Добавил:
ivanov666
Опубликованный материал нарушает ваши авторские права? Сообщите нам.
Вуз:
Предмет:
Файл:Обеспечение органами внутренних дел системного подхода в изучении и предупреждении организованной преступности. Монография
.pdf
чительно моложе преступных лидеров. Это лица в возрасте 25—
30 лет (52%), 18—25 лет (28%). Это объясняется тем, что необходим соответствующий жизненный опыт, знания, чтобы занять
ведущие позиции в преступном мире. Сравнение данных о распределении по возрасту членов организованных преступных
формирований и населения показало, что доля преступников
превышает долю населения в возрасте наибольшей социальной
активности (18—35 лет) почти в 2,5 раза. Средний возраст организованных преступников, участвующих в организованной преступной деятельности и средний возраст населения равен соответственно 26,5 и 40,7 годам.
Женщины, как нами отмечено, в преступных сообществах
практически не участвуют или находятся на второстепенных ролях, что объясняется местом женщины в системе общественных
отношений, ее социальной ролью, психологическими особенностями. Среди участников доля неработающих и не учащихся составляет 71,5%, судимых среди участников — 35%, при этом
большинство семьи не имеют (77,5%). Характерной чертой участников организованных преступных формирований является достаточно высокий образовательный уровень — около 43,5% имеют
среднее, среднее специальное образование, среди остальных примерно одинаковое число либо имеют высшее образование, либо
не имеют полного среднего образования. При этом образовательный уровень участников организованных преступных формирований растет вместе с повышением общего образовательного уровня
населения.
По образовательному уровню между преступниками — участниками ОПС и населением в целом больших перепадов нет. Незначительная разница объясняется более молодым возрастом преступников по сравнению с возрастом населения.
Что касается данных о занятости, то среди рядовых участников
(исполнителей) неработающие составили 71,5%, на долю учащихся
и работающих приходится 28,5%.
Определенная специфика проявляется в сведениях о гражданстве и национальной принадлежности членов организованных преступных сообществ. Лица, имеющие гражданство Российской Федерации, составляют 82%. Состав их многонационален (украинцы,
татары, чеченцы, осетины, грузины, азербайджанцы, таджики, узбеки и т.д.). Русские составляют около 45%. Число выявленных
членов организованных преступных групп или преступных сообществ, имеющих гражданство СНГ, составляет 17% и ежегодно растет (за счет участников этнических ОПС). Увеличение данного показателя еще раз подтверждает вывод о возрастании активности эт-
221
нических преступных формирований, имеющих связи с диаспорой
в ближнем зарубежье. По семейному положению и образованию
члены организованных преступных формирований мало отличаются
от населения соответствующего возраста и пола.
Ежегодно возрастает количество иностранных граждан и лиц
без гражданства, участвующих в деятельности организованных преступных групп и преступных сообществ. Увеличение количества
привлеченных к ответственности организаторов или руководителей,
на наш взгляд, объясняется активизацией (особенно в последние 5
лет) деятельности правоохранительных органов в этом направлении.
Стабильным можно назвать количество лиц, совершавших преступления, а плавающую динамику несовершеннолетних — участников
ОПС и уменьшение ее количественных показателей в последнее
время — повышением криминального профессионализма организованных преступных сообществ.
Члены ОПС, будучи организаторами и руководителями, обладают способностями воздействовать и подчинять своей воле других
участников, координировать их усилия, применять приемы психологического давления и чувствуют необходимость в реализации
этих способностей в рамках преступной деятельности. В то же время рядовые участники поддаются такому влиянию, беспрекословно
выполняют указания, подчиняются «стадному» инстинкту, имея
потребность следовать за лидером.
Таким образом, преступник, совершающий преступление вне
группы, более независим и самостоятелен, чем член организованного преступного сообщества, но менее защищен. Соблюдение
внутригрупповой дисциплины и следование единой преступной
цели позволяет членам ОПС рассчитывать на многоаспектную
поддержку, выражающуюся в прикрытии их преступной деятельности со стороны правоохранительных органов, оказании им необходимой юридической помощи и т.д.
Проанализировав результаты проведенного нами исследования,
данные других исследований, можно предложить следующую условную типологию личности участников организованных преступных групп, преступных организаций.
1-é òèï («случайный») — возраст 25—30 лет, семьи не имеет, не
работает и не учится, как правило не судим, образование общее
среднее (реже — неполное среднее), в основном лицо мужского
пола, с психологической точки зрения характеризуется противоположным по отношению к лидеру характером, неразборчив в способах осуществления криминальной деятельности.
2-é òèï («зависимый») — личность, чья социальная позиция
формируется главным образом за счет активного внешнего воз-
222
действия досуговой микросреды, СМИ и других подобных раздражителей. Как правило, подобные лица редко составляют
«костяк» преступных организаций. Среди таких лиц есть женщины, несовершеннолетние. Как правило, эти лица не судимые,
могут заблуждаться относительно юридических последствий своих действий.
3-é òèï («активный») — личность, осознанно и целенаправленно ведущая преступный образ жизни, самостоятельно осмысливающая и анализирующая существующее положение вещей в ОПГ.
Как правило, обладает незаурядными умственными и организаторскими способностями, образован, и имеет определенные навыки,
способствующие его продвижению по иерархической лестнице в
преступной организации.
4-é òèï («корыстный») — действует в составе организованной
преступной группы исключительно ради корыстных мотивов. Более
старший по возрасту (30—35 лет), имеет семью, образование высшее (неполное высшее). Как правило, имеет основное место работы, в том числе в государственных структурах.
Представленная криминологическая характеристика личности
членов ОПС дает дополнительные возможности органам внутренних дел в части активизации своей работы в этой общественно
опасной среде и принятия соответствующих предупредительных
мер, направленных на разобщение и локализацию преступных
групп и сообществ. Для этого целесообразно использовать противоречия, возникающие в результате деления «воров в законе» на
«старых» и «новых», противоречия между формальными и неформальными лидерами, постоянные переделы сфер влияния между
ОПС, созданными на этнической основе, борьбу за власть внутри
группировок, среди активных членов ОПС и т.п.
Сравнивая личностные характеристики лидеров, организаторов
и других участников преступных групп и сообществ, нами подтверждается предположение других авторов о том, что в преступной организации, в функционировании каждой отдельно взятой
организованной преступной структуры главенствующую роль играют личностные качества организатора, руководителя и участников. Такие особенности необходимо учитывать как в процессе
оперативно-розыскной деятельности, в частности, при подборе
конфидентов, так и во время предварительного расследования (например, при определении роли каждого из членов, выборе тактических приемов проведения отдельных следственных действий).
Наряду с этим, как отмечает В.Г. Гриб, значение личностных особенностей организаторов и руководителей ОПФ поможет оперативным работникам в деле налаживания с ними контакта и даль-
223
нейшего влияния на эту категорию лиц с целью склонения к добровольному отказу от преступной деятельности, а также будет учтено при подборе кандидата на оперативное внедрение и определения тактики его поведения1.
Возможно, что перечисленные оценки специалистов личностных характеристик недостаточно полно раскрывают криминологический портрет членов преступных объединений и их
структурно-ролевую функцию. Однако, принимая во внимание
то, что большинство вопросов, задаваемых опрошенным, имели
отношение к тактическому аспекту оценки и характеристики
личности участников преступных структур, можно сделать вывод о том, что в условиях нового экономического механизма,
многоукладности собственности, укрепления государства и активизации работы правоохранительных органов, интенсивность
формирования, развития и консолидации преступных сообществ
сохраняется.
1
Гриб Т.Г., Прокофьева Т.В., Фомин А.В. Указ. соч. С. 42—59.
224
Глава 4
Состояние и перспективы развития системы
предупреждения организованной
преступности
4.1. Социально-правовые предпосылки
системного предупредительного воздействия
на организованную преступную деятельность
Сегодня организованная преступность, по словам В.С. Овчинского,
породила совершенно новую криминальную ситуацию, которая
требует для ее разрешения неотложных законодательных и организационно-управленческих решений, значительных материальных
ресурсов на оснащение правоохранительных органов и обучение
сотрудников методам борьбы с организованной преступной деятельностью. Одной из причин этой ситуации является недостаточная научная проработка проблемы, отсутствие ясных представлений
о стратегии и идеологии этой борьбы, а также правовой, криминологической, криминалистической и оперативно-розыскной концепции и соответствующих научных рекомендаций по выявлению, раскрытию, расследованию и предупреждению организованной преступной деятельности.
Негативные изменения указанного вида преступности в России в последнее десятилетие обусловили необходимость в изменении общей тактики и выработке специальной стратегии борьбы с
организованной преступностью. Вместе с тем исторический обзор
деятельности Российского государства в области борьбы с преступностью свидетельствует о том, что всегда предупреждение
преступлений рассматривалось как наиболее эффективное и перспективное направление противодействия преступности. Существенные преимущества такого подхода сегодня ни у кого не вызывают сомнения, в том числе когда речь идет об организованной
преступности и отдельных формах ее проявления. А.И. Алексеев
отмечает: «Труднообъяснимым парадоксом современной уголовной политики, в значительной мере основанной на либеральных
225
ценностях, является пренебрежение превентивными подходами,
явная недооценка предупреждения преступности как наиболее гу-
1
манного направления борьбы с нею»
. В связи с этим, на наш
взгляд, заслуживает особого внимания развитие института как
ранней профилактики, так и постпенитенциарного, а по своей
сути не «наказательного», а превентивного контроля за наиболее
рецидивоопасными категориями лиц
2
, в том числе освобожденных
из мест лишения свободы.
Следует подчеркнуть, что предупреждение преступности — задача не только практическая, но и научная, так как она может эффективно решаться лишь в том случае, если превенция базируется
3
на прочном научном фундаменте
.
Вопросы научного обеспечения деятельности по предупреждению преступлений разрабатывались и разрабатываются представителями многих юридических наук
4
. Детально разработанные и
обоснованные основные положения предупреждения преступности
позволяют говорить о предупреждении как о теории.
Несмотря на разносторонний подход криминологов к определению предупреждения преступности, криминологами принята формулировка данного понятия, которая стала в науке традиционной:
«предупреждение преступности — это многоуровневая система государственных и общественных мер, направленных на выявление,
устранение, ослабление или нейтрализацию причин и условий преступности»
5
.
Мы также разделяем позицию ученых, характеризующих предупреждение преступности как наиболее действенное направление
6
социально-правового воздействия на это негативное явление
.
1
Алексеев А.И., Овчинский В.С., Побегайло Э.Ф. Российская уголовная политика:
преодоление кризиса. М.: 2006. С. 78.
2
Используя термин рецидивоопасная категория лиц, мы понимаем всех лиц,
ранее совершавших преступления независимо от наличия судимости, ее снятия,
погашения или вообще освобождения от уголовной ответственности по нереабилитирующим основаниям.
3
Литвинов В.И. Научные основы предупреждения корыстных преступных пося-
гательств против личной собственности. Дисс. ... д.ю.н. М., 1990. С. 233.
4
Аванесов Г.А. Криминология и социальная профилактика. М., 1980. С. 406;
Жалинский А.Э. Специальное предупреждение преступлений в СССР. Львов,
1976. Ñ. 105; Устинов В.С. Система предупредительного воздействия на преступность и уголовно-правовая профилактика: учеб. пособие. М., 1983. С. 16; Криминология. М., 1992. С. 91.
5
Теоретические основы предупреждения преступности. М., 1977. С. 30.
6
Понятие «предупреждение преступлений» и «предупреждение преступности»
используются в данном случае как взаимозаменяющие. При этом о предупреждении преступлений говорится в случаях, когда надо подчеркнуть конкретику
этой деятельности, как, например, с преступлениями, совершаемыми лицами,
ранее судимыми.
226
По мнению криминологов А.М. Марцева и С.В. Максимова,
предупреждение преступности осуществляется двумя основными
способами: воздействием на сферу бытия и воздействием на сферу
общественного сознания, которое осуществляется средствами, ме-
1
тодами и формами воспитания
.
Именно поэтому мы соглашаемся с учеными, которые считают,
что должна быть выработана новая система воздействия на преступность, выражающаяся в установлении социально-правового
контроля, управления этим негативным социальным явлением, характеризующаяся прежде всего высоким уровнем правовой защищенности личности, ее прав и свобод, общества в целом и в первую
2
очередь от насильственных посягательств
.
Д.В. Боровков по этому поводу пишет: «Подобная система
предполагает применение не только взаимосвязанных правовых и
организационных мер, но и одновременного осуществления мероприятий социального характера, направленных на локализацию негативных социальных процессов, регенерирующих различного рода
криминогенные факторы»
3
. Собственно, эти мероприятия и должны, по нашему мнению, составлять содержание основных направлений в сфере предупредительного воздействия на преступность,
относящихся традиционно к общему или общесоциальному предупреждению и специальному или специально-криминологическому.
Первое из этих направлений предполагает совершенствование
экономической, идеологической, организационно-управленческой
сфер жизнедеятельности общества. Очевидно, что во всех этих сферах представители криминального мира зачастую действуют эффективнее, чем государственные органы. Особенно наглядно данное
утверждение можно проиллюстрировать на примере идеологической
сферы. Так, в настоящее время явно не без помощи криминала на
страницах газет, на телевидении и радио практически в неограниченном объеме пропагандируется образ жизни рецидивистов и
профессиональных преступников.
Вывод исследований, проведенных криминологами, однозначен:
применительно к переходному периоду, в котором до сих пор находится российское общество, констатируется, по сути, тотальная
(глобальная) криминализация общественных отношений, резкое
обострение криминальной ситуации, превращение преступности в
1
Марцева А.И., Максимова С.В. Общее предупреждение преступлений и его эф-
фективность / Под ред. М.И. Ковалева. Томск, 1989. С. 160.
2
Игошев К.Е., Шмаров И.В. Социальные аспекты предупреждения правонаруше-
íèé. Ì., 1980.
3
Боровков Д.В. Криминологическая характеристика и предупреждение рецидива
тяжких и особо тяжких насильственных преступлений против жизни и здоровья в
сверхкрупном городе. Дисс. … к.ю.н.. Московский университет. М., 2004. С. 147.
227
реальную угрозу национальной безопасности. Вопрос о том, стала
ли Россия великой криминальной державой, звучит отнюдь не ри-
1
торически
.
Известный криминолог Алексеев А.И. отмечает: «К сожалению,
то, что делается в плане противостояния криминалу, нельзя признать адекватным сложившейся весьма сложной и тревожной ситуации. Выверенной, основательно просчитанной, всесторонне и
глубоко основанной стратегии противодействия преступности в
2
стране до сих пор нет»
. Уже много лет ведутся разговоры о разработке, утверждении на самом высоком уровне и последовательной
реализации основ государственной политики борьбы с преступностью в Российской Федерации. Предлагались различные варианты
базового документа по данному вопросу, неоднократно подтверждалась законодательными органами федерального уровня необходимость его принятия, которая является достаточно очевидной, поскольку ясно, что речь идет о путях и средствах решения одной из
острейших проблем в жизни российского общества: о проблеме,
которая требует четко выраженной политической воли, масштабных
общегосударственных усилий и не может быть «отдана на откуп»,
например, органам местного самоуправления или одной правоохранительной системе. Проблеме, в разрешении которой особую роль
призвано сыграть государство в силу его социального предназначе-
3
ния, само собой разумеющееся «Общественного договора»
. Но дело не сдвинулось с мертвой точки — государственная политика
борьбы с преступностью до сих пор официально не сформулирована, не принята.
Конечно, нельзя утверждать, что противодействия криминалу вовсе не осуществлялось. В конце XX — начале XXI вв. в России были
приняты федеральные законы о противодействии незаконному обороту наркотиков, терроризму, отмыванию преступных доходов, об основах системы профилактики безнадзорности и правонарушений несовершеннолетних. Президентом России изданы указы, направленные
на борьбу с преступностью, коррупцией и терроризмом, Правительством принят ряд постановлений, направленных на совершенствование
деятельности уголовно-исполнительной системы
4
. По инициативе
России разрабатывались и реализовывались межгосударственные программы борьбы с преступностью, незаконным оборотом наркотиков в
1
Алексеев А.И. Станет ли Россия криминальной страной? Россия на рубеже ты-
сячелетий // Сборник трудов преподавателей ИМПЭ им. А.С. Грибоедова. М.,
2000. Ñ. 172—181.
2
Алексеев А.И., Овчинский В.С., Побегайло Э.Ф. Указ. соч. С. 62.
3
Òàì æå. Ñ. 63.
4
Карпец И.И. Преступность в России: иллюзии и реальность. М., 1992. С. 121.
228
рамках СНГ. Для реализации этих программ составлялись и выполнялись ведомственные программы борьбы с преступностью.
Указанные документы не лишены серьезных недостатков, но
нельзя отрицать наличие в России комплексного государственного
подхода в предупреждении преступности. Однако интенсивность
противодействия преступности явно не соответствует масштабам и
степени общественной опасности криминальных угроз, принявших
глобальный характер. Сложившаяся ситуация свидетельствует о неспособности государства удерживать преступность на «социально
приемлемом уровне».
Как справедливо отмечает И.И. Карпец, наказание в современных условиях выполняет ограниченную функцию защиты общества
от преступлений и преступников, что оно действует явно положительно на ту категорию людей, которые не являются социально запущенными, но оно не предотвращает ни рецидива, ни роста пре-
1
ступности
.
Поэтому государство как основной субъект общей предупредительной деятельности должно наряду с уголовной и уголовноисполнительной политикой определять концептуальные основы государственной политики относительно социально-правового контроля и
противодействия преступности. Основными положениями здесь должны стать научно обоснованные правовые, в том числе законодательные,
позиции, так или иначе уже нашедшие свое отражение в современной
российской действительности. К их числу можно отнести следующее.
Во-первых, цивилизованное разрешение социальных конфликтов, достижение общественного согласия через демократические
формы правового регулирования социальных отношений, развитие
и обеспечение социальной базы, в частности, повышение уровня
2
жизни всех слоев населения
.
Во-вторых, признание на государственном уровне приоритетной роли социальных детерминантов в криминогенном комплексе, интеграция
предупреждения преступности с социальной политикой государства
3
.
В-третьих, утверждение в общественном сознании правовой
культуры через целенаправленную деятельность государственных
органов и общественных организаций
4
.
1
Òàì æå. Ñ. 122.
2
Постановление Правительства РФ от 23 марта 1996 г. ¹ 327 «Основные поло-
жения региональной политики в Российской Федерации» // Российская газета.
1996. 9 апреля. С. 6.
3
Портнов И.П. Состояние городской преступности и вопросы ее предупреждения // Криминологические проблемы борьбы с преступностью в сверхкрупном
городе: сборник научных трудов. М., 1994. С. 13.
4
Сальников В.П. Правовая культура в контексте противоречий современной ци-
вилизации // Материалы межвуз. науч. конференции. СПб., 1995. С. 45—46.
229
В-четвертых, внедрение комплексных федеральных и региональных программ, направленных на борьбу с преступностью в целом и отдельных ее видов.
В-пятых, создание принципиально новых организационных
структур правоохранительных органов, исключающих дублирование
одних и тех же функций и мер их реализации, применяемых различными ведомствами в качестве профилактических, позволяющих
накапливать и систематизировать опыт работы в указанном направлении всех государственных и общественных служб и институтов.
В-шестых, изменение уголовной политики в сторону защиты в
первую очередь прав потерпевших и связанное с ним дальнейшее
совершенствование действующего законодательства, его ужесточение, усиление уголовной ответственности рецидивистов и преступников, доказавших многолетним криминальным стажем свое
крайне негативное отношение к имеющимся в обществе правилам
поведения.
К числу основных направлений общего предупреждения со стороны государства можно отнести и деятельность по разработке:
• нормативно-правовой базы, закрепляющей на законодатель-
ном уровне порядок, организацию, а также содержание мер
по предупреждению преступности с определением компетенции федеральных, региональных и местных органов власти в
области регулирования общественных отношений по предупреждению преступности, в частности, законов «О профилактике преступлений», «Об административном надзоре за лицами, освобожденными из мест лишения свободы» и т.д.;
• специализированных комплексных и целевых программ по
конкретным проблемам противодействия преступности, а
также специальных методов предупреждения отдельных групп
преступлений;
• основных стандартов безопасности по устранению угроз пра-
вам и свободам, а также законным интересам личности, осуществление виктимологической профилактики; концепции
правового воспитания населения, основанной на принципе
уважения закона и социальной стимуляции активной формы
правопослушного поведения;
• системы информирования населения о приоритетности пре-
дупредительной деятельности и привлечения общественности
к подобной деятельности, в том числе общественных объединений правоохранительной направленности.
Здесь необходимо отметить, что при отсутствии единой федеральной общероссийской программы борьбы с преступностью на
ближайшие годы, отдельные задачи государственной политики нашли свое отражение в реализуемых в Российской Федерации целе-
230
Соседние файлы в предмете [НЕСОРТИРОВАННОЕ]