Добавил:

ivanov666 Опубликованный материал нарушает ваши авторские права? Сообщите нам.

Вуз:

Башкирский Государственный Аграрный Университет

Предмет:

[НЕСОРТИРОВАННОЕ]

Файл:

Обеспечение органами внутренних дел системного подхода в изучении и предупреждении организованной преступности. Монография

.pdf

Скачиваний:

Добавлен:

07.09.2026

Размер:

2 Мб

Скачать

☆

<<< < Предыдущая 12 / 292 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24 25 > Следующая >>>

Наряду с определением преступности как социального явления она рассматривается и через призму иных родовых понятий, таких как состояние и параметры общества, социальная система, социальный процесс, побочный продукт цивилизации, показатель социальной патологии. Несмотря на существенные различия перечисленных родовых понятий, характеризующих преступность, ее видовые отличительные признаки (массовость, социальность, изменчивость, совокупность деяний), как правило, совпадают.

Изучение преступлений в массе, как и любых других явлений, показывает, что именно в массе они обнаруживают немало новых свойств. Более того, отмечается определенное строгое соотношение между разными преступлениями, видами преступности.

За множеством преступлений просматриваются и устойчивость преступного поведения (рецидив), и организованность (групповое совершение преступлений), и общественная опасность уже массы преступлений, выражающаяся в определенном соотношении преступлений разной тяжести, т.е. связь преступности и преступлений трактуется как связь общего и отдельного. Вместе с тем общее, как известно, не повторяет характеристики отдельного. Поэтому использование диалектического подхода при рассмотрении проблемы соотношения преступления и преступности как общего и отдельного (единичного) позволяет сделать вывод о том, что преступность проявляется не только в виде фактов преступных деяний.

Преступность учитывается в настоящее время не только по фактам совершения преступлений, но и по лицам. Поэтому было бы неправильным разрывать деяния и деятелей, т.е. субъектов совершения общественно опасных деяний. Преступность проявляет себя и в наличии организованных преступных структур (групп, банд и формирований, сообществ), и в появлении жертв преступлений. Поскольку в результате совершения преступления всегда причиняется вред (или существует реальная угроза причинения вреда) общественным отношениям, охраняемым уголовным законом, то преступность проявляет себя и в установленном материальном ущербе, а также по ряду факторов, которые называются «последствиями преступности». Следует заметить, что правильнее было бы говорить о причинении всех трех видах вреда, заявленных в УПК РФ (физическом, имущественном и моральном). Однако из всех перечисленных видов вреда реальную материальную оценку имеет только имущественный вред.

Развивая вышеуказанную проблему сущности преступности как системно-структурного явления, академик В.Н. Кудрявцев высказывал мысль, что преступность включает всю совокупность совершенных преступлений и наступивших общественно опасных ре-

зультатов1. Причем речь идет не просто о множестве преступлений, не связанных друг с другом, а о сложной системе, в которой имеют значение и характеристики связей.

Уже в 1960—1970-е гг. отечественные криминологи стали подчеркивать, что преступность — это совокупность преступлений, а не простое их множество, однако этого оказалось недостаточным, так как связь многих преступлений осуществлялась через субъекта преступления, когда один человек совершал несколько преступлений, а одно преступление совершалось несколькими субъектами. Именно тогда и возникло утверждение, что преступность — это сложная совокупность преступлений и их субъектов.

В конце 1980—1990-х гг. в криминологии стал утверждаться взгляд, согласно которому преступность носит системно-структурный характер, а в определениях преступности отмечалось, что преступность — это сложная совокупность, целостная совокуп-

ность преступлений, а не простая их арифметическая сумма

. В этой совокупности преступления определенным образом взаимосвязаны. А позднее стало использоваться и другое, более точное понятие — «система преступлений». Следовательно, и сама преступность стала рассматриваться «не как механическое множество, а целостная совокупность, система преступлений, которая имеет определенные системные свойства, т.е. устойчивые взаимозависимости преступлений внутри целостности и между ней и другими

социальными явлениями»

Вопрос о системно-структурном характере какого-либо объекта возникает всегда, когда необходимо выяснить и установить, как изменение данного объекта взаимосвязано с изменением более общего целого, в которое он входит как часть, и как изменение одной части целого связано с изменением других частей. Указанная задача неизбежно возникает и перед нами, когда, используя системный подход, мы предпринимаем попытку изучить преступность в органическом единстве с обществом, как сложное явление, взаимосвязи ее отдельных видов, в том числе интегрированные в организованные преступные формы. Изучение специальной научной литературы позволяет сделать вывод о том, что попытки обоснования преступности как специфического системно-структурного образования предпринимались рядом криминологов. Однако шли они к этому разными путями. Например, одни авторы считают, что при системном подходе в исследовании этого явления речь должна идти о

Кудрявцев В.Н. Причины правонарушений. М., 1976.

Криминология: Учебник для вузов / Под общ. ред. А.И. Долговой. 3-е изд.,

перераб. и доп. М.: Норма, 2007. С. 72.

Криминология: Учебник для вузов / Под ред. Н.Ф. Кузнецовой и Г.М. Минь-

ковского. М., 1994. С. 63.

взаимосвязи, взаимообусловленности преступности и ее причин1; по мнению других авторов — о взаимосвязи преступлений и лиц, их

совершающих

; третьи указывали на взаимосвязь разных подструктур (элементов) преступности. Так, Г.А. Аванесов и С.Е. Вицин отмечают, что для данного явления характерен комплекс взаимосвязанных элементов. Элементами признаются и отдельные преступления, и виды преступности. По отношению к последней они выступают в

качестве подсистем

. Представленная точка зрения представляется нам наиболее правильной и универсальной. Именно в результате того, что

преступность представляет собой определенную систему взаимосвязанных элементов, она обладает относительной самостоятельностью, а также такими качественными и количественными характеристиками, которые не свойственны отдельным ее элементам.

Результаты проведенных эмпирических криминологических исследований в последние годы свидетельствуют как о наличии системных зависимостей внутри преступности, между преступностью и обществом, так и о тесных взаимосвязях российской преступности с экономическими, политическими, социально-культурными, демографическими, психологическими, социально-психологическими и иными факторами. В современных условиях эмпирическими изысканиями криминологов предпринята попытка создать информационную базу для целенаправленного наступления на преступность не только как на совокупность совершенных преступлений, с которыми необходимо бороться уголовно-правовыми мерами, но и как на общественное явление, справиться с которым можно, лишь применяя всю систему социальных мер воздействия на его сложный причинный комплекс. Однако как только были предприняты реальные попытки применить накопленную информацию при разработке социальных целевых программ сокращения преступности на отдельных объектах (городах, регионах и т.п.), оказалось, что характер имеющихся сведений не позволяет использовать их для решения этих практических задач.

Вместе с тем наличное криминологическое знание в большинстве случаев зафиксировало лишь связи преступности с отдельными общественными явлениями, но не смогло дать социальному планированию данных о вероятных результатах интегрированного действия всех экономических, политических, социально-культурных и других факторов на количество и типы антиобщественных поступков. Удовлетворить потребность в подобных сведениях может лишь

Кудрявцев В.Н. Причины правонарушений. С. 55; Волошина Л.А. О системном подходе к изучению сущности преступности // Вопросы борьбы с преступностью. Вып. 15. М., 1972. С. 15.

Стручков Н.А. Преступность как социальное явление. С. 14.

Аванесов Г.А. Криминология и социальная профилактика. М., 1980.

такая криминологическая теория, которая объединила бы в едином контексте информацию и о преступности, различных ее видах, и о социально-экономических причинах, ее порождающих. При этом и преступность, в том числе ее организованные формы, и причины ее возникновения должны рассматриваться как моменты одного органического целого, где все взаимоопосредовано, а каждое общественное явление определено всеми остальными и, в свою очередь, влияет на них. Такой универсальной теории пока не существует, однако представленная работа представляет собой одну из первых попыток системного подхода к изучению организованной преступности.

Одним из первых российских криминологов, подошедших к решению отдельных криминологических задач с позиций системного анализа, является профессор С.Е. Вицин. Именно он усмотрел в системном подходе исключительные, многообещающие возможности обобщения эмпирических данных с позиций системного анализа. Эти возможности позволили поставить цель — не только дать системное описание преступности и уголовной юстиции как социальной системы, но и «способствовать выработке системного стиля мышления у тех, кому предстоит применять методы системного подхода в такой сложной отрасли социального управления, как обеспечение общественного порядка и организация борьбы с

преступностью»

. Предложенный профессором С.Е. Вициным системный подход как современный метод научного исследования и управления позволяет органически объединить научные и дидактические цели при изучении преступности как негативного социального явления и отдельных форм ее проявления как для практических, так и теоретических целей. Изучение специальной юридической, философской и социологической литературы позволяет сделать вывод о множестве различных мнений относительно сущности системного анализа. Так, определяя общую характеристику системного анализа, автор присоединяется к той уже устоявшейся точке зрения, которая выделяет частнонаучный, общенаучный (или междисциплинарный) и философский уровни методологии. Системный подход относится при этом к общенаучному уровню как необходимой предпосылке применения материалистической диалектики. «Место системного подхода следует расценивать как промежуточное между философией и специальным научным познанием. Методология же системного подхода опосредствует применение диалектики ко всей области знания», — пишет С.Е. Вицин и подчеркивает, что «…системный

Вицин С.Е. Системный подход и преступность: уч. пособие. М.: Изд-во Акаде-

ìèè ÌÂÄ ÑÑÑÐ, 1980. Ñ. 5.

подход имеет особое значение для исследования социальных явлений и процессов, рассмотрения их как саморазвивающихся

систем»

. Среди множества возможных определений системы (а их в литературе по системному подходу насчитывается более ста) мы, соглашаясь с мнением В.Е. Вицина, избираем такое, которое в наибольшей мере способствует его использованию в прикладном криминологическом аспекте, т.е. когда понятие «система» представляет собой «структурно-функциональное единство элементов». «Систему можно определить, — пишет он, — как целостное единство структурно расчлененных, но взаимосвязанных элементов, реализующее определенные функции в условиях конкретной внешней

среды»

. Приведенные определения вполне приемлемы и в общетеоретическом плане. Применяемый нами системный подход, разработанный профессором С.Е. Вициным, дает возможность углубить представление современной криминологии о своем предмете, описав преступность как сложную динамическую социальную систему, как процесс, и изложить теоретические основы ее логико-математического моделирования. Автор аргументированно и последовательно отстаивает ту точку зрения, что преступность как сложная динамическая система может быть управляема в той степени, в какой общество способно воздействовать на самого себя, т.е. на состояние комплекса социальноэкономических факторов, образующих причинную основу преступлений. С позиций общей теории управления здесь нет ничего невозможного, и по мере того как укрепление общественного правопорядка становится составной частью комплексного планирования экономического и социального развития регионов и страны в целом, на практике речь идет не о том, нужно или нет управлять преступностью, сокращая ее путем воздействия на причины, а лишь о том, чтобы делать это наиболее эффективно.

При этом системный подход (независимо от того, рассматривается ли в качестве системы непосредственно сама преступность или в ней видят порождение другой социальной системы — общества) требует исследования связей между элементами преступности и между преступностью и остальными антиобщественными явлениями. Анализ таких связей и отношений и есть реализация системного подхода, и только на этом пути можно доказать, что преступность как нечто целостное есть система. Системный подход обязывал автора рассмотреть преступность и с точки зрения ее функций, хотя во всех обществах она — прежде всего фактор, дезорганизующий функционирование социальной системы. Вместе с тем систем-

Вицин С.Е. Óêàç. ñî÷. Ñ. 10—11.

Òàì æå. Ñ. 13.

ный анализ позволяет установить, что в классово-антагонистических обществах преступность выполняет и социальноэкономическую функцию (вспомним слова К. Маркса и Ф. Энгельса о том, что «…общество порождает спрос на преступность, который удовлетворяется соответствующим предложени-

, и политическую — как форма неорганизованного протеста

ем») изолированного индивида против существующих общественных порядков, и культурологическую — как «средство» самоутверждения, определенный образ жизни, субкультура.

Серьезное обсуждение проблемы системного характера преступности предполагает решение вопроса о критериях выделения разных ее элементов и типах их взаимосвязи. Традиционно выделяют виды систем: четко отграниченные от среды, наличие которых специально обосновывать нет необходимости (например, живые существа, организация); требующие построения определенной их модели на основе постулирования и последующего исследования опреде-

ленной совокупности связей выделенных элементов (подструктур)

. Очевидно, что преступность не относится к первому типу систем, и ее целостный характер далеко не очевиден. Вместе с тем обоснование системного характера преступности базируется на признании преступности в качестве специфической подсистемы общества как элемента более общей системы — общества в целом; обосновании определенной целостности преступности как целого, отдельных ее элементов на основе выделения единого критерия качества; выделении конкретных элементов (подструктур) преступности, находящихся между собой во взаимосвязи, взаимообусловленности, которые и задают новые качественные характеристики всей преступности в целом, отличающие ее от отдельных элементов. Таким образом, определенная целостность, системность преступности как специфического социального явления просматривается и при выделении ее структур, анализе взаимосвязи между ними.

Учитывая вышеизложенное, можно сделать вывод о том, что преступность соответствует одному из требований системы — «наличие, по крайней мере, одной большой системы, объемлющей данную»

. Применительно к преступности в целом большой системой признается общество. Признавая тесную взаимосвязь между социальными отклонениями и преступностью, необходимо видеть и специфику различных форм социальных отклонений, в том числе отличие преступности от иных форм. Оно состоит в наибольшей степени общественной опасности и объявлении об этой обществен-

Маркс К., Энгельс Ф. Ñî÷. Ì., 1957. Ò. 8. Ñ. 530; Ò. 13. Ñ. 523.

Криминология: учебник для вузов / Под общ. ред. А.И. Долговой. 3-е изд.,

перераб. и доп. М.: Норма, 2007. С. 75.

Управление, информация, интеллект. М., 1976. С. 101.

ной опасности государством. Реализуя уголовную политику, государство делает это путем введения уголовно-правового запрета на совершение определенного круга деяний и установления за его нарушение самой строгой уголовной ответственности.

Сложность выделения качественной определенности преступности объясняется тем, что, во-первых, в силу исторической относительности, постоянной изменчивости и содержательной неоднородности деяний, признаваемых преступными, невозможно определить преступность исходя из признаков, обусловленных самой «природой» исследуемого предмета, в категориях, основанных на внутренне присущих явлению свойствах; во-вторых, всякое определение преступности неизбежно включает такой «формальный» момент, как противоправность. Наконец, известная юридизация проблемы также сказывается на определении преступности. Можно ли вообще найти то видовое отличие, которое позволяет рассматривать преступность как вполне определенную систему, независимо от содержательных различий преступных проявлений? «Всеобщим» функциональным качеством преступности выступает общественная опасность. Определение общественной опасности трактуется как способность деяния причинить вред общественным отношениям, как объективное свойство преступного деяния, как критерий дифференциации деликтов (поступков) на преступления, административные и гражданско-правовые деликты и правонарушения.

Вместе с тем наибольшую общественную опасность и разрушительный потенциал всегда представляли и представляют преступления, совершенные организованными группами и преступными сообществами. В социальных взаимодействиях именно организованная преступность выступает как открытая система. Она легко адаптируется к условиям среды, готова к изменениям, правда, в определенных пределах. В целом же организованная преступность саморазвивается и самодетерминируется как самоуправляемая система. Криминологами неоднократно отмечался эффект самовоспроизводства организованной преступности за счет приспособления к изменившимся обстоятельствам, наступления на общество путем непосредственно «криминального заражения» части населения, использования преступниками механизма прямого инструктирования и подражания. Наиболее отчетливо указанная тенденции проявляется в молодежной среде. Еще одним качеством преступности является ее организованность. Организованность преступности как ее свойство позволяет ей проявлять себя в упорядоченных формах, соединять в некие целостные образования и преступления, и преступников. Внешне это чаще всего может проявляться в:

а) продуманных, планомерных, организованных преступных деяниях;

б) организованной преступной деятельности;

в) коллективных субъектах преступлений — различных организованных преступных формирований, их деятельности и отношений —

организованной преступности

Таким образом, термин «организованность преступности» как ее свойство не идентичен понятию организованной преступности как системе организованных преступлений. Организованное преступление — запланированное, «устроенное» или заранее продуманное, предумышленное деяние. Организованная же преступная деятельность — это система взаимосвязанных организованных преступных деяний какого-либо субъекта (чаще всего группы лиц). Поскольку по-гречески слово systema буквально означает «целое, составленное из частей», то и отдельные преступления в преступной деятельности — это не просто преступление, а организованное преступление. Логика развития организованной преступной деятельности приводит к тому, что субъектом преступления становится не одно лицо, а «коллективный субъект». Именно такого рода коллективная преступная деятельность лежит в основе такого негативного социального явления, как организованная преступность. Следует заметить, что действующий УК РФ содержит основные уголовно-правовые меры борьбы с преступностью. Вместе с тем концепция реформы уголовного законодательства не учитывает выявленных и прогнозируемых тенденций преступности, ее новых видов, особенностей контингента преступников, не дает ясного и четкого понимания границ воздействия правовых институтов и норм на изменения в состоянии, структуре и динамике преступности. Как пишут сотрудники информационно-аналитического центра региональной политики и национальной безопасности, «…организованная преступность в России давно вышла за рамки института соучастия. Она связана с функционированием особого рода криминальных структур — управляемых преступных сообществ (организаций). В УК РФ сделана попытка закрепить норму о преступных сообществах (организациях) и особенностях ответственности их участников. Однако ни в одной норме Особенной части УК нет составов преступления, к особо квалифицируемым признакам которых было бы отнесено совершение преступления преступным сообществом (преступной

организацией)»

Криминология: Учебник для вузов / Под общ. А.И. Долговой. 3-е изд., пере-

раб. и доп. М.: Норма, 2007. С. 75.

Дубнов А.П., Дубовцев В.А. Философия преступности: проблемы криминализа-

ции российского общества. Екатеринбург: Ява, 1999. С. 34.

Таким образом, объективный научный подход к проблеме преступности основан и на том, что преступность — это не просто сумма преступлений фактически совершенных, т.е. деяний оказавшихся включенными в действующий уголовный кодекс, а естественная и неизбежная социальная болезнь любого общества, социальная патология. По существу, преступность — это негативная социальная система и органическая часть более широкой социальной категории — негативно отклоняющегося или девиантного поведения (девиантности). Об этом писали Э. Дюркгейм, Т. Парсонс и

многие другие социологи и криминологи

. При этом уголовный закон является не более чем индикатором, позволяющим фиксировать с некоторой степенью точности масштабы и характеристики социальной системы — преступности как органической части девиантности. Необходимо, разумеется, обеспечить максимально полное и точное описание преступности как социального процесса, памятуя, что вопреки распространенному представлению преступность — это не совокупность преступлений на конкретно определенной территории за условно определенный (обычно год) период времени (преступления в данном случае — деяния, предусмотренные действующим в это время уголовным законодательством). Как это ни парадоксально, на основе уголовного закона невозможно достаточно объективно охарактеризовать преступность уже только потому, что круг деяний, признаваемых преступными, со временем меняется. В периоды радикальных сдвигов в процессе социального развития такие изменения обычно бывают настолько существенными, что не только общественное мнение и правосознание, но и оценки специалистов и ученых не могут охватить их своим предвидением (здесь же необходимо отметить, что указанные социальные сдвиги не происходят одномоментно, в один день, как, разумеется, и изменения в законодательстве).

Таким образом, оказывается, что количественные и качественные показатели преступности изменяются законодателем, хотя совершенно ясно, что реальные характеристики преступности как объективно существующего социального процесса от законодательной деятельности непосредственно не зависят, и никакие законы не могут сами по себе воздействовать на него.

Дюркгейм Э. Социология. Ее предмет, метод, предназначение. М., 1995. С. 85, 92; Îí æå. Норма и патология. Социология преступности. М., 1968. С. 299; Парсонс Т. О социальных системах. М., 2002. С. 406; Аванесов Г.А. Криминология и социальная профилактика. М., 1980. С. 257; Блувштейн Ю.Д., Добры- íèí À.Â. Основания криминологии. Опыт логико-философского исследования. Минск, 1990. С. 11—19; Кудрявцев В.Н., Бородин С.В., Нерсесянц В.С., Кудряв- öåâ Þ.Â. Социальные отклонения. М., 1989. С. 244—254.

Следует согласиться с мнением С.Е. Вицина, который утверждает, что в современном динамичном, быстро развивающемся мире все более важным оказывается обеспечение социальной стабильности, сохранение основных черт сложившегося социального бытия, основанного на позитивных, проверенных историей и практикой существования человеческого общества положениях. Именно это станет условием решения глобальных проблем, стоящих перед современным человечеством, которые изложены в докладе Генерального Секретаря ООН на 59-й сессии этой организации, посвященной новому тысячелетию, позволит обеспечить устойчивый широкомасштабный экономический рост и сделать современное общество, некоторые части которого ныне разрушаются организованным насилием, свободным от нужды и страха путем борьбы против бедности, насилия и террора.

Действительно, радикальные изменения социально-политических и экономических основ жизни общества, происходящие с начала 90-х годов прошлого века, привели к изменению характеристик преступности, в том числе ее наиболее распространенных организованных форм, что еще раз подтвердило ее социальную сущность, зависимость от социальных факторов. Как справедливо замечают А.П. Дубнов и В.А. Дубовцев, «…здесь вскрывается следующая коллизия: постулируя индивидуальную человеческую жизнь в качестве высшей ценности, Конституция РФ и УК РФ закрывают себе путь к адекватной квалификации преступлений, направленных против естественных и социальных основ индивидуальной человеческой жизни — экономических, социальных, культурных и природных систем воспроизводства жизни и жизнеобеспечения, против самой

исторической направленности развития по линии прогресса»

Так, например, анализ ст. 210 УК РФ позволяет охарактеризовать феномен и механизм формирования организованной преступности, организации преступного общества следующим образом:

• объединение на основе преступных замыслов;

• иерархия строения преступной организации;

• система руководства и дифференцированные функции;

• масштабность;

• устойчивость;

• транснациональность.

Слабым местом этой характеристики является отсутствие аксиологического анализа, т.е. вычленения ценностей, формирующих и консолидирующих преступное сообщество как сложный криминальный субъект.

Дубнов А.П., Дубовцев В.А. Философия преступности: проблемы криминализации

российского общества. Екатеринбург: Ява, 1999. С. 29.

<<< < Предыдущая 12 / 292 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24 25 > Следующая >>>

Соседние файлы в предмете [НЕСОРТИРОВАННОЕ]