Добавил:
ivanov666
Опубликованный материал нарушает ваши авторские права? Сообщите нам.
Вуз:
Предмет:
Файл:История конфликтологии. Учебное пособие
.pdf
1
Тема 4. Диалектика в учениях И. Г. Фихте и Г. В. Ф. Гегеля
Учение И. Г. Фихте. Иоганн Готлиб Фихте (1762 – 1814) – немец-
кий философ. Его детские и юношеские годы прошли в большой нужде, так что лишь благодаря счастливой случайности он смог окончить
школу и поступить в университет. Большое воздействие на И. Фихте
произвели работы И. Канта, хотя он радикально пересмотрел многие
принципы, предложенные И. Кантом.
И. Фихте отказался от кантовской «вещи-в-себе»; более того, он
придавал этому отказу принципиальное значение, сравнивая освобождение от «вещей-в-себе» с освобождением человека от «внешних
оков» (феодальных пережитков), произошедшем в ходе Великой
Французской революции. Коль скоро «вещи-в-себе» признаются ненужными, остаются лишь «вещи-для-нас». По мнению Фихте, они, по
сути, представляют собой содержание сознания субъекта («Я»).
Это сознание субъекта становится для Фихте отправной точкой в
обосновании его философии. «Я», по Фихте, характеризуется прежде
всего активностью. Он считал, что нельзя, исходя из косной, неподвижной материи, вывести и объяснить активное сознание, тогда как
из активного сознания можно вывести и объяснить косную материю.
Это напоминает неоплатонизм, согласно которому весь идеальный и
материальный мир порождается Единым. Однако Фихте, говоря о
«Я», думается, имел в виду в первую очередь всё-таки индивидуальное сознание (хотя, конечно, «Я» может пониматься и как некое Абсолютное сознание, стоящее за всеми индивидуальными человеческими «я»: разные сочинения Фихте дают основания для разных трактовок «Я»1). Еще важнее то, что «Я» Фихте испытывает непреодолимую жажду деятельности.
Первым действием «Я» является осознание самого себя и своей
самотождественности: Я = Я.
Однако о «Я» можно говорить лишь тогда, когда оно противопоставлено чему-то другому. Поэтому вторым шагом в деятельности
«Я» является порождение им своего отрицания, «не-Я». Я → не-Я. В
противоположность мыслящему «Я» Фихте характеризовал «не-Я»
См. различные точки зрения: История мировой философии / Под ред. В.Д. Губина и
В.Ю. Сидориной. – М., 2007. – С.214; Гриненко Г.В. История философии. – М., 2005.
– С.380-381.
- 141 -
как чувственно созерцаемое. «Не-Я», по мнению Фихте, это то, что
1
принимается обычным мышлением за вещи, существующие сами по
себе – вне сознания. При этом – любопытный момент – Фихте отмечал, что со стороны «не-Я» исходит некий толчок по отношению к
«Я». Это можно схематически выразить так: Я ← не-Я. Некоторые
исследователи творчества Фихте усматривают в признании необходимости подобного «толчка» вынужденное восстановление кантовской «вещи-в-себе»1, признание обратного влияния внешнего мира на
сознание субъекта.
Третье действие или третий шаг «Я» представляет собой синтез
двух первых. «Я» и «не-Я» могут мыслиться как противоположности,
но они при этом должны обладать каким-то общим основанием, благодаря которому их можно противопоставлять и сравнивать друг с
другом. Поэтому третьим шагом «Я» вбирает в себя и «я», и «не-Я».
Поясним, что «Я» с большой буквы обозначает у Фихте ещё и «всеобщее Я», именуемое также и абсолютным. Оно выступает в учении
Фихте фактически как надындивидуальное, сверхчеловеческое «Я»,
охватывающее и индивидуальные человеческие «я», и всё, что относится к «не-Я». Я = я + не-Я
Подобный способ построения рассуждения получил название ан-
титетического (от слова «антитеза» или «антитезис» – противопо-
ставление). Согласно ему, сначала выдвигается утверждение, затем
ему противопоставляется противоположное утверждение, а на третьей
стадии оба утверждения синтезируются, и противоречие между ними
примиряется в рамках более общего утверждения. Этот метод был до
совершенства развит Г. Гегелем.
Общественно-политические взгляды И. Фихте. В начале 1790-х
гг. И. Фихте сочувствовал Великой французской революции, причём,
в отличие от И. Канта, даже наиболее крайним её проявлениям (якобинская диктатура). В 1799 г. он был вынужден покинуть Йенский
университет, где занимал должность профессора кафедры философии,
по обвинению в поддержке атеизма. Сам Фихте заявлял, что посредством этого несправедливого обвинения его преследуют за свойственные ему демократизм и «якобинство».
«Якобинство» И. Фихте проявлялось, в частности, в его внимании
к проблемам социального неравенства. Он возмущался теми, кто жа-
Кузнецов В.Н. Немецкая классическая философия второй половины XVIII – начала
XIX века. – М., 1989. – С.143.
- 142 -
лел французскую королеву, которой «однажды не хватило чистых
1
простыней», но равнодушен к страданиям бедняков, вынужденных
одеваться в лохмотья и голодать. По его мнению, государство должно
каждому дать возможность работать и иметь собственность.
В работе «Замкнутое торговое государство» (1800) И. Фихте попытался создать модель общества, в котором не было бы паразитизма
правящих верхов, а каждый гражданин имел бы работу, обеспечивающую достойный уровень жизни. Государство в этой модели регулирует численность групп населения, занятых в той или иной сфере хозяйства, и в случае нехватки, например, продуктов питания в сельское
хозяйство направляются дополнительные контингенты работников из
других сфер. Все стороны жизни общества контролируются государством, в особенности внешняя торговля (поэтому государство называется «замкнутым»). Главная цель этого контроля – обеспечить стабильность данного общества и не допустить подрыва его устоев изнутри1. Нужно учитывать, вместе с тем, что замкнутость, изолированность экономики «торгового государства» Фихте рассматривал как
способ защитить его экономику от агрессивной конкуренции со стороны других государств.
После оккупации Пруссии наполеоновскими войсками И. Фихте
становится ярым немецким патриотом. Он призывает к политическому объединению Германии, восстановлению её национальной независимости, называя немцев, между прочим, «избранной» нацией, призванным духовно возглавить все остальные европейские нации. После
разгрома наполеоновской армии в России Фихте вновь выступил в
поддержку освободительной войны. Он записался в ополчение, а его
жена ухаживала за ранеными. В госпитале она заразилась тифом. Заболел тифом и И. Фихте. В январе 1814 г. он умер.
Г. В. Ф. Гегель. Георг Вильгельм Фридрих Гегель (1770 – 1831),
наряду с И. Кантом, является одним из наиболее известных представителей немецкой классической философии. Поскольку главной, ведущей идеей учения Г. Гегеля является идея всеобщего развития посредством конфликта и преодоления противоречий, он должен считаться одним из предшественников современной конфликтологии. Г.
Гегель также оказал значительное идейное влияние на К. Маркса,
имеющего к конфликтологии уже самое непосредственное отношение
Кузнецов В.Н. Немецкая классическая философия второй половины XVIII – начала
XIX века. – М., 1989. – С.154.
- 143 -
(хотя по своим политическим взглядам Г. Гегель был гораздо умереннее).
Жизнь Г. Гегеля небогата яркими событиями. Он, родился в семье
чиновника, учился на теологическом факультете Тюбингенского университета, но отказался от церковной карьеры, работал в университетах Йены, Гейдельберга и Берлина. Одно из первых значительных его
произведений называлось «Феноменология духа» (1807). Феноменологию Г. Гегель понимал как науку о «являющемся знании», о восхождении знания от низших ступней к высшим. Истина есть процесс,
а не отчеканенная монета, которую можно сунуть в карман, писал он.
Более подробно гегелевское учение изложено в таких работах, как
«Наука логики», «Философия природы», «Философия духа» и др.
Одной из величайших заслуг Г. Гегеля является разработка диа-
лектики – учения о всеобщем развитии посредством борьбы и преодоления внутренних противоречий. Значение этого термина не всегда было таким: в Древней Греции диалектика являлась учением об
искусстве ведения спора, и лишь в новое время понятие «диалектика»
постепенно приобретает современное значение. Понятием, противоположным понятию «диалектика» в современном его смысле, является понятие «метафизика». Метафизика – учение о неизменности, постоянстве всего существующего, игнорирование развития.
Притча о хозяине и рабе. В «Феноменологии духа» Г. Гегель на
примере социального антагонизма господина и раба показывает, каким образом одна противоположность переходит в другую. Этот пример весьма важен и для конфликтологии. Согласно Гегелю, каждое
самосознание структурно нуждается в другом самосознании, и их
борьба может иметь исходом как смерть одного из них, так и подчинение одного другому. Когда встречаются два человека, находящихся
в естественном состоянии, то между ними возникает напряженность:
каждый из них хочет, чтобы другой признал его господином ситуации. Тот, кто подчинился под угрозой смерти, становится рабом. Противоречие между «Я» (господин) и «не-Я» (раб) тем самым начинает
преодолеваться, но не до конца. Раб для господина – уже не просто
«не-Я»; он утрачивает волю и отдаётся на волю господина, становясь
тем самым в какой-то мере частью его. Но в результате этого раб возвышается над единичностью собственной воли, а вот про господина
так не скажешь: он остаётся во власти своего эгоизма. Освобождаясь
от самотождественности и эгоизма, раб начинает готовить себя к свободе. Казалось бы, по мере роста самосознания раба он просто сверг-
- 144 -
нет своего господина. Но всё не так просто. Должен произойти синтез
1
«Я» и «не-Я», раб и господин должны ощутить себя чем-то новым – и
единым – а если раб просто свергнет власть господина, поменявшись
с ним местами, такого синтеза не произойдёт. Такой синтез произойдёт, когда они оба станут свободными. «Я только тогда истинно свободен, если и другой также свободен и мной признается свободным».
Таким образом, диалектическое развитие не сводится к движению маятника: раб становится свободным, господин – рабом, и так до бесконечности, а порождает новые, доселе невиданные качества и состояния.
Философская притча о господине и рабе, являющаяся в какой-то
мере развитием идей Фихте, имела большой резонанс вплоть до нынешнего времени. На неё уже в ХХ в. ссылались и её интерпретировали многие мыслители, боровшиеся за социальное и национальное
освобождение – марксисты, экзистенциалисты, борцы за равноправие
афроамериканцев в США, феминистки.
Законы диалектики. Г. Гегелю принадлежит заслуга в формулировании законов диалектики:
1) Каждый предмет, каждое явление и каждое понятие состоит
из внутренних противоречий или же предполагает собственную противоположность1.
2) Эти противоречия и противоположности являются источни-
ком внутреннего развития явления или предмета. Противоречие Г.
Гегель называл «источником всякого движения». Лишь постольку,
поскольку предмет, явление или понятие заключают в себе противоречие, они могут двигаться, «обладать импульсом и жизненностью».
Подставьте на место слова «противоречие» слово «конфликт», и перед вами – исходный пункт конфликтологической теории. Смешно
поэтому говорить, иронизировал он, «что противоречие нельзя мыслить». Наоборот, присутствие в мысли противоречия – критерий её
истинности, а отсутствие противоречия – признак заблуждения.
Вероятно, это идея Г. Гегеля имеет своими источниками предположение И. Канта о
единстве сил притяжения и отталкивания в природе, мысль немецкого биолога К.Ф.
Кильмейера о фундаментальной значимости противоположных сил в органической
природе и в особенности догадку немецкого философа, современника Г. Гегеля, Ф.В.
Шеллинга (1775 – 1854) о том, что сущность всякой действительности характеризуется единством противоположных действующих сил. Ф. Шеллинг назвал это свойство
«полярностью» и неоднократно упрекал Г. Гегеля – уже после смерти последнего – за
то, что он якобы «украл» у него эту идею.
- 145 -
3) Развитие идет по троичной схеме (триада) или же через «от-
рицание отрицания»: тезис → антитезис → синтез.
Это можно выразить схематически следующим образом:
А→ не-А → (А+не-А) = В.
Каждый тезис уже несёт в себе свой антитезис, и оба снимаются в
синтезе. Синтез – это в какой-то мере возвращение к прошлому,
прежнему, пройденному состоянию, но на более высокой ступени или
уровне. В том, что получилось на этапе синтеза, в скрытом, латентном
виде удерживается то, что было раньше.
Рассмотрим некоторые из триад Г. Гегеля. Одна из первых триад
Гегеля выглядит следующим образом: Бытие → Ничто → Становление. Мы можем мыслить «бытие» как нечто, обладающее только
свойством быть, и этим оно отличается от «ничто». Таким образом,
бытие порождает свою противоположность, своё отрицание: тезис
порождает антитезис. При этом «бытие» и «ничто» существуют лишь
в единстве, взаимоограничивая и взаимоопределяя друг друга. Их
взаимодействие и борьба друг с другом в рамках исходного единства
приводят к синтезу, появлению нового члена триады. Это – становление. Этот новый член триады, появившийся в результате синтеза, является принципиально новым, не сводим ни к тезису, ни к антитезису.
Становление – это процесс возникновения новых вещей, явлений и
понятий: только что их не было, они представляли собой «ничто», и
вот они возникли – обрели бытие. Благодаря этому постоянному переходу от «ничто» к бытию и обратно происходит развитие.
Триадой более высокого уровня является следующая: Качество →
Количество → Мера. Это главная триада понятий в учении Г. Гегеля о
бытии. Качество есть основная характеристика предмета или явления,
то, благодаря чему они являются именно тем, чем являются, а не чемто иным. По мере своего развертывания явление или предмет обретают количественную определенность. Было одно зерно, упало в землю,
проросло, и вот вырос колос со многими зернами. Синтезом противоположных категорий «количество» и «качество» выступает мера. Меру Г. Гегель определял как «качественно определенное количество»;
иными словами, это некий предел, выход за который – нарушение меры – вызывает качественное изменение предмета или явления. Г. Гегель писал о том, что процесс изменения меры, который приводит то к
изменению количества, то и к изменению качества, можно наглядно
изобразить в виде узловой линии, узлы которой – названные переходы.
- 146 -
Таким образом, скрытый механизм процесса изменения бытия Г.
Гегель видел следующим образом: постепенно нарастающие количественные изменения ведут к резкому, скачкообразному изменению
качества предмета или явления. Споря с метафизиками, утверждавшими, что изменения в природе и обществе происходят постепенно,
он считал, что, напротив, в определенные моменты имеет место разрыв постепенности – скачок из одного состояния в другое. Это утверждение Г. Гегеля было крупнейшей новацией, недооцененной им самим.
Развитие мира в целом у Г. Гегеля также подчиняется выведенным
им законам. В основе реальности лежит абсолютная идеальная сущность – Абсолютная Идея. Важнейшее её свойство – способность к
развитию. В своём развитии она проходит три основные стадии:
Абсолютная Идея → Природа → Дух.
На первой стадии Абсолютная Идея развивается сама по себе, «варясь в собственном соку», раскрывая своё содержание в системе абстрактных логических понятий. На второй стадии Абсолютная Идея
отрицает себя, воплощаясь в форме Природы. Это процесс Г. Гегель
назвал отчуждением, буквально «овнешнением». И, наконец, на третьей стадии, Природа порождает Дух, человеческий разум, который
создаёт науки, мораль, философию и тем самым осознает сам себя, то
есть рефлексирует. Абсолютная Идея вернулась к самой себе.
По закону отрицания отрицания развивается история, основная
тенденция развития которой – возрастание свободы.
Восточная деспотия → Античность → Германо-христианский мир.
Восточные деспотии (Египет, Вавилония, Персия) были первой известной Г. Гегелю формой государственности. Все люди в них, в прямом или переносном смысле – рабы, никто не свободен, ни у кого нет
представления о правах человека. В античных обществах некоторые
уже свободны. Наконец, в германо-христианском мире, или западноевропейской цивилизации, как полагал Г. Гегель, несколько опережая
события, свободны все.
Отношение Гегеля к государству и войне. В юности Г. Гегель
также симпатизировал французской революции, хотя крайностей якобинской диктатуры не одобрял. С большим уважением, переходящим
в восторг, относился Г. Гегель к Наполеону. «Я видел императора –
этот Мировой Дух – скачущего верхом, – писал Г. Гегель своему другу осенью 1806 г. – Это поистине поразительное ощущение – видеть
такую личность, представшую здесь, в этой точке, верхом на лошади,
- 147 -
и при этом захватившую весь мир и правящую им»1. Возможно, Г.
1
2
Гегель считал, что есть вещи важнее национальной независимости: он
надеялся на отмену феодальных привилегий и обеспечение равноправия граждан. Брат Г. Гегеля Людвиг участвовал в русском походе
Наполеона и погиб. Поражение Наполеона стало для Г. Гегеля личным ударом. Он даже упомянул в одном из писем, что если бы у
Наполеона были бы какие-то шансы на победу, то «вскинул на плечо
ружьё» и отправился вслед за ним2.
Государство как институт Г. Гегель оценивал чрезвычайно высоко,
характеризуя как высшую социально-духовную ценность и называя
его «шествием Бога в мире». Его социально-политическим идеалом
была конституционная монархия с сословно-представительными
учреждениями. Таким образом, создав теорию, обосновывающую
вечное изменение всего существующего, Г. Гегель в сфере практической политики был сторонником весьма консервативной формы правления – современной ему прусской монархии. При этом, критикуя
идеи всеобщего избирательного права и народного суверенитета, Г.
Гегель всемерно поддерживал развитие гражданского общества, публичность общественной жизни, свободу слова и печати. Восхваляя
государство, Г. Гегель одобрял прежде всего такое политическое
устройство, в котором механизм насилия и господства функционирует в строгих правовых рамках, т.е. правовое государство. Остриё его
критики направлено против тех мыслителей, кто хотел реставрировать феодальные порядки, восстановив абсолютную монархию и господство церкви. Нужно также учесть, что из-за прусской цензуры
опубликованный текст «Философии права» Г. Гегеля мог расходиться
с его подлинными взглядами, которые, возможно, были либеральнее.
Касаясь конфликта гражданского общества и государства, он подчеркивал важность постепенного и спокойного протекания и разрешения межгосударственных конфликтов, их сглаживания и примирения. Иной была его позиция по отношению к межгосударственным
конфликтам. Суверенитет государства, по его мнению, абсолютен,
поэтому какой-либо международный орган, улаживающий конфликты, невозможен. Если государства (или группы государств) не могут
прийти к обоюдному соглашению, то спор между ними может быть
решён, считал Г. Гегель, только войной. Ведение войны себе на бла-
Спенсер Л. Гегель для начинающих. – Ростов-на-Дону, 1998. – С.54.
Там же, С. 18, 54, 98.
- 148 -
го, невзирая ни какие заключенные ими договоры и ни на какие прин-
1
ципы международного права (за исключением гуманного отношения
к пленным и мирному населению) – это не только право, но и обязанность государств.
Более того, Г. Гегель утверждал, что война имеет особую нравственную значимость: в мирное время «люди погрязают в болоте повседневности», а во время войны «суетность временных благ и вещей» становится более явной, поэтому «высокое значение войны состоит в том, что благодаря ей сохраняется нравственное здоровье
народов»1. Г. Гегель отмечал значение войн и в разрешении внутренних социальных конфликтов: те нации, внутри которых существуют
непримиримые антагонизмы, благодаря победоносным войнам обретают внутреннее спокойствие. Эта, с позволения сказать, «нравственность» в ХХ в. стоила жизни миллионам людей.
Гегельянцы – продолжатели учения Г. Гегеля. Г. Гегель умер в
Берлине от холеры в 1831 г. Его последователи – гегельянцы – разделились на несколько направлений, причём одним из вопросов, разделившим их, было отношение Г. Гегеля к христианству: он ничего не
писал ни о личностном характере Бога, ни о бессмертии (или смертности) души. Те, кто интерпретировал Г. Гегеля в религиозном духе и
поддерживал прусскую монархию, получили название «старогегельянцев», или «правых». С ними полемизировали «младогегельянцы»,
или левые, которые не только не хотели согласовывать учение Г. Гегеля с христианством, но и делали из этого учения атеистические выводы. Многие из них отрицательно относились к монархии, симпатизируя республиканским и демократическим идеям. К левым гегельянцам некоторое время принадлежал и К. Маркс, пока он создал собственную теоретическую систему. Левое гегельянство оказало немалое влияние и на становление анархизма – политического течения,
видевшего главную причину социального неравенства и несправедливости в государстве и выступавшего за его уничтожение.
М. Штирнер (1806 – 1856) стал родоначальником анархо-
индивидуализма. В работе «Единственный и его собственность»
(1845) он отрицает значимость каких-либо общих, коллективных
форм человеческой жизни, поскольку это означает посягательство на
уникальные индивидуальные свойства человеческой личности. Любое
государство, любой коллектив будут подавлять эту индивидуальную
Гегель Г. - В. - Ф. Философия права. – М., 1990. – С. 360-361.
- 149 -
свободу. Только бесконечное и автономное развитие индивидуальных
1
2
«Я» будет, полагал М. Штирнер, способствовать прогрессу общества.
Русский дворянин и революционер, основатель анархо-социализма
М.А. Бакунин (1816 – 1876) использовал диалектику Г. Гегеля для
трактовки разрушения как необходимого момента в процессе бесконечного развития: «разрушение есть созидание». Если марксисты
утверждали, что государство после революции должно постепенно
отмереть, то М. Бакунин и его последователи требовали немедленного
уничтожения государства как условия освобождения личности. Известно и такое афористическое высказывание М. Бакунина (получившее подтверждение, во всяком случае, в российской истории), что
свобода без социализма – это несправедливость, а социализм без свободы – это рабство.
Карл фон Клаузевиц. Почти в те же годы, когда создавал свои
основные труды Г. Гегель, писал свой труд «О войне» прусский теоретик военной науки Карл фон Клаузевиц1. По-видимому, такое совпадение не случайно: для военной мысли фон Клаузевиц стал столь
же основополагающей фигурой, как Г. Гегель – для мысли философской и правовой. Будучи начат после наполеоновских войн, труд К.
фон Клаузевица был опубликован лишь в 1832 г., после смерти автора. В нём фон Клаузевиц дал классическое определение военного
конфликта как конфликта в основе своей политического: «Война есть
продолжение политики иными, насильственными средствами»2.
Насилие является, однако, не целью, а средством; целью же войны
является навязывание противнику своей воли (можно сказать, что такова же цель и любой власти – заставить другого сделать то, что он
добровольно не сделал бы). Поскольку война всегда ведётся государствами в политических целях, то она всегда должна заканчиваться
миром (мирным договором). Следовательно, конечной целью войны
всегда является мир, но мир лучший, нежели довоенный.
Исходя из этого понимания сущности войны, К. фон Клаузевиц
определил такие понятия, как «бой», «победа», ввёл понятие «операция», имея в виду под ним ряд взаимосвязанных боев и передвижений
войск, связанных единым замыслом и согласованных по времени и
месту проведения, уточнил значение морального фактора в войне и
Клаузевиц фон К. О войне. В 2 т. Т. I. – М.; СПб, 2002. – 558 С.; Т. II. – М.; СПб,
2002. – 574 С.
Клаузевиц фон К. О войне В 2 т. Т. I. – М.; СПб, 2002. – С.47.
- 150 -
Соседние файлы в предмете [НЕСОРТИРОВАННОЕ]