Добавил:
ivanov666
Опубликованный материал нарушает ваши авторские права? Сообщите нам.
Вуз:
Предмет:
Файл:Люди театра
.pdf
Люди театра
известный драматический актер конца семидесятых годов. Еще будучи совсем молодым, он имел
большой успех впровинции, особенно вХарькове,
Киеве, Одессе иВоронеже,— учащаяся молодежь
его «обожала». ВВоронеже, где Вася гостил усвоего дяди— деревенского мельника, он ипознакомился сСеливановым. Тимоша (Селиванов) тогда
был еще гимназистом последних классов, проводил каникулы усельского учителя всоседнем селе,
откуда ходил на мельницу ловить рыбу. Тут они
иподружились. Вася пел арии изоперетт, аусвоего друга выучил «Избушку», которая на всю
жизнь иосталась любимой песней Васи. Унегоже
он выучился петь «Дубинушку» ипосекрету мне,
одному, наедине, шепотом напевал строчки:
Вырежем мы взаповедных лесах
На барскую спину дубину…
Впоследствии Селиванов, уже будучи в славе,
на московском съезде сценических деятелей
в 1886 году произнес с огромным успехом речь
оположении провинциальных актеров. Только изза этого смелого, по тогдашнему времени, выступления он небыл принят вМалый театр, где ему
был уже назначен дебют, кажется, вЧацком.
41

Владимир Гиляровский
Селиванову отказали вдебюте после его речей:
— Политику в императорских театрах разво-
дить нельзя-с!
И с тех пор Селиванов окончательно застрял
в провинции, охранка запретила ему въезд в Москву, а там и слухи о нем пропали. Вася получал
отнего приветствия через знакомых актеров исам
посылал их стеми, кто ехал служить втот город, где
был Селиванов, апотом следы его потерялись.

ПЕШКОМ ПОШПАЛАМ
На первой неделе поста труппа дружески рассталась сГригорьевым, иполовина ее «наслово» порешила служить унего следующую зиму. Контрактов у Григорьева никаких неполагалось, никаких
условий непредлагалось. Как-то еще доменя один
режиссер хотел вывесить печатные правила, которые привез ссобой. Григорий Иванович прочитал
их иответил:
— Силой мил небудешь! Спрячьте-с!
Почти все поехали вМоскву навеликопостный
актерский съезд, а«свои»— семья старых друзейактеров— остались, итутже была составлена маленькая труппа издесяти человек, скоторой Григорьев обыкновенно ездил поярмаркам ималеньким
городкам. Для таких выездов была, кроме гардероба и обстановки, особая библиотека из ходовых
пьес, очень умно сокращенных. Поэтой библиотеке все отобранные для нее пьесы, даже такие, как
43

Владимир Гиляровский
«Гамлет», «Ревизор» и«Разбойники» Шиллера,
могли играть десять актеров. Все эти пьесы оставшейся труппой, кроме меня, новичка, были играны-переиграны ишли гладко, почти без суфлера.
Из новых актеров попал внашу труппу Изорин.
Князь Имеретинский тоже уехал на великий
пост в Москву. Абакумыч постом за грех считал
всякую игру, ипрекрасный фрейбергский бильярд,
единственный втовремя вовсем Тамбове, срезиновыми бортами инагрифельной доске, пустовал.
Мы сВасей весь вечер досамого закрытия трактира, пахнувшего постным маслом, играли пустые
партии и за это время так изощрили свое искусство, что домовладелец Василий Морозов и его
друг, барин в золотых очках, Николай Назарыч,
мне проигрывали партии «так натак». Через несколько лет я уже в Москве узнал, что это были
крупные шулера. Первый вигрецком мире носил
кличку Василь Морозыч Темный, авторой— Николай Назарыч Расплюев, нонетот, скоторого писал Сухово-Кобылин.
Вечера с Васей мы проводили за бильярдом,
авесь день сутра читали, невыходя избиблиотеки.
Догригорьевской библиотеки, современи гимназии, яниодной книги вруки небрал итеперь читал без передышки. Пьяная компания перевелась.
44

Люди театра
Евстигнеев опять поступил нателеграф, Дорошка
Рыбаков женился наактрисе Орловой исней вошел всостав нашей летней труппы. Оба крошечного роста, невзрачные и удивительно скромные
и благовоспитанные. Рассказывали, что, когда их
венчали, священник сказал им вместо поучения:
— Любите друг друга, памятуя неукоснительно,
что отдельно ни того, ни другого никто не полюбит!
Главныйже закоперщик наших пьяных компаний Семилетов совершенно изменился после скандала с«Адамовой головой».
Изгнанный изтеатра перед уходом надонские
гирла, где отец ибратья его были рыбаками, Семилетов пришел к Анне Николаевне, бросился
вноги истал просить прощенья. Наэту сцену случайно вошел Григорьев, произошло объяснение,
закончившееся тем, что Григорьев простил его.
Ваня поклялся, что никогда в жизни ни капли
хмельного невыпьет. Исдержал свое слово: пока
жив был Григорий Иванович, он служил у него
в театре. Летний сезон у нас распределялся
потрем городам. Напасху мы выехали вБорисоглебск поприглашению купца Иванова, скотопромышленника, выстроившего самый большой вго-
45

Владимир Гиляровский
роде дом — гостиницу с номерами — и в нем
хорошенькую небольшую сцену.
Он часто наезжал вТамбов товтеатр, тонабега,
где унего бежали лошади его завода, которых он сам
выезжал. Это был высокий молодой человек
всоболь ей поддевке итакойже шапке, совсем удалой добрый молодец, единственный сын старообрядки-богачки. Тайком отматери он тратил деньги на театр, а так как деньги были на отчете,
то театральные расходы он переводил на конскую
охоту, которая ему невоспрещалась. Иванов показывал счет надвенадцать тысяч рублей, изкоторых ему
было нужно две тысячи передать Григорьеву занаши
спектакли. Вася этот счет списал для памяти:
«Расходы поохоте
Ездовые рукавицы слесктрическими пробками
для резвости на приз по 100 рублей, 6 пар —
600рублей.
Копытная мазь из крокодилового нутра для
твердости изПарижа иЛондона— 300рублей.
Наглазники, чтобы лошади небесились инепугались, на12лошадей, по20рублей— 240рублей.
Беговые дрожки из Москвы от Арбатского
иразная сбруя— 2550рублей ит.д. ит.д.
Весь счет насумму 12628рублей».
46

Люди театра
О театре— нислова, аэто ему вскочило вкопеечку. Вся труппа жила в его новой гостинице —
прекрасной, как вбольшом городе. Квартира исодержание всей труппы шли засчет Иванова. Все
проходило посекрету отматери, безвыездно жившей в своем имении в окружении старообрядческих начетчиков и разных стариц, которых сын
ублажал подарками, чтоб они несплетничали матери оего забавах.
Сыграли мы десять спектаклей, инакануне отъезда Иванов дал прощальный обед, на котором
присутствовали местные дворяне сосвоим предводителем.
Особый успех вэто время имел Изорин— новый актер в нашей труппе. Однажды в Тамбове
Илья Иванович Ознобишин привел нарепетицию
изящного мужчину средних лет спроседью нависках и сбелыми ниточками вкрасивых, выхоленных, коротко подстриженных усах. Накануне внезапно заболел, простудившись, Песоцкий, который
должен был играть Жоржа д’Орси, француза, вкомедии «Гувернер». Узнав о болезни Песоцкого,
Ознобишин обещал доставить надругой день актера, который могбы заменить Песоцкого, прекрасно игравшего эту роль.
47

Владимир Гиляровский
Манеры, фигура, изящный французский выговор, знание роли нового актера поразили нас всех.
Навторой День масленицы ставили «Дон Сезар де
Базан». Наафише было объявлено, что заглавную
роль исполнит Н.П. Изорин, выступавший в ней
вПариже. Успех огромнейший. Явидел лучших актеров этой роли, от Далматова доПетипа включительно, и все-таки считаю Изорина наилучшим,
и Гувернера лучшего я тоже никогда не видывал.
Впрочем, помню прекрасного Гувернера, которого
я видел в 1876 году в Московском артистическом
кружке, — это был тоже непрофессиональный актер, алюбитель. Фамилия его была Беляй.
На Масленице Изорин выступал еще два раза
в Карле Мооре. Когда в Тамбове кончился сезон,
напрощальном ужине отъезжавшие намосковский
съезд предложили Изорину ехать сними вМоскву,
где, поих словам, нетолько все антрепренеры сруками оторвут, но и Малый театр постарается его
захватить.
Изорин встал, красивым жестом поднял бокал
исказал, что, пока Малый театр будет стараться его
захватить, его успеют захватить другие, чего ему
очень иочень нехочется…
— Рад бы в рай, да грехи не пускают, ведь
я из тех, кому запрещено «на выстрел подъез-
48

Люди театра
жать к столице»! — И обратился к Григорьеву:— Авот если Григорий Иваныч возьмет меня
налето ссобой в Моршанск, там я полноправный гражданин.
В Тамбове Изорин появился перед масленицей,
мирно проживал усвоего друга, стараясь меньше
показываться в «высшем» обществе, где были
у него и друзья и враги. Но враги не личные,
апополитическим взглядам.
Последние, из старых крепостников, называли
его якобинцем, а чиновники, имевшие от правительства по службе секретные циркуляры, знали,
что дворянину Николаю Петровичу Вышеславцеву, высланному изПарижа за участие в Коммуне
в1871году, воспрещается министром внутренних
дел проживание встолицах и губернских городах
повсей Российской империи.
В Париже Н.П. Вышеславцев прожил втечение
нескольких лет свое состояние ивпоследствии был
привлечен заучастие вКоммуне, но, как русский
дворянин известной фамилии, небыл расстрелян,
атолько выслан.
Когда он явился вРоссию без гроша денег, родственники-помещики отшатнулись от «якобинца», ион жил усвоих друзей поих имениям.
49

Владимир Гиляровский
* * *
Моршанск втовремя был небольшим городком,
известным хлебной торговлей; в нем жило много
богатых купцов, среди которых были имиллионеры, как, например, скопцы Плотицыны. Подъезжающих к Моршанску встречали сотни ветряных
мельниц, машущих крыльями день иночь. Внутри
города, пореке Цне, стояла когда-то громадная водяная «Кутайсовская» мельница со столетней
плотиной, под которой был глубокий омут, ивнем
водились огромнейшие сомы.
На берегу Цны, как раз против омута, в старинном барском саду, тогда уже перешедшем кодному изкупцов-миллионеров, находился наш летний театр. Около театра, между фруктовыми
деревьями, стоял обширный двухэтажный дом,
окруженный террасами, куда выходили комнаты,
отведенные труппе. Женатые имели отдельные
комнаты наверхнем этаже, холостые помещались
подвое ипотрое. Тамже, рядом сквартирой семьи Григорьева, была ибольшая столовая, нообедали мы больше наширокой террасе, примыкавшей кстоловой.
Обед подавался ровно вдва часа, после репетиции. Все садились заобщий стол— наодной поло-
50
Соседние файлы в предмете [НЕСОРТИРОВАННОЕ]
