Добавил:
ivanov666
Опубликованный материал нарушает ваши авторские права? Сообщите нам.
Вуз:
Предмет:
Файл:Простые ответы на вечные вопросы
.pdf
Человек в церкви
231
каждого такая проповедь привела к мученической
смерти. Они отправились в поход, чтобы завоевать
мир для новой веры, но действовали не мечом, а словом, и кровь, которая проливалась, могла быть только
их собственной кровью. Не так ли поступил Сам их
Учитель? Изначально апостолов было двенадцать —
именно столько оказалось ближайших учеников, повсюду следовавших за Учителем.
Вот их имена, кроме Иуды Искариота, как пере-
числяет их Книга Деяний: Петр и Иаков, Иоанн и
Андрей, Филипп и Фома, Варфоломей и Матфей,
Иаков Алфеев и Симон Зилот, и Иуда, брат Иакова
(Деян. 1, 13). Число двенадцать было еще и символичес-
ким, оно означало полноту: именно столько насчитывалось «колен», то есть племен в израильском народе.
Один из двенадцати, Иуда, оказался предателем.
После воскресения Христа апостолы решили избрать
на освободившееся место еще одного человека из
числа учеников «второго ряда», а позднее к двенадцати апостолам добавились и другие, числом семьдесят. Не все из них были знакомы со Христом во время
Его земного служения, но их проповедь и сама жизнь
вполне следовали тому образцу, который показали
первые апостолы.
Особый случай — это апостол Павел, автор
многих книг Нового Завета. Его, строго говоря, никто
не «назначал» на эту должность: еще когда он яростно
преследовал христиан, ему явился Христос и призвал на служение. Павел последовал этому призыву,
вся его жизнь с этого момента была подчинена одной цели: проповеди Евангелия и созданию Поместных Церквей. Если он поступал как апостол, если
плоды его деятельности были действительно апостольскими — какие еще тут требовались процедуры?
Впрочем, все это не значит, что у апостолов не
возникало споров и разногласий. Они неизбежны
232 ПРОСТЫЕ ОТВЕТЫ НА ВЕЧНЫЕ ВОПРОСЫ
среди людей, особенно если они занимаются делом
такого масштаба. Петр сам признавался, что не все
понимает в посланиях ученого Павла, а Павел, в свою
очередь, спорил с Петром о том, нужно ли приходящим в Церковь язычникам придерживаться иудейских обрядов. Но все разногласия они старались решить в мире и любви. Одно из таких собраний, где
обсуждался как раз вопрос об отношении к бывшим
язычникам, описывает Книга Деяний — мы называем
его сегодня Иерусалимским Собором, по месту его
проведения. Он стал, по сути, первым в длинной череде соборов, решавших основные вопросы веры и
жизни Церкви. «Угодно Святому Духу и нам…» — так
начиналось принятое на соборе постановление. Все
решала не борьба фракций и не единоличная воля
диктатора — нет, ответ был найден в таинственном
взаимодействии Духа Святого и человеческих воль, и
этот принцип навсегда остался краеугольным для
церковной жизни. И когда сегодня мы говорим об
«апостольской Церкви», мы не просто признаем тот
факт, что Церковь была основана этими людьми, мы
стараемся следовать их опыту веры и жизни.
А.С. Десницкий
НЕДУГИ ДУШИ
Страсти
Едва ли можно найти писателя, который не размышлял бы о человеческих страстях. Читая, например, «Игрока» Ф.М. Достоевского, проникаешься
ужасом перед неудержимостью страсти, но вместе с
тем невольно ловишь себя на том, что где-то в глубине души таится не ужас, но... азартный восторг:
вот это жизнь! — жизнь полнокровная, безудержная,
страстная — так ярко описанная Гете в диалоге между
Фаустом и Мефистофелем:
Фауст
Отныне с головой нырну
В страстей клокочущих горнило,
Со всей безудержностью пыла
В пучину их, на глубину!
В горячку времени стремглав!
В разгар случайностей с разбегу!
В живую боль, в живую негу,
В вихрь огорчений и забав!
Мефистофель
Со всех приманок снят запрет.
Но, жаждой радостей терзаем,
Срывая удовольствий цвет,
Не будь застенчивым кисляем,
Рви их смелее, — мой совет.
234 ПРОСТЫЕ ОТВЕТЫ НА ВЕЧНЫЕ ВОПРОСЫ
Фауст
Нет, право, ты неподражаем:
О радостях и речи нет.
Скорей о буре, урагане,
Угаре страсти разговор
*
.
Удивительное дело: действительно, в страсти «о
радостях и речи нет» — однако что же дает страсти
такую безмерную власть над человеческими душами? Может, какое-то древнее проклятье? Или же
страсти — это крик души, порой истерический, из
затхлой темницы обывательщины и пустоты? Отчаянная попытка вырваться? Откуда? И куда?
В современном понимании «бесстрастность» —
едва ли не синоним всегреховности: «бесстрастный»
понимается многими как бесчувственный, холодный,
безразличный, высокомерный. «Не ваш грех — ваше
самодовольство вопиет к небу; ничтожество ваших
грехов вопиет к небу»! — эти слова Ницше во многом
задают тон нынешнему отношению к жизни. Однако
разве в этих словах не слышно надрыва, который
привел немецкого мыслителя на койку психически
невменяемых?..
Что же такое «страсть»? И в греческом, и в русском языке у этого слова один корень — глагол «страдать». Страсть — это то, что приносит страдание, хотя
это страдание порой кажется таким вожделенным.
Христианские подвижники сравнивали одержимого
страстями с псом, который лижет зубья пилы, — вкус
крови его пьянит, и он еще яростнее набрасывается
на острые зубья, разрывающие его собственное тело.
Главная приманка страсти — маячащее перед глазами
удовольствие, которое пьянит своей близостью, но и
отодвигается все дальше и дальше, чем глубже человек погружается в страсть...
*
Гете И. Фауст.
Недуги души
235
По своей сути любая страсть — паразит. Страсть
паразитирует на добрых по своей сути силах и стремлениях, вложенных Богом в человека. Поэтому тот,
кто противостоит страстям, вовсе не становится
«бесцветным» и «бесчувственным» — напротив, когда
разрубаются цепи страстей, онемевшие силы души
получают долгожданную свободу.
«Корень всех страстей — самолюбие». В этих словах отражена и причина притягательности страстей и
в то же время показана главная задача, которую стремится решить христианин, — победить эгоцентризм,
высвободить в душе место для Бога и других людей.
Аскетика, или искусство побеждать страсти, выделяет
семь главных страстей, растущих из самолюбия. Это
гордость, или высокоумие о себе; тщеславие, которое
не может жить без признания и похвал, далее идут
гнев, печаль, уныние, сребролюбие, чревоугодие и
блуд.
Каждая страсть накладывает свой особый отпечаток на душу и тело человека. Аскетика учит распознавать страсти с их зарождения. Между разными
страстями существует тонкая, но реальная связь.
Так, от чрезмерного угождения чреву восстает блудная брань. Пресыщение блудной страстью порождает
сребролюбие. Сребролюбие дает повод гневу. От
гнева рождается печаль, а от печали уныние. Поэтому «против страстей надо сражаться тем же порядком».
Протоиерей Павел Великанов
Блуд
Нет ничего нового в утверждении, что все прекрасное было создано любовью. Была ли это любовь к
источнику красоты — Богу — или это было искреннее
236 ПРОСТЫЕ ОТВЕТЫ НА ВЕЧНЫЕ ВОПРОСЫ
стремление к любимому человеку или высокой
идее — все великое рождалось из горящего любовью
сердца.
Однако человеческое сердце может не гореть, а
тлеть, согревая только себя, а других отравляя удушливым и едким дымом блуда.
Блудная страсть относится едва ли не к самой
жестокой среди остальных болезней души. Эта
страсть иначе называется сладострастием — тем самым подчеркивается, что в ее основе лежит жестокое, неудержимое стремление к удовлетворению
похоти и получению плотского наслаждения:
Горит, а мы того не знаем,
Трещит — не ощущаем жар,
И даже не подозреваем,
Что есть невидимый пожар!
А он вовсю бушует рядом —
Огонь грехов и дым страстей, —
Увы, не различимый взглядом
Для согрешающих людей
*
.
«Но, — спросит недоуменный читатель, — разве
это не любовь? Разве не это воспевается поэтами и
художниками? Какая разница в том, как вы называете одно и то же естественное влечение — любовью
или блудом? В чем здесь грех?»
Несомненно, есть существенная разница между
любовью и блудом. Любовь, как говорит апостол, «не
ищет своего» — блуд только «своего» и домогается;
любовь «долготерпит» — блуд тиранически требует
«своего»; любовь соединяет двоих в единый, нерасторжимый даже смертью, духовно-телесный организм — блуд же «занимается любовью» с «сексуаль-
*
Санин Е. «Горит, а мы того не знаем…».
Недуги души
237
ным партнером» и не собирается обременять себя
узами брака; любовь жаждет зарождения новой жизни — блуд с легкостью готов убить зачатого младенца,
только бы не оставлять следов совершенного беззакония...
В современном языке сущность блуда вполне
передается словом «секс», происхождение которого
связано с латинским «секция» — «разрезание». Для
секса любовь или хотя бы влюбленность необязательны, лишь бы нашелся партнер. Цель секса —
эгоистическое наслаждение от скотоподобного
«пользования друг другом», которое заканчивается
расставанием партнеров. Однако Божественный замысел о половой жизни совсем иной: тайна пола —
двух половинок, нашедших друг друга и составивших
единство в новой жизни, постигается только в настоящей любви.
Половая жизнь в браке, будучи средством достижения цели брака — многогранного раскрытия
полноты любви супругов, в том числе и в рождении
детей, не несет в себе греха. «Порочно прелюбодеяние; порочное дело — блуд, а брак есть врачевство,
истребляющее блуд», — пишет святитель Иоанн
Златоуст. Синоним сладострастия — распущенность, ведь неизбежным следствием потакания
плотской похоти становится общая развращенность,
уродливость личности: «Всякий предающийся услаждениям — расслаблен душой, лежит на одре сладострастия с соответствующей сему расслабленной
разнузданностью тела»
*
. Выпущенная на волю
*
Григорий Палама, святитель. Омилия X. Во вторую
неделю Святой Четыредесятницы, заключающая изложение евангельской истории об исцелении Господом расслабленного в Капернауме; в ней также говорится и относительно несвоевременно разговаривающих друг с другом в
церкви во время священных богослужений.
238 ПРОСТЫЕ ОТВЕТЫ НА ВЕЧНЫЕ ВОПРОСЫ
блудная страсть становится неутолимой: даже в старом, дряхлеющем теле она, как полноправная госпожа, постоянно будет требовать удовлетворения:
будучи уже не способна удовлетворить страсть, похотливая душа сама открывает для себя двери адских
мучений:
Праздник чувства закончен, погасли огни,
Смыты краски, и сняты румяна;
И томительно тянутся скучные дни
Пошлой прозы, тоски и обмана
*
.
Человек, который надеется через постоянное
удовлетворение блудной страсти избавиться от ее
притязаний, сравнивался христианскими подвижниками с безумцем, который бросал в бежавшего за ним злого пса куски мяса, надеясь тем самым
отделаться от него: но ведь пес потому и был неотступен, что его все время кормили! Поэтому воздержание — либо полное для тех, кто не состоит в
браке, либо для супругов — умеренность — становится ключом к подлинному счастью, который не
может оказаться в руках одержимого блудной
страстью:
У бурных чувств неистовый конец,
Он совпадает с мнимой их победой.
Разрывом слиты порох и огонь,
Так сладок мед, что, наконец, и гадок.
Избыток вкуса отбивает вкус.
Не будь ни расточителем, ни скрягой:
Лишь в чувстве меры истинное благо
Протоиерей Павел Великанов
*
Надсон С. «Только утро любви хорошо: хороши…».
**
Шекспир В. Ромео и Джульетта.
**
.
Недуги души
239
Сребролюбие
«Не в деньгах счастье», — сказал некто; наш современник только добавил: «а в их количестве»… Эта
шутка во многом определила нынешнее отношение
к материальным средствам: Иметь! — вот главный
девиз наших дней.
Им каждый день мир страшен, как миражи,
и быть собой им больше не дано,
и деньги, как великий ветер вражий,
их валят с ног. Они уже давно
изведены и ждут, чтобы вино
и даже яд телесный в скотском раже
гоняли их от купли до продажи
Страсть сребролюбия, или неудержимой тяги к
деньгам и вещественным благам, — страсть коварная:
ее утроба бездонна, никакое умножение богатства ее
не насыщает, только еще более распаляет. «Море, —
пишет святой Нил Синайский, — не наполняется,
принимая в себя множество рек, и похотение сребролюбца не насыщается собранным уже имуществом;
удвоил он его — и удвоенное снова желает удвоить и
никогда не перестает стремиться к этому, пока смерть
не прекратит его бесполезного труда».
Человеку естественно стремиться к благу — и неудержимость этого стремления благословенна.
Только непреложен закон жизни, открытый еще
древними мудрецами: человек есть то, что он ест, к
чему стремится; что он вбирает в себя, тем и сам становится. Иисус Христос говорил Своим ученикам:
где сокровище ваше, там будет и сердце ваше... Не
собирайте себе сокровищ на земле, где моль и ржа
*
.
*
Рильке Р.М. Часослов (отрывок из ч. III «Книга о нищете и
смерти»).
240 ПРОСТЫЕ ОТВЕТЫ НА ВЕЧНЫЕ ВОПРОСЫ
истребляют и где воры подкапывают и крадут, но
собирайте себе сокровища на небе, где ни моль, ни
ржа не истребляют и где воры не подкапывают и не
крадут... Ищите же прежде Царства Божия и правды
Его, и это все приложится вам
(Мф. 6, 21, 19–20, 33).
Если богатство притекает, не прилагайте к нему
сердца, — было сказано еще в Ветхом Завете (Пс. 61, 11).
А святой Златоуст дополнил: «Хочешь богатства —
беги от богатства: и богатство побежит за тобой»…
Народная мудрость говорит: «Бог не даст — сам не
возьмешь»: потому-то и не дается порой столь желанное сокровище, что сердце болезненно распухло им,
и нет в нем уже места ни для чего и ни для кого. Одержимый страстью вещелюбия легко превращает вожделенный предмет в идола, в главное сокровище
своего сердца — радуется о нем, лелеет, предвкушает
сладостный миг обладания. Обладания чем?
Счастьем? Радостью? Любовью? Мудростью? Нет,
бессмысленной и пошлой по сути вещицей, цена
которой в вечности — грош.
Веселых умов золотые крупинки,
Рубины и жемчуг сердец
Бездельник не сбудет с прилавка на рынке,
Не спрячет в подвалы скупец
*
.
Иван Ильин как-то написал в своих воспоминаниях: «Слушай, малыш, — говорил мне прадед не
раз, — есть особое искусство владеть вещами; и в нем
секрет земного счастья. Одно из двух — или ты имуществом владеешь, или оно на тебе поедет. А оно —
хитрое. Только заметит, что ты ему служишь, так и
начнет подминать тебя и высасывать. И тогда уж держись: проглотит тебя с душою и телом. Оно станет
главным в жизни, а ты будешь его привеском. Кто
*
Блейк У. Богатства.
Соседние файлы в предмете [НЕСОРТИРОВАННОЕ]