Добавил:
ivanov666
Опубликованный материал нарушает ваши авторские права? Сообщите нам.
Вуз:
Предмет:
Файл:Структура языкового значения. Метод формализованного описания (на материале английских лексических и фразеологических единиц). Монография
.pdf
3) Основа модели – это не понятия о подлинных объектах, а
конструкты, т.е. понятия об идеальных объектах, которые нельзя
вывести из эмпирических данных прямо и однозначно, но которые
сконструированы свободно на базе абстрактных гипотез,
подсказанных наблюдениями и интуицией ученых.
4) Любая модель должна быть формальной, то есть в ней должны
задаваться исходные объекты и правила эксплицитно и однозначно.
5) Любая модель обязана обладать таким свойством, как
экспланаторность (объяснительная сила).
По В.М. Савицкому [1993а], лингвистическая модель является
идеальной структурной и / или функциональной моделью. Она может
совмещать в себе черты образной модели, когда она содержит
изобразительные средства (схемы, графики, чертежи), и неóбразной
модели, когда включает неизобразительные средства описания.
П.Н.Денисов, используя понятие “лингвистическая модель”,
относил определение лингвистическая не к объекту исследования, а к
его инструменту. «Лингвистическим моделированием, – отметил он, –
мы называем создание всякого рода вспомогательных искусственных
языков» [Денисов 1965: 5]. В соответствии с этой трактовкой,
подобного рода модель не должна обязательно отражать явления
естественного языка. Однако подобная трактовка вводит в
заблуждение: искусственные языки могут быть не связаны с
лингвистикой, и тогда непонятно, почему они называются
лингвистическими. По мнению В.М. Савицкого[1993а], модели, про
которые говорил П.Н. Денисов, нужно называть семиотическими, а
лингвистические модели суть модели, созданные в целях
лингвистических исследований. С другой стороны, лингвистическая
модель может воспроизводить как лингвистический, так и смежный с
ним объект, изучение которого помогает прояснить сущность
лингвистического объекта. «То, что считается нелингвистикой на
одном этапе, включается в нее на следующем» [Кибрик, Нариньяни
1987: 35]. Модель, которая объединяет в себе логические и
лингвистические категории, называют логико-лингвистической.
Как можно убедиться, моделирование выступает в качестве
эффективного метода познания, осмысления и понимания человеком
внешнего мира и самого себя в культурно-историческом процессе.
Этот метод находит применение в русле художественного, научного и
житейского практического мышления. Результаты его применения
отражены в теоретических и практических научных моделях, в
произведениях художественного творчества, в самой системе языка.
Анализ общих закономерностей их строения весьма важен для
решения поставленных нами задач, поскольку структура языкового
значения, во-первых, изучается методом лингвистического
моделирования, а во-вторых, она сама является языковой моделью
фрагментов действительности.
Создание моделей – давний способ познания, который, однако,
получил самое активное развитие в ХХ столетии. Ниже вкратце
рассматриваются особенности метода моделирования, значимые для
нашего исследования.
3. Модели компонентного анализа
В лингвистической семантике середины ХХстолетия
плодотворной стала идея о том, что план выражения и план
содержания знаков языка делится на фигуры [Ельмслев 2006],
которые впоследствии стали именоваться разными терминами:
семантические множители (И.А. Мельчук [1999], А.К. Жолковский
[1964], семы (Д.Н. Шмелев [1973]), атомы смысла (Ю.Д. Апресян
[1974]), семантические примитивы (А. Вежбицкая [1996] и др.).
Метод установления компонентов, образующих значение языковой
единицы, получил название компонентного анализа [Гулыга,
Шендельс 1976; Селиверстова 2004; Апресян 1974; Васильев 1990;
Степанов 1981; Трубачев 1980; Комлев 2012]. В процессе
компонентного анализа было выявлено, что в лексическое значение
включены нужные сведения о дистинктивных признаках,
позволяющих дифференцировать языковые объекты, относящиеся к
одному и тому же множеству [Комлев 2012; Шмелев 1973]. Главным
способом обнаружения этих признаков является анализ словесных
оппозиций.
С первых десятилетий прошлого века, благодаря новаторским
для тех времен идеям де Соссюра, в лингвистике утвердилось
представление о том, что всякий языковой объект имеет свою
структуру. Именно де Соссюр наиболее ясно сформулировал мысль о
системном характере языка и большой роли отношений (или
противопоставлений), в которые вступают языковые знаки, по
сравнению с субстанциями, из которых они состоят: «В языке нет
ничего, кроме различий … И понятие, и звуковой материал,
заключенные в знаке, имеют меньше значения, нежели то, что есть
вокруг него в других знаках … Отличительные свойства единицы
сливаются с самой единицей … Язык есть форма, а не субстанция»
[Соссюр 2016: 120].
Швейцарский ученый обнаружил упорядоченность внутренних
связей между языковыми единицами. Главным свойством знака он
считал его ценность, или значимость, складывающуюся из множества
оппозиций, в которых участвует знак. Элементы языка способны
выполнять свои функции вследствие наличия системы
противопоставлений, в рамках которых они дифференцируются и
взаимно соотносятся, а смысл появляется в результате существования
таких отношений между единицами внутри системы. По Ф. де
Соссюру, язык является системой оппозиций и функциональных
различий. Языковой механизм целиком базируется на оппозициях и
на проистекающих отсюда звуковых и понятийных различиях.
Характерной чертой теории де Соссюра было использование
дихотомий – пар противопоставленных понятий. Важнейшей из них
признается дихотомия языка и речи [Нелюбин 2008]. Другие
оппозиции – внутренняя и внешняя история языка, синхрония и
диахрония, продуцент и реципиент речи.
В своей работе «Курс общей лингвистики» Ф. де Соссюр
подчеркнул членораздельность языка: 1) звуковая цепочка может
быть разделена на слоги; 2) цепочка значений может быть разделена
на единицы. Язык есть «система дифференцированных знаков,
которые соответствуют дифференцированным понятиям» [Соссюр
2016: 49].
Ввиду того, что язык являет собой знаковую систему,
большую роль при его изучении играет понятие “значимость” (франц.
valeur). Ф. де Соссюр отметил: «Для определения значимости слова
недостаточно констатировать, что оно может быть сопоставлено с тем
или иным понятием, т.е. что оно имеет то или иное значение: его
необходимо, кроме того, сравнить с подобными ему значениями, т.е. с
другими словами, которые ему можно противопоставить» [Соссюр
2016: 52]. Таким образом, помимо значения, слово обладает также
значимостью, которая появляется лишь в определенной системе как
результат соотнесения (либо противопоставления) другим словам.
Выступая в качестве компонента в определенной системе, единица
языка характеризуется «главным образом значимостью», которая,
«взятая в своем концептуальном аспекте, есть элемент значения»
[Соссюр 2016: 53].
Категории “значение” и “значимость” суть разные грани одного
объекта – знака. Как значение, так и значимость дефинируются через
единую категорию – “отношение”. Однаков то время как определение
значения предполагает установление соотношения между планом
выражения (внешней стороной знака) и планом содержания (его
смысловой стороной), определение значимости предполагает
взаимоотношение планов содержания языковых единиц.
Таким образом, благодаря идеям де Соссюра системность стала
основой всякой современной теории языка, а тезисы его концепции
стали теоретической основой для целого ряда течений в структурной
лингвистике. Разными путями подходя к дальнейшей разработке и
развитию общетеоретических положений швейцарского ученого,
сторонники разных направлений структурализма наряду с ними
создали свои установки, принципы и методы. Лингвисты выделяют
следующие общие постулаты, на которых основывался
структурализм:
1) Язык являет собой знаковую систему; структурность языка,
многоуровневое членение рассматривается как его существенное
свойство, а взаимоотношения единиц одного уровня признаются
более важными, чем их связи с внеязыковой действительностью,
которые обнаруживаются в процессе их функционирования в
контексте и речевой ситуации [Иванова 2006].
2) Главными языковыми единицами считаются фонемы и морфемы,
которые расцениваются как комплексы дистинктивных признаков и
их стандартных окружений. Дифференциальными считаются те
признаки, которые могут различать, по меньшей мере, две фонемы в
конкретном языке. Каждая фонема имеет соответствующий ей
собственный набор дифференциальных признаков, что отличает ее от
любых иных фонем рассматриваемого языка, поэтому фонему можно
репрезентировать как пучок «фонологически существенных
[различительных] признаков, свойственных данному звуковому
образованию» ([Ахманова 2007]; [Трубецкой 2012]). Элементы пучка,
впрочем, «выступают вместе, а не раздельно» и взаимосвязаны
неразрывно [Ахманова 2007].
Главной единицей морфемного уровня считается морфема,
которая может быть представлена как перекрестье элементарных
морфологических оппозиций – падежных, временн х, залоговых и
др. Совокупность граммем – членов этих оппозиций –
обнаруживается с помощью способа, сходного с тем, которым
обнаруживаются фонологически релевантные признаки [Трубецкой
2012].
Лингвисты, входившие в состав Пражского лингвистического
кружка, установили дистинктивные признаки фонем и морфем,
заложили основы теории оппозиций, обнаружили изоморфизм
фонологических и морфологических оппозиций. Учение о
дистинктивных признаках – это основа фонологической теории Н.С.
Трубецкого и в целом Пражского лингвистического кружка; это
учение заслуживает более тщательного анализа.
Трубецкой определил фонологическую систему языка как
совокупность фонологических оппозиций, которые способны
служить для дифференциации лексических и грамматических
значений, и подчеркнул: «Никогда не следует забывать, что в
фонологии основная роль принадлежит не фонемам, а
смысло-различительным оппозициям» [Трубецкой 2012: 74]. Он
определил оппозицию как «противоположение звуков, которое в …
языке может дифференцировать интеллектуальные значения»
[Трубецкой 2012: 35]. Члены такой оппозиции (фонологические
единицы) бывают весьма различны по объему; мельчайшие
фонологические единицы, которые с позиций данного языка нельзя
разложить на более мелкие, образующие цепь фонологические
единицы, Трубецкой назвал фонемами: «Фонема обладает
определенным фонологическим содержанием постольку, поскольку
система фонологических оппозиций обнаруживает определенный
порядок или структуру. Чтобы понять эту структуру, необходимо
исследовать различные типы фонологических оппозиций» [Трубецкой
2012: 75].
Понятие “фонема” производно от понятия “фонологическая
оппозиция”; дело в том, что фонема дефинируется как комплекс
фонологически релевантных признаков. Эта дефиниция восходит к
И.А. Бодуэну де Куртенэ [1963], который представлял фонему как
«пучок дистинктивных признаков». Такое понимание фонемы
произвело революцию в фонологии и повлекло за собой важные
последствия. Обеспечивая различение слов, фонемы характеризуются
наличием дистинктивных признаков, на основе которых
формируются фонологические оппозиции. Последние исследуются
под углом зрения их структуры и отнесенности к тем или иным
языкам. Н.С. Трубецкой [2012] подразделил оппозиции по трем
основаниям:
1) по связи с системой оппозиций;
2) по видам взаимоотношений элементов;
3) по величине дистинктивной силы.
По первому основанию все оппозиции можно разделить на
одномерные (в которых совокупность признаков двух членов
оппозиции свойственная только этим членам), многомерные (где
совокупность признаков распространяется на большее количество
членов оппозиции), пропорциональные (в которых имеются
тождественные взаимоотношения членов) и изолированные.
По второму основанию различаются оппозиции привативные
(те, которые возникают на базе бинарных признаков), эквиполентные
(= эквивалентные, равноценные) и градуальные (определяемые
степенью выраженности признака).
По третьему основанию фонологические оппозиции
подразделяются на постоянные (различаются во всех возможных
положениях) и нейтрализуемые (дифференцируются в одних
позициях и не дифференцируются в других). Та позиция, в которой
различие перестает быть значимым, именуется позицией
нейтрализации; в ней возникает так называемая архифонема, т.е.
«совокупность различительных признаков, общих для двух фонем»
[Трубецкой 2012: 87].
С нейтрализуемой привативной оппозицией Трубецкой [там же]
связывал различение маркированного и немаркированного членов,
которое впоследствии было экстраполировано на морфологию и
вышло за рамки функциональной лингвистики. Маркированным
членом оппозиции называется тот, который имеет определенный
признак, а немаркированным – тот, у которого нет данного признака.
Немаркированным принято считать тот член оппозиции, который в
позиции нейтрализации имеет ту же форму, что и архифонема.
Признание смыслоразличительной функции фонемы как
основного понятия фонологии дало возможность распространить
принципы фонологии и на другие уровни языка. Так, Л. Блумфилд
[2002] задался целью создать единый, внутренне непротиворечивый и
конструктивный категориальный аппарат, который можно было бы
использовать в целях синхронического описания любого языка. Вслед
за своими предшественниками Л. Блумфилд предпринимал попытки
выделить лингвистический объект из той сложной совокупности
явлений, которая называется естественным языком. По мнению
Блумфилда, объектом языкознания служат не звуки как таковые и не
сами по себе значения, а «сочетание определенных звуков с
определенным значением» [Блумфилд 2002: 27]. Звуки привлекают
внимание языковеда только потому, что они выполняют
смыслоразличительную функцию; значимыми признаками фонем
считаются те, которые различают смысл слов. Аналогичным образом,
в морфологии и лексике языковед должен интересоваться не
смыслами слов, которые, как он полагал, «не могут быть
проанализированы в рамках нашей науки» [там же: 161], а различием
смыслов слов и морфологических форм. В работе [Блумфилд 2002] он
редуцировал роль «семантического критерия» в языкознании до
использованиятак называемого дифференциального значения. Те
формы, в которых некоторые звуки ассоциируются с некоторым
смыслом, Л. Блумфилд считал языковыми.
В соответствии с его концепцией, описание языка следует
начинать с фонологической системы, в рамках которой
идентифицируются все его фонемы и устанавливаются все их
возможные комбинации. После этого выясняется, какие смыслы
зафиксированы за теми или иными формами. Названному этапу Л.
Блумфилд дал название семантики и подразделил ее на
морфологическую и лексическую. Звуковая форма,
характеризующаяся наличием собственного значения, есть не что
иное как языковая форма.
Языковые формы могут быть типологизированы по двум
основаниям. Прежде всего, они бывают связанными, т.е. они никогда
не воспроизводятся изолированно (сюда относятся морфемы и прочие
части слова), и свободными, т.е. воспроизводимыми в изоляции от
прочих форм (сюда относятся лексемы, словосочетания и т.п.). Кроме
того, различаются формы составные, которые обладают
определенным фонетическим и семантическим сходством с иными
языковыми формами (такие, как слово, сочетание слов или
предложение), и простые, которые не обладают подобным сходством
(сюда относятся морфемы). Инвариант двух составных форм,
который сам является языковой формой, формирует их
составляющие, которые подразделяются на непосредственно
составляющие и финальные составляющие, в качестве которых
фигурируют морфемы. Те языковые формы, в которых
непосредственно составляющие не представляют собой связанные
формы, создают грамматические конструкции. Если языковая форма
образует часть составной формы, то она находится во включенной
позиции; в противном случае эта форма образует предложение.
Последние исследуются в рамках синтаксиса: конструкции, в которых
в качестве компонентов фигурируют связанные формы, составляют
морфологию [Блумфилд 2002]. Из этого Блумфилд извлек
определения всех созданных им понятий – таких, как класс,
составляющая, конструкция.
Классификация языковых оппозиций, созданная для целей
фонологии, используется и в целях морфологического анализа на
основании признания изоморфизма фонологического и
морфологического уровней. Эти принципы были разработаны в
трудах В. Скалички ([1963]; [1967]), Р.О. Якобсона [1985], Е.
Куриловича [2000]. Изоморфизм – термин математики (< греч. isos
“равный, подобный”; morphe “форма”). Языковеды используют его
метафорически: для именования аналогии, закономерного сходства в
структуре качественно неоднородных языковых единиц. Внедрение
этого термина в научный обиход было осуществлено Е. Куриловичем,
применявшим его с целью именования структурного подобия
звуковых и смысловых единиц – слога и предложения. Каждая из этих
единиц обладает иерархическим строением с центральным,
облигаторным компонентом (в слоге – гласный, а в предложении –
предикат) и факультативными компонентами (в слоге это – согласный,
а в предложении – второстепенные члены). Можно утверждать, что
слог и предложение состоят друг с другом в изоморфном отношении.
Как и Е. Курилович, Р.О. Якобсон продемонстрировал, что
определенные исследовательские приемы, дающие возможность
выделить основные признаки звука, могут применяться также для
установления основных компонентов значения падежа. Р.О. Якобсон
указал на сходство фонологической теории и морфологических
закономерностей.
Введенное Н.С. Трубецким представление о фонологической
оппозиции и о дистинктивных признаках фонемы Р.О. Якобсон
использовал при изучении морфологической системы, уделяя
пристальное внимание в первую очередь привативным оппозициям.
Создав теорию общего значения грамматической формы, он
разработал собственную систему морфологических оппозиций и
сделал ее инструментом изучения системы падежей русского языка.
Якобсон акцентировал внимание ученых на том факте, что проблема
общих значений падежей представляет собой проблему лексическую,
поскольку общее падежное значение не зависит от окружения, тогда
как конкретные падежные значения обусловлены различными
словосочетаниями, или, точнее говоря, формальными значениями
единиц, входящих в словесное окружение.
Падежное значение (к примеру, значение датива) кажется
неразложимым, целостным («служит для обозначения адресата
действия»), но, как и звук, его смогли разделить на элементарные
компоненты [Якобсон 1985]. Звук языка и значение падежа тоже
состоят в изоморфном отношении. По Р.О. Якобсону [1985],
привативные оппозиции обладают универсальной значимостью.
Соседние файлы в предмете [НЕСОРТИРОВАННОЕ]