Добавил:
ivanov666
Опубликованный материал нарушает ваши авторские права? Сообщите нам.
Вуз:
Предмет:
Файл:Организованная экономическая преступность, сопряженная с коррупцией. Состояние, тенденции и меры борьбы с ней. Монография
.pdf
Как показывает проведенное нами исследование, такое положение во многом стало возможным по причине беспрецедентной коррупции госаппарата и правоохранительных органов. Не секрет, что
произошло их сращивание с организованными преступными структурами. Легальное предпринимательство испытывает ощутимое давление со стороны «теневой» экономики, являющейся экономической подпиткой для коррумпированных чиновников и одним из
источников финансово-экономической основы организованных
групп и преступных сообществ. Вот так и происходит тесное смыкание уголовного мира с теневыми экономическими структурами и
коррупцией в органах власти и управления. В итоге «такая преступная деятельность соответствует «теневой криминальной политике»
1
коррупционных властных структур»
. Аналогичного мнения придерживается А.Н. Стукалов, подчеркивая, что указанная идеология
явно противоречит политике борьбы с организованной экономической преступностью, нейтрализует соответствующую деятельность
2
правоохранительных органов
.
Как и другие ученые, С.В. Дьяков наглядно показывает текущую связь коррупции, организованной преступности и теневой
экономики: дельцы теневой экономики часто прибегают к услугам
профессионалов уголовного мира; это приводит к образованию организованных преступных сообществ, материальным базисом которых и областью приложения преступно добытого капитала стала
3
теневая экономика
.
Наличие коррумпированных связей у организованных структур
означает для них многое. В этом контексте коррупцию С.А. Солодовников понимает как «приобретение, накопление, увеличение
криминальных доходов и влияние на властные структуры с использованием значительного, нажитого преступным путем капи-
4
.
òàëà»
Не случайно перед правоохранительными органами страны поставлена задача снижения уровня коррупции. Государственные муниципальные структуры особенно нуждаются в очищении от этого
зла. Только в 2009 г. правоохранительными органами страны было
1
Солодовников С.А. Криминальная экономика и насильственные преступления
против собственности граждан: Монография. М.: ЮНИТИ-ДАНА: Закон и право, 2003. С. 19.
2
Стукалов А.Н. Особенности оперативно-розыскного обеспечения нейтрализации противодействия организованных преступных структур: Автореф. дисс. …
канд. юрид. наук. М., 1999. С. 4, 5.
3
Организованная преступность — 2. Проблемы, дискуссии, предложения. М.,
1993. Ñ. 9, 10.
4
Солодовников С.А. Терроризм и организованная преступность: Монография. М.:
ЮНИТИ-ДАНА: Закон и право, 2007. С. 37.
211
выявлено 43 тыс. преступлений против государственной службы,
интересов государственной службы и службы в органах местного
самоуправления. Около 15 тыс. из них — это преступления коррупционной направленности.
Подразделениями органов внутренних дел за этот период было
выявлено 38 672 преступления коррупционной направленности
(89,9%), из них 7341 преступление связано с получением взятки
государственными и муниципальными служащими, что составляет
18,9% от общего числа зарегистрированных преступлений коррупционной направленности.
Рост обращений и жалоб свидетельствует о том, что возвращается когда-то имевшееся доверие граждан правоохранительным органам. Не все удалось еще сделать. По мнению автора, меры по
борьбе с коррупцией пока что не адекватны ее масштабам. А это в
свою очередь предполагает необходимость существенной корректировки предстоящих планов действий.
Для успешного решения задачи по снижению уровня коррупции, как нам представляется, должна быть создана система надежной антикоррупционной защищенности правоохранительных органов в целом. Идея создания такой системы только в органах внутренних дел не приводит к желаемым результатам.
К сожалению, принимаемые меры еще недостаточны. По мнению автора, необходима система мер, которая предусматривала бы
экономическую и юридическую ответственность дельцов «теневой» экономики, ужесточение к ним экономических санкций. Как
известно, теневой бизнес на сегодня приносит значительный доход. Практическая реализация этих и других профилактических
мер нацелена одновременно и на предупреждение противоправной
деятельности должностных лиц, являющихся «крышей» для дель-
1
цов теневого бизнеса. Широкомасштабная работа
, начатая по
формированию антикоррупционных стандартов и допустимых
норм поведения чиновников, а также по созданию в обществе атмосферы нетерпимости коррупции во всех ее проявлениях, как
показывает исследование, уже приносит определенные положительные результаты.
Формируемый на базе ГИАЦ МВД России реестр дисквалифи-
цированных лиц
2
наряду с названными мерами служит интересам
противодействия коррупции. В этом реестре аккумулированы све-
1
В МВД России реализуется План по противодействию коррупции на 2008—
2010 ãîäû.
2
Приказ МВД России от 22 ноября 2006 г. ¹ 957 «Об утверждении Наставления по формированию и ведению реестра дисквалифицированных лиц и Инструкции о порядке предоставления информации о дисквалифицированных
лицах».
212
дения о чиновниках и предпринимателях, которым по приговору
суда запрещено занимать руководящие должности. В настоящее
время здесь содержатся данные о более чем 5 тыс. лиц, осужденных
за коррупционные преступления.
С принятием нового антикоррупционного законодательства
деятельность правоохранительных органов в этой сфере стала более активной. Подтверждением тому служит то, что при раскрытии коррупционных преступлений отмечается положительная динамика. Так, в 2008 г. правоохранительными органами было выявлено 40,5 тыс. преступлений коррупционной направленности. Каж-
1
дое третье из них (12,5 тыс.
) — взяточничество. По 9,8 тыс. преступлений этого вида уголовные дела направлены в суд. К уголовной ответственности привлечены 6 тыс. человек, причем среди них
немало высокопоставленных должностных лиц.
Вот некоторые данные о судебной практике применительно к
органам местного самоуправления. В 2010 г. за совершение преступлений коррупционной направленности было осуждено 720 должностных лиц органов государственной власти и местного самоуправления. В так называемом рейтинге коррупциогенности органы
местного самоуправления занимают третье место. На это сильно
повлияли выявленные факты сращивания местной администрации
с криминалом (Кущевка, Гусь-Хрустальный и др.). В истекшем году к
уголовной ответственности за коррупцию были привлечены 214 депутатов органов местного самоуправления, 310 выборных должностных
лиц органов местного самоуправления. Как и прежде, среди сфер,
наиболее пораженных коррупционными проявлениями (по количеству возбужденных уголовных дел), оказались: образование и наука
на втором месте, здравоохранение и социальное обеспечение — на
2
третьем
.
За этими цифрами стоит большая кропотливая работа, связанная со сбором и закреплением доказательств. Правоохранительные
органы постепенно в этом плане нарабатывают опыт. Острие противодействия, как показало исследование, направлено на коррумпированных высокопоставленных должностных лиц, поддерживающих связь с криминальными структурами.
Следует также отметить, что на 13,3% увеличилось количество должностных преступлений, в том числе в крупном размере —
на 16,8%.
1
Из 12,5 тыс. фактов взяточничества только 270 квалифицированы как совершенные в крупном размере, что, естественно, не отражает реальное положение дел.
2
Подробнее см.: официальный сайт Президента России // Стенографический
отчет о заседании Совета при Президенте по противодействию коррупции. 2011.
13 января.
213
Справедливости ради стоит отметить, что «на сегодняшний день
государственная система противостояния организованной преступности пока не способна в полной мере восстановить утраченные
механизмы и инструменты социального контроля. Образующийся
вакуум в контроле и эффективности правоприменительной деятельности заполняется альтернативными системами. Повсеместно
большое количество бизнесменов вовлечено в формирование политической и экономической политики страны, и как следствие областями криминализации последовательно становятся: бизнес, эко-
номика + политика. И как следствие организованная преступность
перестает быть конфедерацией бандитов, вымогателей — ýòî ñîþç
государственных чиновников и криминализованных бизнесменов»
Определив особенности функционирования экономики в условиях рыночных отношений и механизмы влияния социально-экономических преобразований на криминогенную ситуацию в сфере
экономики, рассмотрим состояние уголовной политики в сфере
борьбы с организованной экономической преступностью, сопряженной с коррупцией, поскольку от него зависит многое, когда
речь заходит о стабилизации криминогенной ситуации.
1
.
3.2. Уголовная политика в сфере борьбы
с организованной экономической преступностью,
сопряженной с коррупцией
Борьба с организованной экономической преступностью, сопряженной с коррупцией, на наш взгляд, относительно самостоятельное направление современной российской уголовной политики.
Правоохранительные органы столкнулись с совершенно новым явлением рыночной экономики — симбиозом экономической организованной преступности и коррупции.
Многолетняя практика убедительно показала, что по степени
общественной опасности названное явление значительно превосходит ранее известные правоохранительным органам организованную
экономическую преступность и коррупцию. Организованные преступные формирования в такой оболочке активно осваивают транснациональные связи.
Актуальные проблемы уголовной политики в сфере борьбы с
организованной экономической преступностью, сопряженной с
коррупцией, должны стать предметом изучения не только научной
общественности, но и практических работников правоохранительных органов. В этом контексте уместно привести слова известного
1
Ãðèá Â.Ã. Óêàç. ñî÷. Ñ. 10.
214
криминолога Ф. Лист: «Лучшая социальная политика есть и лучшая
уголовная политика»
1
.
На наш взгляд, это обусловлено целым рядом обстоятельств.
Во-первых, современная уголовная политика
2
с учетом происходящих коренных изменений в первую очередь в законодательстве в области борьбы с организованной экономической преступностью, сопряженной с коррупцией, нуждается в научном осмыслении. На содержание уголовной политики, естественно, повлияло
формирование рыночных отношений. Иначе говоря, следует попытаться ответить на вопрос: как эффективно используются экономические преобразования в России в ходе реализации уголовной политики? Важность и необходимость модернизации уголовной политики вытекают и из Концепции модернизации уголовного законодательства в экономической сфере
3
. Вносимые сейчас
изменения и дополнения, в частности, в УК РФ, можно рассматривать как определенные шаги в части материализации идей, заложенных в этот документ. Между тем, нельзя не отметить и
имеющиеся еще «погрешности» в Концепции. В.П. Коняхин пишет: «Анализ Концепции модернизации уголовного законодательства в экономической сфере позволяет сделать вывод, что при неоспоримых и многочисленных достоинствах данная Концепция
обладает одним, но весьма существенным недостатком: она разработана без должного учета международно-правовых обязательств
Российской Федерации в указанной сфере или порой вопреки
этим обязательствам»
4
.
Во-вторых, содержание, принципы и формы реализации уголовной политики сегодня не в полной мере отражают сложившуюся
криминогенную ситуацию в сфере экономики как объекта криминального влияния со стороны указанного вида преступности. Не
совсем продуманное решение («забегание» вперед без достаточных
1
Öèò. ïî: Новоселова С.С. Организация предупреждения преступлений в сфере
экономической деятельности // Российский следователь. 2006. ¹ 5. С. 29, 30.
2
Как известно, уголовная политика может быть рассмотрена как отрасль научного знания либо как деятельность. В настоящей монографии мы сфокусировали свое внимание на уголовной политике как деятельности.
3
См.: Фонд «Либеральная миссия». 2010.
4
Коняхин В.П. К вопросу о Концепции модернизации ответственности за преступления в экономической сфере (комментарий участника парламентских слушаний в Государственной Думе РФ) // Уголовно-правовые нормы об экономических и служебных преступлениях: проблемы правоприменительной и законодательной техники: итоговые материалы Международной научно-практической
конференции, посвященной 1000-летию г. Ярославля (1 октября 2010 года) /
Отв. ред. Л.Л. Кругликов. Ярославль: ЯрГУ, 2010. С. 32.
215
на то социально-экономических и иных условий) либо «торможение» развития этой политики не идут на пользу, а наоборот, приносят существенный вред правоприменительной практике. Полагаем,
что уголовная политика должна быть адекватной, в том числе состоянию организованной экономической преступности, сопряженной с коррупцией. Если она не будет отражать данный вид преступности как один из источников существующей угрозы безопасности, то такая политика скорее всего отстает от действительности.
Можно ли считать, что нынешнее состояние правотворчества обеспечивает высокий уровень эффективности уголовной политики?
Представляется, что содержание, принципы и формы реализации уголовной политики должны соответствовать сформулированной на тот или иной этап развития рыночной экономики стратегической ее цели. Так, В.Ф. Цепелев стратегическую цель уголовной
политики на современном этапе видит в обеспечении реальной защиты личности, общества и государства от преступных посягательств. Он особо подчеркивает то обстоятельство, что «с тактических (ближайших) позиций обозначенная цель достигается через
общепредупредительное, специально-профилактическое и уголовно-правовое воздействие на преступность в два этапа: на первом —
замедление и последующее прекращение роста преступности; на
втором — стабилизация и последующее снижение преступности до
1
социально приемлемого (допустимого) уровня»
. Мы разделяем вы-
сказанное автором мнение.
В-третьих, уголовная политика наряду с другими функциями
должна выполнять и упреждающую, что положительно может сказаться на состоянии рассматриваемого вида преступности. Законодатель, выступая от имени государства, обязан учитывать этот фактор, прежде чем идти по пути уголовной репрессии. Общегосударственная линия борьбы с этим по существу новым явлением должна быть понятна прежде всего правоприменителям как субъектам
реализации этой политики
2
. Думается, что недостаточно учтено то
обстоятельство, что в условиях всеобщей криминализации экономических отношений вряд ли можно вести речь о защите интересов
собственника и его имущественного комплекса сугубо своими силами как хозяином собственности без вмешательства правоохранительных органов. Ситуация продолжает оставаться нестабильной.
1
Цепелев В.Ф. Уголовная политика в контексте национальной безопасности //
Труды Академии управления МВД России. М., 2007. ¹ 3. С. 32.
2
Основная нагрузка в реализации уголовной политики в области борьбы с организованной экономической преступностью, сопряженной с коррупцией, ложится на подразделения БЭП ОВД.
216
На этом фоне либерализация уголовной политики в отношении
конкретных проявлений рассматриваемого вида преступности, на
наш взгляд, явно несовместима с их тяжестью. Мы понимаем, что
проведение политики достаточно жестким подходом в реальную
жизнь потребует большие затраты со стороны государства.
Не менее важным направлением уголовной политики выступает
правоприменительная деятельность, влияющая на состояние, структуру и динамику рассматриваемого вида преступности.
В-четвертых, нерешенные проблемы в большей мере возникают
на этапе реализации самой уголовной политики в сфере борьбы с
названным видом преступности. Как показывает многолетняя практика, они в большей мере характерны для регионов. К сожалению,
складывается парадоксальная ситуация: при наличии единой уголовной политики государства в регионах по-разному складывается
правоприменительная практика в отношении экономических преступлений, совершенных в организованных формах и сопряженных
с коррупцией. В одних регионах судебно-следственная практика не
знает особых проблем, все идет гладко, а в других «пробуксовывает». Естественно, это настораживает. Несмотря на принимаемые
организационные и иные меры, еще не удалось добиться создания
эффективной системы осуществления борьбы с организованной
экономической преступностью, сопряженной с коррупцией. Возникает вопрос: в чем дело? Как нам представляется, современная российская уголовная политика слишком динамична, нестабильна,
вследствие этого у правоприменителя вызывает настороженность.
В-пятых, научный анализ современной уголовной политики
нацелен на поиск наиболее приемлемых нынешним условиям способов снижения, прежде всего, экономического бремени организованной экономической преступности, сопряженной с коррупцией. К тому же это связано с созданием определенных предпосылок
для эффективной борьбы с указанным видом преступности.
На сегодняшний день нет определенности в отношении сущности и содержания уголовной политики, о ее месте в системе единой
политики в сфере борьбы с преступностью. Как известно, составными частями единой политики являются криминологическая, административно-правовая, уголовно-правовая, уголовнопроцессуальная, уголовно-исполнительная, оперативно-розыскная.
Дискуссия относительно уголовной политики продолжается до
настоящего времени. Одни авторы утверждают, что уголовная политика — это «система мер правового, организационного и иного
(внеправового) характера, направленная на разработку комплексных программ предупреждения и борьбы с преступностью, ресоциализации преступников, занимающая особое место в системе го-
217
сударственной власти России, позволяющая осуществлять мониторинг и составлять краткосрочные и долгосрочные прогнозы преступности»
1
. Другие считают, что «речь идет о направлении деятельности государства в этой специфической сфере, об определении
задач, содержания, форм деятельности государства и его органов по
борьбе с преступностью и тесно связанными с нею другими формами антиобщественного поведения»
2
.
Следует отметить, что вторая позиция в большей степени распространена в юридической литературе. Мы присоединяемся к
точке зрения тех авторов, которые констатируют, что «уголовная
политика, как одно из направлений социальной политики, — это
государственная политика в области борьбы с преступностью»
3
.
Приведенная дефиниция представляется нам более предпочтительной. Она позволяет утверждать, что государство и его органы,
в том числе правоохранительные, обязаны вести борьбу с преступностью, причем наступательную, ибо такая политика в обобщенном виде может быть представлена как стратегия и тактика
борьбы с нею.
В юридической литературе справедливо ставят вопрос: «адекватна ли в настоящее время государственная политика борьбы с
преступностью состоянию и тенденциям последней? Не покривя
душой, на этот вопрос можно ответить только отрицательно.
Тенденции современной российской преступности … настолько
неблагоприятны, что вполне правомерно можно и нужно говорить о том, что преступность создает угрозу национальной безопасности и что сама Россия постепенно превращается в криминальное государство. В то же время с полным правом можно утверждать, что реформирование уголовного и уголовно-процессуального законодательства в сторону либерализации, наблюдающееся особенно в последнее время, а также повсеместная либерализация правоприменительной практики без дифференцированного подхода к различным категориям преступлений и преступников не соответствуют криминологическим реалиям. Изменения в законодательстве криминального цикла недостаточно
научно обоснованы»
4
.
1
Лесников Г.Ю. Уголовная политика современной России (методологические,
правовые и организационные основы): Автореф. дисс. … докт. юрид. наук. М.,
2005. Ñ. 5.
2
Алексеев А.И., Овчинский В.С., Побегайло Э.Ф. Российская уголовная политика:
преодоление кризиса. М.: Норма, 2006. С. 14.
3
Òàì æå. Ñ. 13, 14.
4
Òàì æå. Ñ. 15.
218
Аналогичной позиции придерживается и В.В. Лунеев, по мнению которого, «диктатура преступности при либеральной борьбе с
ней становится не менее опасной, чем диктатура тоталитаризма»
1
.
Соглашаясь с его позицией, можно твердо сказать, что уголовная
политика не должна быть либеральной, ибо криминал и либерализм
вообще несовместимы. Если даже проигнорировать данную посылку, то будем иметь уголовную политику, неадекватную криминальной ситуации, а она сегодня тревожная. Что касается организованной экономической преступности, сопряженной с коррупцией, то
складывающаяся частная обстановка выглядит по сравнению с общей вдвойне тревожной и сложной (нетерпимой). В результате «либерализации» уголовного законодательства латентная часть названного вида преступности и ее проявлений может заметно увеличиться. Такая тенденция уже наблюдалась, когда в 2003 г. был очередной виток либерализации.
Фактическая безнаказанность, неадекватность реакции со стороны правоохранительных органов приводили к распространению
преступных проявлений.
Обратим внимание на верное замечание А.И. Алексеева,
В.С. Овчинского и Э.Ф. Побегайло о том, что «практически полностью в латентной части находится так называемое рейдерство
(мошеннический, силовой захват предприятий) как новая, наиболее криминально эффективная форма организованной преступности.
Рейдеры сейчас — это специализированные группы в структуре преступных сообществ либо автономные группы, действующие
как киллеры, «на заказ». В основе современного российского рейдерства — коррумпированные связи членов преступных сообществ
с арбитражными судами, правоохранительными и налоговыми органами»
2
.
Это наиболее характерная криминальная ситуация, связанная с
криминальным переделом собственности и отражающая механизм
совершения в организованной форме преступлений в сфере экономики, сопряженных с коррупцией.
Уголовная политика как деятельность ярко выражена в ее результатах, нашедших отражение в статистических данных. Приведем эти данные, характеризующие состояние борьбы с организованной экономической преступностью, сопряженной с коррупцией.
1
Лунеев В.В. Преступность ХХ века: мировые, региональные и российские тен-
денции. 2-е изд. М., 2005. С. 860, 861.
2
Алексеев А.И., Овчинский В.С., Побегайло Э.Ф. Российская уголовная политика:
преодоление кризиса. М.: Норма, 2006. С. 8, 9.
219
Берем за основу сведения за 2009 г. Так, в 2009 г. было выявлено 663 участника
1
, которые совершили совместно с должностными
лицами преступления в сфере экономики. За этот же период 2509
участников совершили преступления экономической направленности в составе организованных групп или преступного сообщества.
При совершении преступлений экономической направленности
в составе организованных групп (преступного сообщества) коррумпированные связи были установлены у 265 участников, международные — у 256, межрегиональные — у 352 участников организованных групп или преступных сообществ.
Представляют интерес сведения об участниках организованных
групп или преступных сообществ, совершивших экономические
преступления в составе групп (преступного сообщества), которые
были привлечены к уголовной ответственности — 2462 человека, а
вот имевших коррумпированные связи — 257.
Не менее значимыми являются сведения о преступлениях экономической направленности, совершенных в 2009 г. участниками
организованных групп или преступных сообществ. По 15 301 преступлению экономической направленности, совершенному в составе организованных групп или преступного сообщества, уголовные
дела направлены в суд в порядке ст. 222 УПК РФ.
Участники организованных групп (преступных сообществ) чаще
всего совершают мошенничество (8802 преступления), присвоение
или растрату (645), незаконное предпринимательство (78), легализацию (отмывание) денежных средств или иного имущества, приобретенных незаконным путем (1149), изготовление или сбыт поддельных денег или ценных бумаг (302), а также изготовление или
сбыт поддельных кредитных либо расчетных карт и иных платежных документов (600).
Преступления экономической направленности, совершаемые в
составе организованных групп или преступного сообщества, как
правило, были связаны с топливно-энергетическим комплексом,
кредитно-финансовой системой, внешнеэкономической деятельностью, незаконным производством и оборотом этилового спирта и
алкогольной продукции, а также потребительским рынком. Иными
словами, бюджетообразующие отрасли оказались под криминальным влиянием.
Среди выявленных участников организованных групп или преступных сообществ 370 руководителей экономических структур,
1
Здесь и далее приводятся сведения за 2009 г. о результатах борьбы с организо-
ванной преступностью. М.: ГИАЦ МВД РФ, 2009.
220
Соседние файлы в предмете [НЕСОРТИРОВАННОЕ]