Добавил:
ivanov666
Опубликованный материал нарушает ваши авторские права? Сообщите нам.
Вуз:
Предмет:
Файл:Собор и соборность к столетию начала новой эпохи
.pdf
Д. В. Пашков. Процедура Вселенских Соборов
Отметим, наконец, что на VII Вселенском Соборе присутствовали, в соответствии с волей императрицы Ирины, также
«благочестивейшие монахи» (132 человека, в их числе игумены), которые участвовали в обсуждениях и даже поставили
свои подписи (разумеется, после епископов) на изложении
1
веры во время четвертой сессии
.
Председательство
2
При решении вопроса о председательстве на том или ином
Вселенском Соборе прежде всего необходимо различать собственно председателя и первенствующего епископа.
Для того чтобы уяснить это важное различие, необходимо
напомнить, что уже с конца позапрошлого столетия в церковно-исторической науке утвердилось представление о процессуальном сходстве заседаний Вселенских Соборов и римского
3
сената
. В частности, эта концепция дает возможность достаточно рельефно очертить функции как соборного председателя, так и прочих его участников. Что касается председателя,
как в сенате (по меньшей мере в эпоху домината), так и на
Соборах это место занимал император или те высшие чиновники (магистраты), кому он поручал себя представлять. Не
имея собственного голоса в принятии решений, председатель
играл тем не менее одну из ключевых ролей – как в сенате,
так и на Соборе. Занимая центральное место в зале заседаний
лицом к собранию, он провозглашал повестку текущего дня,
определял регламент, своевременно предоставлял участникам
слово и прекращал подачу мнений (если наблюдалось единство), ставил вопросы на голосование и подводил его итоги.
В роли соборных председателей императоры осуществляли непосредственное руководство I, II, IV, VI Вселенскими
Соборами, а также, возможно, и Трулльским (Пято-Шестым).
Они осуществляли руководство либо лично, либо опосредо-
1
См.: ДВС. Т. 4. С. 487–490; Mansi. Vol. 13. Col. 152–156.
2
См.: Chrysos E. Konzilspräsident und Konzilsvorstand // Annuarium
Historiae Conciliorum. 1979. № 11. Heft 1.
3
Сопоставление процедуры римского сената и Вселенских Соборов
проведено в статье: Пашков Д., свящ. Сенат и Синод в позднеримской
империи // Богословские труды. № 43–44. М., 2012. С. 471–481.
31
Институт церковного собора на Востоке и Западе
ванно – через своих чиновников и сенаторов. На некоторых
Соборах руководство осуществлялось не одним председателем, а группой лиц – президиумом.
Точно так же процессуальная роль «первенствующего еписко-
па» проясняется благодаря возможности найти ему аналог среди
членов сената. Именно его место соответствует месту «старейшего сенатора» (princeps senatus), который сидел всегда первым,
но в ряду прочих сенаторов и подавал первым свое компетентное мнение по обсуждавшейся проблеме. Точно так же и «превенствующий» на Соборе епископ высказывался первым в ряду
прочих епископов, когда председатель Собора ставил проблему
к обсуждению. Чаще всего это место отводилось римскому епископу, а точнее, его легатам. Прочие епископы подавали свои
мнения каждый от себя в строгом порядке старшинства, после
более или менее пространной речи «первенствующего». Мнения
соборных отцов могли в той или иной степени зависеть от степени убедительности речи первенствующего епископа, который, таким образом, играл важную роль при принятии решений.
Однако первенствующий не принимал процессуальных решений
и не определял регламент, так как это всегда оставалось прерогативой председателя Собора.
Так, Константин Великий созывает епископов на I Вселенский Собор таким же способом, как он созывал сенаторов на
экстренные сессии, и лично председательствует на первой сессии (важнейшей по содержанию работы); в качестве первенствующего епископа, который от лица Собора приветствует
1
Константина, выступает свт. Евстафий Антиохийский
. Прямое
возглавление созванного им VI Вселенского Собора осуществляет также Константин IV, и лишь на 12–17-й сессиях, когда
его отвлекла война с болгарами, ему на смену пришли четверо
назначенных им чиновников, которые при этом дожидались
его возвращения, чтобы он мог торжественно закрыть Собор.
Трулльским (Пято-Шестым) Собором лично управляет император Юстиниан II, что следует из текста 3-го канона: «Поелику
благочестивый и христолюбивый царь наш предложил сему свя-
1
См.: Феодорит. ЦИ. 1. 6. О председательстве на I ВС (с обоснованием
первенства Евстафия) см.: ΦειδQς Β. προεδρα τς πρτης οκουµενικς
συνδου // κκλησιαστικς Φρος. 1975. 57. Σ. 218–268, 407–466.
32
Д. В. Пашков. Процедура Вселенских Соборов
тому и вселенскому собору…»1 – а также из того факта, что в подписном листе его подпись стоит первой перед прочими епископами. Первенствующим епископом на этом Соборе являлся, по
2
всей видимости, константинопольский патриарх Павел
.
Идеальным порядком отличался, как известно, IV Вселенский Собор, председательство которым осуществляли от лица
императора представители правительственной элиты (все-
3
го 19 человек)
. Они именуются в актах «славнейшими чиновниками» (ρχοντες) и «высочайшим сенатом» (περφυς
σγκλητος). Первенствующими же епископами были, очевидно, римские легаты, за которыми подавал свое мнение константинопольский архиепископ Анатолий. С полным правом
можно констатировать, что этот Собор, а также упомянутый
выше VI управлялись светским президиумом, представлявшим
персону императора.
Несколько отдельно стоят V и VII Соборы: во главе находятся и управляют ими не императоры или его гражданские
представители, а епископы. Более того, V Вселенский Собор
создал интересный прецедент епископского президиума. В сво-
их посланиях Собору, оглашавшихся в начале заседаний, император Юстиниан адресуется к предстоятелям главных кафедр Вселенской Церкви: «…Евтихию Константинопольскому,
Аполлинарию Александрийскому, Домнину Феопольскому (т. е.
Антиохийскому. – Д. П.), Стефану, Георгию и Дамиану благоговейнейшим епископам, представителям Евстохия, блаженнейшего мужа, архиепископа и патриарха Иерусалимского, и прочим
4
благоговейнейшим епископам, собравшимся из разных стран…»
В присутственных списках, открывающих отдельные заседания этого Собора, фигурируют имена только этих епи-
1
«πειδ δ εσεβς κα φιλχριστος µν βασιλες τ γ τατ κα
οκουµενικ προσεφνησε συνδ…»: Joannou. Op. cit. P. 125–126; Ohme. Das
Konzil Quinisextum. S. 184.
2
См.: Ohme H. Das Concilium Quinisextum und seine Bischofsliste. Studien
zum Konstantinopeler Konzil von 692. B.; N. Y., 1990. S. 145.
3
Поименный список председателей Халкидонского Собора с основны-
ми сведениями по каждому лицу приводит в своей статье Хансен: Hansen
G. H. Ein kurzer Bericht über das Konzil von Chalkedon // Fontes Minores X
(Forschungen zur byzantinischen Rechtsgeschichte). Frankfurt am Main, 1998.
S. 101–139.
4
ДВС. Т. 3. С. 298–299.
33
Институт церковного собора на Востоке и Западе
скопов с прибавкой «и прочие, как выше, в первом собрании». Путем таких регулярных посланий, которые приносили
в начале сессий посыльные чиновники, император, отсутствуя
лично, осуществлял тактическое управление Собором. Этим
предписаниям отцы, как видно из актов, следовали без возражений и послушно. Что касается VII Собора, его единолично
возглавлял св. патриарх Тарасий, его истинный вдохновитель,
которого в официальных актах обозначили как «председателя»,
1
«προκατρχων»
. Императорские представители занимали места не в центре, а в среде архимандритов и простых монахов.
Тем не менее знакомство с актами не оставляет сомнений, что
свт. Тарасий действует на протяжении всего Собора как уполномоченный Ириной, а на последней (8-й) сессии императоры
(сама Ирина и ее сын Константин) занимают место председателей, обращаются к Собору (подобно председательскому relatio
в римском сенате), слушают чтение соборного определения,
подписывают его, а затем выслушивают хвалебные аккламации со стороны епископов (в римском сенате они возглашались сенаторами в адрес председателя сразу после принятия
2
сенатусконсульта)
.
И только на III Вселенском Соборе перед нами предстает
существенно иная картина. Император предполагал, что роль
председателя будут исполнять уполномоченные на то придворные чиновники, но им так и не удалось привести епископов в
подчинение себе. Место председателя волюнтаристски взял себе
свт. Кирилл Александрийский. Другими словами, свт. Кирилл
управлял Собором вопреки воле императора, а значит, с наруше-
нием устоявшихся в обычае процессуальных норм. Таким образом, пример III Вселенского Собора непоказателен и являл собой лишь исключение (при этом очень неудачное) из обычного
правопорядка.
Таким образом, мы видим , что пятью Соборами (если учитывать Пято-Шестой Трулльский) управляют императоры лично либо в некоторых случаях через представителей. На двух –V и
1
См.: ДВС. Т. 7. С. 36; АСО. Ser. II. Vol. 3. Par. 1. P. 36.
2
См.: Пашков Д., прот. Указ. соч. С. 476, 480. О роли Ирины в работе
VII Собора см.: De Vries W. Orient et Occident. Les structures ecclésiales vues
dans l’histoire des sept premiers conciles oecuméniques. P., 1974. P. 236–242.
34
Д. В. Пашков. Процедура Вселенских Соборов
VII – законным образом и с ведома императоров председательствуют высшие епископы, а процедура III Собора вообще не является показательной.
Топография и подача мнений
Местом соборных заседаний иногда служил императорский
дворец (I и VI Соборы), но чаще всего храм.
Как было отмечено выше, процедура соборных заседаний
повторяла внешне процедуру сенатских слушаний. То же самое можно увидеть и в «топографии» Соборов: размещение
их участников с хорошей точностью воспроизводило план
сенатской сессии. Так, президиум занимал центральное место лицом к Собору, а епископы – на лавках друг против дру-
1
га, на одном уровне с президиумом
. Помимо официальных
нотариев, осуществлявших стенографирование, на Соборе
присутствовали еще и частные секретари, которых нанимали
некоторые епископы.
Наилучшим образом восстанавливается план размещения
2
участников IV Вселенского Собора в Халкидоне
. Это был наиболее организованный внешне и хорошо запротоколированный
Собор. Согласно его Актам, в рассадке епископов соблюда-
3
лась следующая иерархия: митрополиты
следовали за первен-
ствующим епископом Собора (Римский папа Лев в лице своих
4
легатов)
; за ними сидели рядовые епископы (епархиоты)5; затем – монахи (если они допускались на заседание, как, например, Карос, Дорофей и группа монахов на одном из заседаний
Собора, не имевших права решающего голоса); посреди было
6
возложено св. Евангелие
. Легаты римского папы, как уже было
1
См.: ДВС. Т. 2. С. 65–66; АСО 2. 1. 1. Р. 65.
2
Описание размещения епископов на Халкидонском Соборе см.:
Schwartz E. Über die Bischofslisten der Synoden von Chalkedon, Nicaea und
Konstantinopel. Munchen, 1937. S. 9–44.
3
По аналогии с преторами в римском сенате.
4
Подобно princeps senatus в римском сенате.
5
Что соответствовало рангу эдилов в римском сенате.
6
О происхождении традиции возложения Евангелия см.: Chrysos E.
Konzilspräsident und Konzilsvorstand // Annuarium Historiae Conciliorum.
1979. Bd. 11. H. 1. S. 7–8.
35
Институт церковного собора на Востоке и Западе
сказано выше, выполняли функции «первого сенатора»1: сидели
первыми, первыми высказывали свои соображения, оказывая
таким образом влияние на позицию прочих епископов при подаче мнений и голосовании.
2
Епископы располагались по диоцезам
, а внутри диоцезов –
по провинциям. Митрополиты, как сказано выше, сидели отдельно от своих епархиотов ближе к президиуму.
Помимо епископов соборные акты от лица своих отсутствовавших епископов подписывали несколько хорепископов, пресвитеров, дияконов, иподияконов (на Халкидонском
3
Соборе под актами поставил свою подпись даже один чтец)
.
Заключение
К началу IV в. происходит не только добровольная христианизация империи, но и усвоение Церковью традиционных форм
римской политической организации, в частности сенатских слушаний. Как сенат в поздней Римской империи фактически становится императорским учреждением, так и Вселенские Соборы
инициируются и проводятся императором, а соборным постановлениям придается статус государственных законов. Римские
легаты, вопреки распространенным представлениям римско-католических историков об их доминирующей роли на Соборах,
выступают всего лишь как первенствующие, имея постоянное
право только первых заявителей при подаче мнений.
Главенствующее место и определяющая роль императора на
Вселенских Соборах – первое и самое существенное их отличие
от недавнего «Святого и Великого Собора Православной Церкви»
на о. Крит. Выступая в роли верховного арбитра соборной деятельности, императоры в немногих случаях перепоручали свои
председательские полномочия своим представителям – то свет-
1
Гельцер называет их «principes des geistlichen Senatus»: Gelzer H. Die
Konzilien als Reichsparlamente // Gelzer H. Ausgewählte kleine Schriften.
Leipzig, 1907. S. 147.
2
Восток (Антиохийский и Иерусалимский патриархаты), Иллирик
(Фессалоникский викариат), Понт (Кесария, ныне Константинопольский
патриархат), Асия (Эфес, ныне Константинопольский патриархат), Фракия
(Гераклея, ныне Константинопольский патриархат).
3
См.: АСО 2. 1. 2. Р. 144.
36
Д. В. Пашков. Процедура Вселенских Соборов
скому президиуму, то президиуму епископов, которые действовали in corpore и в согласии с учредителем Собора (на прошедшем
Соборе, напомним, председательствовал и направлял ход дискуссий вселенский патриарх, а предстоятели других Поместных
Православных Церквей восседали справа и слева от него).
Что касается представительства, в одном-единственном случае III Вселенского Собора (на который император пригласил
всех митрополитов с несколькими способными епископами)
мы видим подход, схожий с тем, что был разработан на встрече
предстоятелей Православных Церквей на Фанаре в марте 2014 г.:
состав формируется делегациями по 24 епископа от каждой
Поместной Церкви, не считая предстоятелей. К участию же в
большинстве Вселенских Соборов призывались все правящие
епископы или их представители. Подача голосов на Вселенских
Соборах осуществлялась каждым епископом в отдельности, в то
время как по Регламенту «Святого и Великого Собора» 2016 г. делегация каждой из 14 Поместных Церквей обладала одним голосом, т. е. голосует Церковь, а не каждый член делегации.
Церковь Христова свободно и самостоятельно, в духе и на
основании евангельских принципов и с благодатной помощью
Божией вырабатывает те или иные формы своего устроения (в
частности, соборной деятельности), которые устанавливаются
не на основе каких-либо отвлеченных идей, а в первую очередь
соображениями целесообразности, стремлением к церковной
пользе, уровнем внутренней готовности к соответствующим
Священному Преданию благим переменам. Однако «Святой и
Великий Собор» июня 2016 г. на Крите никак нельзя приравнивать к Вселенским не только из-за отсутствия серьезной догматической повестки, что также отметил патриарх Кирилл в докладе
1
Архиерейскому Собору
, но и по своему существенно отличав-
шемуся от великих образцов первого тысячелетия Регламенту.
Ключевые слова: Вселенские Соборы, созыв, представительство, председательство, президиум, размещение участников,
процессуальная роль императора.
1
URL.: http://www.patriarchia.ru/db/text/4365337.html (дата обращения
25.02.2018).
37
Институт церковного собора на Востоке и Западе
senior lecturer of the Universal and Russian
Church history and canonical law department of
Archpriest Dimitriy Pashkov,
St. Tikhon’s Orthodox University
papadimitrios1@gmail.com
THE PROCEDURE OF THE ECUMENICAL COUNCILS
D. PASHKOV
In this report, on the basis of sources, the main
procedural details of the Ecumenical Councils are examined,
i.e. order of their convocation, representation of diff erent
Churches, chairmanship, the placement of attendees in the
hall of the Council meetings and their procedural role. A
special attention is paid to the unique role of the emperor.
It is again emphasized how important for an appropriate
description of the procedural status of each participant it is
to bear in mind the identical arrangement and organization
of the Roman Senate and the Ecumenical Council, which is
already fi rmly established by Church history. As a conclusion,
the fundamental dissimilarity of processes of the Ecumenical
Councils and the recent Pan-Orthodox Council in Crete is
considered.
Keywords: Ecumenical Councils, convocation, representation,
chairmanship, presidium, placement of attendees, emperor’s procedural role.
Список литературы
1. Афанасьев Н. Н. Провинциальные собрания Римской империи и
Вселенские Соборы: К вопросу об участии государственной власти на Вселенских Соборах // Записки Русского научного института в Белграде. 1931.
№ 5. С. 25–46.
2. Пашков Д., свящ. Сенат и Синод в позднеримской империи //
Богословские труды. № 43–44. М., 2012. С. 471–481.
3. Beck H.-G. Kirche und Klerus im staatlichen Leben von Byzanz // Revue
des études byzantines. 1966. № 24. P. 1–24.
4. Chrysos E. Konzilspräsident und Konzilsvorstand // Annuarium Historiae
Conciliorum. 1979. № 11 (1979). Heft 1. S. 1–17.
5. De Vries W. Orient et Occident. Les structures ecclésiales vues dans
l´histoire des sept premiers conciles oecuméniques. P., 1974.
38
А. А. Королев. Полномочия римского епископа в апелляционных канонах...
6. Dvornik Fs. Emperors, Popes, and General Councils // DOP. 1951. № 6.
7. Gelzer H. Die Konzilien als Reichsparlamente // Gelzer H. Ausgewählte
kleine Schriften. Leipzig, 1907. S. 142–155.
8. Hansen G. H. Ein kurzer Bericht über das Konzil von Chalkedon //
Forschungen zur byzantinischen Rechtsgeschichte. Bd. 22. Fontes Minores X
(Forschungen zur byzantinischen Rechtsgeschichte. Bd. 22). Frankfurt am Main,
1998. S. 101–139.
9. Joannou P.-P. Discipline generale Antique (IIe–IXe s.). T. I–III.
Grottaferrata (Roma), 1962. Vol. I. 1.
10. Lübeck B. K. Reichseinteilung und kirchliche Hierarchie des Orients //
Kirchengeschichtliche Studien. Bd. 5. Heft. 4. Münster, 1901.
11. Ohme H. Das Concilium Quinisextum und seine Bischofsliste. Studien
zum Konstantinopeler Konzil von 692. Berlin; N. Y., 1990.
12. Schwartz E. Über die Bischofs der Synoden von Chalkedon, Nicaea und
Konstantinopel. Munchen, 1937.
13. Sieben H. J. Die Konzilsidee der alten Kirche. Padeborn; München; Wien;
Zürich, 1979.
14. ΦειδQς Β. προεδρα τς πρτης οκουµενικς συνδου //
κκλησιαστικς Φρος. 1975. 57. Σ. 218–268, 407–466.
Королев Александр Андреевич,
западноевропейского Средневековья
и раннего Нового времени ИВИ РАН
канд. культурологии,
науч. сотрудник Отдела
aaalkorr@gmail.com
ПОЛНОМОЧИЯ РИМСКОГО ЕПИСКОПА
В
АПЕЛЛЯЦИОННЫХ КАНОНАХ СЕРДИКСКОГО
СОБОРА
А. А. КОРОЛЕВ
В статье рассматривается вопрос об идейной основе так называемых апелляционных канонов, принятых на
Сердикском соборе (343). Эти каноны неоднократно привлекали внимание историков ранней Церкви и особенно
папства, которые обычно рассматривали их как западную,
«никейскую», реакцию на постановления «евсевианского»
собора в Антиохии (341). Как правило, признание апелляционной юрисдикции римского епископа в Сердике,
оказавшее заметное влияние на развитие папских власт-
39
Институт церковного собора на Востоке и Западе
ных полномочий, связывается с конкретными обстоятельствами дела о низложении Афанасия Александрийского.
В статье сделана попытка поместить сердикские каноны
в контекст формирования системы канонического права и становления церковной законодательной власти.
Постановления соборов первой половины IV в. предусматривали региональную дисперсию властных полномочий,
которая совмещалась с автономией локальных церковных
структур и коллегиальностью в принятии важных решений. Особый статус крупнейших епископских кафедр,
признанный Никейским собором, был проигнорирован
«евсевианами» в Антиохии. Предполагая возможный конфликт между «соборной» системой и традиционными
представлениями об «апостольском преемстве» и вселенском церковном общении, участники Сердикского собора
попытались согласовать особые права римского епископа с полномочиями региональных соборов. Примеры из
церковной истории III в., заимствованные в основном из
переписки Киприана Карфагенского, свидетельствуют
о признании исключительного статуса Римской Церкви,
которая не только хранила традицию, восходившую к апостолам Петру и Павлу, но и служила центром системы церковного общения. Поскольку папские властные полномочия не были определены, их могли трактовать в широком
смысле, вплоть до непосредственного контроля римского
епископа над другими церковными иерархами и ревизии соборных решений. В Сердике была сделана попытка
ограничить власть римского епископа и определить условия, в которых он имел право осуществлять высшую юрисдикцию.
Среди канонических правил, принятых Сердикским
(Сардикийским) собором в 343 г., особое внимание исследователей привлекают так называемые апелляционные каноны, в которых определяются судебные прерогативы римского
1
епископа
. Речь идет о трех постановлениях, предложенных
епископами Осием Кордубским (Кордовским) и Гауденцием
Наисским (Нишским) и одобренных остальными участниками собора (в латинской версии – каноны 3c, 4 и 7, в грече-
1
Автор благодарит Анну Николаевну Крюкову за помощь в работе над
статьей и профессора Поля Маттеи за ценные замечания.
40
Соседние файлы в предмете [НЕСОРТИРОВАННОЕ]