Добавил:
ivanov666
Опубликованный материал нарушает ваши авторские права? Сообщите нам.
Вуз:
Предмет:
Файл:Обучение иностранным языкам в мультилингвальном мире. Монография
.pdf
восприятию ее как обычной жизненной составляющей; маскулинности/феминности. Постулаты межкультурной коммуникации, в частности типология культур Хофстеде как
один из ее элементов, все чаще используются в лингвокультурологии для выявления воплощения в языке различий
в представлениях разных культур о действительности и основных ценностных ориентирах.
Все современные исследования указывают на то, что
культура Мексики, как и многих других испаноговорящих
стран, относится к маскулинному типу с абсолютным приоритетом мужских ценностей. Причем индекс маскулинности в этой стране, согласно измерениям социологов, один
из самых высоких в мире: 69%, а в Латинской Америке
мексиканская культура по данному признаку занимает второе место вслед за Венесуэлой (индекс 73%). Интересно отметить, что, например, в Испании индекс маскулинности
гораздо ниже, всего 42%. Гендерная обусловленность мышления неизбежно влияет на особенности восприятия социумом окружающей действительности, что, естественно, находит отражение в языке. Целью нашего исследования является выявление форм проявления маскулинности культуры
в мексиканском варианте испанского языка.
Источником информации для проводимого нами анализа послужили теоретические материалы, содержащиеся в работах, посвящённых кросс-культурной психологии и межкультурной коммуникации, такие, например,
как коллективная монография учёных Австрии и России
«Корпоративная коммуникация в России: дискурсивный
анализ»
219
, статистические данные
220
, а также словари мек-
сиканского варианта испанского языка: H. Pérez Martínez
219
Корпоративная коммуникация в России: дискурсивный анализ / Отв.
ред. Т.А. Милехина. 2-е изд. М: Издательский дом ЯСК, Языки славянской
культуры, 2017. 632 с. (Studia phililogica).
220
Esquivel Ríos R. La plataforma masculinidad-feminidad de Geert Hofstede
en la cultura organizacional de las empresas turísticas de bahías de Huatulco,
Oaxaca // Revista digital de la Universidad Autónoma de Chiapas, 2018. [Электронный ресурс]. URL: https://espacioimasd.unach.mx/index.php/Inicio/
article/view/159/522 (дата обращения: 04.05.2023).
211
Refranero mexicano (Э.Перес Мартинес Словарь мексиканских пословиц); L.F. Lara Diccionario del español usual en
México (Л.Ф.Лара Словарь современного мексиканского варианта испанского языка), Diccionario de Mexicanismos de
la Academia Mexicana de la Lengua (Словарь мексиканизмов
Мексиканской академии языка), Espasa-Calpe, Diccionario
de la lengua española (Словарь испанского языка) и другие.
В социальной сфере маскулинная культура характеризуется расчетом в основном на собственные силы и очевидной склонностью к индивидуализму, а также симпатией
к сильному, что в речи может выражаться в несколько агрессивном стиле общения; в гендерной области — это четкое
разделение ролей в семье и обществе при явном доминировании роли мужчины. Как следствие этого в речевой модели
поведения исследователи отмечают склонность к воинственности, наступательности, конфронтационному и даже
несколько враждебному стилю общения, ярко проявляющуюся, например, в специфике мексиканского каламбура,
диалога, построенного на принципе соперничества, а не сотрудничества.
С другой стороны, маскулинная культура отличается
в эмоциональной сфере высокой степенью самоконтроля,
и это приводит к определённой сдержанности при выборе
речевых средств. Низкая эмоциональность, однако, далеко не всегда является признаком лингвокультуры мексиканского социума в силу исторических особенностей
его развития. Каламбур и «бравада» (словесное воплощение лихачества и бессмысленного бесстрашия), являющиеся неотъемлемой частью речи мексиканцев, — это высоко
экспрессивные, эмоциональные, оценочные семантико-фонетические фигуры. Однако, высокий уровень самоконтроля прослеживается при выборе элементов, составляющих эти стилистические образования. Явное предпочтение
отдаётся эвфемизмам или лексическим единицам, не имеющим пометок «грубое». Это, хотя и агрессивная, но все же
звуковая игра, ирония, намёк. В качестве примера можно
привести часто используемую игру слов: "¡Ah, Chihuahua,
cuánto apache, cuánto indio sin huarache!" — (букв. Ох,
212
Чиуауа, сколько апачи
сандалий!)
222
, где на первый взгляд безобидное название
221
, сколько индейцев без
мексиканского штата Чиуауа на самом деле является эвфемизмом обсценной лексики "¡Ah, chingados!" (букв. какого
черта/хрена и даже более грубо)
223
. Необходимо отметить,
что использование табуированной лексики в современной
Мексике, как и в России, очень ограничено и считается отклонением от этической нормы. Сфера использования каламбура — это просторечие, неформальное общение. В литературных произведениях и кинофильмах каламбур является лишь формой передачи особой атмосферы диалога.
Уровень эмоциональности общения современной мексиканской языковой личности формировался в процессе
транскультурации, сохраняя определенные субстратные
и приобретая суперстратные черты. Мексиканские ученые считают, что преобладание маскулинности является
следствием, прежде всего, субстратного влияния, то есть
она сформировалась как следствие воздействия культуры
древних ацтеков, а также их языка науатля, служившего
на всей территории Мексики в качестве лингва франка
в эпоху завоевания этих латиноамериканских земель испанцами.
В своих работах по исследованию национального мексиканского характера Самуэль Рамос, мексиканский писатель
и философ начала XX века, пишет, что современный мексиканец крайне подвержен влиянию страстей, агрессивен
и даже воинственен. Все эти характеристики автор считает
проявлением слабости и отсутствия способности самоконтроля. Средний представитель современного мексиканского
социума нетерпим к критике и предвосхищает бранным
словом по отношению к ближнему малейшую попытку осудить или подвергнуть сомнению правильность его действий
221
Индейские племена, проживавшие в доколумбовые времена на террито-
рии современного Техаса.
222
Здесь и далее перевод цитат и примеров наш.
223
Lope Blanch M. Algunos juegos de palabras en el español de México //
Lingüística Española Actual, 1980. P. 221.
213
или слов. По этой же причине он не способен и к самокри-
224
тике
. Так можно ли считать, что эту чрезмерную эмоциональность современные мексиканцы унаследовали от своих
древних предков? Представители индейских племен Месоамерики по своей природе были мало эмоциональны, выносливы, индифферентны к эмоциональному и физическому воздействию. “¿Cualquier excitante determina en los
mexicanos con facilidad las emociones? Por lo que se refiere
a la raza indígena no temo asegurar que su sensibilidad se
despierta con trabajo: nace poco a poco y durante largo tiempo
a los excitantes que tienden a provocarla: por eso en toda La
América es proverbial la flema imperturbable del indio, su
estoica taciturnidad” (Любой раздражитель с легкостью вы-
зовет в мексиканце ответную реакцию? В том, что касается
индейцев, с уверенностью заявляю, что пробудить у них
эмоции — совсем непростое дело: они проявляются постепенно и при длительном воздействии. Поэтому во всей Латинской Америке стали поговоркой хладнокровие и невозмутимость индейцев, а также их стоическая молчаливость).
Их подход к жизни был скорее пассивно-созерцательным,
чем активным, однако они были горды, подозрительны
к чужим и мстительны.
С началом конкисты население территории современной
Мексики постепенно становилось менее однородным с появлением метисов, родившихся в браках испанцев и индейцев, и креолов, потомков испанских переселенцев, появившихся на свет на американской земле. Характер метиса как
наследника двух культур, с одной стороны, и жертвы социальной несправедливости, с другой, сформировался полным
противоречий и, как пишет Х. Каррион, известный исследователь в области социологии и политологии Автономного
университета города Мехико, положил начало зарождению
мачизма в Мексике. В своей статье «Мексиканцы с рождения до зрелости» (“De la raíz a la flor del mexicano”) ученый
подробно описывает процесс интегрирования в общество по-
224
Ramos S. El perfil del hombre y la cultura en México. México: UNAM, 1963.
P. 82.
214
томков европейцев и индейских племен. Автор подчеркивает сложность для метиса процесса осознания своего места
в социуме. Он уже не принадлежит миру индейцев, где он
хоть и чувствовал бы себя угнетенным, но ощущал бы уверенность и близость к своим корням, однако в мире креолов, куда он так самоотверженно стремится, ему также нет
места. Все его существо восстает против индейского происхождения, лишившего его возможности войти в такой вожделенный мир. Также очевидна его враждебность к жестокому отцу-иностранцу. В такой взрывоопасной психологической обстановке формируются эмоции и желания
ребенка-метиса. Ощущая себя с детства недостаточно мужественным, он будет хвастаться тем, что он мужчина. Это вынужденное хвастовство доведет его до мачизма, мужского
шовинизма. Такого рода проявление агрессивной маскулинности — не что иное, как неуверенность в себе, утверждает
мексиканский исследователь
225
.
Таким образом, менталитет современного мексиканца
соединил, помимо индейских и испанских элементов еще
и особенности менталитета метиса со всей его эмоциональностью, неуверенностью в себе, постоянным стремлением
к самоутверждению. Такого рода ментальный синтез не мог
не повлиять на речевые средства, выбираемые современной
мексиканской языковой личностью. Традиционная маскулинность культуры получила яркое воплощение в таких популярных в современном мексиканском социуме фигурах
речи как каламбур и бравада, являющихся ярким проявлением агрессивного стиля и стремления к доминированию.
Каламбур — это игра слов, следовательно, он наиболее
труден для понимания не только иностранцами, но и носителями других национальных вариантов испанского языка.
В своих размышлениях по поводу пословиц мексиканского
и пиренейского вариантов испанского языка мексиканский
писатель, лингвист XX века Дарио Рубио пишет, что паремии его родного языка обладают всеми основными харак-
225
Carrión J. De la raíz a la flor del mexicano// R. Bartra Anatomía del
mexicano. México: Plaza Janés, 2002. P. 240.
215
терными особенностями испанских пословиц, но отличаются частотностью использования именно каламбура, так
как он позволяет завуалировать чрезмерную откровенность
некоторых дерзких речевых высказываний
226
.
Каламбур — остроумная шутка, основанная на использовании слов, сходных по звучанию или на использовании
разных значений одного и того же слова
227
. Это — культурно
насыщенная фигура речи, так как для правильного толкования игры слов, построенной на несовпадении плана содержания и плана выражения, необходимо знание языковой
картины мира социума, менталитета его членов, современных и исторических реалий. Только в этом случае возможно
достижение комического эффекта устойчивого сочетания.
Все исследователи мексиканского варианта отмечают особенную красочность и яркость его устойчивых сочетаний,
связывая этот факт с национальным характером мексиканцев, их эмоциональностью и склонностью к экспрессивным
выражениям. Однако воспринимается он не только как агрессия, но и как средство снять напряжение, поэтому каламбур популярен среди мексиканских писателей как средство образной и экспрессивно-эмоциональной характеристики. По мнению известного мексиканского лингвиста
и писателя Хорхе Мехия Прието: “El albur es absolutamente
mexicano: es la forma más ingeniosa de destrozar la lengua de
Cervantes. Sirve para divertir, para sacar la opresión. Tantos
siglos apretujados; el mexicano siempre pobre, rotito... y toda
esta opresión tiene que salir para alguna parte, porque si no,
estaríamos llenos de gente loca. En el fondo el mexicano se
burla de sí mismo y de todos” (Каламбур — это очень мекси-
канское явление, остроумная модель «разрушения» языка
226
Tienen, como es natural, si no todas, cuando menos las principales de las
características de los refranes españoles; y de éstos se distinguen en el uso
frecuente de las voces de doble sentido que se emplean para ocultar algunas
desnudeces que suelen dejar al descubierto los atrevimientos del lenguaje.
Rubio D. Refranes, Proverbios y Dichos y Dicharachos Mexicanos. México:
A.P. Márquez, 1940. P. XXIV.
227
Словарь русского языка АН СССР / Ин-т рус. яз.; под ред. А.П. Евгеньевой. 2-е изд. Т. II. М.: Русский язык, 1982. C. 20.
216
Сервантеса. Он нужен, чтобы развеселить, помочь стать самим собой. В течение стольких веков мексиканец не был
свободен, жил в бедности и унижении… и это ощущение
внутренней угнетенности должно как-то выплеснуться,
найти выход, иначе люди сходили бы с ума. В глубине души
мексиканец смеётся над собой и над всеми)
228.
Однако, необходимо иметь в виду, что мексиканский каламбур, по мнению исследователей, родился среди низших
слоев населения все-таки как одно из речевых проявлений,
как уже было упомянуто выше, такой характерной особенности мужского населения Мексики, как мачизм, т.е. постоянное стремление доказать свое мужское превосходство,
поэтому по форме, содержанию и функции он отличается
от данной формы выражения мысли в других испаноговорящих социумах. “Para el mexicano la vida es una posibilidad
de chingar o de ser chingado. Es decir, de humillar, castigar
y ofender. O a la inversa. Esta concepción de la vida social
engendra fatalmente la división de la sociedad en fuertes y
débiles” (Жизнь мексиканца — это вечное балансирование:
либо ты атакуешь, либо побежден; либо ты унижаешь, наказываешь и оскорбляешь, либо ты сам подвергаешься такого
рода нападкам. Такое социальное толкование жизни неизбежно раскалывает общество на сильных и слабаков)
229.
Например, панамериканский фразеологизм ¡a lo macho! имеет
два значения в мексиканском варианте, первое, общеамериканское — напрямую, невзирая налица; второе, собственно
мексиканское — palabra de hombre, de veras (твердое об-
ещание, слово мужчины): “Lo hará a lo macho”
230
— Он сде-
лает это во что бы то ни стало.
Постепенно каламбур проник во все слои мексиканского
общества, стал характерной особенностью речи мексиканцев и сейчас по-прежнему остается сложной для понимания
228
Mejía Prieto J. Albures y refranes de México. México: Panorama Editorial,
2005. P. 33.
229
Paz O. Los hijos de la Malinche // R. Bartra Anatomía del Mexicano.
México: Plaza Janés, 2002. P. 170.
230
Gómez Silva G. Diccionario Breve de Mexicanismos. México: FCE, 2001.
P. 126.
217
представителей других культурно-языковых сообществ фигурой речи, так как, исходя из собственного фразеологического и языкового опыта, они не могут правильно интерпретировать внутреннюю форму фразеологической единицы.
Построена игра слов обычно на метатезе при сохранении фонетического сходства:
− unos comen lo que deben y otros deben lo que comen, pero
así ahorran dinero (букв. одни едят то, что должны, другие должны то, что едят, нотаким образом они экономят
деньги);
− no se alcanza la vida buena dándose buena vida (букв.
недостичь хорошей жизни, живя всвое удовольствие);
Большинство фигур, имеющих такое начало, сходны
по смыслу и указывают на кардинальную противоположность предложенных ситуаций, идей или решений.
Каламбур также может быть построен на фонетическом
сходстве слов из нейтрального, эмоционально неокрашенного пласта лексики, со словами из разряда табуированной
лексики, так как они позволяли низшим слоям, пользовавшимся просторечными выражениями, оставаться непонятыми представителями остального населения и избегать
критики за грубость речи.
Среди мексиканцев игра слов, как правило, возникает
в диалоге, построенном как импровизированная словесная
дуэль, где каждый из собеседников бросает вызов другому,
а проигравшим считается тот, кто оказывается неспособным ответить на последнюю реплику соперника.
Как уже было сказано выше, уровень эмоциональности общения современной мексиканской языковой личности формировался в процессе транскультурации, сохраняя
определенные субстратные и приобретая суперстратные
черты. Мексиканские ученые считают, что преобладание
маскулинности является следствием, прежде всего, субстратного влияния, то есть сформировалась эта характерная
черта как следствие воздействия культуры древних ацтеков, а также их языка науатля, служившего на всей территории Мексики в качестве единого языка общения в эпоху
218
завоевания этих латиноамериканских земель испанцами.
Современный каламбур — это результат глубоких изменений, которые он претерпел на протяжении многих
лет. По мнению Хорхе Мехия Прието каламбур стал гораздо менее агрессивным и грубым: “El albur implica cotorreo,
ingenio. No necesariamente es machista. Se trata de una forma
de agilizar la mente para provocar risa” (Каламбур предпола-
гает ловкость, остроумие, но уже не ассоциируется только
с образом «мачо». Это интеллектуальное упражнение, с целью рассмешить человека)
231
. Каламбур, в ущерб изначально существовавшей функции самоутверждения в диалоге, часто путем унижения собеседника, в современном
общении приобрел в большей степени оттенок шутливости
и иронии.
Так называемая «бравада» по определению Эмилио
Уранги и Эрона Переса Мартинеса уходит корнями в эпоху
зарождения мачизма в Мексике, становясь постепенно стилистической фигурой речи, характерной для языка современного macho. Авторы определяют ее, как неадекватно
преувеличенный агрессивно-ироничный ответ на речевую
провокацию со стороны собеседника, коммуникативной целью которого является прекращение развития затронутой
темы. Появление ее стало реализацией необходимости быстро, коротко и эмоционально защититься от нападок собеседника, отстоять свое «я». Приведём пример из коллекции
бравад Мексиканской академии языка:
— Bien callado o bien vengado (букв. либо ты молчишь,
либо готовься кмести);
— Bien callado, bien castigado (букв. либо ты молчишь,
либо будешь наказан)
232
;
— Los bravos a la plaza, y los mansos al corral (букв.
храбрецы— наарену, трусы— взагон). Согласно словарю
231
Mejía Prieto J. Albures y refranes de México. México: Panorama Editorial,
2005. P. 33.
232
Pérez Martínez H. Refranero mexicano// Academia Mexicana de la
Lengua, 2004. [Электронный ресурс]. URL: https://www.academia.org.
mx/consultas/obras-de-consulta-en-linea/refranero-mexicano/item/o-biencallado-o-bien-vengado (дата обращения: 21.04.2023).
219
сельскохозяйственных терминов эта бравада очень популярна в сельской местности. Этимология этой фигуры связана с миром тавромахии (коррида, пришедшая в Мексику
вслед за завоевателями-испанцами, сразу приобрела популярность), следовательно, речь идет о площади, или точнее
арене, где происходит бой быков, и загоне для быков, ожидающих корриду. Метафорическое значение компонентов
непосредственно связано с оценкой личности: один — смел,
готов рисковать и бороться, то есть ведет себя как тореро
на корриде; другой — робок или даже труслив, ему лучше
сидеть дома и не искать приключений
233
.
— Como el gallo de Morón, sin pluma y cacareando (букв.
как петух из Морона, ощипан, а кукарекает)
234
. Построена бравада на сравнении с ощипанным кричащим петухом
человека униженного, потерявшего нечто значимое и ценное (деньги, положение в обществе, должность и т.д.) и проклинающего всех на свете довольно грубыми бранными словами.
Самуэль Рамос с некоторым преувеличением пишет, что
если мексиканцу бросить словесный вызов, то он не потерпит чьего-либо превосходства, не испытает преклонения,
не проявит уважения, не подчинится дисциплине, так как
культ его собственного «я» затмевает все, он агрессивен
и даже кровав и требует жертв как у древних ацтеков
235
.
Проведенное нами исследование позволяет сделать следующие выводы по поводу форм проявления маскулинности культуры в мексиканском варианте испанского языка.
Согласно имеющимся статистическим данным, уровень маскулинности мексиканского социума очень высок, что вли-
233
Vocabulario campesino nacional. Objeciones y ampliaciones al Vocabulario
agrícola nacional // Instituto Mexicano de Investigaciones Lingüísticas.
México: Ed. B. de Silva, 1945. P. 127.
234
Pascual Barea J. Origen de la comparación «Como el gallo de Morón, sin
pluma y cacareando» // Paremia, 2016, № 25. P. 183. [Электронный ресурс].
URL: https://cvc.cervantes.es/lengua/paremia/pdf/025/015_pascual.pdf
(дата обращения: 03.04.2023).
235
Ramos S. El perfil del hombre y la cultura en México. México: UNAM, 1963.
P. 82.
220
Соседние файлы в предмете [НЕСОРТИРОВАННОЕ]