Добавил:
ivanov666
Опубликованный материал нарушает ваши авторские права? Сообщите нам.
Вуз:
Предмет:
Файл:Простые ответы на вечные вопросы
.pdf
Жизнь жительствует
111
родной Дамой, а оказывается шлюхой. Более того:
все больше убеждаюсь, что тот, кто думает, что может все, на самом деле ничего толком делать не будет. В лучшем случае будет играться жизнью, как
пультом телевизора, перелистывая удовольствия
одни за другими и тем самым убивая — именно убивая! – время. Вместе с жизнью...
Неужели ты не понимаешь, что абсолютно свободным все равно никогда не будешь? Ведь ты не
можешь не есть, не пить, не дышать — станет худо, и
все твое свободолюбие быстро закончится.
Да, прав был Великий Инквизитор — свобода
действительно самое невыносимое бремя для человека! Поэтому так легко и загоняется человеческое
стадо в туннель стандартных удовольствий и развлечений: там уже все за тебя решили, где плакать, где
смеяться! И эту жизнь в туннеле порока ты называешь свободой?
Нет, милый мой, свобода начинается тогда, когда
у тебя появляется настоящая власть. Только не та, о
которой ты подумал, — я говорю о власти сказать себе:
"Нет!", когда тебе чего-то сильно хочется. Ты попробуй так походить хотя бы один денек, наперекор себе,
делать не то, что хочется, а то, что действительно
надо. Увидишь, как начнет тебя раздирать во все стороны! Пойми, что ценность внешней свободы, на которой ты просто зациклился, ничто по сравнению с
внутренней! Твоего деда как таскали по этапам, как
гноили на Беломорканале — и за что? За то, что был
кулаком? Работать любил? Так смотри же — он свою
веру через весь этот ад пронес! Кем он вышел? Неудачником? Высыльным? Бесперспективным? Победителем! Его ведь так и не сломили! Вот это человек!
Вот это настоящая свобода от всего внешнего и мимолетного! Вот это действительно "раб Божий"! Пойми,
быть рабом Божиим — это не раболепствовать и
112 ПРОСТЫЕ ОТВЕТЫ НА ВЕЧНЫЕ ВОПРОСЫ
заискивать перед Большим Начальником — Богом, а
работать Ему, делать все с поднятой к небу головой,
вслушиваясь в голос Того, Кому ты обязан всем, что
есть у тебя. В таком "рабстве" сияет подлинная, высшая свобода: свобода распоряжаться тем, что тебе
дано, распоряжаться по своему усмотрению, творчески, умело. Только не наглеть и не сходить с ума.
Для этого и голова — кверху, к Богу, чтобы знал свое
место.
Человеческая свобода — это дорога к Богу.
И опять: только дорогой свободы идет Бог к человеку.
Беда, когда дарованную свободу человек по своей
злобе или неразумию превращает в произвол и
вседозволенность. Знаешь, на что похоже? Родители
отлучились из дома и детям наказали: "Смотрите,
играйте, но чтобы к нашему приходу был порядок!"
А они, глупые, — родителей-то не было — пожар в
доме устроили! Вся наша свобода — определиться,
слушаться ли Бога, жить ли по-Божиему или стать
Ему врагом, делая все, что вздумается. Но ведь и
расплата будет!
Прости, что так резко. Тебя, вероятно, захватила
какая-то прихоть, вот и захотел свободы от семьи,
от заповедей, которые ты называешь "дремучими
предрассудками". Поверь — если есть истина, то
ты, конечно, можешь сказать ей решительное "нет!
да здравствует свобода от истины!" — но это-то и
будет настоящее рабство греху и служение лжи.
Если действительно хочешь свободы, а не просто
пытаешься фи1говой заплаткой "свободы" скрыть наготу своего греха, живи по-Божиему, по заповедям,
люби Бога и людей — и вот тогда делай, что хочешь!
Не греши, люби истину — и твоя свобода всегда будет
с тобой!»
Протоиерей Павел Великанов
Жизнь жительствует
113
Творчество
Я собаку рисовала —
Получилась кошка.
Потому, что красок мало
И мешал Сережка.
Рисовала крокодила —
Кролик получился.
Просто места не хватило,
Хвост не поместился
Какие это удивительные минуты — тихо стоять и
смотреть, как из-под кисточки маленького человечка
выплывают облака, кривенькие рожицы с улыбкой,
приветливо выскочившей за контуры лица, и, конечно, это бушующее море, неодолимо перетекающее с края альбомного листа на только что вытертый
стол... Кому, как не им, этим пришельцам из другого
мира, мира чистоты и непосредственности, ведома
радость творчества! Разве это не чудо — легким мановение руки, держащей волшебную палочку кисти,
рождать целые миры?
И вот уже рука сама тянется к кисти, но быстро
возвращается на свое место: рисовать плохо — стыдно,
а хорошо все равно не получится. Только почему-то
в сердце остается странное щемящее чувство... Как
хорошо, что рука вовремя спохватилась! Ведь творить — значит обличать, придавать лик, лицо, тому,
что еще не появилось. Но разве искусство не есть
обличение прежде всего себя самого — так же, как
театральная маска в греческом театре вовсе не скрывала, а, напротив, раскрывала во всей полноте трагическую личность актера, срывая с него приросшую
*
.
*
Чемоданова В. «Я собаку рисовала…».
114 ПРОСТЫЕ ОТВЕТЫ НА ВЕЧНЫЕ ВОПРОСЫ
личину обыденности и пошлости? Любое творение
есть рождение на свет, отделение от себя самого какой-то части целого. Однако появиться из-под кисти
художника, пера писателя или композитора могут
не только отзвуки божественных созвучий, но и
адская сарабанда!
Так будь же зеркалом у Бога,
И, очищаясь, отражай.
Иначе — Красоту не трогай,
Не создавай — не искажай
*
.
Мир был создан Богом как Его песня, Его поэма,
Его картина. Здесь каждый мазок кисти, каждый аккорд были густыми от переполнявших энергий гармонии, мудрости и красоты. И вот этот совершенный
мир преподносится в дар человеку — отдается весь,
без остатка, в его власть: словно в огромный театр с
труппой актеров и множеством декораций вводится
юный режиссер-постановщик. Но состоится ли премьера или актеры разбегутся, декорации растащат и
здание опустеет?..
Божественное Откровение свидетельствует, что
Адам не справился с возложенным на него призванием стать творцом с малой буквы — он не устоял
перед дьявольским соблазном прослыть великим
Маэстро сразу, без всякого труда, купив этот титул
ценой непослушания. И остался нагим. И было очень
стыдно и больно...
Но не лишил Бог падшего человека творческих
способностей: только как они стали теперь редки и
мелки, будучи отравлены грехом! Словно смутное
воспоминание, слабый отблеск былой райской славы
свидетельствуют нам о мире ином шедевры мирового
искусства. Что такое поэзия? Разве не попытка вер-
*
Роман, иеромонах. «Так будь же зеркалом у Бога…».
Жизнь жительствует
115
нуть слову его исконную глубину, присущую ему
красоту звучания? Неужели созвучия музыки только
лишь убаюкивают слух, а не зовут присоединиться к
сонму голосов, поющих исполненную восхищения
песнь Богу? А балет, эта тоска по прекрасному и гармоничному человеческому телу, нетронутому порчей греха и похоти, так много говорящему каждым
жестом? Разве не первозданный свет разлит на полотнах картин — сияние красоты непреходящей, вечной,
а значит — божественной?
Кто кисти вдохновенье дал,
чтобы тебя запечатлела?
Кто разум вдохновил на дело?
Кто сей рукой повелевал?
Искусство пусть себе похвал
не расточает слишком много:
портрет, коль мы рассудим строго,
скорей природы торжество,
у человека — мастерство,
но вдохновение — от Бога
*
.
Когда творчество замыкается на себе самом, превращается в «искусство ради искусства», оно становится молитвой в никуда. Оторвав человека от бренной земли, оно все кружит и кружит его в небе, но,
не имея цели, снова опускает обратно. В ту же грязь.
Тот же серый день. Ту же пустоту, еще более разбередив и так больную душу. И как по-другому несется
ввысь молитвенная песнь под расписными сводами
белокаменного храма!..
И вещим духом понял я,
Что все, рожденное от Слова,
*
Де ла Крус Хуана Инес. Десимы, в которых любовные излия-
ния обращены к портрету возлюбленного.
116 ПРОСТЫЕ ОТВЕТЫ НА ВЕЧНЫЕ ВОПРОСЫ
Лучи любви кругом лия,
К Нему вернуться жаждет снова,
И жизни каждая струя,
Любви покорная закону,
Стремится силой бытия
Неудержимо к Божью лону.
И всюду звук, и всюду свет,
И всем мирам одно Начало,
И нет на свете ничего,
Что бы любовью не дышало
*
.
Протоиерей Павел Великанов
Наказание
В ночь на 13 ноября 1970 г. невероятный по силе
тайфун обрушился на прибрежные районы Восточного Пакистана. Ветер, скорость которого достигала
240 км/ч, поднял пятнадцатиметровую волну, которая прошла над цепью густонаселенных островов.
Сметая все на своем пути, она ударила по побережью
и вместе с ураганным ветром принесла катастрофические разрушения. Были сорваны мосты, разрушены
магистрали, уничтожены целые поселки. В океанской пучине погибло около миллиона человек, а десять миллионов оказались без крова. Подобные катаклизмы происходят едва ли не каждый год. Но если
есть Бог, то зачем Он допускает такие беды?
Может, людям Он мстит за отсутствие веры,
за вселенский бардак и пороки без меры,
за разбитые храмы, иконы в пыли,
за кровавые слезы уставшей Земли?..
*
Толстой А. «Меня, во мраке и в пыли…».
**
Оксинский П. Есть ли Бог на Руси.
**
Жизнь жительствует
117
Древние римляне видели не только в народных, но
и в личных несчастьях месть богов. «Счастлив был бы
Рим, — пишет Лукиан, — и благословенны были бы
его жители, если бы боги прикладывали столько же
сил, заботясь о людях, сколько они прикладывают,
чтобы отомстить им».
Таков ли Бог христиан? Можно ли сказать о
Нем, что Он мстит человеку за его грехи, наказывая
его и в этой жизни, и в будущей? А может, никто
никого не наказывает — просто каждый сам расплачивается за свои ошибки? Но если пристальнее
посмотреть вокруг, нельзя не заметить, что между
грехом и наказанием нет равновесия: преступники
порой благоденствуют, а на праведных то и дело обрушиваются беды. Если бы не было Бога, а был лишь
некий универсальный закон бытия — такой же формальный, неизменный, безразличный, как закон
земного тяготения, — вот тогда была бы прямая зависимость между грехом и наказанием. Но там, где
появляется Бог как Личность, взыскующая Своего
Друга — человека, там отношения выстраиваются
уже по-иному.
Отчего же Бог меня наказывал
Каждый день и каждый час?
Или это ангел мне указывал
Свет, невидимый для нас?
*
В Божественном наказании, как его видит христианство, Бог выступает не в качестве карателя или
тем более мстителя. Ведь главное, что движет Им, —
любовь к человеку. Наказания Господня, сын мой,
не отвергай, — увещевает Премудрый Соломон, — и
не тяготись обличением Его; ибо кого любит Господь, того наказывает и благоволит к тому, как
*
Ахматова А. «Помолись о нищей, о потерянной…».
118 ПРОСТЫЕ ОТВЕТЫ НА ВЕЧНЫЕ ВОПРОСЫ
отец к сыну своему (Притч. 3, 11–12). Ему вторит
многострадальный Иов: Блажен человек, которого
вразумляет Бог, и потому наказания Вседержителева не отвергай, ибо Он причиняет раны и Сам обвязывает их; Он поражает, и Его же руки врачуют
(Иов 5, 17–18).
Божие наказание человеку свидетельствует о том,
что Богу человек не безразличен. Бог есть величайший Педагог, Который меру наказания определяет
Своей мудростью. Именно поэтому правильно принимаемое наказание не может ввергнуть в отчаяние или
быть невыносимым. Но мера, определяемая Богом,
всегда отлична от меры человеческого суда. Цель,
которую преследует Божие наказание, — это не расплата, а вразумление в целях отрезвления и исправления, освобождения от тех оков и цепей, которые
крепко удерживают дух во власти плоти. Но какое
средство будет в данный момент наиболее эффективным и действенным, решает Сам Бог.
В еврейском языке понятие «веры» близко к «верности»: не только человек призван быть верным Богу,
но и Бог свидетельствует о Самом Себе как Верном.
Но верном чему? Прежде всего, тому Завету, который
был заключен с человечеством: Забудет ли женщина
грудное дитя свое, чтобы не пожалеть сына чрева
своего? но если бы и она забыла, то Я не забуду тебя —
так говорит Бог устами пророка Исаии
(Ис. 49, 15). Бог
остается верным и тогда, когда завет — договор — односторонне разрывается, когда человек восстает против Бога своими грехами. «Я не оставлю тебя... —
даже когда ты оставляешь Меня...» В этом проявляется
величайшая кротость Бога, Который идет до самых
глубин ада, чтобы оставаться рядом с человеком, оставаться до предела, до самого конца, пока не померкнет последний луч надежды на исправление.
Жизнь жительствует
119
Наказание — это не месть, и даже не сведение
счетов. Наказание — это Божественный крик, громкий, пронзительный, пронзающий толщу житейской
суеты и многоголосицы, пробивающийся сквозь
броню увеселений и мнимого покоя, в которые закутывают себя с головой, боясь правды жизни. Наказание — это осязаемый след заботы Бога о каждом. «Наказуя, наказа мя Господь: смерти же не предаде мя».
Так скажет человек, для которого любая беда — не
более чем звоночек, легкий отзвук небесного колокола, который не устает вещать о вечном. Блаженный Иероним высказал парадоксальную истину:
«Величайший гнев — это тот, когда Бог больше не
гневается на нас, когда мы грешим». Тем самым Он
оставляет нас в одиночестве! Вот почему в жизнеописаниях христианских подвижников нередки случаи, когда святые искренне сожалели и плакали, когда
не ощущали скорбей: они опасались, что Бог их
оставил.
Святитель Василий Великий, размышляя о массовых бедствиях, пишет: «...Болезни в городах и народах, сухость в воздухе, бесплодие земли и бедствия,
встречающиеся с каждым в жизни, пресекают возрастание греха. Так врач истребляет болезнь, а не
влагает ее в тело. Разрушения же городов, землетрясения, наводнения, гибель воинств, кораблекрушения, всякое истребление многих людей, случающееся
от земли, или моря, или воздуха, или огня, или какой
бы то ни было причины, бывают для того, чтобы уцеломудрить оставшихся; потому что Бог всенародные
пороки уцеломудривает всенародными казнями»
*
.
Протоиерей Павел Великанов
*
Василий Великий, святитель. Творения.
120 ПРОСТЫЕ ОТВЕТЫ НА ВЕЧНЫЕ ВОПРОСЫ
Слава
В одной из московских школ детям начальных
классов предложили написать письмо... Богу. Детские
вопросы оказались неожиданными: «Господи, а Ты маму
слушал в детстве?» «Синее небо, Господи, это когда y
Тебя хорошее настроение?» «Вообще-то я не верю в
Тебя. Вот скажи, почему люди не видят Тебя?» «Почему весной, когда вечером Ты включаешь на небе
звезды и дуешь на Землю теплый ветер и вокруг тихотихо, мне иногда хочется плакать?» И тут вдруг искреннее недоумение: «А слава Тебе жить не мешает?»...
Казалось бы, странный вопрос. Особенно в ребячьих устах. Значит, еще нетронутое «взрослостью»
сердце ощутило двойственность, если не лживость,
той земной славы, к которой так стремятся многие.
Той славы, достигнув которой, понимают поэта:
Я знаю, что такое слава.
Она — ошейник из цветов
*
.
А к ошейнику прилагается еще и поводок в чьихто чужих руках...
Несмотря на такую опасность, славы домогаются
любыми путями. Разве не замечательно прослыть по
всему миру талантливым композитором, успешным
бизнесменом или политиком? Разве не приятно, когда
тебя знают люди, которых ты и знать-то не желаешь?
Неужели есть что-то неправильное, греховное, в этом
исконно присущем человеку искании славы?
К чему ищу так славы я?
Известно, в славе нет блаженства,
Но хочет все душа моя
Во всем дойти до совершенства.
*
Евтушенко Е. «Я знаю, что такое слава…».
Соседние файлы в предмете [НЕСОРТИРОВАННОЕ]