насилия, Г. Еллинек повторял вслед за другими аналитиками данной концепции, что суть этого уче ния состоит в том, что оно конструирует государство как господство сильного над слабым и признает такое отношение властвования дан ным самой природой. Таким государство по этой причине и должно признаваться индивидуумом. Последний должен подчиняться ему в силу того соображения, что оно есть неотвратимая сила природы, по добно солнечному теплу, землетрясению, приливу и отливу. Теория силы — материалистическая противоположность теологического уче ния. Если последнее требует подчинения воле Божьей, то теория на силия требует подчинения слепым силам социальной эволюции

При этом «слепые силы социальной эволюции», насилие рас сматриваются не как некое ограниченное, локальное, а как глобаль

Гумплович Л. Общее учение о государстве. С. 47, 120—121.

Каутский К. Развитие государственного строя на Западе. СПб., 1905. С. 11.

100 Глава III. Разнообразие теорий происхождения государства и права

ное, к тому же «естественное» явление, порождающее не только един ство противостоящих друг другу «элементов» государства — победи телей и побежденных, правящих и управляемых, но и имеющее дале ко идущие социальноэкономические последствия.

Какие последствия имеются в виду? Прежде всего те, которые ассоциируются с появлением рабства. Последнее возникает, по мне нию Л. Гумпловича, не в силу прежде всего внутренних причин, а затем уже внешних, как это имеет место в истории на самом деле, а, наоборот, исключительно в силу воздействия на общество (племя, на род, «нацию») извне, со стороны других сообществ, племен, народов, в результате войн, порабощения и закабаления одних племен или на родов другими. Во всех подобных случаях появляется военное пре восходство того или иного народа (племени) над другим — «над жите лями завоеванной страны». При этом ведущиеся войны, с одной сто роны, производят «разрушительное действие», а с другой — в них обнаруживается и «некоторая положительная, известным образом со зидающая государства сила».

Войны превращаются для некоторых племен и народов в средст во не только закабаления других племен и народов, но и приобрете ния земельных угодий, материальных благ. Там, где дикое племя жи ло по соседству с цивилизованным, отмечает К. Каутский, там к вой не за спорную область присоединялся еще и хищнический набег, — предприятие, приносившее воинственным варварам богатую добычу. Были такие варварские племена, у которых грабеж цивилизованных соседей составлял главный способ приобретения. Быть воином при подобных обстоятельствах было очень выгодно. Оружие, необходи мое для войны, было большей частью то же самое, какое употребля лось на охоте, бывшей в то время самой важной отраслью приобре

тения

На определенном этапе развития общества создается экономи ческая основа, а вместе с тем и экономическая необходимость для некоторых племен и народов в ведении войн. «Воинское право сво бодного человека», которым он так гордился, постепенно превраща ется в воинскую повинность, которая ложится тяжелым бременем как на самих воинов, так и на ту часть общества (земледельцы, ре месленники и др.), которая обеспечивает их проживание.

Вести войны или нет — это вовсе не было предметом выбора и делом, зависящим от воли земледельцев и других оседлых племен. То

Каутский К. Указ. соч. С. 12—13.

§ 5. Теория насилия

101

огромное, по тем временам, благосостояние, которое, благодаря упор ному повседневному труду, сосредоточивается в руках оседлых наро дов и племен, «постоянно подстрекает варварские подвижные племе на к хищническим набегам». Первым из них ничего не остается де лать, как на время бросать свой труд и защищать свое благосостояние и самих себя от набегов. Последним же приходится вести войну прежде всего в силу экономических причин — захвата чужого добра и приоб ретения дешевой рабской силы.

Все это, а именно — систематическое ведение войн и связанные с ним возникновение и развитие института рабства, по мнению сто ронников теории насилия, создает реальные условия и предпосылки для образования государства.

Пока не было института рабства, пишет по этому поводу Л. Гумп лович, пока не хватало этого первого условия для продолжительной жизни, до тех пор развитие государства было невозможно. О государ ственной жизни, о ее хозяйственных основах тогда лишь могли думать, когда оно приобретало необходимые для этого «живые орудия», т. е когда оно покоряло себе другое племя, порабощало его и эту порабо щенную массу разделяло между отдельными своими членами, когда оно таким образом создало первую государственную организацию…».

Сторонники теории насилия полагают, что до тех пор, пока пле мя состоит лишь из «сходных между собой единоплеменников», тех из «личностей, родившихся и воспитавшихся в одном и том же со циальном обществе», между ними нет вражды, войн, а следователь но, и рабства. Когда же одно племя покоряет другое, то тут же, как неизбежный спутник всех завоеваний, появляются рабы, возникает и развивается институт рабства, а вслед за ним — и государство.

Таким образом, согласно теории насилия войны, насилие, за кабаление одних племен другими рассматриваются в качестве ос новных причин рабства. Что же касается естественноисторического процесса зарождения и развития данного института, то он или во обще игнорируется, или же отодвигается на второй план.

Остается открытым также вопрос о причинах и природе зака баления. Что предшествовало чему: захватнические войны, влекущие за собой порабощение одних племен другими, или, наоборот, сложив шийся в силу разделения труда и социального расслоения общества институт рабства порождал захватнические войны? Ведь не следует забывать о том, что сам характер захватнических войн, порабощение одних племен и народов другими практически стали возможными лишь тогда, когда процесс развития орудий труда и производства в

102 Глава III. Разнообразие теорий происхождения государства и права

обществе достиг такого уровня, когда экономически стало возмож ным и выгодным закабалять побежденные племена и народы, эксп луатировать их, превращая в рабов.

На ранних стадиях развития общества, при низком уровне разви тия орудий труда и производства, когда первобытный человек не в со стоянии был производить больше, чем это нужно было для поддержания его жизни, экономически невыгодным было закабаление, превращение пленников в рабов. Их или убивали, или принимали в новое племя,

усыновляли. В силу этих же причин тогда не могли вестись и захват нические по своему характеру войны.

Другим социальным последствием, которое ассоциируется не посредственно с завоеванием и порабощением, является возникно вение частной собственности. Насилие порождает рабство, а рабство ведет к появлению частной собственности. С последней же связан, согласно теории насилия, переход племен от кочевого образа жизни и быта к оседлому, земледельческому. Зарождающаяся при этом го сударственная власть опирается исключительно на физическую силу. Это — «государство племени». Его основа — физическое преоблада ние одного племени над другим.

По мере развития общества государство племени перерастает в государство класса. Основой последнего является экономическое гос подство власть имущих. Л. Гумплович отмечает, что одновременно с процессом превращения племен в классы и сословия, а также эволю ции государства протекает процесс развития сознания. «Племенное сознание в современном государстве отчасти исчезло, отчасти же, од новременно с превращением племен в сословия и классы, сменилось сословным и классовым сознанием».

Согласно теории насилия наряду с данными процессами разви тия общества и государства протекает также процесс дальнейшей эво люции частной собственности. Она рассматривается не иначе, как не кое орудие или средство в руках государственной власти.

Не оспаривая процесс эволюции общества, государства и соб ственности, следует обратить внимание на спорность решения воп роса о соотношении собственности и власти. Исторический опыт не

подтверждает тезиса, выдвигаемого сторонниками теории насилия, о том, что государственная власть порождает частную собственность, а не наоборот. Не подтверждается тезис и о том, что собственность

является орудием государственной власти. Все обстоит как раз на оборот. Собственность, в конечном счете, обусловливает как само по явление государственной власти, так и ее характер. Собственность, в основном, определяет и ее служебную роль.

§ 5. Теория насилия

103

Можно поразному относиться к научным исследованиям К. Маркса и Ф. Энгельса, а также к их философским обобщениям и выводам. Но не подлежит никакому сомнению многократно подтвер жденный самой жизнью их вывод, сделанный на примере Англии, о том, что собственность «правит аристократией». Именно она «дает возможность купцам и фабрикантам намечать депутатов для больших, а частью и для мелких городов; собственность дает им возможность усиливать свое влияние с помощью подкупа». Это происходит пото му, что «народ еще не осознал ясно существо собственности, потому, что он вообще еще, — по крайней мере в деревне, — духовно мертв и потому мирится с тиранией собственности»

Частично данные выводы справедливы и для современной Рос сии.

Говоря о теории насилия вообще и об учении Л. Гумпловича в частности, следует заметить, что ее сторонники поразному харак теризуют исторически первые и современные государство и право.

Поразному они относятся и к насильственным формам обра зования современных государств и правовых систем, и к их природе. Одни из них оправдывают насильственные формы образования со временных государств путем осуществления революций или ведения освободительных или захватнических войн. Они считают, что такие войны всегда приводят к прогрессивному «обновлению» общества и государства. Другие, наоборот, выступают против каких бы то ни было силовых форм и способов формирования современных государств, считая, что эти формы и способы возникновения государств и право вых систем являются данью прошлого. Соответствующим будет ха рактер государства и общества, возникающих на этой основе.

Известный французский писательромантик Ф. Шатобриан (1768—1848) ставил в упрек Наполеону Бонапарту не только то, что он своей бурной завоевательной деятельностью «насоздавал» целый ряд недолговечных марионеточных государств с деспотическими или полудеспотическими режимами, но и за то, что в результате его «муд рого» правления «обновленное» государство Франции «в своей тер ритории и могуществе уменьшилось», а французское общество в зна чительной степени «развратилось».

Говорят, что хотя силы французского государства стараниями На полеона ослабли, зато слава его окрепла; что «на всех широтах фран цузов знают и боятся, на них равняются, перед ними заискивают».

Еллинек Г. Указ. соч. С. 139.

104 Глава III. Разнообразие теорий происхождения государства и права

Но разве необходимо было непременно выбирать чтото одно: бес смертие либо могущество? Александр Македонский тоже прославил свою нацию. Но это не помешало ему основать в Азии четыре мощ ные империи; язык и цивилизация эллинов распространились от Нила до Вавилона и Инда. После смерти Александра «царство его не толь ко не ослабло, но, напротив, укрепилось»

А что осталось от Наполеоназавоевателя? «Триумф французского сюзерена стоил какихнибудь две или три сотни тысяч человеческих жизней в год». Французы заплатили за него тремя миллионами сол дат. Сограждане отдали ему «всегонавсего пятнадцать лет, прожитых в страданиях и неволе». Говорят, что бедствия, «пережитые при рес публике, послужили спасению Франции, несчастья, пережитые при Империи, принесли пользу несравненно большую — благодаря им Бонапарт стал богом, и этого довольно».

Шатобриан заявлял, что он не падет «так низко, чтобы забыть ради Бонапарта всех своих соотечественников; не он породил Фран цию, а Франция — его». Властитель может быть сколько угодно та лантлив и могущественен, но «я никогда не соглашусь повиноваться ему, если одним словом он может лишить меня независимости, до

машнего очага, друзей…»

Будучи противником насильственных методов социальных пре образований, Шатобриан занимал аналогичную позицию не только по отношению к «обновленному» в результате краха империи фран цузскому государству, но и в отношении современного ему француз ского общества.

Вот чего истинный философ никогда не простит Бонапарту, рас суждал он, так это то, что он «приучил общество к безвольному под чинению и развратил его нравственность». По его вине люди так ис портились, что невозможно сказать, когда в сердцах вновь проснутся великодушные порывы. «Наше бессилие в отечестве и за его предела ми, наш нынешний упадок — следствие наполеоновского ига: у нас отняли все, кроме привычки к ярму. Бонапарт погубил даже наше

будущее…»

Подобные взгляды на силовые методы образования и «обновле ния» государственных и общественных структур, а также на их харак тер и природу многократно выражались раньше и выражаются поны не. Имеющиеся при этом нюансы касаются, в основном, последова

Маркс К., Энгельс Ф. Соч. Т. 2. С. 375.

Шатобриан Ф. Замогильные записки. М., 1995. С. 322.

Там же. С. 322—323.

<<< < Предыдущая 1 2 3 4 5 6 7 8 9 1011 / 5011 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24 25 > Следующая >>>

Соседние файлы в предмете [НЕСОРТИРОВАННОЕ]