Добавил:
Опубликованный материал нарушает ваши авторские права? Сообщите нам.
Вуз: Предмет: Файл:

Обеспечение органами внутренних дел системного подхода в изучении и предупреждении организованной преступности. Монография

.pdf
Скачиваний:
2
Добавлен:
07.09.2026
Размер:
2 Мб
Скачать
☆
• пограничная криминализация, которая приходит извне, но
порождена современными внутренними экономическими отношениями, несовершенством законодательства, слабо­стью правоохранительной системы, коррупцией этой систе­мы и т.д.
1
Мы убеждены, что современная экономическая политика, про­водимая российским правительством, не только не смогла добиться снижения уровня преступности, в том числе экономической, а даже наоборот, привела к ее высокому всплеску. Процесс приватизации приводил к распродаже за бесценок объектов государственной соб­ственности, баснословному обогащению хозяйственных руководи­телей (красных директоров) и дельцов теневой экономики, обману рядовых тружеников. Сфера предпринимательства все больше по­ражается уголовной активностью и уходит в зону теневой экономи­ки. Полностью в теневой сфере в настоящее время находится мел­кое предпринимательство и сфера услуг. Усиливается криминализа­ция финансово-кредитной системы. Такие последствия являются результатом слепого копирования западных моделей и рецептов Международного валютного фонда2. Это результат и того, что пере­ход к рынку осуществлялся без надлежащей социальной, правовой и криминологической защиты. Между тем экономические реформы социально приемлемы в той мере, в какой они стимулируют эко­номическое, социальное и духовное развитие общества и личности, не создают препятствий для их взаимного развития.
Отметим, что наряду с традиционными видами преступной дея­тельности набирает оборот использование экономики и финансо­вой сферы для легализации капитала. Одним из условий функцио­нирования преступных организаций является легализация (отмыва­ние) преступных доходов. Опасность данного вида преступлений состоит в том, что полученные преступным путем денежные средст­ва, попадая в легальный оборот, продолжают работать на организо­ванные преступные формирования.
В связи с этим нам представляется важным мнение профессора Л.Д. Гаухмана, который указал на проявление легализации органи­зованной преступности в трех сферах, а именно: социально-эко­номической, политической и правовой. В социально-экономи­ческой сфере наблюдается приватизация государственной властно­управленческой элитой государственного имущества общественных
1
Голик Ю.В. Социалистическая идея и необходимость ее отражения в уголовном законе и в уголовном праве. Аналитический доклад // Российский криминоло­гический взгляд. 2007. ¹ 3 (11).
2
Корчагин А.Г., Номоконов В.А., Шульга В.И. Организованная преступность и
борьба с ней. Владивосток, 1995. С. 26.
101
организаций по чисто символическим ценам1. Аналогичное выска­зывание дает и Г.Г. Смирнов. Он отмечает, что в стране продолжа­ется процесс перераспределения собственности и сфер государст­венной монополии в сферу частной собственности, где должност­ное положение становится решающим фактором в определении ви­дов приватизируемых объектов, их произвольно определяемой стоимости2. В таких условиях действующая государственно-власт­ная элита, а также организованные преступные сообщества успеш­но скупают недвижимость, отмывая криминальные деньги и зани­мают экономическое пространство.
Л.Д. Гаухман отмечает, что в политической сфере «…легализация выражается прежде всего в выдвижении лидеров бывшей теневой экономики и государственной номенклатуры в депутаты представи­тельных органов, а также на занимаемые должности в органы ис­полнительной власти». Наблюдается процесс полного отчуждения государственной власти от своих граждан. В правовой сфере, как указывает Л.Д. Гаухман, легализация организованной преступности связана с правотворчеством, в одних случаях — с бездеятельностью, а в других — со способствующей организованной преступности дея­тельностью законодателя3.
Приоритетным направлением государственной политики в этом направлении стала борьба по противодействию легализации (отмы­ванию) доходов, полученных преступным путем, и финансирова­нию терроризма. Правовой фундамент для этой борьбы был за­ложен 7 августа 2001 г., когда был принят Федеральный закон ¹ 115-ФЗ «О противодействии легализации (отмыванию) доходов, полученных преступным путем, и финансированию терроризма». Этот закон призван защищать права и законные интересы граждан, общества и государства путем создания соответствующего правово­го механизма противодействия4. Руководитель Федеральной службы по финансовому мониторингу указывает, что действующая система борьбы с отмыванием преступных доходов заметно укрепилась и стала работать более эффективно5.
Исследования свидетельствуют о том, что организованная преступность приспособилась к новым экономическим условиям
1
Гаухман Л.Д. Актуальные проблемы теории и практики борьбы с организован-
ной преступностью в России. М., 1994. С. 29.
2
Смирнов Г.Г. Организованная преступность и меры по ее предупреждению. М.,
1995. Ñ. 20.
3
Гаухман Л.Д. Óêàç. ñî÷. Ì., 1994. Ñ. 30.
4
Лисин А.Н. Легализация (отмывание) доходов, полученных преступным путем, с использованием оффшорных финансовых центров: уголовно-правовые и кри-
минологические аспекты. Автореф. дисс. ... к.ю.н. М., 2006. С. 3—5.
5
Зыкова Т. Секреты Зубкова // Российская газета. 2005. 25 февраля.
102
и ориентируется на наиболее доходные сферы экономики, кото­рые попадут в сферу ее противоправных интересов. При этом преступные группировки используют как легальные, так и неле­гальные способы получения сверхприбыли. Это касается метал­лургии, лесной, рыбной, нефтегазовой промышленности, топ­ливно-энергетического комплекса и т.д.
Новые экономические реалии породили интерес преступных сообществ к рынку жилой и коммерческой недвижимости. Пре­ступные формирования активно и целенаправленно приобретают акции крупных строительных предприятий. Приоритетные государ­ственные программы (приватизация, ипотека и т.д.) также испыты­вают значительное давление со стороны преступных сообществ.
В качестве одного из серьезнейших последствий криминальной деятельности организованной преступности на рынке жилья высту­пает непосредственное участие преступных организаций и сооб­ществ в перераспределении услуг, их высокая конкурентоспособ­ность, а следовательно, широкие возможности по монополизации рынка.
Для снижения уязвимости легального рынка некоторые авторы выдвигают важное требование, заключающееся в обеспечении большей открытости (прозрачности) в деятельности экономической системы1. В первую очередь данное требование, по нашему мне­нию, должно относиться к финансово-кредитной сфере, через ко­торую осуществляются практически все нелегальные операции по отмыванию и проникновению в легитимный оборот финансовых средств организованных преступных формирований2.
Эффективность и успех усилий по противодействию отмыванию преступных доходов через рынок недвижимости напрямую зависят от уровня доступа правоохранительных органов к информации о деятельности строительных и финансово-кредитных организаций, задействованных в данном сегменте экономики. Сейчас же, по за­мечанию некоторых авторов, организованная преступность превра­щается во многих странах в основного работодателя и поставщика относительно дешевых товаров и услуг, а население охотно идет на сотрудничество с ней3. Для снижения негативного воздействия сложившейся ситуации необходимы комплексные меры социально­экономического характера, которые позволили бы изменить усло-
1
Лисин А.Н. Óêàç. ñî÷. Ñ. 126—137.
2
Бахарев Д.В. Уголовно-правовые и криминологические аспекты совершенствова­ния механизма противодействия легализации доходов от организованной преступ­ной деятельности. Автореф. дисс. … к.ю.н. Екатеринбург, 2005. С. 14—17.
3
Долгова А.И. Организованная преступность — 4 / Под ред. А.И. Долговой. М.,
1998. Ñ. 142.
103
вия социального перераспределения недвижимого имущества, обес­печивающие цивилизованные условия существования людей1.
Особое место в криминальной экономике занимает рейдерство (от англ. raider — военный корабль, самостоятельно выполняющий боевое задание, направленное на уничтожение транспорта и торго­вых представителей противника)2. Это относительно новое для нас явление часто определяют как недружественный захват предпри­ятий или любого бизнеса. Если вчера для силового захвата пред­приятий нанимались бандитские структуры, то сегодня привлека­ются работники спецслужб, оснащенные современной спецтехни­кой. На этом фоне неубедительны утверждения представителей правоохранительных органов, что рейдерство — это всего лишь «спор хозяйствующих субъектов». Такая позиция, наблюдающаяся уже несколько лет, свидетельствует только об одном — о слабости государства.
В современном понимании рейдерство представляет собой дея­тельность, направленную на захват предприятия, организуемую кон­салтинговыми или специально созданными агентствами. Рассматри­вая криминологический и уголовно-правовой аспект рейдерства как негативного социального явления современной российской действи­тельности, целесообразно отметить, что оно представляет собой це­лую цепочку операций, реализация которых с помощью уязвимостей в законодательстве позволяет получить владение над капиталом или имущественным комплексом определенной успешной бизнес­структуры и тем самым подорвать экономическую безопасность хо­зяйствующего субъекта (предприятия, учреждения, организации).
Рейдерство — формально законный, сложный, высокоинтеллек­туальный и высокодоходный бизнес. Сложнодоказуемость преступ­ных деяний, совершаемых рейдерами, обусловлена избирательно­стью, логической продуманностью, тактической «наступательностью» и высокоинтеллектуальностью избранных ими способов соверше­ния преступлений. В последние годы рейдерство в России, опираясь на административный ресурс и коррумпированные правоохрани­тельные органы, в своих методах становится более похожим на «бе­ловоротничковый» уголовный промысел, совершаемый организо­ванными преступными структурами. В зависимости от механизма совершения преступления (в том числе способа совершения захвата предприятия) и соблюдения законов различают: белое (осуществ-
1
Иванцов С.В. Предупреждение организованной преступной деятельности в сфере оборота недвижимости как условие криминологической безопасности рынка жилья // Управление Федеральной регистрационной службы по Смолен­ской области. Бюллетень ¹ 1 (5), 2008.
2
http: //ru.wikipedia. org/wiki.
104
ляемое в рамках закона), серое (путем предоставления бухгалтер­ских и финансовых документов, содержащих интеллектуальный и материальный подлог, когда даже самому беспристрастному судье не разобрать кто прав, кто виноват) и черное рейдерство (действия, сопряженные с силовым захватом имущества).
В Россию рейдерство пришло в мутированном виде, поскольку за рубежом рейдерской «атаке» подвергается неэффективная собст­венность. Российское рейдерство — это высокоорганизованный бизнес с участием чиновников и силовых ведомств по захвату наи­более развитых и прибыльных хозяйствующих субъектов.
Следует заметить, что действующее (зачастую противоречивое) гражданское и корпоративное законодательство пока еще сохраняет юридическую возможность совершения законных сделок по захвату предприятия. Вместе с тем использование незаконных способов отъема собственности (имущества) продолжается, так как затраты на поглощение конкурента с помощью скупки акций, преднаме­ренного банкротства, реструктуризации, корпоративного шантажа (гринмейл) и дискредитации не столь велики, чем при действиях в рамках закона. Причем осуществление недружественных слияний и поглощений становится возможным при попустительстве судебной власти и коррупции чиновников всех уровней.
В МВД России на основе имеющихся материалов пришли к следующему выводу: фактически нет ни одного хозяйствующего субъекта, который мог бы чувствовать себя в полной безопасно­сти. Рейдерским нападениям подвергаются как промышленные гиганты, так и научно-исследовательские институты, банки, пред­приятия малого и среднего бизнеса, розничная торговля, общест­венное питание, сфера услуг. И тенденции к сокращению захватов не наблюдается1.
Так, в 2005 г. в России был зафиксирован 151 силовой захват, в 2006 г. — 177, в 2007 г. — 117. Для предотвращения подобных фак­тов в г. Москве была создана временная межведомственная рабочая группа (2004 г.). Рассмотрев около 80 эпизодов захвата, она способ­ствовала тому, что в 45% случаев участникам корпоративных кон­фликтов удалось решить вопросы правовым путем. В денежном эк­виваленте объем спорных активов в 2007 г. составил около 250 млрд долл. В 2006 г. в производстве находилось 171 уголовное дело (в суд было направлено 17 уголовных дел и вынесено 5 обвини­тельных приговоров), в 2007 г. — 346 (в суд было направлено 51 уголовное дело и вынесено 11 обвинительных приговоров).
О масштабах корпоративных захватов с помощью рейдерских агентств можно судить по размещенному в Интернете соответст-
1
Граник И. От рассвета до захвата // Коммерсантъ. 2006. 28 апреля.
105
вующему прайс-листу на «предоставляемые услуги»: уголовное дело можно «заказать» за 50 тыс. долл.; закрыть дело — за 15—350 тыс. долл.; осуществить выемку реестра акционеров стоит 15—20 тыс. долл.; наложить арест на имущество — 15 тыс. долл.
1
Интересно, что при непосредственном рассмотрении возможно­стей возникновения рейдерских угроз выясняется, как показало обследование Агентства экономической безопасности ЮНИОН, что подавляющее их количество (около 82%) исходит непосредственно изнутри коллектива предприятия. Противоречия с высказанным ранее тезисом об актуальности внешних угроз предприятию, осо­бенно связанных с процедурами агрессивных поглощений, нет: как показала практика, все эти корпоративные захваты и атаки практи­чески невозможны без участия заинтересованных лиц — источни­ков информации, работающих непосредственно внутри компании­мишени.
Сегодня в высокоорганизованных рейдерских группах, как это ни прискорбно звучит, участвуют многие работники правоохрани­тельных органов. Даже Генеральная прокуратура вынуждена была обратить на это внимание, обнародовав пример из практики Сверд­ловской области. Там следователь следственного управления одного из районных управлений г. Екатеринбурга вступил в преступную группу по захвату двух предприятий и, используя свои полномочия, в рамках расследуемого им дела задержал не имеющих к делу ника­кого отношения руководителей этих предприятий, чтобы нейтрали­зовать их противостояние захвату. Более того, следователь лично пытался незаконно проникнуть на территорию предприятий для завладения документацией.
Отсюда следует сделать один важный вывод: масштабное рей­дерство возможно только при масштабной коррупции. Так, в 2008 г. муниципалитет «Гражданка» (г. С.-Петербург) был захвачен бойца­ми частного охранного предприятия «Титан», нанятыми Калинин­ской районной администрацией. Вечером 21 мая 2008 г., после су­точной осады, двери «Гражданки» были взломаны «титановцами» с привлечением местного «Жилкомсервиса». Таким путем была осу­ществлена замена главы местной администрации «яблочника» Н. Рыбакова на лояльного питерским властям А. Фаера.
Все произошло после того, как «Гражданка» отказалась согласо­вывать постановление по сносу 600 гаражей в Калининском районе, боролась с «уплотнительной застройкой», заявляла о массовых на­рушениях во время призыва и вообще вела себя «неправильно». То­гда администрация города и перешла к силовым методам.
1
Бурмистрова Т.В. Экономическая безопасность компании: содержание, угрозы и оценка // Россия в период реформ: задачи, пути решения: научные труды ИМПЭ им. А.С. Грибоедова. М., 2006. С. 180.
106
Не вдаваясь в политические нюансы происходящего, следует отметить, что это первый подобный случай, ранее подобные «схе­мы» применялись только при захвате предприятий. Теперь в Питере свое «ноу-хау»: объектом рейдерской атаки стала сама власть, хотя и муниципальная. И, как и при захватах предприятий, успешность рейдерства обеспечивается покровительством чиновников1.
Но общество не может позволить безнаказанно себя обижать. Тогда, когда государство самоустраняется из экономической и со­циальной сферы жизни общества, в обществе стихийно формиру­ются другие механизмы самозащиты. Именно так появилась и про­цветает «теневая юстиция». У нас она имеет явное криминальное происхождение, а в США наравне с «теневой юстицией» развивает­ся и «неформальная юстиция», не только не имеющая криминаль­ного подтекста, но, наоборот, способствующая борьбе с организо­ванным криминалом. Уже сейчас в США в суды общей юрисдик­ции попадает всего 5—10% споров сторон, остальные решаются по каналам «неформальной юстиции2. Речь идет о судах для решения конфликтов соседей, семейных конфликтов и т.п. Когда-то подоб­ные функции у нас в стране выполняли жилсоветы, женсоветы, дворовые советы, домкомы, месткомы, профкомы и др. Сегодня все эти формы благополучно позабыты3. Из этого видно, что нециви­лизованные формы экономических отношений, выходящие за рам­ки правовых ограничений и норм, оказались самодостаточными для удовлетворения экономических интересов в сфере бизнеса и ком­мерции. Видимо, такая ситуация будет сохраняться до тех пор, пока инвестиции в экономику теневую и криминальную будут выгоднее и с финансовой стороны, и с точки зрения безопасности, предпоч­тительности их вложения в законную экономику. Эти тенденции опасны, свидетельствуя о том, что среди большинства российских предпринимателей отсутствует стремление развивать производство, улучшать его материально-техническую базу и тем самым подни­мать экономику страны.
Так, по мнению В.Н. Кудрявцева и В.Е. Эминова, организован­ная экономическая преступность при определенных условиях может перерасти в корыстно-насильственную и просто насильственную. Например, расширение сферы теневой экономики, интенсивный рост коммерческих и банковских структур, развитие новых видов предпринимательства усилили корыстную мотивацию криминаль­ного поведения и существенно изменили направленность преступ-
1
Вишневский Б. «Гражданку» взяли с автогеном // Новая газета. 2008. 26—28 мая.
2
Ковлер А.И. Кризис демократии? Демократия на рубеже XXI века. M., 2005.
3
Голик Ю.В. Социалистическая идея и необходимость ее отражения в уголовном законе и в уголовном праве. Аналитический доклад // Российский криминоло­гический взгляд. 2007. ¹ 3 (11).С. 38—40.
107
ных посягательств организованных групп, действующих на широ­кой территории. Затем возникает и преступность должностных лиц, поскольку экономические причины столь же затрагивают их, как и все другие слои общества1.
Следует указать, что, несмотря на значительную латентность пре­ступлений в сфере экономики, правоохранительные органы сущест­венно повысили результаты своей деятельности. Так, сумма ущерба от преступлений, совершенных преступными сообществами (пре­ступными организациями) и организованными группами, возросла с 2 827 516 тыс. руб. в 2004 г. до 33 099 940 тыс. руб. в 2007 г., т.е. в 11,7 раза. В то же время правоохранительными органами предотвра­щен материальный ущерб от подобного рода преступлений на сумму 574 643 тыс. руб. в 2004 г., а к 2007 г. сумма предотвращенного ущер­ба составила 5 124 690 тыс. руб. — почти в 9 раз больше.
Экономика является фундаментом любого человеческого обще­ства. Она включает в себя основные отношения в сферах производ­ства, распределения и потребления материальных благ и таким об­разом нередко формирует, по определению З.А. Астемирова, «кри­миногенную атмосферу» в социальных отношениях. При этом каж­дой отдельной форме организованной преступности присущи свои специфические факторные комплексы. Однако объективные нега­тивные детерминанты экономики занимают основное место и во многом определяют криминогенные причины, т.к. в противоречиях экономических отношений, недостатках сбалансированности хозяй­ственного механизма, изъянах распределения социальных и матери­альных благ следует искать основные причины такого явления, как организованная преступность.
В России на современном этапе этот фактор оказался весьма влиятельным в своем криминогенном аспекте. На «старые», инерци­онно дающие о себе знать изъяны в сфере экономики наслаивались противоречия, возникающие в условиях становления капиталистиче­ской социально-экономической системы. Последняя же, несомнен­но, сегодня имеет и проявляет значительно больший свой кримино­генный потенциал. В результате произошло полное и необратимое разрушение действовавшей ранее социалистической системы управ­ления экономикой и создание гибридной системы, воплотившей в себе худшие черты и еще не цивилизованных рыночных отношений, и рудиментов административного стиля хозяйствования.
В заключение отметим, что расширяющаяся криминализация экономических отношений и, как следствие этих отношений, воз-
1
Основные формы организованной преступной деятельности в Республике Дагестан (на рубеже ХХ—ХI вв.). Монография / У.Т. Сайгитов; под ред. А.А. Магомедова. М.: ЮНИТИ-ДАНА, Закон и право, 2008. С. 155—160.
108
никновение тенденции подчинения экономической политики госу­дарства специфическим экономическим интересам криминальных структур становится одной из главных угроз экономическому поло­жению страны1. Организованная преступность в экономической сфере в России приняла тотальный характер и проявляется в мно­гообразных формах. Наряду с коррупцией она становится все более мощным средством перераспределения собственности и капиталов, в том числе криминальных, влияния на власть и политику.
А это означает, что предупреждение организованной преступно­сти и коррупции, деятельности организованных преступных фор­мирований в сфере экономики входит в число первоочередных за­дач правоохранительных органов по обеспечению экономической безопасности государства в современных условиях.
Вместе с тем проблема борьбы с организованной преступностью носит не только правовой, но и социально-нравственный характер. Суть этого в том, что сейчас отсутствуют или не действуют инсти­туты, способные обеспечивать достойную жизнедеятельность граж­данского общества, к числу которых можно отнести нравственные и действенные правовые нормы, независимую судебную систему, эффективную управленческую деятельность органов государствен­ной власти, независимые СМИ и т.д.
2.3. Терроризм и экстремизм в системе
организованной преступности
Угроза криминализации общественных отношений, складываю­щихся в процесс реформирования социально-политического устрой­ства и экономической деятельности российского государства, приоб­ретает особую остроту. Отсутствие эффективной системы социальной профилактики правонарушений, недостаточная правовая и матери­ально-техническая обеспеченность деятельности по предупреждению организованной преступности, правовой нигилизм, отток из органов обеспечения правопорядка квалифицированных кадров увеличивают степень воздействия этой угрозы на личность, общество и государст­во. Серьезные просчеты, допущенные на начальном этапе проведе­ния реформ в экономической, военной, правоохранительной и иных областях государственной деятельности, ослабление системы госу­дарственного регулирования и контроля, несовершенство правовой базы и отсутствие сильной государственной политики в социальной
1
Ларичев В.Д. Характеристика современной экономической преступности в Рос­сии // Современные разновидности российской и мировой преступности: сбор­ник научных трудов / Под ред.. H.A. Лопашенко. Саратов, 2005. С. 130.
109
сфере, снижение духовно-нравственного потенциала общества явля­ются основными факторами, способствующими росту преступности,
1
в том числе ее организованных форм
.
Одним из главных факторов дестабилизации социально­политической обстановки в нашей стране является терроризм, ко­торый, прикрываясь политическими или религиозными лозунгами, является основным проявлением организованного преступного экс­тремизма. Значительность террористической угрозы подчеркнута в Послании Президента РФ Федеральному Собранию, в котором от­мечалось, что существенной подпиткой для террористов, источни­ком их вооружений и полем для практического применения сил остаются локальные конфликты, зачастую на этнической почве, к которым нередко добавляется межконфессиональное противостоя­ние, искусственно нагнетенное и навязанное миру экстремистами
2
самых разных мастей
.
За последние годы во всем мире отмечается существенный рост числа межэтнических и межконфессиональных конфликтов. По­добные негативные тенденции зафиксированы и в России. Они дестабилизируют политические процессы в обществе, ведут к на­растанию социальной напряженности и конфронтации, угрожают безопасности как отдельных граждан, так и государства. В большей степени эти негативные тенденции проявляются в регионах, испы­тывающих активный наплыв легальных и нелегальных мигрантов.
Зарубежный и отечественный опыт показывает, сколь крово­пролитными и длительными могут быть подобные столкновения, как деструктивно они воздействуют на социальные и политические процессы в государстве, насколько трудно остановить уже вспых­нувший конфликт. Зачастую политики, общественные деятели об­ращаются к тематике социальных и межнациональных отношений, религиозных проблем в России, стремясь лишь завоевать популяр­ность у определенных слоев населения. При этом некоторые из них не понимают или сознательно игнорируют всю сложность проблем, накопившихся за многие годы в этих сферах жизни общества, без­ответственно спекулируют (особенно в периоды избирательных кампаний) на национальной и религиозной тематике, объективно сложившейся в последние годы высокой социальной дифференциа­ции российского общества. Провокационные, а порой и просто не­осторожные, некорректные высказывания, особенно исходящие их источников, пользующихся авторитетом или облеченных властью,
1
Концепция национальной безопасности Российской Федерации (в ред. Указа Президента Российской Федерации от 10 января 2000 г. ¹ 24) // СЗ РФ. 2000. ¹ 2. Ст. 170.
2
Послание Президента Федеральному Собранию Российской Федерации. М.: ГроссМедиа, 2006.
110
Соседние файлы в предмете [НЕСОРТИРОВАННОЕ]