Добавил:
ivanov666
Опубликованный материал нарушает ваши авторские права? Сообщите нам.
Вуз:
Предмет:
Файл:Новые государства на постсоветском пространстве
.pdf
Глобализация демократии и проблема суверенитета
Начиная с XVI века, национальные государства стремились
к реализации четырех целей: территориального господства, административного контроля, культурной идентичности и обеспечение политической легитимности через расширение демократического участия. Сегодня все эти функции государства претерпевают изменения.
Система национальных государств, характеризующаяся
«внутренним миром» территориально ограниченной политики
и «внешним миром» международных военных и
дипломатических отношений, составляющих государствоцентричную систему, — испытывает трансформацию
1
. Подобная ситуация рассма-
тривается как «устранение территориального измерения политики, власти и управления»
2
.
В условиях глобализации стремительно изменяется традиционная форма территориального размежевания материальных
функций и культурной идентичности
3
. Национальному государ-
ству трудно добиться хозяйственной справедливости, поскольку
действия транснациональных корпораций, движение народов
через проницаемые границы и развитие мировых СМИ питают
альтернативные источники культурной гегемонии
4
. Из-за умень-
шения перераспределительной роли государства происходит ослабление демократических источников легитимности, а культурные идентичности становятся все более неустойчивыми и фрагментарными.
Меняющийся характер национального государства изменяет характер гражданства. Считалось, что гражданин — это
индивид, обладающий правами на проживание в пределах
какой-то территории. Можно согласиться, что «единство
места
1
Rosenau J. Along the domestic-foreign frontier: exploring governance in turbulent
world. Cambridge. MA, 1997.
2
Held D., McGrew A., Goldblatt D., Perraton J. Global transformations. Stanford,
CA, 1999.
3
Бенхабиб С. Притязания культуры. М., 2003.
4
Бек У. Национальное государство утрачивает суверенитет. Сумерки глобали-
зации: настольная книга антиглобалиста: Сб. Сост. А.Ю. Ашкеров. М., 2004. С. 50.
31
Глава 1
жительства, административного подчинения, демократического участия и культурной принадлежности составляет типичную
идеалистическую модель современного западного национального государства»
1
.
Но мир уже вступил в новую ситуацию, где приходится иметь
дело с завершением эры унитарного гражданства. Требования
мультикультуристов, вызванные происшедшими в мире изменениями, противоречат традиционным представлениям. Они выступают за плюрализацию культурных идентичностей, призывают децентрализовать административное единообразие и создать
множество правовых и полномочных иерархий, требуют передачи демократической
власти регионам или группам, приветствуют ослабление связи между проживанием на определенной территории и гражданской ответственностью.
В новых условиях от иммигрантов не требуется натурализоваться и уподобиться местным жителям, они в любом случае получат социальную поддержку государства. В то же время растет
транснациональная солидарность, объединяющая разные культуры и
религии вокруг проблем прав человека, охраны окружающей
среды, «международной амнистии», «врачей без границ» и т. п.
Казалось бы, в такой ситуации просматривается идея
И. Канта «космополитического гражданства»
2
. Но у него не было
политической подоплеки. По Канту, гражданин мира должен
иметь гражданство отдельной республики. По его словам, мировое правительство было бы «бездушной деспотией», а мировая
федерация допускала бы гражданство в рамках тесно связанных
сообществ. Но сегодня желание народов, стремящихся сохранить свой язык, обычаи и культуру, поддержать
целостность об-
раза жизни, вряд ли совместимо с современностью.
Заявить, что народ является суверенным, значит знать, как
он может реализовать свое право на суверенитет. Вокруг этой
1
Weber M. Economy and society: an outline of interpretive sociology. Berkeley &
Los Angeles. CA, 1978.
2
Nussbaum M. Kant and cosmopolitism // Perpetual peace: essays on Kant cosmo-
politan ideal. Bohman J., Lutz-Buchmann M. Cambridge. MA, 1997.
32
Глобализация демократии и проблема суверенитета
проблемы, начиная с XIX века, развернулась серьезная политическая и культурологическая дискуссия
1
.
Большую роль в формировании современного мира сыграла
идеология либерализма. Она также тесно связана со становлением теории суверенитета народов, когда в качестве геокультуры капиталистического хозяйства в мире пытались объединить
идеологии консерватизма, с одной стороны, и радикализма и социализма — с другой. Либералы считали, что с помощью проведения рациональных
реформ на основе анализа специалистов,
используя главным политическим рычагом государство, можно
претворить в жизнь необходимые преобразования. Новая Россия
также прошла через это.
Исторически первоначально либералы предложили всеобщее избирательное право, создание элементов государства благосостояния и национальную идею. В результате, пролетариат
Западной Европы и Северной Америки перестал быть угрозой.
Обнаружив «опасные
классы» — народные движения в остальной части мира, они перенесли программу на межгосударственный уровень. В результате самоопределение стало функциональным элементом всеобщего избирательного права. Отсталым
странам была предложена экономическая помощь, как эквивалент государства благосостояния. Поскольку не было устойчивой
группы, где можно было бы применить политику национализма
и расовой
дискриминации, национальная идея не работала.
После второй мировой войны, в связи с созданием международных финансовых институтов, вплоть до 1970-х гг., самоопределение наций уже не было существенной проблемой.
Всемирное перераспределение богатства сделало глобальный
либерализм менее жизнеспособным, поскольку он обеспечивал
достойный уровень жизни лишь среднему классу. Но идеи либерализма были
подхвачены лидерами мировых антисистемных
1
Валлерстайн И. Конец знакомого мира. Социология XXI века. М., 2003;
Modisett L.E. Is this the end of the nation-state? // Naval war college review. Winter,
2002. Vol. LV. Nо. 1. P. 133; Proceedings Symposium: “Sovereignty and International
law” // Harvard International Review. 1995. Vol. 17. N 3.
33
Глава 1
движений, мобилизовавших население обещаниями надежды.
Однако и здесь результат оказался ошибкой, а иногда и мошенничеством. Люди отказывались доверять государству и, как следствие, теряли иммунитет безопасности, обеспечиваемый государством. Приходилось самим защищать себя.
В результате общественное сознание и гражданское общество разрушались. Росла враждебность к самому государству.
Очевидно, что капиталистов
такая ситуация не устраивает, им
также нужно сильное государство для собственной защиты и порядка. При этом они не желают развивающимся государствам
вмешиваться в руководство мировых хозяйственных связей. Это
проявляется и в политике сегодняшней России: деятельность
иностранных инвестиций и банков на ее территории ограничена, но обеспечивается безопасность иностранных туристов
и предпринимателей. Остается единственное требование Запада
к России — стабильность ее деятельности по международным
обязательствам.
Либерализм, уважая «частный» характер семейно-домашней
сферы, требует от государства воздерживаться от регулирования
вопросов религии, культуры и эстетических убеждений, то есть
«свобода подданных есть молчание законов»
1
. Но семья — это
публичный институт, направляемый политическими и правовыми нормами. А это означает, что в семье нет ничего «частного».
Аналогичная ситуация с отделением религии от государства, эстетики от политики.
Существование национальных религиозных государств
имеет свои особенности. Фундаменталистские течения не ограничиваются только исламом, они просматриваются в любой из
религий. Но не все из них способны к приспособлению и компромиссам. Наибольшую сложность для фундаменталистов
с негативным подходом к новым веяниям вызывают гибридности и неопределенности глобализирующегося мира. Поэтому
для выживания им необходимо отделить частную сферу с привычными семейными и религиозными правилами от политики
1
Hobbes T. Leviathan. Cambridge, MA, 1996.
34
Глобализация демократии и проблема суверенитета
и экономики. Неспособность идти на компромиссы вызывает
у них порыв к объявлению войны глобальной цивилизации, на
растрачивание себя в актах апокалипсического рвения
1
. Поиск
«расовой чистоты» нацистов XX века и мечтания о «подлинном
исламе» сегодня обречены на поражение.
Интересно выглядит идея
2
, что «феномен глобализации се-
рьезно ограничивает деятельность национальных правительств».
Однако дисциплинирующая сила международной конкуренции,
которая в значительной мере лежит в основе этого процесса,
может благотворно повлиять на становление новых принципов
публичной политики в странах региона. Таким образом, следует
с осторожностью говорить о «потере автономии», поскольку на
деле это может означать,
скорее, желанное «снижение масштабов произвола», с которым иногда сопряжена публичная политика. То есть рынок объективен и способен дисциплинировать. Это
означает, что как только государства на основе решений своих
обществ допускают произвол, затрагивающий важнейшие интересы капитала по извлечению максимальных прибылей, возникает всемирный скандал.
Сегодня нельзя разделить государство, рынок
и гражданское
общество, выражающих интересы, предпочтения, идентичности
и воли индивидов. Рынок создается и контролируется государством и гражданским обществом. И гражданское общество отражается в деятельности государства и рынка.
В период возможного банкротства финансовых институтов
США в 1990 г. отмечалось: «Финансовые институты являются
держателями и, следовательно, стражами сбережений и временно
свободных средств американцев, приняв на себя исключительную социальную ответственность. Позволить рынку
(международному) вовсе дисциплинировать финансовую систему — значит молчаливо согласиться на лавину потенциальных
1
Бенхабиб С. Притязания культуры. Равенство и разнообразие в глобальную
эру. М., 2003.
2
Lerda J.C. Globalization and the loss of autonomy by the fi scal, banking and mon-
etary authorities // CEPAL review. April 1996. Nо 58. P. 76.
35
Глава 1
банкротств»1. Отсюда следует, что безответственно со стороны
государства позволять рынку дисциплинировать банки. В чемто такое мнение, похоже, напоминает сегодняшнюю ситуацию
в России.
Видно, что капиталисты зависят от вмешательства государства во многих случаях, и для них гибельно ослабление власти
государства. Потеря государствами части своего внутреннего
и внешнего суверенитета в условиях
глобализации, прежде всего, связана с утратой доверия масс населения к идеям либерального реформизма и обещаниям левых движений. Но государства
еще никто не отменял. Суверенитет государства, его способность
вершить внутренние и внешние дела в межгосударственной системе выступает фундаментальной опорой хозяйствования, защищает интересы предпринимателей и перераспределяет прибавочную стоимость
внутри страны, хотя бы частично, для смягче-
ния недовольства населения.
Разрушение сельского уклада жизни, истощение экосистем
и демократизация общества по-своему ограничивают накопление
капиталов. В сущности, государства теряют власть из-за утраты
легитимности в глазах народа. Это может приводить и к снижению прибылей корпораций.
Известное замечание, касающееся суверенитета, сделал
в 1992 г. Бутрос-Бутрос Гали в докладе Совету Безопасности
ООН. Он сказал: «Фундаментом (миротворчества) является
и должно оставаться государство. Понимание элементов, составляю щих основу суверенитета, и его целостность важно для любого прогресса в международной сфере. Однако времена абсолютного и исключительного суверенитета прошли; его теория
никогда не соответствовала реальному
положению дел».
Обозначившееся в процессе демократизации и глобализации
кажущееся снижение статуса государства иногда связывают с издержками современного мира, который выглядит как «мир без
границ». Воздействие глобализации на государства носит проти-
1
Kaufman H. After Drexel, Wall Street is headed for darker day’s // International
Herald Tribune. Febr. 1990.
36
Глобализация демократии и проблема суверенитета
воречивый характер. Правительства, действующие от имени государств, теряют маневр в открытом мировом пространстве. В результате суверенитет в качестве политической функции все больше отделяется от идеи автономности. Действительно, объединяясь в транснациональные социальные силы, некоторые движения
сумели достичь значительных результатов в сфере прав человека,
политики, в области окружающей среды
. Они продемонстрирова-
ли примеры обретения властных полномочий «снизу».
Например, производит впечатление, как коренные народы
используют глобальные арены для формирования своих движений
1
. Им даже удавалось заручиться поддержкой в обсужде-
нии претензий на самоопределение в отдельное северное государство, от которых некогда отмахивались как от простой ностальгии, и ООН им мотивированно отказывала. Но все-таки
в результате принятия Декларации о правах коренных народов
в 2007 г., в ООН начала работать ежегодная Всемирная конференция по правам коренных народов2. А в России еще в 2001 г.
по инициативе одного из авторов (В. Черный) был создан Фонд
защиты конституционных прав коренных малочисленных народов России (http://fondru.ru). И в 2012 г. В. Черный делал доклад
на конференции в ООН
3
. В последующем к работе Фонда защи-
ты конституционных прав коренных малочисленных народов
России подключился другой соавтор настоящей книги — проф.
А. Любимов.
После окончания холодной войны миропорядок функционирует под воздействием противоречивых факторов давления
на государство, что демонстрирует неадекватность и двойственность принципа суверенитета, как законодательно прописанного,
так и трудно реализуемого.
1
Попков Ю.В. Коренные малочисленные народы Севера в глобальном и регио-
нальном контексте // ЭКО. 2011. № 9. С. 71–88.
2
Черный В.В. О Всемирной конференции ООН по вопросам коренных наро-
дов. Нью-Йорк, май 2012 // Мир дипломатии. 2012. № 9. С. 10.
3
Черный В.В. О ситуации с коренными малочисленным народами России. Вы-
ступление на 11-й сессии ООН PFII, 07–15 мая 2012, item 8.
37
Глава 1
Глобализация разъедает границы, в результате чего даже
самые могучие государства начинают выглядеть чрезмерно пористыми для проникновения извне нежелательной активности.
Из-за религиозного и политического экстремизма все опасней
становится быть иностранцем или туристом, поскольку тактика
террористов преднамеренно направлена на пресечение связей
между правящими структурами и внешним миром.
В связи с легализацией
негосударственных игроков и появлением надгосударственных образований у страны ослабляется
ее абсолютный характер и статус единственного актора — представителя на международной арене. А суверенитет, как один из
главных атрибутов государства, — ослабляется
1
. Л. Хенкин пи-
сал, что «суверенитет — это ругательное слово не только из-за
того, что стоял на службе ужасных национальных мифологий,
но и потому, что в международных отношениях и даже в международном праве он часто применялся как броский лозунг взамен
мышления и точности»
2
.
В Декларации о принципах международного права, касающихся дружественных отношений и сотрудничества между государствами, принятой Генеральной Ассамблеей ООН в 1970 г.,
перечисляется все то, что проистекает из понятия суверенного
равенства, причем что-то относится к внутреннему суверенитету,
но основной упор сделан на внешние аспекты. Государства пользуются суверенным равенством. Они
обладают равными правами
и обязанностями и являются равными членами международного
сообщества, хотя имеют различия экономического, социального,
политического или иного характера.
В бывшем СССР Конституция 1977 г. устанавливала, что
«каждая союзная республика является суверенным советским
социалистическим государством, объединенным с другими со-
1
Моисеев А.А. Суверенитет государства в международном праве. М., 2009;
Donnelly J. State sovereignty and human rights // Working paper No. 21. University of
Denver, Denver, Co, 23 June 2004.
2
Henkin L. That’s world: sovereignty, and globalization, and human rights, et ce-
tera // Fordham law review. 1999. Vol. 68.
38
Глобализация демократии и проблема суверенитета
ветскими республиками в Союз Советских Социалистических
Республик». Прилагательные «советская» и «социалистическая»
подразумевали определенные ограничения на суверенитет республик. Более того, полномочия республик были довольно ограниченными и вряд ли соответствовали понятию полного суверенитета, поскольку основная часть полномочий была закреплена
за центральными властями. Данная ситуация радикально изменилась в связи с
распадом СССР в середине 1991 г., когда союзные республики обрели независимость. Предложение союзного
центра о заключении нового Союзного договора не прошло
1
.
Возможно, наиболее интересный случай произошел
в Татарстане, который ранее был автономной республикой в составе РСФСР, предъявившим претензии на суверенитет. В 1990 г.
Татарстан провозгласил свой собственный суверенитет. Эта декларация была поддержана референдумом, на котором подавляющее большинство населения утвердительно ответило на вопрос:
«Согласны ли Вы с тем, что Республика
Татарстан является суве-
ренным государством, субъектом международного права, строящим свои отношения с новой Россией, другими республиками
и государствами на основе равноправных соглашений?». Но и по
сей день Татарстан остается частью современной России, и свои
отношения с федеральным центром регулируются различными соглашениями, а внутренние законы Татарстана подчинены
Конституции России
2
.
Самоопределение — это одно из самых таинственных и противоречивых понятий в международном праве, оно имеет два измерения. Под внешним самоопределением имеется в виду право
каждого народа — что бы ни означал этот термин — выбирать
для себя собственный международный политический статус,
включая независимость или слияние с другим государством. Под
внутренним самоопределением
имеется в виду право граждан
1
Любимов А.П. О Концепции союзного договора. Вестник Московского уни-
верситета. Сер. 11. Право. 1991. № 1. С. 86–91.
2
Новая Россия — через парад суверенитетов к оптимальной региональной вла-
сти. http://dvo.sut.ru/libr/history/i299mez1/4.htm
39
Глава 1
любого государства быть представленным демократическим
правительством. В то время как внутренний аспект самоопределения легко сочетается с суверенитетом, внешний аспект может
представлять серьезную угрозу суверенитету государства в той
мере, в какой он, легитимизируя движения за отделение от него,
угрожает его территориальной целостности.
Вопросам меньшинств и их суверенитета посвящены работы В
Дж. Валадесом
. Кымлика1. Свежие модели суверенитета развиты
2
. Он предлагает различать три группы: стремя-
щиеся к самоопределению в рамках институциональных структур общества национального большинства; борющиеся за самоопределение в виде автономного управления в пределах границ государства; культурные группы, добивающиеся отделения
и либо независимой государственности, либо интеграции по этническому и языковому принципу.
В самых различных резолюциях
Генеральной Ассамблеи
ООН делались попытки установить баланс между правом на самоопределение и правом на территориальную целостность, но
сделать это адекватно явилось практически невозможной задачей. Аналогичным образом, международно-признанные нормы
в области прав человека и гуманитарного права предоставляют
индивидам и группам определенные права в противовес их государству, что как
следствие ограничивает его суверенитет.
Этническое возрождение бросает еще один серьезный вызов
традиционному пониманию суверенитета. На планете существует несколько тысяч народов и этнических сообществ, но планета
слишком мала, чтобы предоставить каждому их них полный суверенитет над участком земли. Хотя в любом случае, разумеется,
необходимо находить компромиссы для частичного удовлетворения требований этих различных групп. Отсюда следует, что термин «суверенитет» необходимо применять гибким образом.
1
Kymlicka W. Citizenship in diverse societies. Oxford: Oxford University Press, 2001.
2
Valadez J. Deliberative democracy, political legitimacy, and selfdetermination in
multicultural societies. Boulder, CO, 2001.
40
Соседние файлы в предмете [НЕСОРТИРОВАННОЕ]