Добавил:
ivanov666
Опубликованный материал нарушает ваши авторские права? Сообщите нам.
Вуз:
Предмет:
Файл:Парадигмальные основания анализа социальной реальности
.pdf
71
предсказывать явления и контролировать их. Поэтому восхождение от
единичного (индивидуального) к общему (генеральному), а затем обратно
к единичным явлениям и есть диалектический алгоритм познания объектов
любого рода и класса. Поэтому спор натуралистов (социологов,
утверждавших, что не существует принципиальных различий в предмете и
методе отдельных наук) и интерпретативистов
71
(доказывавших, что
предмет социологии – единичные явления социальной жизни), а также
критиков социологии из стана естественных наук, был спор ни о чем. В
действительности, любая наука постигает в отдельных вещах как единое,
так и общее, но целью науки, в том числе и социального знания, является
постижение общего, повторяющегося, так как только
выявление
закономерного позволяет предсказать состояния объекта и поэтому
является содержанием знания.
Требование аксиологической нейтральности научного исследования
социальных объектов, как казалось, могло быть реализовано в русле
неклассических подходов. Наиболее яркой попыткой построить
объективистскую социальную теорию была попытки М.Вебера. Введя
72
понятие типов рационализации (типов рациональности
), с помощью
которого, намереваясь избежать оценочности в социальном исследовании,
Вебер «свалился» в еще больший грех, с точки зрения естественных наук.
Когда он писал, что «рационализм» может быть очень различен по своему
характеру в зависимости от того, имеется ли в виду все большее
теоретическое овладение реальностью посредством все более точных
абстрактных
понятий или же рационализация в смысле методического
достижения определенной практической цели путем все более точного
исчисления адекватных для этого средств… Рационализация жизненного
71
Сторонники герменевтического метода в социологии.
72
Разночтения в написании появляются в связи с русификацией термина. Обычно первые переводчики
дают «кальку» с языка первоисточника, затем, по мере внедрения в отечественный научный дискурс,
термин приобретает форму, обусловленную русским синтаксисом (как например, с «автопоэзисом» в
отечественной философской литературе и «аутопойесисом» в переводах Лумана [Луман Н. Введение в
системную теорию (
«Логос». 2007. – 360 стр.]).
Под редакцией Дирка Беккера). Пер. с нем. / К. Тимофеева. М.: Издательство
72
поведения, с которой мы здесь имеем дело, может принимать самые
73
различные формы»
, – фактически, он заявил, что в исследовании
социальной реальности вообще нет твердых, рациональных ориентиров,
строгих верификационных критериев. С его подачи принцип релятивизма,
заявивший о себе в социальной философии, проник в социологическое
исследование. Но веберовская концепция типов рациональности не спасла
социологию от аксиологической предзаданности, от оценочных суждений.
Во-первых, само слово «рационально»
изначально, семантически
соотнесено с субъектом. Рационально – (от лат.ratio – разум) с точки
зрения рассудка, логически обоснованно, что значит осмыслены цель,
средства ее достижения и способы действия. С точки зрения рассудка
познающего субъекта, ставящего цель деятельности. Уже поэтому
«рационально» не может означать «независимо от познающего субъекта»,
а следовательно, не может и не
испытывать влияния оценочных суждений.
Во-вторых, лингвистически естественные языки в принципе не в
состоянии дать описание реальности (не только социальной) вне
ценностных категорий и оценочных суждений. Тем более, уже на уровне
описания, социальная реальность может быть в принципе отражена только
в ценностных категориях, так как предметом социальных наук являются
такие категории
как «социальный порядок», «справедливость»,
«социальный прогресс», «социальная норма» и т.д. Оказалось, что
требование аксиологической нейтральности в принципе достижимо только
в искусственных служебных языках (например, язык формул).
Принцип функциональной целостности (холистичности) вытекает из
атрибутивного свойства всех социальных систем, поэтому он должен был
бы стать очевидным и неоспоримым принципом социального знания
. Но,
тем не менее, претензии социального знания на статус классической науки,
заставили основателей социальной теории пойти проторенным путем. В
73
Вебер М. Образ общества. М., 1994. С.65
73
естественных науках (по своему предмету) и в классическом познании (по
парадигмальным основаниям) принцип элементаризма подразумевает
нахождение элементарного состава, «последних кирпичиков» любого
исследуемого объекта. Без этого этапа исследования познание объекта не
может считаться полным. Именно этим путем пошли социологи,
исповедующие принцип индивидуализма, утверждая, что общество
состоит из взаимодействующих индивидов, социальных фактов
Дюркгейм), из межиндивидуальных и межгрупповых взаимодействий
(
(Сорокин), из социальных статусов и ролей (Парсонс), из коммуникаций
(Луман).
Основные антиномии, возникшие в связи с рассмотрением категорий
части и целого, начиная с Аристотеля и до настоящего времени – целое
есть сумма частей или целое больше суммы частей; целостность причинно
обусловлена частями или не имеет
причинной обусловленности; целое
познается через знание частей или части познаются через знание о целом –
оказались сняты в процессе развития теории познания. Как показал анализ
категорий целого и части, методологическая проблема взаимоотношения
части и целого решается в процессе перехода от одного уровня познания к
74
другому
. Если объект познания дан в прямом наблюдении целиком, то
его познание осуществляется от целостного описания и помещения в
классификационную сетку к аналитической ступени познания, в которой
устанавливается структура и законы функционирования. Но класс
объектов, которые не даны в прямом наблюдении, исследуется в ином
алгоритме: от части к целому. Такими объектами
познания являются все
объекты социального знания: общество, город, социальная группа. Но не
только, также и объекты естественного знания: галактика, экосистема,
живой организм. Поэтому спор между элементаристами и холистами в
социологии с позиций сегодняшней науки кажется надуманным.
74
Айдинян Р.М., Шипунова Т.В. Методологические тупики социологии // Проблемы теоретической
социологии. Вып. 4: Межвуз.сб. / отв. ред. А.О.Бороноев. – СПб.: НИИХ СПбГУ, 2003. – 354 с. С.36-51
74
Современное социальное знание оказалось в ситуации, которая
потребовала размыкания дисциплинарных границ, так как объект на
любом уровне исследования – от макро, до микро продолжает сохранять
сложную и комплексную структуру.
Наиболее востребованное социальное знание на сегодняшний день,
кроме собственно социологии – политология, конфликтология, теория
управления человеческими ресурсами и т.д. – самые молодые научные
дисциплины
. Это прикладные науки, призванные решать самые
актуальные социальные проблемы. Но, например, политология со времени
своего возникновения накопила определенный объем знаний, вместе с тем
ее потенциал существенно ограничивается пределами доминирующей
парадигмы. Как и все социальные науки, она возникла в русле
рационального познания западной цивилизации, на эмпирическом
материале западной цивилизации и для
нужд западной цивилизации.
Поэтому закономерно, что институты и способы функционирования
политических систем, возникшие в европейской традиции, принимаются за
эталон.
Вместе с тем, сегодня очевидно, что социокультурных систем более
чем одна – западноевропейская. Следовательно, типов политических
систем и способов их функционирования может быть также более чем
один. Но в русле политического знания, претендующего
на статус
классической научной дисциплины, до сих пор осуществляются попытки
сформулировать законы, имеющие абсолютный характер, а прикладная
политология до сих пор строится на принципе универсализма. Видимо
поэтому, в силу ограничений, налагаемых особенностями формирования,
политология лучше всего пока справляется с обобщением, но не с
регулированием политических процессов. Например, попытки науки
представить
универсальные проекты модернизации незападных обществ,
которых ХХ век предложил как минимум три, пока оказались
75
несостоятельны75. А опыт таких стран, как Япония, Южная Корея,
Турции, говорит, что возможна своего рода модернизация без
модернизации. Строго говоря, локальная модернизация,
распространяющаяся на какую-либо подсистему и должна называться
модернизацией, в отличие от социальной трансформации,
распространяющейся на систему в целом. Например, Япония достаточно
успешно восприняла индустриальную технологию, не меняя ценностных
установок и многих особенностей социальной, политической структуры.
При этом успех таких модернизационных проектов тоже имеет две
стороны. Сохранение традиционных черт социальной, политической и
правовой культуры, с одной стороны, способствовало эффективному
распределению социальной активности, с другой стороны, вызывает
опасение реанимация архаических ментальных стереотипов, которые
могут быть особенно опасны при современном уровне технической
вооруженности.
Современная социокультурная ситуация оказалась такова, что
основные традиционные подходы в социальном знании не в состоянии
стать концептуальной и методологической основой построения программ
управления социальной реальностью. Задачи управления социальными
процессами (включая экономический, политический, экологический и т.д.),
заставляют обратить внимание на культуру не как на фактор (один из, или
детерминирующий) социальной динамики, а исследовать культуру
даже
как целостную систему, в которой экономическая, социальная,
политическая являются подсистемами и подчиняются системным
закономерностям функционирования культуры. Нужда в системном
знании, позволяющем объяснить человеческую деятельность и
75
В.Г.Федотова определяет содержание этих проектов: 1. Попытки преодолеть разрыв между странами
гегемонами и их бывшими колониями. Модернизация на принципах однолинейного эволюционизма –
модернизация «сверху» как вестернизация. 2. Модернизация в русле этноцивилизационной концепции –
как системный, гомогенизирующий (глобализационный) процесс. 3. Модернизация как
«постмодернизация» - как процесс движения к полицентризму, поликультурности, поливекторности.
[Федотова В.Г.
Типология модернизаций и способов их изучения // Вопросы философии. 2000. № 4]
76
закономерности функционирования человеческого общества,
детерминировала институциализацию науки о культуре.
Первоначально культурологическая проблематика рассматривалась в
русле антропологии, и под культурой понимались институты человеческой
деятельности и способы организации человеческих сообществ. Объектом
культурантропологического исследования были архаические сообщества,
что резко сужало исследовательскую базу. Немало дала для становления
науки о культуре этнография. Обнаружение различных форм
человеческого
существования имело большое значение. Фактически,
только осмысление факта, что общества имеют разные политические
установления, морально-этические нормы, хозяйственные традиции, стало
началом обнаружения феномена культуры. Как писал Ионин Л.Г., –
«Открытие своей культуры, вообще как таковой, самого понятия культуры,
стало возможным тогда, когда были открыты культуры»
76
. Добавим, что
осмысление культуры стало необходимо и возможно только тогда, когда
она – культура, поставила перед обществом проблемы: представлявшееся
безальтернативным, поступательное движение к прогрессу явно
натолкнулось на противоречия; культура как воспитание и просвещение
оказалась невозможна или недостаточна для бесконфликтного
существования людей; культура как система духовных ценностей
оказалась не в состоянии объединить
людей; культура как система норм
оказалась не в силах урегулировать бытие людей; оказалось, что культура
как совокупность достижений человеческой деятельности не только (и не
столько) разрешает проблемы человечества, но еще и порождает их.
Переход к новым основания наук о культуре и обществе связан был и
с общенаучной ситуацией – формированием неклассических подходов
, и с
созреванием самого социогуманитарного знания. Бурное развитие
социогуманитарных исследований, прежде всего, археологии,
76
Ионин Л. Г. Социология культуры. – М., 1997. С.21
77
ориенталистики, культурпсихологии, лингвистики обнаружило
неадекватность линеарно-стадиальных конструкций социального процесса.
В него не вписывалась, например, эволюция номадических обществ.
Традиционный эволюционизм рассматривал номадов как переходную
стадию к оседлому аграрному обществу, классово организованному,
государственному, с политико-правовой регуляцией социальной жизни.
Современная наука имеет другой взгляд на эволюцию скотоводческой
технологии: переход от кочевого скотоводства
к оседлому земледелию
невозможен в тех природно-климатических условиях, где он доминирует
(засушливые степи, высокогорья и т.д.), и в условиях кочевого
хозяйственного уклада невозможно возникновение государства и
классового общества, а в бесклассовом обществе, организованном в
локальные общины в силу хозяйственной необходимости не может
возникнуть политико-правого способа регуляции
77
. Эволюция социальной
организации номадов шла по другому пути – они создавали другие типы
политий
78
, так называемые альтергосударства79. Также невозможно
оказалось вписать в традиционную концепцию социальной эволюции
(линеарно-стадиальную) историю так называемых рабовладельческих
обществ. Оказалось, что так называемый азиатский способ производства
был основан на сочетании труда свободных земледельцев и важнейших
элементов производительных сил – земли, воды и рабов, которые
80
находятся в государственной (общественной) собственности
. Причем,
государство этих обществ имело все черты классического государства
(наличие институциализированного аппарата управления, наличие
77
Калиновская К.П., Марков Г.Е. Общественные отношения и социальная организация номадов //
Ранние формы социальной организации: генезис, функционирование, истоическая динамика. – СПб.:
Музей антропологии и этнографии (Кунсткамера) РАН, 2000. – 352 с. С.179 - 195
78
Термин «альтергосударство» предложен и разработан Грининым Л.Е. и коллегами в работах [52, 84]
79
Гринин Л.Е., Бондаренко Д.М., Крадин Н.Н., Коротаев А.В. Раннее государство и его аналоги.
Волгоград: Учитель. 2006
80
Васильев Л.С. Генеральные очертания исторического развития и общественного прогресса //
Философия и общество. 1997, № 1 – 2; Гринин Л.Е. Философия, социология и теория истории: Опыт
философско-социологического анализа некоторых общественных законов и построения теории
всемирно-исторического процесса. Пособие для студентов по социальной философии и социологии. Изд.
4-е, стереотипное. – М.: Комкнига, 2007. – 352 с.
78
кодифицированного права, налоговой системы, территории юрисдикции).
А античное общество (например, афинское) более позднего
происхождения и основанное на более развитой, сложной ремесленной
технологии не имело многих черт государственности: управляемое
средствами прямой демократии оно не имело военно-полицейского
аппарата, регулярного налогообложения, законодательной системы. К
такому выводу приходит М.Берент в статье «Безгосударственный полис
81
раннее государство и древнегреческое общество»
. Особенности
социальной организации ранних обществ позволили в современной науке
ввести понятия альтергосударства
каждого общества в отдельности государство не было неизбежным»
82
и прийти к обобщению, что «для
83
. К
этому можно добавить, что феодальный способ производства вообще
рассматривается современной наукой как специфический для
европейского общества и не адекватный не только восточным
хозяйственно-экономическим укладам, но даже типологически более
близкому – российскому
84
. В общем, постепенно пришлось признать, что
однолинейный эволюционизм не является отражением реального
исторического процесса.
На протяжении XIX – XX вв. происходило формирование
:
исследовательских школ незападных обществ. В социальном знании
выделяются как самостоятельные отрасли африканистика, ориенталистика,
латиноамериканистика и т.д. Формированию этих дисциплин
способствуют, во-первых, успехи других отраслей социогуманитарного
знания – лингвистики, археологии, культурпсихологии,
81
Берент А. Безгосударственный полис: раннее государство и древнегреческое общество //
Альтернативные пути к цивилизации: Кол. монография / Под ред. Н.Н.Крадина, А.В.Коротаева и др. М.,
2000
82
Гринин Л.Е. Генезис государства как составная часть процесса перехода от первобытности к
цивилизации // Философия и общество. 2001, № 4; 2002, №2; Гринин Л.Е., Бондаренко Д.М., Крадин
Н.Н., Коротаев А.В. Раннее государство и его аналоги. Волгоград: Учитель. 2006; Крадин Н.Н. Кочевые
общества. Владивосток: Дальнаука. 1992
83
Гринин Л.Е., Бондаренко Д.М., Крадин Н.Н., Коротаев А.В. Раннее государство и его аналоги.
Волгоград: Учитель. 2006. С.27
84
Черникова Т.В. Средневековое землевладение и проблема феодализма в русской истории //
Общественные науки и современность. 2005. № 5. С.96-108
этносоциологии и
79
др. Во-вторых, как обычно, познавательные усилия человека направлены в
те сферы общественного бытия, которые на данный момент являются
актуальными, важны для выживания социума или его
конкурентоспособности во взаимодействии с другими обществами. На
протяжении ХХ в. увеличивается плотность населения, нарастает
межэтническая напряженность. Наиболее конфликтогенными зонами
становятся зоны межцивилизационных контактов, так как
западная
цивилизация нашла относительно эффективные способы решения
внутрицивилизационных социальных конфликтов, но благополучие ее
зижделось все-таки на эксплуатации незападных обществ или ресурсов, им
принадлежащих. Потребовались в связи с этим знания о незападных
обществах. В результате возникает новый способ анализа социальных
явлений – историческая компаративистика.
Социальное знание уже накопило определенный методологический и
теоретический багаж, на базе европейского материала, когда начинает
формироваться компаративистика. В основе компаративистского
исследования лежит описательный подход, но, безусловно, в любом
компаративистском исследовании невозможно обойтись без известного
уровня абстрагирования. Это определило первый принцип
компаративистского исследования – европоцентризм. Конечно, это было
связано не с тем, что ученое сообщество не могло преодолеть свой
снобизм
. Естественный этап познания – сравнение нового объекта с уже
известными. Поэтому этот принцип компаративистских исследований не
был осознанной методологической установкой. Скорее это было
следствием сложившейся обстановки в науке. Осознание того, что позиция
познающего субъекта внутри исследуемого объекта существенно
ограничивает и искажает результаты познания приходит постепенно.
Другим принципом компаративистского исследования стал принцип
дихотомии. Этот принцип также являлся следствием рефлексии западного
общества на иную социальную реальность. Ограниченность
80
эмпирического материала, недостаточный еще уровень зрелости
теоретического аппарата не позволяли пока построить разветвленную
классификацию социокультурных систем. Надо сказать, что и сегодня
адекватной типологии культур не существует. В культурологии и
социологии, цивилизационных исследованиях используются
классификации обществ, в основе которых лежат самые разные принципы.
Например, существуют классификации, в основе которых лежат:
географический принцип
формационный, даже когнитивный
, этнологический, лингвистический, религиозный,
85
. Они преследуют различные цели,
вскрывают некоторые закономерности, но все они имеют существенные
ограничения: фактически, никакая классификация не включает в себя все
многообразие социокультурных систем, кроме самого грубого деления на
«мы» и «не мы».
Принцип дихотомии позволил осмыслить собственную культуру
через противопоставление, но, одновременно, выявились ограничения
такого подхода. Все многообразие
социальной действительности делится
на два противоположных типа, которые вскрывают лишь одну из сторон
социального бытия. Например, все общества противопоставляются как
доиндустриальное – индустриальное, дописьменное – письменное,
догосударственное – государственное, аграрное – техногенное, западное –
86
восточное
, традиционное – либеральное, закрытое – открытое,
континентальное – приморское, кочевое – оседлое, интровертное –
экстарвертное и т.д. Уже самый первый взгляд замечает, что некоторые
противопоставления являются натянутыми (например, традиционное –
либеральное), некоторые не являются типологическими (континентальное
85
Когнитивная классификация социокультурных систем пока не разработана, но сам принцип анализа
культура на основе типологических характеристик мышления уже разрабатывается в науке См.
например: Режабек Е. Я. Филатова А. А. Когнитивная культурология: учебное пособие / Е. Я. Режабек,
А. А. Филатова. – СПб . : Алетейя, 2010. – 316 с.
86
В настоящее время наметился уже отход от столь прямолинейной привязки к пространственному
фактору, так как, во-первых, с самого начала это было весьма условное деление. Многие «западные»
культуры находятся на востоке, относительно других «восточных» цивилизаций. Во-вторых, Восток
обнаружил, при более внимательном рассмотрении гораздо большее разнообразие, чем Запад. Поэтому
сейчас
обнаруживается недостаточность теоретического обоснования этого многообразия.
в научной литературе больше распространена терминология Запад и Незапад. Тем самым
Соседние файлы в предмете [НЕСОРТИРОВАННОЕ]