Добавил:
ivanov666
Опубликованный материал нарушает ваши авторские права? Сообщите нам.
Вуз:
Предмет:
Файл:Структура языкового значения. Метод формализованного описания (на материале английских лексических и фразеологических единиц). Монография
.pdf
Семантическое моделирование вовсе не подразумевает
совершенно точное соответствие оригинала и модели. Оно совмещает
в себе критерии различных подходов: на этапе выдвижения гипотезы
применяются критерии простоты, объяснительной силы и логической
непротиворечивости, а на дальнейшем этапе – верификационные
критерии.
Таково, в общих чертах, достигнутое к настоящему моменту
состояние исследований в области моделирования структуры
лексического значения. В этом направлении достигнуты немалые
успехи, но целый ряд проблемеще ждет своего решения. В частности,
не создан универсальный метод, позволяющийпредставить значение
на унифицированном семантическом языке.
ГЛАВА II. МЕТАЯЗЫК SESAME ДЛЯ ОПИСАНИЯ
СЕМАНТИКИ ЕСТЕСТВЕННОГО ЯЗЫКА
1. Общие принципы разработки семантического метаязыка
Для объективного отображения естественного языка, описания
его фактов и установления значимых связей между ними необходимо
не только создать эффективные методы его исследования, но и
провести работу, связанную с поиском рациональных способов
вычленения подлежащих изучению элементов, эффективного
представления полученных результатов, их классифицирования и
обобщения. Поскольку любое знание должно быть выражено
вербально или с помощью других знаков, все эти задачи будут
осуществимы только при условии, что процессы
естественноязыковой коммуникации будут обеспечены адекватно
развитым метаязыком.
Метаязыком называется язык, «средствами которого
описываются и исследуются свойства некоторого другого языка»
[Метаязык 1990: 364], язык, денотативной областью которого
являются строение и функционирование другого языка. В
терминологии Л. Ельмслева, метасемиотика (= метаязык) – это
знаковая система, планом содержания которой является иная знаковая
система – объектная семиотика [Ельмслев 2006].
Изучаемый лингвистами естественный язык традиционно
называют языком-объектом, а тот язык, на котором формулируется
сама лингвистическая теория – метаязыком. Понятие “метаязык”–
одно из ключевых в современной логике и лингвистике; оно
применяется при изучении вербальных языков,
логико-математических исчислений, для отображения всего спектра
связей языков разных уровней и для характеризации отношений
анализируемых языков и описываемых с их помощью предметных
областей. Если говорить о более широком употреблении, он может
применяться по отношению к любой терминологической системе или
языку, используемому для обсуждения самого языка – например,
грамматики письменной речи. По мнению Т.Н.Сергеевой [2009],
метаязык лингвистики обладает своей спецификой: он состоит из
лингвистических терминов, названий языков и языковых
объединений, систем специального письма (транскрипции и
транслитерации) и т.д.
В существующей научной литературе термин метаязык
используется неоднозначно. Его применяют по отношению к языкам
для описания значений словесных формулировок, что соответствует
традиционному философскому и логическому определению
метаязыка как такого языка, с помощью средств которого
исследуются и описываются свойства некоего другого языка [ФЭС:
364]. Многозначность, которая при этом возникает, можно
интерпретировать следующим образом.
В соответствии с первым пониманием, любой естественный
язык (скажем, английский) является объединением языка-объекта и
метаязыка, на котором мы говорим о языке-объекте [Карри 1969].
Такого рода подход к естественному языку обусловливает
существование в метаязыке таких выражений, как смысл, значение,
денотат, сигнификат, утверждение, синонимия, пресуппозицияи т.п.
В соответствии со второй интерпретацией, семантический
метаязык противопоставляют языку-объекту как другую знаковую
систему, которая позволяет более непосредственно отражать
структуру выражения объектного языка, выявляя и объективируя ее.
Так, упомянутые выше выражения при втором понимании метаязыка
будут рассматриваться как выражения языка-объекта, требующие
экспликации в терминах метаязыка [Wierzbicka 1991]. Значение
предложений языка-объекта записывается с помощью семантического
представления (репрезентации, записи, интерпретации и т.п.),
составленного из единиц семантического метаязыка, который, по
замыслу, не только передает то же значение, что и предложения
языка-объекта, но и своей формой непосредственно отображает
структуру этого значения [Кобозева 2000].
«Задача представления знаний – это, в первую очередь, задача
создания семантических метаязыков» [Городецкий 1989: 186]. При
том, что в наше время существуют сильные метаязыки фонетического
и морфологического уровней, по мнению Б.Ю. Городецкого,
семантика языка обладает пока еще скудным арсеналом средств,
позволяющих эксплицитно фиксировать содержательную сторону
речевых произведений. При этом семантический метаязык является
неотъемлемым инструментом изучения языка-объекта в его
коммуникативном и когнитивном аспектах. Он представляет собой
необходимую составную часть моделирования, применяемого к
языку. Назначение метаязыка заключается в моделировании и
компактном описании плана содержания языка-объекта.
Метаязыком семантического описания естественного языка
называется также такой семантический язык, который используется с
целью представления значений различных единиц языка [Кронгауз
2001]. Традиционная лингвистика (фонетика, грамматика и др.)
описывает в основном план выражения языка – непосредственно
наблюдаемые схемы. Метаязык семантики эксплицирует то, что не
поддается непосредственному наблюдению, описывает план
содержания естественного языка – ненаблюдаемую структуру
значений единиц языка и смысла текстов. Это, так сказать,
«грамматика семантики», выявление схем, существующих в плане
содержания языка, путем их моделирования, т.е. описания на основе
косвенных данных, получаемых на входе и выходе модели. Отсюда
проистекает специфика такого метаязыка: он не является единственно
возможным способом описания языка-объекта и допускает
альтернативные способы описания.
Разнообразные классификации метаязыков, используемых при
описании семантики, имеют в качестве оснований некоторые
существенные оппозиции. Прежде всего, различают невербальные и
вербальные метаязыки. К первым относят языки, в которых
используются не только слова и другие языковые единицы, но и
рисунки, различного рода схемы, математические конструкты
(деревья зависимостей, графы и т.д.). Фразы на таком языке не
поддаются прочтению, хотя они в принципе, как любые изображения,
могут быть описаны на естественном языке [Кронгауз 2001].
Примером невербального языка может считаться семантическое
представление И.А.Мельчука, которое относится к семантическому
языку в модели «Смысл ↔ Текст». По утверждению М.А. Кронгауза
[2001], сложность классификации невербальных языков объясняется
их большими различиями; при этом они должны сопровождаться
какими-либо вербальными комментариями или интерпретациями, то
есть введением языка третьего порядка.
Вербальные языки, в свою очередь, подразделяются на
естественные и искусственные. Говоря о естественных метаязыках
(то есть тех случаях, когда в качестве метаязыка выступает тот или
иной естественный язык), необходимо учитывать совпадения и
несовпадения метаязыка и языка-объекта. В качестве примера
совпадения можно привести язык толкований, на котором составлены
дефиниции слов в толковых словарях. Примеры несовпадения
представлены в двуязычных толковых словарях, в которых
некоторому слову одного языка сопоставляется его перевод на другой
язык – слово или развернутая формула. Возможность совпадения
метаязыка и языка-объекта, по М.А. Кронгаузу [2001], является
достаточно нетривиальным фактом. Ведь именно естественный язык
может служить метаязыком для описания самого себя. В таком
случае, как правило, речь идет о двух его функциях, а именно
функции языка-объекта и метафункции. Особый статус придал этому
явлению Якобсон [1985], который рассматривал метаязыковую
функцию языка как одну из основных.
Следует упомянуть, что совпадение языка-объекта и метаязыка
может повлечь за собой трудности и проблемы, связанные с
толкованием слов; самая простая из них – тавтология, или порочный
круг [Кронгауз 2001]. Ученые, представляющие метаязык в духе
аналитической философии как идеальный, настаивают на устранении
тавтологий, что подразумевает наложение ряда ограничений на
естественный язык в метафункции.
По мнению В.Д. Соловьева [1999], следует предъявлять ряд
требований к метаязыку описания семантики.
Во-первых, он должен быть универсальным, чтобы можно было
выражать разнообразные смысловые значения достаточно точно.
Во-вторых, он должен допускать включение процедурных
элементов, что позволит строить на его основе модели когнитивных
процессов обработки естественного языка и реализовывать их в
компьютерных программах.
В-третьих, желательно, чтобы такой язык был достаточно
органичным и интуитивно понятным.
Как показывает опыт, наиболее эффективно этих целей можно
достичь с помощью искусственно созданных формализованных
языков, которые также носят наименования формальных исчислений,
формализованных систем, абстрактного исчисления, формализмов
или логистических систем, формальной логики и др.
Проанализировав множество определений, следует выделить
основные характеристики формализованных систем. Это
неинтерпретированное исчисление, у которого класс выражений
обычно задается индуктивно, т.е. посредством задания исходных
(«атомарных» или «элементарных») формул и правил образования
формул, а подкласс доказуемых формул (теорем) – с помощью
задания системы аксиом и правил преобразования (вывода) теорем из
аксиом и ранее доказанных теорем [Философская энциклопедия
1960], которое предполагает полное абстрагирование от смысла слов
используемого языка и учет всех условий, регулирующих
использование этих слов в теории.
Соответственно, формализованный язык используется как с
целью представления логических форм реальных контекстов
естественного языка, воспроизведения логических законов, так и для
выражения способов правильных рассуждений по логическим
теориям данного языка [Бочаров, Маркин 2015]. Построение такого
искусственного языка логики начинается, когда задается его алфавит
– совокупность исходных, элементарных символов, куда принято
включать логические символы (знаки логических отношений и
операций, к примеру, кванторы и пропозициональные связки),
нелогические символы (т.е. параметры дескриптивных составляющих
из естественного языка), а также технические символы (к примеру,
скобки). Далее из простых знаков языка происходит формулирование
так называемых правил образования сложных знаков – задание
разных типов правильно выстроенных выражений, наиболее важным
видом которых являются аналоги естественноязыковых высказываний
– формулы. По В.А. Бочарову и В.И. Маркину [2015], основным
достоинством формализованного языка является эффективность
определений любых его морфосинтаксических категорий: задача
принадлежности одного произвольного символа или цепочки
символов алфавитак какому-либо классу языковых выражений может
решаться в конечное число шагов.
Иногда формализованные языки, помимо алфавита и правил
образования, включают в свой состав ряд правил преобразования –
процедуры дедукции, правила перехода от одних цепочек символов к
другим. Существенным является замечание, что в подобных случаях
формализованный метаязык обретает статус логического исчисления.
В другой интерпретации формализованный метаязык
предполагает принятие правил трактовки его выражений, что
позволяет соотнестис каждой синтаксической категорей знаков
семантическую категорию; это существенно для выделения
логических форм.
Таким образом, формальный язык – это тот код, на котором
создаетсяформальная теория (формальная система), представляющая
собой текст (или совокупность текстов) на данном коде. Однако это –
абстрактная теория (схема взаимосвязей между символами), которая
не приложена к конкретной области действительности (предметной
области). Чтобы приложить ее к конкретной предметной области,
нужно подвергнуть ее семантической интерпретации, т.е.
придатьабстрактным символам конкретные значения изданной
предметной области. Интерпретированная (то есть наполненная
предметным содержанием) формальная система называется
исчислением.
Исчисление может быть репрезентировано в виде формального
аппарата оперирования знаниями некоторого вида, который основан
на четких правилах, и который позволяет представить точное
описание определенного класса задач, или алгоритм решения для
подклассов данного класса [Словарь по логике 1997]. На базе
некоторого формализованного языка строится логическое исчисление,
для этого задается состав исходных символов, а затем по четко
определенным правилам из этих символов строятся формулы
рассматриваемого исчисления. После того как к исчислению
добавляется интерпретация, которая придает значение ее исходным
символам и формулам, исчисление превращается в язык описания
некоторой предметной области – формализованный язык.
Использование формализованных языков в лингвистических
изысканиях обосновал, в частности, В.М.Савицкий. По его мнению,
метаязыки «дают возможность применить принцип редукции,
сводящей пестрое многообразие поверхностных явлений к
ограниченному числу типовых (инвариантных) схем и таким путем
выявить глубинные закономерности в изучаемой сфере» [Савицкий
1993а: 56-57].
Целесообразность разработки формального описания на
искусственном метаязыке определяется рядом причин:
1) она снижает или исключает интерференцию метаязыка и
языка-объекта;
2) она значительно увеличивает однозначность и точность описания;
3) она дает возможность определить точную степень гомоморфизма
фреймов, подлежащих сопоставлению;
4) она делает такие описания пригодными для использования в
прикладной лингвистике.
Как в свое время отметил И.С. Ладенко, «подобного рода
описания программируемы и могут задаваться при моделировании
интеллектуальных систем самыми различными средствами: на языке
фреймов, сценариев и т.д.» [Ладенко 1987: 20].
Преимущество формального описания перед
естественноязыковыми – в том, что оно (а) унифицировано, (б)
редуцировано, (в) обобщено. Оно едино для всех ситуаций и
вскрывает их инвариантную структуру, которая может быть не видна
при сопоставлении многочисленных описаний на естественном
языке.
В лингвокогнитивистике было разработано несколько знаковых
систем, которые можно в большей или меньшей степени считать
формализованными (т.е. редуцированными / унифицированными /
генерализованными), и которые зиждутся на разных
методологических основаниях: ситуационной семантике, теории
графов, символической логике. Сюда можно отнести и семантические
сети, декларативные и процедурные семантические представления, а
также когнитивные структуры, которые называются конфигурациями
организации памяти, скриптами, сценариями, фреймами.
Как любая формализованная система, метаязык семантики
включает в свой состав информационный компонент – набор единиц
(глосс), называемый глоссарием, и процедурный компонент –
совокупность правил оперирования единицами при создании текстов
– сценариев. В нашей работе аппарат метаязыка основан на
принципах логики высказываний [Зегет 1985], логики предикатов
[Ивин 2002], логики практических рассуждений ([Ишмуратов 1987],
[Ишмуратов, Омельянчик 1983]).
2. Денотативная область семантического языка: события и
ситуации
Исходной категорией когнитивной лингвистики является такое
понятие, как “положение дел”. Это максимально широкое
аксиоматическое понятие, трактуемое в некоторых лингвистических
трудах как «то, что может иметь место в каком-либо мире»
[Селиверстова 1982: 8]. Подразумевается бытие предмета, его
положение во времени и пространстве, наличие у него какого-либо
бытийного признака, некоторое отношение между предметами,
действие, факт, процесс, событие, явление, ситуация и т.д. Все
положения дел могут быть описаны инвариантной формулой «Имеет
место нечто».
Простейшие положения дел делятся на события и несобытия;
несобытия, т.е. ахронические (не имеющие временнóго параметра)
положения дел условно называются фактами. Так, например,
высказывание A dog is barking (Собака лает) описывает событие, тогда
как высказывание A dog is a mammal (Собака – млекопитающее)
содержит описание несобытия (факта). Событие – это то, что
происходит, может произойти в дальнейшем или хотя бы может
мыслиться как происходящее. В качестве самой существенной
характеристики события А.Т. Ишмуратов назвал длительность:
«событие есть то, что можно представить длящимся во времени»
[Ишмуратов 1987: 29]. Тогда несобытия (факты) не «происходят»; они
являются статичными и вневременными.
События и факты имеют сходство, поскольку они являются
единством объекта и некоторого (любого) его бытийного признака.
Все они могут описываться с помощью элементарной логической
пропозиции (предикатно-аргументной структуры) «Объект х имеет
бытийный признак f». В качестве бытийных признаков объекта
выступают его атрибуты (свойства, состояния, действия, отношения,
местонахождение, становление, изменение и др.) и локус (хронотоп),
т.е. пространственно-временнáя характеристика объекта.
Следует отметить, что не все положения дел могут быть
представлены в виде элементарных событий. Гораздо чаще
положения дел представляют собой не событие, а ситуацию –
несколько событий, в том числе исходное положение дел, намерения
его участников, планы осуществления намерений, средства
достижения цели, само действие, его результат и оценку результата.
Ситуация есть комплекс взаимосвязанных событий, совершающихся
в определенном месте и времени. По мнению И.М. Кобозевой [2000],
ситуация – это некое множество объектов, которые обладают
определенными свойствами и связаны определенными отношениями.
Помимо описаний событий для выражения ситуаций
необходимо иметь описания отрезков времени – интервалов,
Соседние файлы в предмете [НЕСОРТИРОВАННОЕ]