Добавил:

ivanov666 Опубликованный материал нарушает ваши авторские права? Сообщите нам.

Вуз:

Башкирский Государственный Аграрный Университет

Предмет:

[НЕСОРТИРОВАННОЕ]

Файл:

Социальное управление. Учебное пособие

.pdf

Скачиваний:

Добавлен:

07.09.2026

Размер:

1 Мб

Скачать

☆

<<< < Предыдущая 1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 1213 / 4313 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24 25 > Следующая >>>

заметное перераспределение. Такой эффект объясняется причинами, продемонстрированными выше наиллюстративной модели: налоги для значительной части населения преимущественно пропорциональные, абольшинство трансфертов либо плоские, то есть одинаковые поразмеру для всех получателей, либо существует потолок дохода, докоторого они предусматриваются.

Причины разнообразия моделей

социальных государств

Чем же объясняется приверженность социальных государств той или иной модели?

Например, помнению Эспин-Андерсена, сформировавшиеся вразных странах модели социального государства есть результат взаимодействия социально-классовой структуры исложившейся политической системы

. В социал-демократических режимах, типичных для скандинавских стран, альянс рабочих партий левого спектра сзависящими отгосударственных субсидий мелкими фермерами сформировал аграрно-городской союз, настаивавший наобязанности государства обеспечивать широкий диапазон универсальных услуг иподдержание полной занятости. Втипичных для Германии, Австрии иФранции корпоративистских режимах консервативные силы в правительстве с целью интеграции профсоюзного движения сгосударством иобеспечения лояльности и среднего, и рабочего классов, создали систему социального страхования, сегрегированную породу занятий. В либеральных государствах, характерных для США иангло-саксонских стран, где фундаментальный классовый союз так инебыл достигнут, возникло очень избирательное государственное соцобеспечение, направленное набедных, анужды среднего класса обслуживает система частных игосударственных услуг.

Esping-Andersen G.The Three Worlds of Welfare Capitalism.

Cambridge: Polity Press, 1990.

121

Некоторые из теорий, например, так называемая «властно-ресурсная» модель, подчеркивающая важность такого фактора, как мобилизация наемного труда впрофсоюзах ипартиях социал-демократической направленности, находят эмпирическое подтверждение: чем сильнее профсоюзы иполитическое влияние социал-демократических партий, тем более всеобъемлющая иуниверсальная социальная политика проводится. Правда, встает вопрос, почему в одних развитых странах оказываются более сильные социал-демократические партии иболее высокий уровень профсоюзной организации, чем в других. Другая проблема состоит втом, что статистика нередко затушевывает важные исключения. Так, пример Австралии иНидерландов показывает, что можно иметь сильное рабочее движение, не приводящее куниверсализму всоциальной политике (Австралия), иможно иметь универсальный тип социального государства в отсутствие сильного рабочего движения (Нидерланды).

И главное: врамках многих изэтих теорий нередко трудно определить, что является независимой переменной, ачто— зависимой. Например, очевидно существование серьезной связи между силой рабочего движения иуниверсализмом в социальной политике вскандинавских странах. Нонет ли здесь иобратной связи— между характером социальной политики исилой этих организаций? Может быть, дело втом, что была реализована политика, способствовавшая усилению социал-демократической партии ипрофсоюзов (такая гипотеза была впервые выдвинута Пржеворски в 1985году)? Помнению Ротштейна, наэтот вопрос можно ответить утвердительно— история становления шведского социального государства говорит отом, что сила рабочего движения доопределенной степени объясняется характером инициатив всоциальной политике наболее ранних этапах.

Таким образом, как это обычно бывает всоциальных науках, отношения между зависимыми инезависимыми переменными неодносторонние, а двусторонние идиа-

122

лектические: характер политической мобилизации влияет насоциальную политику, ноихарактер социальной политики влияет наполитическую мобилизацию, то есть походу истории независимые изависимые переменные меняются местами.

Одним изнедавних интересных исследований, пытающихся объяснить феномен дивергенции социальной политики в современных социальных государствах, является работа Б.Ротштейна «Just Institutions Matter: The Moral and Political Logic of the Universal Welfare State». Его идея состоит в том, что: а)небольшая разница винституциональном оформлении системы соцобеспечения наранних этапах ее становления, сделано ли это намеренно, израциональных побуждений, или случайно, может иметь большое значение вгораздо более поздние периоды; б) однажды взятый курс практически невозможно развернуть вином направлении; в)фактор, являвшийся изначальной причиной организации системы так, ане иначе, приводит кэффекту, на следующем историческом витке усиливающем этот исходный фактор, итак возникает положительная обратная связь. То есть, развитие той или иной модели социальной политики есть следствие того решения, которое было принято вставший определяющим момент истории.

Возникающий причинно-следственный круг, способный быть как порочным, так ипродуктивным, иимеющий свою политическую иморальную логику, помнению Ротштейна, как раз иопределяет развитие идальнейшее существование той или иной модели социального государства.

Политическая иморальная логика универсальной

иселективной моделей социального государства

Рассмотрим политическую иморальную логику применительно ккаждой из моделей социальной политики подробнее. Иначнем сполитической логики, под которой понимается логика избирателей, своим электоральным поведением направляющих власть на реализацию того

123

или иного варианта социальной политики, или, иначе говоря, своей электоральной поддержкой создающих властный ресурс, позволяющий реализовывать тот или иной вариант социальной политики.

Политическая логика универсальной

иселективной моделей

Итак, кто и почему голосует за универсальную модель социальной политики? Вопрос этот нетакой простой, поскольку одной изнеизбежных черт универсального социального государства является тяжелое налоговое бремя. Действительно, если социальные трансферты ввиде разнообразных выплат ипособий исоциальные услуги должны охватывать все население, да при этом еще быть такого качества, чтобы удовлетворять ивполне благополучных индивидов, то высокие налоги абсолютно неизбежны. Ив современной Швеции объем налоговых поступлений— порядка 57% ВВП. Очевидно, что вусловиях демократии подобное возможно лишь вслучае, если вмассовом сознании широко распространено представление отом, что «игра стоит свеч»— что получаемые блага ито, чем приходится жертвовать, находятся вразумном соотношении. Таким образом, попытка понять политическую логику, или, иначе говоря, соображения, покоторым данной модели большинство населения оказывает электоральную поддержку, достаточную для того, чтобы курс на реализацию такой социальной политики оставался неизменным, требует выяснения, каков, говоря бухгалтерским языком, баланс между дебитом и кредитом, или издержками и прибылью. Особый интерес вэтом отношении представляют средние слои населения, поскольку именно их позиция оказывается определяющей для реализации той либо иной модели.

По мнению Ротштейна, шведские социал-демократы являются «чемпионами мира» вделе успешного создания баланса между интересами «синих» и«белых воротничков», поскольку сумели организовать социальную

124

политику, позволяющую получать поддержку нетолько традиционных избирателей израбочего класса (чья численность с течением времени убывает), но и среднего класса вцелом. Как следует изопросов шведского населения, такая социальная политика стабильно поддерживается общественным мнением: «волна идей либерального характера, вызвавшая политическую дискуссию в1980-егоды, не оказала никакого влияния науровень поддержки населением той части системы соцобеспечения, которая организована на универсальной основе». Это вынуждает ипартии, находящиеся справа отсоциалдемократов, согласиться сидеологией универсального социального государства. Например, сменившее в1990-х ненадолго социал-демократов четырехпартийное буржуазное правительство заявило освоей поддержке универсальной модели следующим, весьма нелицеприятным для селективной политики, образом: «Социальная политика вШвеции в основном универсальна. Альтернативной моделью является селективная система, нацеленная на поддержку только наиболее нуждающихся. Такая система имеет много недостатков: она требует больше тестирования и контроля— кто-то должен решать, кто имеет право напомощь, а кто нет, иэто легко приводит к бюрократизации и вмешательству в частную жизнь граждан. Кроме того, селективная система создает маргинальные эффекты: вто время как выплаты падают, доходы растут, имногие люди рискуют попасть вловушку бедности. Фундаментальная идеология социального государства, базирующегося науниверсальном подходе, должна ивбудущем служить нам проводником». Таким образом, заисключением консервативной партии ни одна партия в Швеции неготова бросить серьезный вызов базовым принципам универсального социального государства.

Соответственно, первый тезис, касающийся политической логики, состоит втом, что универсальная модель социальной политики может существовать только вслучае, если ей оказывают поддержку социальные слои,

125

не имеющие отношения к«бедным», «обездоленным», «рабочему классу» идругим подобным социальным группам, которых недостаточно, чтобы создать необходимую электоральную базу для всеобъемлющей системы соцобеспечения. Ноинаоборот: рассчитывать наподдержку универсальной социальной политики беловоротничковыми группами ивцелом средним классом можно, только если она организована так, чтобы соответствовать их интересам.

Критическая важность позиции, занимаемой средними слоями, очевидна, если вернуться ктаблице, накоторой представлена иллюстративная модель перераспределения доходов вуниверсальном социальном государстве. Видно, что для средней группы (группа С), которая уплачивает в налоги практически столько же, сколько затем получает вформе социальных услуг итрансфертов, универсальная социальная политика в целом представляет экономический кругооборот (исследования Седерстрема показывают, что средние слои теряют врезультате работы системы социального страхования, однако ввиду того, что они гораздо более интенсивно используют финансируемую государством систему образования, сферу культуры ит. п., они выходят приблизительно набаланс). Исходя изтезиса остремлении рациональных индивидов к максимизации полезности, можно было бы ожидать отэтой группы демонстрации большей неопределенности вотношении куниверсальной модели, чем улюбой другой группы. Однако они оказывают ей твердую истабильную поддержку. Значит, усреднего класса есть основания полагать, что, при определенных условиях он может остаться ввыигрыше отуниверсальной социальной политики.

Что же это заусловия? Первое условие связано ссоответствием объема икачества предоставляемых государством благ размеру средств, уплаченных этой группой вналоги. Если услуги государства оказываются низкого качества или недоступны, либо широко распространено мнение овозможности в рамках подобной системы зло-

126

употреблять общественными ресурсами, то естественно ожидать нежелания средних слоев поддерживать универсальную социальную политику, т. е. платить за нее. Вполитической терминологии это означает, что средняя группа откажет партиям, реализующим подобную политику, всвоей электоральной поддержке. Если подобного непроисходит, значит, это условие выполняется.

Другая рациональная причина для средней группы поддерживать универсальную систему, несмотря наотсутствие прямой экономической выгоды, связана состраховым характером системы соцобеспечения врамках универсальной модели. Дело втом, что селективная модель, во-первых, до представления помощи нуждающимся требует отпотенциальных получателей распродать имущество, и,во-вторых, помощь оказывается в таком объеме, какого хватает лишь наподдержание минимального уровня жизни. Впоследствии все это может усложнить решение возникших проблем ивозвращение ктрудовой жизни. По-видимому, быть принужденными всилу временных трудностей— агарантий вечного благополучия ни укого нет — распродать большую часть имущества, иесть то самое, что, вособенности, средний класс считает абсолютно неприемлемым.

Критическая важность позиции средней группы состоит в том, что она является решающей для исхода выборов— если исходить изпредпосылки орациональных, основанных на эгоистическом интересе, основаниях электорального поведения. Группы D иЕ, следуя своему рациональному интересу, заведомо поддержат универсальную модель, так как отподобной социальной политики они получают прямую материальную выгоду. Группы АиВбудут против такой системы, так как платят вналоги больше, чем получают взамен (они, впринципе, могут поддержать такую политику, ноподругим причинам). Значит, именно группа С, отголосов которой зависит, какая изсторон получит большинство, определяет направление политики.

127

Таким образом, для сохранения курса на реализацию универсальной социальной политики исключительную важность представляет позиция средней группы: ипотому, что она экономически наиболее чувствительна ктому, как работает система; ипотому, что отнее зависит исход выборов. Изэтого следует вывод отом, что встранах суниверсальной социальной политикой был успешно достигнут политический альянс между группами С, D, иЕ; там же, где политическое большинство состоит изгрупп А, В и С, реализуется селективная политика. Сделанное на основе теоретических рассуждений, это заключение находит подтверждение вданных опросов, посвященных изучению поддержки системы соцобеспечения разными социальными группами: чем сильнее социально-классовая поляризация, тем уже база поддержки универсальной модели социального государства, причем именно средняя группа— самая колеблющаяся, иее поддержка наиболее условна.

Моральная логика универсальной

иселективной моделей

В то же время, один лишь рациональный эгоистический интерес неможет объяснить существование (т. е. электоральную поддержку) универсальной модели соцобеспечения. Так, допустим, что средние идоопределенной степени высшие классы поддерживают универсальную модель потому, что переоценивают риск потери дохода, превращения вбезработных ит. д., иэто заставляет их смириться стем, что всугубо материальном плане они не получают ничего. Однако в таком случае они, будучи рациональными истремящимися избежать риска, должны были бы попытаться вместо принятия насебя издержек поддержания более низких классов (платящих меньше налогов инуждающихся в большей поддержке) организовать себе— наклассовой или профессиональногрупповой основе — отдельную систему социального страхования исоциальных услуг. Ноэтого непроисходит:

128

несмотря нато, что в1970–80-егоды во всех скандинавских странах буржуазные партии получали бразды правления наотносительно долгий срок, никаких заметных сокращений всоциальных расходах или изменений всторону более селективной политики непроисходило. Следовательно, существуют какие-то иные, кроме сугубо эгоистического материального интереса, мотивы поддержки универсальной модели социальной политики. Нотогда мы приходим кпредположению оналичии уразличных типов социального государства своей, особой моральной логики, устанавливающей связь между доминирующими социальными нормами имоделью системы соцобеспечения. Причем можно предположить, что моральный аспект имеет наибольшее значение для средних слоев, имеющих врамках универсальной модели нулевой баланс полезности, притом, что их электоральная поддержка оказывается решающей. Ведь когда рациональный, основанный наэгоистическом интересе, подсчет полезности дает неясный результат, особую важность вмотивации поведения могут приобретать рассуждения морального характера.

Для прояснения моральной логики, лежащей воснове разных моделей соцобеспечения, Ротштейн предлагает обратиться ктеории условного согласия, рассуждающей отом, при каких условиях большое число граждан готово действовать солидарно иделать выбор в пользу универсальной, анеселективной социальной политики, хотя ее реализация неполностью совпадает сосферой их непосредственных материальных интересов.

Первое из трех условий связано свопросом о справедливости целей деятельности государства, в данном случае— справедливости целей, накоторые направлена реализация данной модели социальной политики. Итак, можно ли доказать, что цели универсальной модели справедливы? Можно, если в рамках обсуждения вопроса о том, что должно делать государство, исходить изпостулата, что государство должно относиться ко всем своим гражданам с«равной заботой и уважением». Этот

129

принцип, подчеркивает Ротштейн, составляет сущность универсальной социальной политики, поскольку основной посыл универсальной модели заключается в том, чтобы не производить селекцию среди населения — неотделять «нуждающихся» и«бедных» от остальных граждан и необращаться с ними иначе. Напротив, все направлено нато, чтобы обеспечить граждан всоответствии спринципом равной заботы иуважения базовыми возможностями, и,тем самым, более или менее уравнять их вспособности действовать как автономные индивиды.

В случае селективной политики, государство отделяет граждан, неспособных самостоятельно себя обеспечить, иобеспечивает их. Но чтобы это сделать, государство должно сначала определить, принадлежат ли они к нуждающейся группе и, если да, то какого размера социальный трансферт им следует выделить. Сделать это, ненарушая принцип «равного уважения», очень трудно: сам акт выделения нуждающихся почти всегда ставит наних клеймо социальной неполноценности.

Поскольку общественная дискуссия врамках селективной модели часто сводится к вопросу о том, что хорошо адаптированному к жизни большинству делать сменее приспособленным или социально маргинализированным меньшинством, справедливость целей социальной политики может ставиться большинством под сомнение: уналогоплательщиков могут возникнуть вопросы, во-первых, в отношении того, где должна быть проведена линия между нуждающимися иненуждающимися, и,во-вторых, невиноваты ли сами нуждающиеся всвоем затруднительном положении, иначе говоря, законны ли их просьбы опомощи. Таким образом, врамках селективной модели дискуссия часто фокусируется на«незаслуживающих помощи» бедных, иидут бесконечные дебаты отом, как игде проводить эти две демаркационные линии. Поскольку дискуссия осоциальной политике повернута ненавопрос отом, что вообще справедливо, анатом, что необходимо сделать для нуждающихся в помощи госу-

130

<<< < Предыдущая 1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 1213 / 4313 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24 25 > Следующая >>>

Соседние файлы в предмете [НЕСОРТИРОВАННОЕ]