Файловый архив студентов. Файловый архив студентов.
1327 вузов, 5487 предметов.
/ Регистрация
FAQ Обратная связь Вопросы и предложения
Добавил:
Опубликованный материал нарушает ваши авторские права? Сообщите нам.
Вуз:
Башкирский Государственный Аграрный Университет
Предмет:
[НЕСОРТИРОВАННОЕ]
Файл:

Люди театра

.pdf
Скачиваний:
0
Добавлен:
06.09.2026
Размер:
1 Мб
Скачать
☆
Люди театра
и, когда толстяк-придворный последним торопли­во исчез вкулисе, Гамлет, ссередины сцены, одним могучим прыжком перелетел наподножие трона. Он выбросил руку вслед ушедшим. Его лица не было видно, но я чувствовал по застывшей намиг позе истремительности прыжка его взгляд торжествующего победителя. Продолжалось ли это несколько секунд или несколько минут, ноте­атр замер… недышал.
Вдруг Гамлет-Вольский выпрямился, повернул­ся кГорацио, стоявшему почти наавансцене спи­ной кпублике. Его глаза цвета серого моря отрас­ширенных зрачков сверкали черными алмазами, блестели огнем победы… И громовым голосом, единственный раз вовсей пьесе, он сторжествую­щей улыбкой бросил:
— Оленя ранили стрелой!
Былли это клич победы или внезапной радости, как уКолумба, увидевшего новую землю, нотеатр обомлел. Когда же через минуту публика пришла всебя, грянули аплодисменты, перешедшие вгро­хот идикий вой.
Я видел всех знаменитостей заполвека, явидел ислышал овации всамые торжественные моменты жизни сцены, новсе это покрывалось для меня эти-
371
Владимир Гиляровский
ми пережитыми минутами, может быть, потому, что ябыл тогда молод ивесь жил театром.
Кончился тамбовский сезон. Почти все уехали вМоскву наобычный великопостный съезд акте­ров для заключения контрактов сантрепренерами к предстоящим сезонам. Остались только друзья Григорьева да остался на неделю Вольский с се­мьей. Ему ненадо было ехать вМоскву: Григорьев уже пригласил его наследующую зиму; Вольского вообще приглашали телеграммами заранее.
Летние сезоны Вольский никогда не служил и, окончив зимний, ехал на весну и лето к своему отцу, вего имение, занимался хозяйством, охотил­ся, готовил новые роли. Он остался попросьбе гу­бернаторши, чтоб участвовать ввоскресенье навто­рой неделе поста влитературном вечере, который устраивался впользу какого-то приюта.
Литературный вечер был в губернаторском доме. Направой стороне эстрады взале, ярко осве­щенном люстрами и настенными бра, стоял буль­столик сдвумя канделябрами подвенадцати свечей вкаждом, адля чтеца был поставлен тяжелый ста­ринный стул красного дерева сбронзой, сневысо­кой спинкой.
Тамбовское дворянство наполнило зал. Поме­щики изсвоих имений съехались ссемьями. Шур-
372
Люди театра
шали шелка, звенели шпоры. Дамы взакрытых пла­тьях, мужчины всюртуках: танцев послучаю поста небыло.
Вечер открыл чтением своей новой комедии местный писатель-драматург Ознобишин. Фами­лия Вольского стояла последней впрограмме, что было сделано сего разрешения.
— А топосле вас все боятся читать!
Читали. Пели. Публика иногда позевывала, все ждали Вольского. Появление его, визящном чер­ном сюртуке, было встречено дружными аплодис­ментами.
Вольский читал отрывки из Тургенева и на «бис»— монолог Чацкого, а публика продолжала аплодировать, хотя ивидела, что артист устал. Про­чел он наизусть «Тройку» Гоголя, что окончательно привело в восторг слушателей, аплодисментами непускавших артиста сосцены. Чуть Вольский де­лал шаг назад, аплодисменты раздавались громче.
Вдруг изглубины зала, слева от сцены, послы­шался нежный, робкий, молящий голос:
— Гамлета! Быть или небыть!
Это, по-видимому, ответило желанию всех, изал застонал:
— Быть или небыть!!! Гамлета!!! Гамлета!!!
373
Владимир Гиляровский
Ознобишин, скрывший меня отпублики перед началом вечера вартистической комнате, сам при­нес стул залевую кулису, наавансцену, ияближе всех мог видеть лицо Вольского. Он действительно устал, но при требовании Гамлета улыбнулся, подошел кстолу, изхрустального графина налил воды ивы­пил. Публика аплодировала, приняв это засогласие.
Затем он двумя пальцами взял заушко спинки тяжелый стул и, без всякого усилия приподняв его, красивым движением поставил перед собой, ближе кавансцене.
От восторга тамбовские помещики, сплошь охотники илихие наездники, даже ногами затопо­тали, ногудевший зал замер водин миг, когда Воль­ский вытянутыми руками облокотился наспинку стула илегким, почти незаметным наклоном голо­вы, скорее своими ясными глазами цвета северного моря дал знать, что желание публики он исполнит. Артист слегка поднял голову ичуть повернул вле­во, вглубь, откуда раздался первый голос: «Гамле­та! Быть или небыть!»
Его красивая, статная фигура, даже пальцы его белых рук замерли накрасном фоне спинки стула. Он как-то застыл. Казалось, что глаза ничего неви­дят перед собой или видят то, что невидит никто, или недвижно ищут ответа невозможного.
374
Люди театра
— Быть или небыть?— спрашивает он усамого себя, еще неговоря этих слов. Ноячитаю это вего глазах. Его лицо явидел втри четверти, как любят снимать некоторые лица фотографы. Прошло не­сколько секунд безмолвного напряжения. Я, покрайней мере, задержал дыхание— иэто пока­залось мне долгим.
— Быть или небыть?— спрашивает он усамого себя. Красивые губы его чуть шевелятся.
И читает или, вернее, задает сам себе вопросы, сам отвечает наних, недвижный, как прекрасный мраморный Аполлон, с шевелюрой Байрона, с неподвижными, как у статуи, глазами, застыв­шими вискании ответа невозможного… Ияився публика также неподвижны, и также глаза всех ищут ответа: что дальше будет?.. «Быть или небыть?» Ис этимже недвижным выражением он заканчивает монолог, совзглядом полного от­чаяния, словами: «И мысль не переходит вдело». Иумолкает.
А публика еще ждет. Он секунду, аможет быть, полминуты глядит водну итуже точку— ивдруг глаза его, как серое северное море под прорвав­шимся сквозь тучи лучом солнца, загораются чер­ным алмазом, сверкают намиг мимолетной улыб-
375
Владимир Гиляровский
кой зубы, ион, радостный иоживленный, склоняет голову. Ноэтоуж неГамлет, аполный жизни, пре­красный артист Вольский.
От рукоплесканий дрожит весь зал, и, уходя семь раз сосцены исемь раз возвращаясь навызовы, рас­кланиваясь, он останавливает на миг свой взгляд влевой стороне зала, где минуту назад Гамлет искал ответа невозможного. Там сидели Струкова иВася.
* * *
В продолжение десяти лет идолго после этого, вразные минуты жизни, даже вовремя русско-ту­рецкой войны, впластунских секретах, под самым носом неприятельского часового, мне грезился этот вечер, когда яв последний раз вмоей жизни видел Вольского.
С тех пор я не видал его. Он как-то исчез измоих глаз; бросилли он сцену или, как многие хорошие актеры, растаял впровинции— незнаю. Даже слухов онем небыло.
Я видел Росси, Поссарта, Южина, Ленского, Ка­чалова, видел всех лучших русских Гамлетов, видел Гамлетов— старых трагиков, громоподобно завы­вавших, видел и таких, о которых говорили, что они лезут избогадельни вакробаты:
376
Люди театра
Уши врозь, дугою ноги. И как будто стоя спит…
И всегда мне грезился Вольский-Гамлет в чер-
ном сюртуке ивместе стем
В белых перьях, статный воин. Первый вДании боец.
За полвека много япересмотрел замечательных Гамлетов, нониразу невидел настоящей Офелии, создания Шекспира, «сотканной из тончайшего эфира поэзии». Я понял Офелию после, много­много позднее, когда понял и Гамлета. И тогда только я вспомнил первую Офелию, неопытную еще артистку, изящную, тонкую, стройную мечта­тельницу— Струкову. Втовремя, когда яее видел, она мне казалась неподходящей кобстановке гру­бых, полудиких норманнов, созданных моим вооб­ражением. Долго ядумал так, много пересмотрел Офелий и, наконец, понял, что настоящей Офели­ей была та, семнадцатилетняя Струкова, с ее ма­леньким голоском иукрашавшей ее неопытностью.
ПОЭТ БЛОК
В декабре 1917 года я написал поэму «Петер­бург», прочитал ее своим друзьям изапер встол: это было не время для стихов. Через год купил уоборванного, мчавшегося поулице мальчугана-га­зетчика «Знамя труда», большую газету на тол­стой желтой бумаге. Дома зачаем развертываю, чи­таю: «Двенадцать». Подпись: «Александр Блок. Январь».
А.А. Блока доэтого явидел только раз в«Сла­вянском базаре», вкомпании смолодыми людьми. Они проходили мимо нас квыходу, исреди них яневольно залюбовался Блоком. Сюртук ловко си­дел на его фигуре, и его свежее лицо показалось мне знакомым: где это я его видел? Лицо, глаза ирамка курчавых волос, будто спортрета Байрона, пластические движения стройного тела— все вме­сте напоминало мне кого-то близкого.
378
Люди театра
Проходя мимо нас, он бросил взгляд на наш стол, номысли его были где-то далеко, он нас неза­метил, иэти глаза цвета серого моря подтвердили, что они мне знакомы. Да гдеже, где яего видел? Так инеприпомнил!
Прочитав газету, я ее передал моей молодежи, поклонникам Блока. Когда они начали читать вслух стихи, я был поражен, а когда прослушал все — я полюбил его. И захотелось мне познакомиться сБлоком.
* * *
Выйдя изДома Герцена, весь полный впечатле­ний, яприсел нахолодную мраморную ступеньку пьедестала пушкинского памятника, присел изаду­мался.
Это было ночью девятого мая 1921 года. В се­рьезные минуты жизни всегда приходят напамять какие-нибудь мелочи из прошлого. В пластунских секретах, под самой неприятельской цепью, когда я собирался снять противника, мне вспоминались солдаты-статисты, которые в«Хижине дяди Тома» сняли парики извязанки, думая, что шапки. ВСер­бии, когда мы от неминуемой казни, вместе с од­ним товарищем, вгрозовую ночь, покрутым ули­цам Белграда, обращенным ливнем в горные
379
Владимир Гиляровский
потоки, пробирались к Дунаю, чтобы переплыть изСербии вВенгрию, ярадовался тому, что успел захватить табакерку, иугощал его табаком, аон от­махивался:
— До табакеркили теперь!
А она мне всего дороже была втот миг.Исей­час, сидя под памятником, вспоминалась зимняя лунная ночь в1882году вМоскве.
Возвращался я с дружеской пирушки домой и вижу возню у памятника. Городовой и ночной сторож бьют плохо одетого человека, но никак сним сладить немогут, атот неможет вырваться. Я соскочил с извозчика, подлетел, городового пошее, сторожа тоже. Избиваемый вырвался иубе­жал. Сторож вскочил— инаменя, яего ткнул го­ловой в сугроб. Городовой, вставая, схватился засвисток— ясорвал его унего сшеи, сунул всвой карман, аего, взяв загрудь шинели, тряхнул:
— За что вы били человека?— асам трясу.
Голова его тонагрудь, токспине. Сторож выле­зает изсугроба. Все это дело одной минуты. Обеи­ми руками городовой ухватился за мою руку, нотщетно.
— За что? — спрашиваю. — Я сейчас поеду кАлександру Александровичу, он мой дядя… вон унего огонь вкабинете. Ясейчас отнего.
380
Соседние файлы в предмете [НЕСОРТИРОВАННОЕ]
Помощь Обратная связь Вопросы и предложения Пользовательское соглашение Политика конфиденциальности