Добавил:
ivanov666
Опубликованный материал нарушает ваши авторские права? Сообщите нам.
Вуз:
Предмет:
Файл:Структура языкового значения. Метод формализованного описания (на материале английских лексических и фразеологических единиц). Монография
.pdf
Идея структурного сходства обоих планов языка и возможность
перенесения открытых Н.С. Трубецким законов фонологии на
морфологию и лексику позволили в рамках глоссематики Л.
Ельмслева разработать метод анализа семантики значимых языковых
единиц; его цель – расчленение значения на самые малые
компоненты. Значения можно расчленить на «фигуры плана
содержания», которые не имеют соответствий в плане выражения
[Ельмслев 2006]. Этот тезис лег в основу компонентного анализа
(экстраполированного в область лексической семантики из
фонологии, где анализ по дистинктивным признакам осуществлялся в
течение нескольких предшествующих десятилетий). Использование
инструментальной категории “семантический компонент” дало
возможность описать значения разнообразных групп лексем.
Компонентный анализ базируется как минимум на двух
предпосылках:
1) Значение любой языковой единицы того или иного уровня
лингвистической иерархии складывается из сем, образующих
комплекс.
2) Лексический фонд языка можно описать, приняв за основу
ограниченное и относительно малое число сем. Все значения, за
исключением совпадающих с элементарными понятиями,
составляются из компонентов, а значит, содержат более элементарные
понятия, которые связаны зависимостями в единую целую структуру
значения.
Сначала анализировались сравнительно несложные замкнутые
участки лексического фонда – такие, как поле имен родства,
колоронимика, названия флоры и фауны. Затем правила
компонентного анализа были экстраполированы на более обширные
участки лексического фонда.
Принцип компонентного анализа заключается в том, что
наименьшей единицей плана содержания считается не лексическое
значение, а его составные части (семы). В плане именования
составных частей значения среди языковедов нет единогласия.
Используются разные термины: дифференциальный элемент,
компонент значения (по Ф. де Соссюру), семантический множитель
(по И.А. Мельчуку, А.К. Жолковскому, Ю.Д. Апресяну), фигура плана
содержания (по Л. Ельмслеву), дифференциальный семантический
признак (по И.В. Арнольд), ноэма (по Г. Мейеру, Э. Кошмидеру),
семантический примитив (А. Вежбицкая), семантический маркер (по
Дж. Фодору, Дж. Катцу, Д. Болинджеру), сема (по М.Д. Степановой,
В.Г. Гаку, Ю.А. Найде, В. Скаличке, А.А. Уфимцевой, К. Бальдингеру,
А. Греймасу, Б. Потье) и др. На наш взгляд, термин сема – самый
удачный в роли основного инструмента компонентного анализа,
поскольку он отвечает таким требованиям, как лаконичность,
деривационный потенциал, прозрачность мотивировки (благодаря
которой его можно без труда отнести к области семантики) и
вхождение в словообразовательный ряд «эмических» терминов
(фонема, морфема, граммема, лексема, синтаксема).
Семы (семантические признаки / доли) отличаются от семем
(значений) как части от целого. «Значение единицы языка может
включать одну или несколько сем, с другой стороны, одна и та же
сема может оказаться в составе значений разных единиц» [Степанова
1966: 25]. Кроме того, семы являются такими частями значений,
которые не представлены в структуреязыка своей собственной
единицей;их выявление происходит чисто реляционно путем
сравнения значений или, при условии выраженности в структуре
знака – с помощью неноминативной единицы. Тем самым значения и
семы соотносятся не только как целое и часть, но и «разные статусы
существования, выявления понятий вструктуре значений единиц
языка» [Никитин 2003: 110].
На наш взгляд, имеются веские контраргументы против
концепции элементарных атомов смысла. Любая сема может
получить дефиницию в виде словосочетания, и уже одно это говорит
о ее составном характере. Внеязыковая действительность слагается из
бесконечного количества бытийных признаков, и всякая попытка
отразить ее с помощью конечного набора атомов смысла ограничит
отражение мира каким-либо одним мировоззрением, а это затормозит
развитие когнитивной картины мира. Такой язык станет препятствием
на пути познания мира и духовного развития культурно-языкового
коллектива. Не зря в историипознания многочисленныепопытки
разработать универсальный язык науки не увенчались успехом.
Мы полагаем, что компонентный анализ позволяет выявить
ключевые семы лексического поля, но они не являются
универсальными атомами смысла. Образование лексических значений
можно представить как калейдоскопическое рекомбинирование сем,
однако без их редукции к ограниченному набору элементарных сем –
в отличие от системы фонем, которая сводима к конечному числу
дистинктивных признаков.
По нашим представлениям, названное отличие обусловлено тем,
что фонологическая система не отражает внеязыковую реальность, а
семантическая система языка отражает бесконечно разнообразную и
всё время меняющуюся действительность; это обстоятельство мешает
«кристаллизации» естественного языка в механически жесткое
исчисление.
Ряд исследователей (Мельчук [1999], Вежбицкая [2001] и др.)
исходит из идеи равноправия сем в составе семемы; по мнению
других лингвистов, сема есть элементарный, не делимый на более
мелкие единицы конституэнт семемы, имеющий статус единицы
семантического уровня языка ([Васильев 1990: 36], [Гак 1998: 394],
[Новиков 2001: 479]). О.С. Ахманова определила сему как
минимальный компонент означаемого, как основную единицу
компонентного анализа значений, осуществляемого в целях изучения
семантических полей, атакже ЛСВ для выявления их сходства и
различий [Ахманова 1969].
Несмотря на отдельные разногласия, лингвисты согласны в том,
что сема представляет собой наименьшую единицу значения лексемы.
Онтологическое и функциональное многообразие сем привело к
появлению целого ряда классификаций, которые базируются на
различных основаниях и включают разные виды сем. В
отечественном языкознании в этот ряд входят классификации,
разработанные И.А. Стерниным [1979; 1985], М.В. Никитиным [1974;
1983], И.В. Арнольд [1986], В.Г. Гаком [1973; 1977], Ж.П.
Соколовской [1979], Э.В. Кузнецовой [1974; 1980], П.Н. Денисовым
[1974; 1980], Л.М. Васильевым [1971; 1981; 1979], О.Н.
Селиверстовой [1968; 1975; 1976], Р.М. Гайсиной [1979; 1981].
Первым, кто сделал попытку обобщить различные виды сем,
был Л.М. Васильев: «Семы подразделяются на лексические,
словообразовательные и грамматические (по соотношению с
компонентами формальной структуры языка – плана выражения),
эксплицитные и имплицитные (по способу их манифестации),
парадигматические и синтагматические (по типу отношений, в основе
которых они лежат), доминирующие и зависимые (по типу
отношений внутри семем), ядерные и периферийные (по отношению
к идентифицирующей семе данного класса), дифференцирующие и
идентифицирующие (по знаковой функции)» [Васильев 1971: 10].
И.А. Стернин разработал классификацию сем, которая
соответствует требованиям коммуникативного анализа лексического
фонда, подразделив семы по ряду оснований:
• по явности / неявности (эксплицитные и имплицитные)
• по степени яркости (слабые и яркие)
• по содержанию (облигаторные и вероятностные,
диспозициональные и ассертивные, позитивные и негативные, четкие
и нечеткие)
• по характеру отношения к речи (актуализованные и
неактуализованные)
• по дистинктивной силе (дифференциальные и интегральные)
• по типу отношения семы к языковой системе (узуальные и
окказиональные, системные и личностные, дизъюнктивные и
инвариантные) [Стернин 1985: 15]
Преобладающая часть имеющихся в нынешней лексической
семантике классификаций семантических признаков основана на
результатах исследования системного языкового значения. Исходя из
этого, мы можем выявить единые основания, значимые для
практически любой классификации.
1) Степень обобщения, уровень абстрактности семы [Попова,
Стернин 1984: 50]. По этому основанию выделяются
дифференциальные (субкатегориальные семы, гипосемы) и
интегральные (категориальные семы, гиперсемы, архисемы).
2) Содержание сем. Это основание размыто, ибо у каждого лингвиста
имеется свое представление о том, чтó может быть квалифицировано
как содержание. Содержание может быть репрезентировано
обобщенно (денотативные, а также коннотативные семы) или более
конкретно: дескриптивные семы, которые репрезентируют
собственные качества объекта), а также реляционные семы,
отражающие функциональные, спатиальные, темпоральные и другие
отношения между объектами [Гак 1977: 14-15].
3) Вид универсальных отношений, на которых базируется система
языка (парадигматические и синтагматические семы).
Совершенствование методик компонентного анализа
осуществлено в трудах целого ряда языковедов. В этих трудах они
стремились «глубже осмыслить сущность компонентного анализа,
очертить границы его применения …, а также определить его место в
арсенале имеющихся в языкознании методов исследования языка»
[Долгих 1974: 105]. В наше время данный метод относится к числу
универсальных инструментов языковедческого анализа. «Ни одна
адекватная теория смысла не может обойтись без процедур,
обеспечивающих в той или иной степени компонентный анализ
значений» [Апресян 1995 а: 113]. Теоретические и прикладные
аспекты метода компонентного анализа изложены в работах
советских и постсоветских языковедов (И.В. Арнольд, Ю.Д. Апресян,
Э.М. Медникова, Р.С. Гинзбург, Ю.Н. Караулов, В.Г. Гак, О.Н.
Селиверстова, А.М. Кузнецов, И.А. Стернин и др.) и англоязычных
языковедов (Дж. Катц, К. Балдингер, Ю. Найда, Дж. Фодор и др.).
И.В. Арнольд [2016] разработала процедуру методики
компонентного анализа значений, базирующуюся лишь на
применении словарных дефиниций лексем. При этом анализ сводится
к передаче значения слова другими словами, причем definiens более
объемен, чем definiendum. Техника компонентного анализа по И.В.
Арнольд состоит в определении рода, к которому принадлежит
объект, и видовых отличий – признаков, которые отличают объект от
других объектов данного рода [Арнольд 2016: 52-53].
О.С. Ахманова [1969: 12-17], осуществляя компонентный анализ
глаголов движения в английском языке, устанавливала
дифференциальные семы по ряду признаков: направление движения,
скорость, зависимость от местоположения наблюдателя. Результатом
анализа должна была стать полностью завершенная
минимизированная семантическая сеть, оптимально отвечающая
принципам лингвистического структурализма.
В ряду изысканий в сфере компонентного анализа лексических
значений важная роль принадлежит трудам Ю.Д. Апресяна, в которых
семантический анализ рассматривается как перевод с вербального
этноязыка на искусственный метаязык, у которого в роли «слов»
фигурирует то, что Ю.Д. Апресян именовал атомарными смыслами.
Но он считал, что обнаружение элементарных единиц смысла
невозможно (по крайней мере, на нынешнем этапе лингвистических
исследований).
«Мы не ставили задачи, отметил этот ученый, использовать
в качестве элементарных значений только подлинно элементарные
понятия. В частности, понятия, получающие определения в
математике (ср. отношение, плоскость, линия), физике (гореть,
масса, энергия), физиологии (болеть) или другой научной
дисциплине, а также понятия, интуитивно очевидные, однословно
выразимые в разных языках, но с трудом поддающиеся анализу
(понимать, время), принимаются нами без определений. Кроме того,
не подвергаются семантическому разложению некоторые
относительно простые, хотя и не элементарные слова, если их
толкования имеют чересчур сложный вид» [Апресян 1969: 417].
Ю.Н. Караулов [1976] осуществил радикально новаторский
подход к исследованию содержательной стороны естественного
языка; это новое слово в науке о языке стало именоваться
тезаурусным методом в лингвистической семантике. Созданная Ю.Н.
Карауловым идеографическая концепция дала возможность
установить общие закономерности в строении системы лексики
языка на всех уровнях ее организации – от структуры лексического
значения и структуры лексического поля до зафиксированной в
естественном языке единой целостной картины мира. Караулову
принадлежит создание «правила шести шагов», в котором
указывается важная характеристика словаря – семантическая
континуальность.
Рассмотрение тезауруса как модели мира позволило поставить
вопрос о тезаурусном методе в лингвистической семантике. Этот
метод заключается в обнаружении существенных связей и отношений
в лингвистической семантике на фоне поставленной цели – создания
словарей тезаурусного типа. В процессе применения этого метода
максимально полно и четко устанавливается пóлевая
(парадигматическая) системность лексического фонда языка.
По О.Н. Селиверстовой, компонентный анализ является
«процедуройрасщепления значения на составные части, вычленение
которых обусловлено как соотношением элементов внутри
отдельного значения (наличие более общих и более частных
элементов, то есть иерархичность организации), так и соотношением
этого значения со значениями других языковых единиц»
[Селиверстова 2004: 81].
И.А. Стернин в своих трудах уделил пристальное внимание
анализу лексических значений слов, которые он охарактеризовал как
психологически реальные – такие, которые, на его взгляд, правильно
отражают «лексическую компетенцию носителей языка» [Стернин
1986]. Эти значения И.А. Стернин противопоставил собственно
языковым – тем, которые даны нам в словарных дефинициях. И.А.
Стернин счел их «недостаточно адекватно отражающими
лексическую компетенцию носителей языка» [Стернин 1986: 25].
Главной целью коммуникативной лингвистики, полагал он, является
«анализ языковых единиц в условиях конкретных коммуникативных
актов и рассмотрение высказывания (текста) как отправного звена
анализа языка» [Стернин 1985: 6].
Фактически этот исследователь выдвинул идею компонентного
анализа реальных лексических значений, в котором приняты во
внимание не только системно-языковые (высокозначимые,
генерализованные), но и дискурсивно-речевые (малозначимые,
частные) фрагменты значения. По И.А. Стернину, к этому в конечном
счете можно свести «коммуникативную лексикологию» [Стернин
1985: 157-159].
Из сказанного следует, что изучение лексики в коммуникативном
русле, коммуникативно-ориентированное представление лексического
фонда языка ориентировано не на анализ действительных связей слов
в контексте, не на изучение сложного переплетения языковой
парадигматики и синтагматики, а на поиск перечней элементов
«психологически реальных (речевых) значений слов» [Мартинович
1993: 34].
Весьма эффективной в русле коммуникативных изысканий
оказалась интегральная теория значения, разработанная в трудах Д.
Болинджера, И.А. Стернина, М.В. Никитина. С позиций упомянутого
подхода значение слова характеризуется наличием большой доли
избыточности; оно отражает большой круг бытийных признаков, в
большей или меньшей степени существенных, актуализирующихся у
внеязыкового объекта в разных случаях. Вышеуазанные признаки не
релевантны в целях противопоставления лексических значений. Они
не существенны в рамках структуры языка, однако они весьма
значимы в процессе общения, т.к. они в большом числе речевых
ситуаций определяют корректность словоупотребления. По Г.Н.
Скляревской, при интегральном подходе лексическое значение
воспринимается как безгранично сложная структура, заключающая в
себе «не только понятийное содержание, но и весь запас языковых и
экстралингвистических сведений, ассоциаций, смутных, как будто бы
априорных представлений и всех добавочных смыслов, называемых
коннотациями» [Скляревская 1989: 19].
Исходя из этого, И.А. Стернин сформулировал вывод о
неограниченности лексического значения, о неустановимости его
отчетливых границ, о трудности установления его жесткого семного
состава. И.А. Стернин объяснил это явление несколькими факторами:
недискретностью окружающего мира, непрерывными переменами,
которые происходят во внеязыковой реальности,обогащением
представлений о мире, возникновением новых связей между
представлениями, аппроксимативным характером отражения
экстралингвистической реальности в человеческом сознании,
разницей в анализе одного и того же объекта разными субъектами
[Стернин 1985].
В наше время издано немало трудов, в которых методом
компонентного анализа изучены слова, относящиеся к разным частям
речи: существительные (А.Н. Шрамм, Л.И. Ширина Д.Н. Шмелев,
Г.М. Шипицына и др.), качественные прилагательные (С.Г. Бережан,
Ж.П. Соколовская, И.В. Арнольд), глаголы (О.Н. Селиверстова, Н.Н.
Сергеева, В.Л. Ибрагимова, Ю.Д. Апресян, Л.М. Васильев, Н.П.
Сидорова и др.).
Компонентный анализ был первым этапом моделирования
лексических значений. На следующем этапе была поставлена задача
дискриминировать семантические признаки, составляющие
лексическое значение, по их характеру. М.В. Никитин [1983]
разработал стохастическую концепцию лексического значения, в
соответствии с которой семантические конституэнты значения
делятся на интенсиональные, импликациональные и
неимпликациональные по степени вероятности их наличия в составе
значения. В рамках этой концепции значение членилось на область
облигаторных сем (интенсионал и жесткий импликационал), область
высоковероятных сем (сильный импликационал) и область
неопределенно-вероятных сем (слабый импликационал). Это
позволило, в частности, обнаружить целый ряд правил семантической
комбинаторики лексем, однако семный состав значения слова, как и
прежде, рассматривался как простой набор сембез характеризации
связей между ними. Но ведь понятие “структура” имплицирует
существование упорядоченной совокупности связей между частями
изучаемого явления.
Итак, работы Л. Ельмслева и его соратников в русле
глоссематики легли в основу компонентного анализа лексических
значений, впоследствии ставшего классикой структурализма.
Исторически компонентный анализ развился из метода,
разработанного Н.С. Трубецким для изучения фонемных оппозиций.
Компонентный анализ состоял в противопоставлении значений слов,
смежных в лексическом поле, для установления семного состава их
значений. На данном основании делались попытки обнаружить
универсальный набор элементарных единиц смысла, аналогичный
списку дифференциальных признаков фонем. В конечном счете было
выяснено, что достичь этой цели невозможно логически – из-за того,
что в языковой семантике отражается реальность, обладающая
безграничной вариативностью свойств; существование
ограниченного числа элементарных сем свело бы познание мира
одной теорией мироздания, а это вступило бы в противоречие со
знаменитым следствием из теоремы К. Гёделя о неполноте
формализованной арифметики, по которому познание мира не имеет
последних, конечных границ.
Соседние файлы в предмете [НЕСОРТИРОВАННОЕ]