Добавил:
ivanov666
Опубликованный материал нарушает ваши авторские права? Сообщите нам.
Вуз:
Предмет:
Файл:Простые ответы на вечные вопросы
.pdf
Человек в мире сем
351
плавучего мусора. Под влиянием подводных течений
многие миллионы тонн отбросов цивилизации сгрудились в единую массу, которая по своей площади
превосходит территорию Соединенных Штатов Америки. Пластиковые предметы, не поддающиеся
естественному биораспаду, копятся в океане уже
полвека и, похоже, останутся там навсегда. Яхтсмену
Чарльзу Муру понадобилось больше недели на то,
чтобы обогнуть «мусорный континент». Потрясенный
этим зрелищем, Мур — наследник крупного состояния, вложенного в нефтяную промышленность, —
продал свой бизнес и стал активистом экологического
движения.
…Заломила черемуха руки,
К норке путает след горностай…
Сын железа и каменной скуки
Попирает берестяный рай
*
.
Отчего же мы видим это катастрофическое столкновение человека с природой, почему человечество
встало на путь неумолимого и хладнокровного разрушения своего земного дома? Чтобы найти ответ на этот
вопрос, надо понять всю глубину взаимосвязи между
религиозными верованиями людей и их отношением к
окружающей природе.
В свое время появление христианства не только
научило мир возвышенной евангельской морали, но и
в корне перевернуло взгляд человека на природу. Ведь
язычество преклонялось перед природой как перед божеством. По словам древнегреческого мудреца Фалеса, в мире «все полно богов». Каждая речушка и каждый лес, каждый ветер и каждая гора имели своего
бога. Вопреки этому христианство провозгласило, что
Бог един и что Он пребывает отдельно от мира.
*
Клюев Н. «Обозвал тишину глухоманью…».
352 ПРОСТЫЕ ОТВЕТЫ НА ВЕЧНЫЕ ВОПРОСЫ
Природа сотворена Богом «из ничего», сама по себе
она не обладает божественностью. Но божественная
искра заложена в человеке, и поэтому, как гласит
Библия, он призван господствовать в природном мире:
И сказал Бог: сотворим человека по образу Нашему и
по подобию Нашему, и да владычествуют они над рыбами морскими, и над птицами небесными, и над зверями, и над скотом, и над всею землею, и над всеми
гадами, пресмыкающимися по земле
(Быт. 1, 26).
Христианство сбросило с мира языческие чары и
открыло путь к изучению природы экспериментальной наукой. Ведь эксперимент — значит «пытка», а
разве можно пытать стихии, в которых живут боги?
— перед ними можно только преклоняться, как и поступали язычники. Без христианства не было бы ни
современной науки, ни созданного ею технического
прогресса. …Значит, не было бы и техногенных проблем, и экологического кризиса? Некоторые философы действительно обвиняют христианство в ответственности за все это. Дескать, чаяние «нового неба и
новой земли» (см. Откр. 21, 1) приглушило внимание
христианства к судьбе этого неба и этой земли. Дескать, христианское противопоставление духовного
и материального приучило нас презирать все земное,
все природное…
Но разве современный человек, изобретающий
все новые способы материального потребления и изуродовавший своими отходами полпланеты, руководствуется христианскими убеждениями? «Природа — не
храм, а мастерская, и человек в ней работник» —
именно эта крылатая фраза тургеневского нигилиста
и атеиста Базарова стала формулой цивилизации,
пришедшей к глубокому кризису, — увы, не только
экологическому. Христианство открыло перед человеком бесконечные возможности познания самого
себя и познания окружающей природы. Как распоря-
Человек в мире сем
353
диться этими возможностями — зависело уже от свободного выбора человечества.
Благодатный путь взаимодействия с природой,
который предлагает христианская традиция, запечатлен в личном опыте святых. Это путь благоговения,
путь восстановления разрушенной грехом гармонии.
Святой Герасим Иорданский кормил с руки свирепого льва; Сергия Радонежского и Серафима Саровского в их лесном уединении не раз навещал медведь,
обретавший ангельскую кротость перед сиянием святости. Старец Силуан Афонский учил, что грешно
«нарушать зря природу», старался не сломать даже
веточку, не обидеть ни одного комара. Великий учитель
Церкви преподобный Максим Исповедник писал, что
благоговейное созерцание творения Божия в земной
природе может быть, наряду с церковными Таинствами,
путем духовного восхождения, приобщения человека к
Богу.
…Нет, в каждом шорохе растенья
И в каждом трепете листа
Иное слышится значенье,
Видна иная красота!
Я в них иному гласу внемлю
И, жизнью смертною дыша,
Гляжу с любовию на землю,
Но выше просится душа…
*
А.В. Черняев
Наука
Митрополит Антоний Сурожский однажды подметил, что наука и религия гораздо ближе друг другу,
чем может показаться на первый взгляд. Ведь и
*
Толстой А. И.С. Аксакову.
354 ПРОСТЫЕ ОТВЕТЫ НА ВЕЧНЫЕ ВОПРОСЫ
праведник, идущий путем духовного подвига, и исследователь, совершающий научное открытие, в равной мере должны обладать теми душевными качествами, которые со времен Евангелия принято называть
верой, надеждой и любовью: «Это кажется странным;
однако ученый не мог бы ничего создать, если бы
не было у него веры, как ее определяет Священное
Писание — как уверенность в вещах невидимых
(см. Евр. 11, 1). Все научное исследование, вся настро-
енность ученого направлены именно на вещи невидимые. Вокруг нас — целый мир, еще для нас таинственный; многое в нем известно, еще больше
подлежит открытию… И поэтому всякая научная
работа, всякое исследование основаны на вере, на
уверенности в том, что невидимое, еще не постигнутое, — постижимо и раскроется… А сверх того, научное исследование основано тоже и на надежде, то
есть на предвкушении, радостном, напряженном
ожидании того открытия, которое будет сделано, при
уверенности, что есть что открыть; и таким образом
и надежда ученого, его вдохновение указывают на
веру».
Родство науки и религии — не только в этих психологических сходствах ученого и подвижника. Само
рождение европейской науки было бы невозможно
без того глубочайшего духовно-мировоззренческого
переворота, который произвело христианство на заре
Новой эры. Благодаря истинам христианского Откровения человек в корне изменил как понимание самого
себя, так и свое отношение к миру окружающей природы. Несмотря на все хитроумие древних греков, их
наука не могла пойти дальше простых инженерных
изобретений типа Архимедовых катапульт. Потому
что следующий шаг требовал развития абстрактного
мышления, на пути которого стояло неодолимое препятствие в лице языческой религии.
Человек в мире сем
355
Откуда могла возникнуть астрономия, если звездам поклонялись, как богам? В представлении язычников небосвод был божественен, а светила обладали
неумолимой властью над судьбой человека — именно
на этом суеверии зиждется и астрология. Неудивительно, что в V веке до нашей эры древнегреческий
ученый и философ Анаксагор был обвинен в безбожии и навсегда изгнан из Афин за то, что осмелился
назвать звезды простыми камнями…
Христианство принесло благую весть о Боге, Который однажды сотворил весь мир — видимый и невидимый, небесный и земной — из ничего, расположив
все в Своем творении мерою, числом и весом
21)
. Перед величием Творца меркнет ужасавшее
(Прем. 11,
язычников различие между небом и землей, между
миром планет и миром людей. Если мир — это воплощение премудрого замысла Божественного Создателя, а человек носит в себе Его образ и подобие, значит, человек способен постигать все тайны этого
мира, все его высоты и глубины. Именно поэтому
мышление человека оказалось созвучно тем законам,
которым волею Бога подчинены стихии природы.
Вот почему математика, идеальные объекты которой
существуют лишь в уме человека, смогла стать
универсальным методом для всего современного естествознания.
Многие из создателей европейской науки были не
просто верующими людьми, но и совмещали свои научные труды с религиозной философией, богословием, служением Церкви. Автор гелиоцентрической
системы вселенной Николай Коперник имел высокое духовное звание каноника; основоположник современного учения об атомах Пьер Гассенди был
священником; физик и химик Роберт Бойль не менее известен как автор религиозно-философских
трактатов; Исаак Ньютон придавал гораздо большее
356 ПРОСТЫЕ ОТВЕТЫ НА ВЕЧНЫЕ ВОПРОСЫ
значение своим толкованиям Апокалипсиса, чем открытиям в механике...
Дело в том, что творцы научной революции XVI–
XVII веков воспринимали свою миссию прежде всего
как духовное служение. Ведь научное исследование
космоса — это прямой путь к познанию воплощенных
в нем законов Божественного Создателя, а значит, и
к религиозному спасению души. И если в душе человека закон Божий помрачен действием греха, то
окружающая природа продолжает служить ярким
свидетельством о первозданной гармонии бытия: «Небо,
и солнце, и луна, и хор звезд, и все прочие твари
находятся в великом порядке, а наши дела в беспорядке», — как говорил Иоанн Златоуст. Эти слова великого учителя Церкви V века по-своему перекликаются с изречением жившего тысячу лет спустя
английского ученого и философа Френсиса Бэкона о
душеполезности познания мира, предпринимаемого
всерьез: «Легкие глотки знания толкают порой к атеизму, более же глубокие возвращают к религии».
Однако следует всегда помнить и завет великого
Блеза Паскаля: «Мы постигаем истину не только разумом, но и сердцем». Порой нам кажется, что наука
может заменить собой религию, что она готова решить все наши проблемы. Но если мы забываем о
духовном измерении наших деяний, о нравственном
смысле науки и техники, они немедленно восстают
против нас.
Стремление к познанью бесполезно.
Взгляни в себя — и там зияет бездна.
Вершины гор и дно морей разведай,
Но Тайны тайн не сыщешь там и следа.
Твой разум хочет вникнуть в смысл Природы,
Не разумея собственной природы.
Искусство и наука двуедино
Человек в мире сем
Ждут следствий там, где не было причины.
Пять наших чувств настолько нерадивы,
А мысли — их исчадья — неправдивы,
А срок, нам отведенный, столь ничтожен,
Что путь Познанья просто невозможен.
В последний миг на ум приходит всем
Вопрос единственный: зачем?..
В неведенье, ничтожном и премногом,
Любой из нас предстанет перед Богом
357
*
.
А.В. Черняев
История
В свое время коммунисты громогласно обещали
отправить религию «на свалку истории». По иронии
судьбы на ту самую свалку в результате угодил сам
коммунизм. Из этого факта можно извлечь немало
уроков, и один из них — в том, что, относясь к истории как к «свалке», мы сами рискуем превратиться
в мусор. «Не бросайся камнями, если живешь в стеклянном доме» — гласит древняя мудрость. А ведь
история — это не что иное, как дом человеческого
бытия, единственный путь существования человечества в потоке времен.
Если коммунисты видели в истории «свалку», то
иные капиталисты задумали отправить в утиль саму
историю! На закате XX века американский футуролог Френсис Фукуяма выпустил статью «Конец истории», которая вызвала феноменальный резонанс.
«Конец истории» здесь видится в завершении противостояния глобальных мировых систем — социализма
и капитализма. Дескать, изнурительная борьба этих
«титанов», стремившихся доказать миру, на чьей же
*
Кампхейзен Д. «Стремление к познанью бесполезно…».
358 ПРОСТЫЕ ОТВЕТЫ НА ВЕЧНЫЕ ВОПРОСЫ
стороне истина, и была главным содержанием финальной фазы всемирной истории. Наконец, «суд истории» свершился: один из соперников пал, другой
празднует свой триумф. Капитализм восторжествовал не просто как общественная система, но как
образ жизни, как мировоззрение, как принцип. У него
больше не осталось серьезных врагов, а значит, драма
истории кончается, остается спокойная монотонность
«правильного» бытия. Но его вкус уже далек от вкуса
подлинной жизни…
Мы все живем как будто, но
Не будоражат нас давно
Ни паровозные свистки,
Ни пароходные гудки.
Иные — те, кому дано, —
Стремятся вглубь, — и видят дно, —
Но как навозные жуки
И мелководные мальки…
*
Не зря говорят, что все новое — лишь хорошо
забытое старое. Каждый, кто знаком с историей
европейской культуры, без труда узнает в новомодной идее «конца истории» явственные отголоски
религиозных представлений Средневековья. Во-первых, это учение Августина о смертельном противоборстве двух «градов» — праведного и греховного.
Во-вторых, ересь хилиазма, согласно которой, после
победы над силами зла должно наступить безоблачное
тысячелетнее царство праведников. Эти представления никогда не были догматами Церкви, но в
«перевернутом» виде они сделались догмами современной светской религии. И далеко не только в этом
состоит влияние христианства на наше историческое
сознание.
*
Высоцкий В. «Мы все живем как будто…».
Человек в мире сем
История не терпит суесловья,
Трудна ее народная стезя.
Ее страницы, залитые кровью,
Нельзя любить бездумною любовью
И не любить без памяти нельзя
359
*
.
Древний языческий мир не ведал идеи истории, не
знакомо ему и трепетное благоговение перед страницами прошлого, где можно разглядеть, как порой, по
слову евангельскому, «сила Божия в немощи совершается»... — Да, но как же знаменитый древнегреческий «отец истории» Геродот, как же конфуцианство,
другие культуры и религии, бережно хранящие свою
историческую память?.. Все так, но, по существу,
история для них — лишь собрание примеров, поучительных для правителей; с таким же прозаическим
расчетом предусмотрительный адвокат ведет архив
старых судебных актов.
Совсем другое дело — то волнующее чувство
истории, которое переполняет библейские повествования. Неисповедимым Промыслом Бог избрал темное, неприметное палестинское племя, и с тех пор
его история становится священной. Бог не просто
руководит судьбой своего народа, но Сам принимает
в ней участие: в истории происходит встреча Бога
с человеком. Отсюда то особое, ни с чем не сравнимое значение, которое приобретает история для
людей Библии, ведь познание истории способно приблизить к Богу! Псалмопевец царь Давид видит в
прошлом таинственные деяния Бога, и это приводит
его в восторг: Вспоминаю дни древние, размышляю
о всех делах Твоих, рассуждаю о делах рук Твоих
(Пс. 142, 5). Вершина истории — воплощение Сына
Божия, открывшее миру, что Бог есть не только
*
Смеляков Я. Надпись на «Истории России» Соловьева.
360 ПРОСТЫЕ ОТВЕТЫ НА ВЕЧНЫЕ ВОПРОСЫ
Могущество, но жертвенная Любовь, вплоть до
смерти Крестной.
Свершившееся в Боговоплощении преображение
истории полностью перевернуло картину человеческой жизни, освободило нас от роковой власти циклических ритмов вселенной. Конечно, нам никуда не
деться от того, что день следует за ночью, весна за
зимой, а каждый новый год приносит новый урожай.
Родятся новые поколения, мы увидим своих детей,
внуков, правнуков, но… душа наша тоскует, и втайне
мы ждем от жизни чего-то большего. Подобно герою
хроники Ивана Бунина «Жизнь Арсеньева»: «стал однажды (брат) Николай рисовать мне мое будущее, —
ну, что ж, сказал он, подшучивая... и ты куда-нибудь
поступишь, когда подрастешь, будешь служить, женишься, заведешь детей, кое-что скопишь, купишь
домик, — и я вдруг так живо почувствовал весь ужас
и всю низость подобного будущего, что разрыдался...»
Человеку христианской культуры не дано успокоиться филистерским счастьем, он навсегда уязвлен
великой духовной жаждой.
Как птица в воздухе, как рыба в океане,
Как саламандра в пламени — так человек
Во времени... Кочевник полудикий,
По смене лун, по очеркам созвездий
Уже он силится измерить эту бездну
И в письменах неопытных заносит
События, как острова на карте...
Но сын отца сменяет. Грады, царства,
Законы, истины — преходят. Человеку
Ломать и строить — равная услада:
Он изобрел историю — он счастлив!
И с ужасом, и с тайным сладострастьем
Следит безумец, как между минувшим
И будущим, подобно ясной влаге,
Соседние файлы в предмете [НЕСОРТИРОВАННОЕ]