Добавил:
ivanov666
Опубликованный материал нарушает ваши авторские права? Сообщите нам.
Вуз:
Предмет:
Файл:Свобода совести в истории России идеи, законодательные проекты, практическое воплощение. Конец XIX – первая четверть XX в.
.pdf
опасности» применять любые средства, чтобы препятствовать «вредной деятельности сектантских организаций». В некоторых губерниях
особенно агрессивно вели себя представители черносотенных организаций, обвинявшие адвентистов в пособничестве и шпионаже в
пользу Германии, саботаже мобилизационной политики государства.
В общей сложности было призвано на военную службу около
500 адвентистов. Большинство из них попали в санитарные или телеграфные части и мастерские. Около 70 человек за отказ брать в руки
оружие были приговорены к тюремному заключению или к каторжным работам на срок от 2 до 16 лет.
Армия Спасения
Первые общины появились в Российской империи, в Великом
княжестве Финляндском, в 1889 г. На территории Финляндской
губернии к началу XX в., хотя и без юридического разрешения, но
фактически беспрепятственно действовали 61 отделение (корпус) и
в них насчитывалось 4185 человек (302 – офицера и кадета, 551 – унтер-офицер, 3332 – солдата
1
). Вместе с тем, на все обращения руководителей Армии Спасения разрешить официально действовать не
только в Финляндии, но и в других районах империи, власти отвечали отказом. Не смог добиться этого разрешения и побывавший в
России в 1909 г. генерал Армии Спасения У. Бут. Позднее, в 1911 г.,
Совет министров на своем заседании рассмотрел обращение У. Бута
о регистрации Армии Спасения в России. Оно было признано неподлежащим удовлетворению, поскольку:
1) центр организации находился за границей, что лишало россий-
ские власти возможности какого-либо контроля за его деятельностью;
2) организация отрицательно относилась к православию и «совра-
щала» православных.
Одним из первых общественных признаний Армии Спасения за
пределами Финляндии стало ее участие во Всероссийской гигиенической выставке, проведенной летом 1913 г. в Санкт-Петербурге под
лозунгом «Физическое и моральное здоровье нации». Финляндской
Армии Спасения, которую возглавлял Карл Ларссон, был присвоен
почетный диплом «За широкую деятельность в области общественного призрения».
1
Организация Армии Спасения отчасти напоминает армейскую структуру: во главе ее стоит «генерал», руководители общин называются «офицерами», рядовые члены называются «солдатами»; имелись общие униформа и
знаки отличия (значки, эмблемы). Традиционно уличные марши и шествия
Армии сопровождаются игрой оркестра. Однако вся военизированная структура Церкви имеет исключительно символической характер.
51
Отсутствие официальной регистрации Армии Спасения в России
осложняло обстановку и для организации собраний, и для создания
общин. За действиями офицеров установлено было постоянное наблюдение со стороны охранки. Каждый раз при проведении собрания
организаторы подвергали себя опасности быть оштрафованными и
более того – осужденными за проведение нелегальных собраний.
И вместе с тем, тогда же власти г. Санкт-Петербурга дали разрешение на издание на русском языке журнала «Вестник спасения».
Первоначально его тираж составлял 6–8 тыс., но постепенно он
возрос до 19 тыс. экземпляров. В 1914 г. Армия Спасения открыла
в Петрограде первый трущобный пост или «станцию работы среди
бедных». В этом же году в дни православной Пасхи 20 одетых в форму человек, солдат и офицеров, со своим знаменем и пением псалмов,
в сопровождении музыкальных инструментов прошли по центру столицы и провели собрание в редакции журнала.
В ноябре 1914 г. Армия Спасения отметила свой 25-летний
юбилей деятельности в Финляндии. К этой дате в Финляндии насчитывалось 80 корпусов и 350 офицеров, трудившихся: на постах
«Слема»; в приютах для падших женщин; в дровяных дворах, где безработные получали работу; в ночлежных домах, приютах для детей
и яслях. Издавались еженедельная газета и журналы, в том числе
для детей; переводились и распространялись книги по истории и современной деятельности Армии; строились здания для нужд Армии,
где тысячи людей собирались на религиозные собрания, и где проповедовалось Евангелие. В декабре же 1914 г. проведена была первая
массовая акция российского корпуса – Рождественский праздник
для детей. 20 декабря 1914 г. состоялась первая торжественная церемония посвящения в солдаты жителей Санкт-Петербурга. Под знамя
Армии встали восемь человек. Первые русские спасенцы сформулировали и свой девиз: «Русь – для Христа!» Немногим позже, в марте
1915 г., к ним присоединилось еще пять человек. Таким образом, фактически был сформирован петроградский корпус Армии Спасения,
где наряду с русскими были эстонцы, шведы, финны. Ввиду запрета
на официальную деятельность Армии в России, все эти люди были
зарегистрированы как солдаты корпуса Храма Хельсинки, а не как
российский корпус.
С началом боевых действий в Европе за линией образовавшихся фронтов осталось немалое число россиян. Финляндская Армия
Спасения оказывала поддержку этим людям питанием, деньгами,
одеждой, предоставлением помещений и медикаментов, стараясь помочь им добраться до России.
В 1914–1915 гг. спасенцы открыли в Петрограде приюты для детей и беженцев, сиротский приют, летние колонии для детей. Армия
52
Спасения в Финляндии и в Петрограде поддержала инициативу отделений Армии в других странах по оказанию гуманитарной помощи воюющей России. В 1916 г. Армия Спасения Канады передала
в дар России пять автомобилей «скорой помощи», оборудованных
для обслуживания раненых и перевозки их с поля боя в лазареты.
Император Николай II соизволил принять этот дар.
С началом Первой мировой войны (1914–1918) на Финляндию
были распространены законы военного времени и цензуры. Тогда же
здесь, как и на других прифронтовых территориях, активизировались
действия российских спецслужб, и тотчас же жандармские управления были буквально завалены доносами по обвинению разных лиц в
шпионаже, политической неблагонадежности или сочувствии к воюющим странам.
В атмосфере всеобщего психоза и подозрительности Департамент
полиции МВД обратил внимание и на Армию Спасения. В отношении ее организаций предприняты были меры по выявлению и пресечению «противозаконной деятельности». Руководитель Армии
Спасения Карл Ларссон был обвинен в связи с иностранным государством и шпионаже в пользу воюющего противника. Предлагалось
закрыть «Вестник спасения» как «орган сектантской пропаганды»,
возбудить судебное преследование против его издателей, выслать из
Финляндии К. Ларссона.
К началу 1917 г. объединения Армии Спасения, кроме Финляндии,
действовали в Санкт-Петербурге и его окрестностях, в Москве, в
Орловской и Вологодской губерниях, в Одессе.
Евангельские христиане
Родственное баптистам течение в российском протестантизме,
зародилось в Санкт-Петербурге в конце XIX в. и связано с деятельностью Г.В. Редстока и В.А. Пашкова. Государство преследовало новое движение, запрещало деятельность общин, подвергало арестам и
высылкам лидеров. С началом XX в. история евангельских христиан
связана с деятельностью И.С. Проханова, поставившим цель объединения разрозненных общин евангельских христиан и создания
Русского евангельского союза. Первые три съезда евангельских христиан состоялись в Санкт-Петербурге (1909, 1911, 1912). На Втором
съезде был учрежден Всероссийский союз евангельских христиан,
председателем которого стал Проханов. На Втором Всемирном конгрессе баптистов (Филадельфия, США, 1911) Всероссийский союз
евангельских христиан был принят в члены этой Международной организации, а Проханов стал одним из 10 вице-президентов.
Численность последователей данного течения возросла с 20,8 тыс.
в 1905 г. до 30,2 тыс. в 1912 г. В Санкт-Петербурге на Васильевском
53
острове в 1912 г. был открыт построенный на деньги верующих Дом
Евангелия, ставший главным центром евангельских христиан в
России
1
.
Предвоенный период отмечен многочисленными случаями судебного преследования евангельских христиан, запрещения молитвенных собраний. В 1913 г. в «Записке о правовом положении евангельских христиан, а также баптистов и сродных им христиан в России»,
направленной Прохановым в правительство, Государственный совет
и Государственную думу, сообщалось, что законы о свободе совести
1905–1906 гг. постоянно нарушаются.
Особенно трудным стало положение евангельских христиан во
время Первой мировой войны (1914–1918). Верующие в прессе рисовались как «враги народа», немецкие шпионы. Запрещалось проповедование вне стен культовых зданий, прием проповедников из
других общин, закрывались собрания, духовные журналы; запрещалось проведение съездов, заседаний Совета евангельских христиан.
Стали обычным делом аресты, высылки и ссылки в Сибирь, принуждение к эмиграции. Но вместе с тем, многие евангельские христиане находились в армии; члены общин собирали средства для фонда
«Милосердный самарянин», организовывали лазареты, помогали семьям погибших, а также распространяли Священное Писание среди
солдат.
Христиане веры евангельской (пятидесятники)
Пятидесятничество как самостоятельное течение внутри христианства оформилось в США в начале ХХ в. В Российской империи
пятидесятники появились в первом десятилетии XX в. на территории
Финляндии.
В 1911–1913 гг. шведские пятидесятнические миссионеры Томас
Баррат и Леви Петрус неоднократно посещали русскую общину
евангельских христиан в Гельсингфорсе (Хельсинки), которой руководили А.И. Иванов и Н.П. Смородин. Постепенно община приняла
новое учение, вышла из состава Всероссийского союза евангельских
христиан, стала первой русской пятидесятнической общиной. Среди
последователей Иванова значительную часть составляли матро-
1
Дом Евангелия был закрыт 5 февраля 1930 г., а общество снято с регистрации. На воротах Дома был вывешен транспарант: «Религия – опиум народа! Превратим очаги мракобесия в очаги культурных мероприятий!» После многочисленных ходатайств в апреле 2012 г. здание Дома было передано
в собственность Объединению церквей евангельских христиан-баптистов по
Санкт-Петербургу и Ленинградской области. Здание очень долго не эксплуатировалось и нуждается в капитальном ремонте.
54
сы военных кораблей, нижние чины гарнизона и русские рабочие
Гельсингфорса.
Вскоре Иванов и Смородин вынужденно покинули Гельсингфорс,
переехали в Выборг, затем – в Петербург. Здесь также возникли общины евангельских христиан-пятидесятников, в основном состоявшие из бывших членов различных протестантских общин. В течение
1913–1914 гг. под руководством Иванова и Смородина была подготовлена большая группа проповедников-миссионеров, которые стали разъезжать по разным губерниям России, ведя пропаганду своего учения. Постепенно группы и общины возникли и действовали в
Эстонии, Белоруссии, Закавказье и на Северном Кавказе, а также в
Москве, Новгородской и Московской губерниях.
С началом Первой мировой войны на Финляндию было распространено действие законов военного времени и цензуры. Здесь, как
и на других прифронтовых территориях, активизировались действия российских спецслужб. Их внимание привлекли в первую очередь антимилитаристские настроения в пятидесятнической общине
Гельсингфорса. Они воспринимались официальными властями как
предательство национальных интересов. В начале лета 1914 г. Иванов
был арестован. Молитвенные собрания были запрещены. Через год,
летом 1915 г., на корабле «Слава» несколько матросов – последователей Иванова, отказались встать на свои места по боевой тревоге,
за что и были преданы военному суду: лишены всех прав состояния
и сосланы в каторжные работы на разные сроки. Следующая волна
арестов пятидесятников пришлась на ноябрь 1915 г. В результате ряд
членов общины были сосланы в Тургайскую область. Иванов же был
сослан в Удмуртию под надзор полиции.
Несмотря на аресты, задержания и запрещения пятидесятническая община в Петрограде, руководимая Н.П. Смородиным, ставшим
признанным лидером пятидесятничества, продолжала свою деятельность. В 1915 г. в ее жизни, как и в целом нарождавшегося российского пятидесятничества, произошли серьезные изменения. Они
были связаны со встречей Смородина с Андреем Уршаном – пятидесятническим миссионером из Персии. В тот момент он находился
в Петрограде, вынужденный вместе с многочисленными беженцами
покинуть Персию, и ожидал возможности выехать в США.
Смородин неоднократно встречался и подолгу беседовал с А. Уршаном. Ему казалось, что Уршан проповедует пятидесятническое
учение в духе Баррата и Петруса, которых он лично знал, и чьи представления и убеждения воспринял ранее. Но Уршан, хотя и был пятидесятником, но представлял течение, расходившееся с большинством
пятидесятнических церквей и, прежде всего, в вопросе о единстве
55
Бога. Он проповедовал и распространял учение «о едином Боге»,
известное еще с раннего Средневековья как ересь арианства, осужденная в 325 г. Никейским Вселенским собором. Это теологическое
учение имело известное распространение в раннем пятидесятничестве в Америке и, очевидно, что Уршан его разделял. Он утвердился
в мысли, что водное крещение по вере, совершавшееся по формуле
«во Имя Отца, Сына и Святого Духа» недействительно и что в первоапостольской церкви крещение совершалось только «во имя Господа
Иисуса». По этой формуле Уршан и крестил поверивших и пошедших за ним верующих Петрограда и Выборга. Одновременно он рукоположил Н.П. Смородина в пресвитеры. Верующие этих общин
стали именовать себя христианами в духе апостолов (единственники,
смородинцы).
Ислам
В Российской империи в 1897 г. было учтено 13,9 млн мусульман (11 % всего населения). Из них в Европейской России проживали свыше 3,5 млн, в Кавказском крае – свыше 3,2 млн, в Сибири –
126 тыс. и в Туркестане – свыше 606 тыс. По оценке Департамента
МВД, к 1 январю 1912 г. в империи на официальном учете состоял
24 321 мусульманский приход с 26 279 богослужебными зданиями
(соборными мечетями, летними и зимними мечетями и молитвенными домами и т. д.) и 45 339 мусульманских духовных лиц. К началу
1917 г. в Российской империи проживало около 20 млн мусульман.
Государство осознавало необходимость устройства духовной
жизни мусульман не только в регионах его традиционного распространения, но за их пределами. Постепенно сложилась система
мусульманских духовных учреждений: Оренбургское магометанское духовное собрание (1788), Таврическое магометанское духовное правление (1831), Суннитское и Шиитское духовные правления (1872). Дела мусульман на территориях Северного Кавказа,
Степного и Туркестанского краев управлялись по особым правилам. Центральным правительственным органом, контролировавшим
жизнь российского мусульманства, оставался Департамент духовных
дел иностранных исповеданий МВД. В ведении Департамента были
вопросы: образования приходов, строительства мечетей и молитвенных домов, мусульманские секты, мусульманская печать, учебные
заведения, имущество духовенства и духовных образовательных учреждений, брачные и бракоразводные дела, метрикация, приведение
к присяге духовенства, воинская повинность лиц мусульманского
вероисповедания.
Имперские власти поощряли строительство новых соборных и
военно-морских мечетей (Санкт-Петербург, Кронштадт и др.) и на
56
это выделялись субсидии из казны. Министерство иностранных дел
деятельно участвовало в организации и обеспечении участия российских мусульман в ежегодном хадже в Мекку (до 8–10 тыс. человек).
Религиозные потребности мусульман учитывались в Российской
армии. В сухопутных войсках (гвардия, регулярная армия, казачьи
формирования) и на флоте были учреждены должности имамов,
ахунов и муэдзинов, которые обеспечивались денежным и вещевым
содержанием. Воины-мусульмане принимали присягу на родном
языке, в присутствии своего священнослужителя, держа два пальца
правой руки на раскрытом Коране, и по окончании клятвы целовали
текст Корана. Военнослужащим предоставлялось время для совершения ежедневных и праздничных молитв. В уставных регламентах
особо подчеркивалась необходимость тщательно соблюдать все нормы традиционного заупокойного обряда при погребении «со всеми
воинскими почестями» военнослужащих «магометанского закона».
Власть стремилась интегрировать российских мусульман в «единое государственное тело» через распространение Православия и
создание «русско-туземных» школ с преподаванием на основе текстов, написанных арабской графикой на языках коренного населения
и переведенных на кириллицу. Активную роль в реализации данного
проекта играли обер-прокурор Синода К.П. Победоносцев и его советник по делам восточных религий, ученый-тюрколог и педагогмиссионер Н.И. Ильминский.
Значительная часть российского чиновничества осознавала, что
радикально изменить веру и культурно-духовные традиции многомиллионной массы мусульман невозможно. Тем более, что российские мусульмане все более осознанно и целенаправленно отстаивали
свою этноконфессиональную идентичность. Но вместе с тем, параллельно развивались и другие процессы: расширяющееся участие мусульман в различных сферах общественной и государственной жизни России; увеличение числа знающих русский язык; российские
мусульмане все больше вовлекались в развернувшееся в последние
десятилетия XIX в. «пробуждение Востока».
Революции в России (1905–1907), в Иране (1907–1911) и Турции
(1908–1909) активизировали политическое движение российских
мусульман. Подлинный расцвет переживали мусульманские пресса и
издательское дело, были учреждены благотворительные организации
и политические партии, мусульманская фракция в Государственной
думе.
Вместе с тем, представители российской власти опасались появления в России движений в духе «панисламизма» и «пантюркизма», которые нашли бы поддержку за рубежом. С целью «противодействия
57
татаро-мусульманскому влиянию» на совещании в 1910 г., созванном
Столыпиным, было принято решение запретить преподавание в медресе небогословских дисциплин. В период между двумя революциями в России правительственные круги не захотели вступить в диалог
с представителями мусульманской общественности, считая их «радикалами» и «ниспровергателями устоев трона».
Можно констатировать, что политика Российского государства в
отношении ислама отличалась противоречивостью. Присутствующие,
с одной стороны, тенденция к полному огосударствлению ислама, а с
другой – желание оставить его на периферии государственно-общественной жизни – привели к тому, что ни та, ни другая «партия» государственных чиновников не смогли реализовать своих намерений.
Иудаизм
По данным на 1897 г. численность евреев в Российской империи
составила 5,2 млн человек, из которых 1,3 млн проживал в Царстве
Польском. В губерниях «черты оседлости» насчитывалось 3,5 млн
евреев, в том числе: в литовско-белорусских (Виленской, Витебской,
Гродненской, Минской, Могилевской, Ковенской) – 1,5 млн; в западно-украинских (Волынской, Подольской) – 766,5 тыс; в восточноукраинских (Киевской, Черниговской, Полтавской) – 659,7 тыс., в
южных (Екатеринославской, Херсонской, Таврической) – 504,1 тыс.;
в Бессарабской – 228,6 тыс.; в Курляндской – 51,1 тыс.
Главным цивилизационным очагом российского еврейства являлся литовско-белорусский регион. В г. Вильно – административном
центре края проживало 64 тыс. евреев (41 % населения) и действовало более 100 синагог. Старейшая из них – Большая синагога была
построена в 1638 г. Со Средних веков Вильно являлся центром талмудической учености.
Второй цивилизационный очаг российского еврейства сложился
в XIX в. на территории причерноморского Юга России. Его центром
стала Одесса, еврейское население которой составило около 100 тыс.
человек. В городе действовало 56 синагог, старейшая из которых –
Главная синагога – была основана в 1798 г. Тогда же возникла знаменитая Одесская талмуд-тора – религиозная школа для детей-сирот и
выходцев из бедных еврейских семей.
В Таврической губернии (Крым) проживало 60,7 тыс. евреев,
причем 13,6 тыс. из них составляли евреи-крымчаки. Крымчаки не
смешивались с евреями-ашкеназами
1
, сохраняя свои традиции и
1
Ашкеназы – субэтническая группа евреев, сформировавшаяся в Цен-
тральной Европе. Употребление этого названия для данной культурной общ-
58
тюркский язык, близкий к крымско-татарскому (кыпчакская подгруппа тюркских языков). Главная синагога крымчаков находилась в
Карасубазаре (ныне – г. Белогорск).
Во внутренних губерниях Европейской России проживало
156,4 тыс. евреев. После ослабления «черты оседлости» центрами
еврейской жизни становятся волжские города – Нижний Новгород,
Саратов, Самара, Астрахань.
Несмотря на ограничения, вводимые войсковой администрацией,
около 16 тыс. евреев проживало в области Войска Донского. Из них
11,8 тыс. были сосредоточены в Ростове-на-Дону, в котором работали три синагоги. Наиболее значительная из ростовских синагог –
Солдатская была открыта на средства отставных солдат-евреев, селившихся в городе.
В Сибири проживало 34,8 тыс. евреев, а самые большие синагоги
имелись в гг. Тобольске и Иркутске.
Еврейское население Северного Кавказа и Закавказья насчитывало 56,8 тыс. человек. Большинство из них принадлежало к местным этническим подгруппам восточных евреев. Горские евреи были
сосредоточены главным образом в Дагестане, где действовало свыше 20 синагог, а также в Чечне, Осетии, Кабарде и Терской области.
В г. Дербенте (Дагестан) располагалась их главная синагога и жил
главный раввин. После присоединения Кавказа к России российские
власти не решились ввести для горских евреев какие-либо ограничения, и они продолжали пользоваться теми же правами, что и остальное горское население. При этом горские евреи, исповедуя иудаизм,
в быту не отходили от общегорских традиций; даже раввины носили
оружие (кинжал у пояса).
Особые группы составляли евреи Закавказья: грузинские евреи,
а также жившие в Азербайджане ширванские евреи и курдистанские
арабоязычные евреи-лахлуха
1
. Самые известные синагоги Закавказья
находились в гг. Тифлисе, Кутаиси, Гори – Грузия; Баку, Варташене,
Кубе, Шемахе – Азербайджан.
Сохранение ограничительных правил для евреев и постоянная
угроза погромов явились причинами массовой эмиграции еврейского населения Российской империи. Только в 1897–1915 гг. из России
уехал 1385 тыс. евреев. Подавляющее большинство уехавших составили эмигранты в США, ставшие ядром еврейской общины Северной
Америки. Из российских выходцев составились также еврейские об-
ности зафиксировано источниками, относящимися к XIV в. По состоянию на
конец XX в., ашкеназы составляют большую часть (около 80 %) евреев мира.
1
Лахлухи – происхождение этого наименования не выяснено.
59
щины Аргентины, Южной Африки, Австралии. С 70-х гг. XIX в. начинается эмиграция российских евреев в Палестину. В 80-е гг. она
приняла форму палестинофильского движения – предшественника
сионизма. В 1882 г. возникло общество «Друзья Сиона», основавшее
первые поселения российских евреев в Иудее и Галилее.
В начале XX в. в российском законодательстве произошло важное изменение: если до этого дискриминационные нормы касались
лишь лиц иудейского вероисповедания, то с этого времени и крещеные евреи подвергались ограничениям. В частности, закон, принятый в 1912 г., установил запрет на производство в офицерское звание
крещеных евреев, их детей и внуков. Крещеных евреев и их детей
перестали принимать в Военно-медицинскую академию. В изданных
в 1912 г. дополнениях к «Правилам о приеме в кадетские корпуса»,
запрещалось зачислять в них детей еврейского происхождения, даже
если крестились их отцы или деды.
Постоянной российской действительностью были еврейские погромы, всевозможные судилища над лицами еврейской национальности. В 1911 г. в ритуальном убийстве 12-летнего А. Ющинского
в Киеве был обвинен служащий сахарного завода М. Бейлис. Дело
Бейлиса вызвало возмущение во всем мире. В 1913 г. присяжные
оправдали Бейлиса.
Во время Первой мировой войны евреев часто обвиняли в сочувствии к Германии. На самом же деле в 1914 г. в Российской армии
насчитывалось 400 тыс. евреев, а к концу 1916 г. их число возросло
до 500 тыс. Но несмотря на это, в этот период по инициативе начальника штаба Верховного главнокомандования генерала Янушкевича
был осуществлен ряд антиеврейских мероприятий: с территории
Польши, Литвы и Белоруссии во внутренние губернии России было
выселено 250–350 тыс. евреев; военные власти стали брать евреев в
заложники не только на оккупированной русскими войсками территории, но и собственно на территории самой Российской империи.
Все эти действия оправдывались ссылками на политическую нелояльностью евреев, их измены и шпионаж в пользу Германии. Такой
официальный взгляд приводил к частым издевательствам над евреями, к их избиениям; многие евреи были убиты солдатами или казнены по приговорам военно-полевых судов. Вместе с тем, возмущение
российской и мировой общественности заставило российские власти
принять в августе 1915 г. постановление Совета министров, разрешавшее евреям – участникам войны и их детям поступать в средние
и высшие учебные заведения «вне конкурса и не считаясь с существующими ограничениями». В декабре 1915 г. Совет министров одобрил
заключение Особого совещания при Министерстве юстиции о воз-
60
Соседние файлы в предмете [НЕСОРТИРОВАННОЕ]