Добавил:
ivanov666
Опубликованный материал нарушает ваши авторские права? Сообщите нам.
Вуз:
Предмет:
Файл:Заимствования в современном английском языке в эпоху глобализации. Монография
.pdf
АНГЛИЙСКИХ ЯЗЫКОВ ВНЕШНЕГО КРУГА НА АНГЛИЙСКИЙ ЯЗЫК ВНУТРЕННЕГО КРУГА
ГЛАВА 3. ХУДОЖЕСТВЕННАЯ ЛИТЕРАТУРА КАК ИНСТРУМЕНТ ВЛИЯНИЯ
от трех лиц: от лица Антуанетты Косуэй, от лица ее жениха (позже
мужа) мистера Р., от лица Грейс Пул (сиделки Берты Мейсон). Анализ текста романа позволяет выделить следующие речевые стратегии постколониального дискурса, способствующие передаче оппозиции «свой – чужой»:
1) индигенизацию, т.е. пиджинизацию, реализуемую при помощи искажения норм
языка повествования на всех (или
некоторых) языковых уровнях, и релексификацию, происходящую путем введения в англоязычный текст экзотической лексики;
2) риторический модус, т.е. метафоризацию, аллегоризацию,
иронизацию и др. [Сапрыкина, Найдёнова 2018: 44–45].
Стратегии индигенизации: пиджинизация
Джин Рис задействует варваризмы, т.е. неосвоенные заимствования, находящиеся на нулевой стадии формальной ассимиляции.
В романе встречаются цельнооформленные сегменты разных языков-доноров различной протяженности: “Your mother walk about
with no shoes and stockings on her feet, she sans culottes” (с варвариз-
мом французского происхождения) [Rhys 2011: 31]. Еще одним типичным примером пиджинизации является речь на пиджин-инглише представителей местного населения, практически не имеющих
формального образования. В романе на нем говорят чернокожая
подруга детства Антуанетты – Тиа и ее мать, освобожденные чернокожие рабы, поджигающие усадьбу Колибри, чернокожая няня Антуанетты – Кристофина Дюбуа, служанка Антуанетты – Амелия, Дэниэл Косуэй, который утверждает, что он является сводным братом
Антуанетты: “Christophine don’t like this sweet honeymoon house”
(нестандартное построение глагольных форм) [Rhys 2011: 74]. В тех
частях романа, где повествование ведется от лица мистера Р., представителя «метрополии», обычно приводится прямая оценка английского языка местного населения, представителей «колонии».
Так, чернокожий управляющий усадьбы в Гранбуа, Баптист, говорит на более правильном английском, чем слуги в его подчинении:
“Baptiste said that it was a happy day and that we’d brought fi ne weather
with us. He spoke good English” [Rhys 2011: 51].
121
М. А . КУЗИНА. ЗАИМСТВОВАНИЯ В СОВРЕМЕННОМ АНГЛИЙСКОМ ЯЗЫКЕ В ЭПОХУ ГЛОБАЛИЗАЦИИ
Стратегии индигенизации: релексификация
Узуальные экзотизмы, т.е. регулярно встречающиеся заимствования из неевропейских языков с целью обозначения «чужих» для носителей английского языка предметов, лиц и явлений, употребляются на страницах романа «Широкое Саргассово море» наравне
с грецизмами, латинизмами, галлицизмами и заимствованиями
из других европейских языков. Так, к частотным флоронимам отнесем: экзотизмы-интернационализмы bamboo, bananas, которые
соответственно восходят к словам-прототипам в малайском языке
и в языках манде (нигеро-конголезской языковой семьи), jasmine
с этимоном в персидком языке, vetiver с этимоном в тамильском
языке, заимствования из языка араваков arrowfoot, cassava, guava,
а также латинизмы oleander, orchid, грецизм hibiscus и эпоним
итальянского происхождения frangipani. Тот факт, что лексические
заимствования из европейских и неевропейских языков в равной
мере регулярно употребляются для описания флоры, фауны и быта
в Вест-Индии, объясняется тем, что острова Карибского моря и прилегающих к нему вод Мексиканского залива и Атлантического океана долгое время были колониальными владениями шести европейских держав – Испании, Британии, Франции, Нидерландов, Дании
и Швеции. Коренное население островов (индейские народы карибы и араваки) были практически полностью уничтожены (за исключением некоторых территорий на Доминике и в Гренаде). С XVI
по начало XIXв. на острова завозились чернокожие рабы из Африки
для развития плантационного хозяйства (их соотношение с белым
населением достигало пиковой отметки 13:1). Также в течение всего
XIXв. осуществлялся завоз работников-контрактников (indentured
workers, coolies) из Индии и Китая (на некоторых островах они со-
ставляли около половины населения).
Экзотизмы со словами-прототипами в одном из языков Южной Азии (малайский, хинди, урду, телугу) могут обозначать специи, фрукты, напитки, одежду, части жилища и людей: cinnamon,
ginger, mango, punch; shawl; veranda; coolie. Заимствования,
восходящие к этимонам в арабском или в персидском языке,
преимущественно являются кулинаронимами и наименованиями одежды: tamarind, coffee, calabash; turban. Африканизмы
122
АНГЛИЙСКИХ ЯЗЫКОВ ВНЕШНЕГО КРУГА НА АНГЛИЙСКИЙ ЯЗЫК ВНУТРЕННЕГО КРУГА
ГЛАВА 3. ХУДОЖЕСТВЕННАЯ ЛИТЕРАТУРА КАК ИНСТРУМЕНТ ВЛИЯНИЯ
zombie и obeah тесно связаны с западноафриканскими религиозными практиками вуду, в которых колдуны способны воскрешать усопших, обращая их в безвольных исполнителей. Из языков
индейцев племени кариба регулярно употребляется название хижины без стен с тростниковой крышей – ajoupa, причем именно
героиня-креолка использует его для описания местности: “Every
evening we saw the sun go down from the thatched shelter she called
the ajoupa, I the summer house” [Rhys 2011: 65].
Риторический
модус
Грамматическое отрицание используется на 150 страницах
романа несколько десятков раз, чтобы либо подчеркнуть, что герой романа не входит в круг «свой», либо запретить действовать
как «чужой». В первом из следующих примеров подчеркивается особое положение героини: после отмены рабства на Ямайке
в 1833г. все бывшие рабовладельцы сплотились, держались вместе,
не принимая в свои ряды овдовевшую Аннету с двумя детьми –
Антуанеттой и Пьером: “They say when trouble comes close ranks,
and so white people did. But we were not in their ranks” [Rhys 2011:
3]. Мистер Р. с самого начала воспринимает свою молодую жену,
Антуанетту, как представителя «колонии», а не Англии или хотя
бы Европы, что объясняет отсутствие точек соприкосновения его
и ее миров: “Creole of pure English descent she may be, but they are
not English or European either” [Rhys 2011: 46]. Для местных жителей, например няни Антуанетты, этот представитель «метрополии» становится отрицательным полюсом дихотомии: “She looked
at me steadily, not with approval, I thought” [Rhys 2011: 51]. Подытоживая свою «инаковость», «другость» (“otherness”, “othering”)
в сравнении и с бывшими белыми колонизаторами, и с бывшими
чернокожими рабами на Карибах, юная Антуанетта еще в начале
романа предрекает неизбежность конфликта «своего» и «чужого»:
“None of you understand about us” [Rhys 2011: 15].
Лексические единицы с отрицательной коннотацией преобладают в романе, причем все они используются в восприятии
«колонии» мистером Р., представителем «метрополии». Их можно условно разделить на прилагательные со значением «дикий,
123
М. А . КУЗИНА. ЗАИМСТВОВАНИЯ В СОВРЕМЕННОМ АНГЛИЙСКОМ ЯЗЫКЕ В ЭПОХУ ГЛОБАЛИЗАЦИИ
опасный»: menacing, savage, uncivilized, wild; на прилагательные со значением «злой, ненавистный, ужасный»: abominable,
damnable, hateful, horrible, hostile, malicious, malignant;
на прилагательные, подчеркивающие отрицательные черты физического облика и характера местного населения: blank, careless,
dirty, ignorant, indifferent, insolent, intemperate, lax, lazy,
melodramatic, mocking, obstinate, silly, slow, unchaste, unclean,
vain; на наречия
, обозначающие чрезмерную степень качества:
oppressively hot, unbearably hot, too strong, too intoxicating,
almost deafening, very black, а также: “Everything is too much,
I felt as I rode wearily after her. Too much blue, too much purple, too
much green. The fl owers too red, the mountains too high, the hills
too near” [Rhys 2011: 49]. В редких случаях читателю доступно пря-
мое обозначение «колонии» как «чужого», а значит непонятного:
alien, strange, unfamiliar: “I felt very little tenderness for her, she
was a stranger to me, a stranger who did not think or feel as I did”
[Rhys 2011: 69]. Единичны случаи описания «колонии» в подчерк-
нуто положительном ключе: “In this cool and remote place <...>
I feel better”; “I grew to like these mountain people, silent, reserved,
never servile, never curious (or so I thought)”; “The coffee she handed
was delicious and she had long-fi ngered hands, thin and beautiful,
I suppose” [Rhys 2011: 54, 69, 62].
Стилистический прием антитезы широко используется автором для поддержания дихотомии «свое vs. чужое» на протяжении
всего повествования. К наиболее частотным антитезам отнесем
следующие: white vs. black (подтип white nigger vs. black nigger),
rich vs. poor, free vs. enslaved, a gentleman vs. a savage, a lie
vs. the truth, Antoinette vs. Bertha, например: “He never calls me
Antoinette now. ‘I hope you will sleep well, Bertha.’ – ‘It cannot be
worse,’ I said” [Rhys 2011: 86].
Уверенность англичанина в своей правоте и непогрешимости,
постоянная идентификация «своего» через противопоставление
«чужому» ведут к непониманию и неприятию «чужого», что автор выражает в многочисленных риторических вопросах: “And
when did I begin to notice all this about my wife Antoinette? After
we left Spanish Town I suppose. Or did I notice it before and refuse
124
АНГЛИЙСКИХ ЯЗЫКОВ ВНЕШНЕГО КРУГА НА АНГЛИЙСКИЙ ЯЗЫК ВНУТРЕННЕГО КРУГА
ГЛАВА 3. ХУДОЖЕСТВЕННАЯ ЛИТЕРАТУРА КАК ИНСТРУМЕНТ ВЛИЯНИЯ
to admit what I saw?”, “Do their eyes get smaller as they grow older?
Smaller, beadier, more inquisitive?”, “Curiosity? Pity? Ridicule? But
why should they pity me. I who have done so well for myself?” [Rhys
2011: 46, 55, 56].
Подводя итоги проведенного анализа, справедливо утверждать, что в постколониальном ответе не решается задача показать многомерность социокультурного мира, в котором «чужой»
мыслится как качественно иной, чем «свой», альтернативный
«своему»: это могло бы выражаться только посредством введения
в текст на английском языке экзотической лексики и варваризмов. В постколониальном
ответе «чужой» равнозначен понятиям
«отрицательный, неправильный, опасный», что подчеркивается
обращением автора к широкому арсеналу лексических (коннотация, синонимия, антонимия, онимы), грамматических (отрицание) и стилистических средств (антитеза, риторический вопрос).
Тем не менее в «Широком Саргассовом море» Джин Рис удается
сделать «колонию» положительным полюсом дихотомии «метрополия – колония»: не только через положительное, даже радужное восприятие «колонии» героиней-креолкой – “Our garden was
large and beautiful as that garden in the Bible – the tree of life
grew there” [Rhys 2011: 4], не только через сдержанные попыт-
ки героя-англичанина найти некоторые привлекательные черты «чужого» мира в самые первые дни медового месяца – “It was
a beautiful place – wild, untouched, above all untouched, with an
alien disturbing, secret loveliness” [Rhys 2011: 64], но и через кон-
статацию победы экзотических островов над жителем «метрополии»: “I hated the place. <...> I hated its beauty and its magic and
the secret I would never know. <...> Above all I hated her. For she
belonged to the magic and the loveliness” [Rhys 2011: 136].
Ставшее классикой постколониальных и феминистских исследований эссе «Могут ли угнетенные говорить?» (“Can aSubaltern
Speak?”, 1988) Г.Ч.Спивак послужило основой для пособия по критическому прочтению трудов выдающихся мировых мыслителей
из серии “The Makat Library: Great Works for Critical Thinking” издательства Routledge (на данный момент серия включает 220 подобных изданий). В пособии подчеркивается роль Г.Ч. Спивак
125
М. А . КУЗИНА. ЗАИМСТВОВАНИЯ В СОВРЕМЕННОМ АНГЛИЙСКОМ ЯЗЫКЕ В ЭПОХУ ГЛОБАЛИЗАЦИИ
в становлении постколониального изучения так называемой
литературы Содружества (“Commonwealth Literature”): “Spivak
was one of the pioneers of using postcolonial approaches to analyze
literary texts. Prior to her work, the literature from nations newly
independent of their colonial ‘masters’ was widely considered the
literature of the former ruling country and its former colonies; the
literature of Britain’s numerous former colonies was termed ‘Commonwealth Literature’, for example” [Riach 2017: 22]. В пособии
предлагаются для обсуждения следующие четыре черты постколониального прочтения текста:
1) “offer revisionist readings (that is, comprehensive reevaluations)
of Western historical accounts”;
2) “show the lasting infl uence of the colonial past on the present”;
3) “make readers aware of the blind spots in their cultural
perspective”;
4) “denounce ongoing imperialism in the present” [Riach 2017: 22;
https://www.routledge.com/The-Macat-Library/book-series/
MACAT].
Решающая характеристика анализируемого текста, которая позволяет отнести его именно к постколониальным прочтениям, может быть сформулирована следующим образом: “The number one
issue, that is related to the characteristics of post-colonial literature, is
the idea of a re-make that is manifested in the attempt of many writers
to take a famous topic or a book and change it, making an ‘oppressed’
identity the main one. That is quite vivid in J. Rhys’s Wide Sargasso Sea
(1966) in which she famously changes thе fate of Mr Rochester’s fi rst
wife <...> Wide Sargasso Sea beautifully done by J.Rhys is a manifestation of a creole identity that comes in place of an old and stereotypical
one, the one who succumbs to men’s values and adheres to a domineering view” [Щербак 2021: 297].
«Концепция “написания империей ответа” (“writing back”) –
своего рода реакция колонизированных народов в постколониальную эпоху, когда метрополия, наконец, начинает “слышать” своих
бывших подданных и даже принимать их в ряды своих сограждан»
[Толкачев 2019: 302]. «Империя пишет ответ» – это и цитата из статьи С.Рашди (“The Empire Writes Back with Vengeance”, 1982), и на-
126
АНГЛИЙСКИХ ЯЗЫКОВ ВНЕШНЕГО КРУГА НА АНГЛИЙСКИЙ ЯЗЫК ВНУТРЕННЕГО КРУГА
ГЛАВА 3. ХУДОЖЕСТВЕННАЯ ЛИТЕРАТУРА КАК ИНСТРУМЕНТ ВЛИЯНИЯ
звание авторитетного издания по постколониальным проблемам
Б.Эшкрофта, Г.Гриффитс и Х. Тиффин “The Empire Writes Back”
(1989), лейтмотив постколониального прочтения локальных историй покоренных прежде народов.
3.3. Транслингвальный роман:
постоянная смена полюсов «свой – чужой»
К ведущим экстралингвистическим факторам, способствовавшим становлению колониальной, постколониальной и транслингвальной литератур, можно отнести следующее:
1) расширение границ Британской империи
и знакомство
англичан с представителями «чужих» культур (для колониальной литературы);
2) получение независимости колониями, первой из которых
стала Британская Индия в 1947г. (для постколониальной
литературы);
3) иммиграционная политика метрополии в отношении жителей бывших колоний, протекторатов, доминионов, подмандатных территорий.
Эволюция иммиграционной политики Великобритании во вто-
рой половине XX – начале XXIв. происходила в три этапа:
1) политика «радушного приема» (конец 1940-х – начало
1970-х годов), связанная с дефицитом рабочей силы;
2) неоконсервативная политика (конец 1970-х – конец 1990-х
годов), связанная с постколониальными процессами после
распада империи;
3) политика мультикультурализма (конец 1990-х годов –
по настоящее время), характеризуемая бурным процессом
воссоединения семей и формированием новых, с участием
иностранных партнеров.
Синонимичные понятия «обратная колонизация» и «реактивная колонизация» непосредственно связаны с иммиграционной политикой Великобритании последних десятилетий. Первый
из них впервые появился в зарубежных работах именно в связи с расцветом постколониальной литературы: “Later, when the
127
М. А . КУЗИНА. ЗАИМСТВОВАНИЯ В СОВРЕМЕННОМ АНГЛИЙСКОМ ЯЗЫКЕ В ЭПОХУ ГЛОБАЛИЗАЦИИ
Empire writes back in what Jamaican poet Louise Bennett would call
‘colonization in reverse’, a generation of indigenous writers would set
out to break consciously with imported writing styles and to use the
text as a site of resistance to European literature traditions in order to
write their own emerging national literatures” [Romaine 1999: 40–41].
Второй термин чаще встречается в отечественных работах. Распад
колониальной системы и образование постколониального пространства привели к «реактивной колонизации», т.е. заселению
бывшей метрополии гражданами бывшей империи, и к возникновению гибридного мировидения, получившего отражение в особом слое культуры [Толкачев 2015: 258]. Термин «неоколониализм»
уже стал традиционным и для зарубежных, и
для отечественных
трудов по проблемам «метрополия vs. колония», «Север vs. Юг»:
он служит для обозначения системы отношений между развитыми
западными державами и их бывшими колониями. Согласно Резолюции №1514 от 14.12.1960 Генеральной Ассамблеи ООН бывшие
колониальные державы утратили возможность использования
методов прямого административного управления своими прежними колониями, между бывшими метрополиями и колониями
сохранились складывавшиеся тысячелетиями экономические, политические и культурные связи, которые могут рассматриваться
(особенно с позиций жителей бывших колоний) как особая форма
зависимости.
Важным и спорным является вопрос терминологического наименования литератур, которые развиваются в бывших колониях,
но в настоящий момент независимых государствах: “One of the
fi rst diffi culties in developing a wider comparative approach to the
literatures has been that of fi nding an appropriate name to describe
them” [Ashcroft, Griffi ths, Tiffi n 2002: 22]. В табл.23 представлено 15
терминов для обозначения художественных произведений, создаваемых авторами на неродном для них языке; термины сопровождаются фамилиями исследователей постколониальных проблем,
которые оспаривают правомерность того или иного наименования, а также достоинствами и недостатками именно их употребления [Прошина 2016; Прошина 2017; Тлостанова 2008; Ashcroft,
Griffi ths, Tiffi n 2002; Kellman 2019] .
128
АНГЛИЙСКИХ ЯЗЫКОВ ВНЕШНЕГО КРУГА НА АНГЛИЙСКИЙ ЯЗЫК ВНУТРЕННЕГО КРУГА
ГЛАВА 3. ХУДОЖЕСТВЕННАЯ ЛИТЕРАТУРА КАК ИНСТРУМЕНТ ВЛИЯНИЯ
Таблица 23
Недостатки
Достоинства
уточнение терминологии
Сторонники
использования термина
Сходен с термином «кон-
использования термина
использования термина
Braj B. Kachru Охватывает все произведе-
–
Используется преимуще-
ственно в литературове-
ратуры, а писатели, созда-
ющие эти литературы
как билингвальны не лите-
Содержит неточность, так
тактный язык», или язык-
пиджин, которые имеют
негативную окраску
для авторов языке
авторы являются как мини-
ния, созданные на неродном
мум билингвами
Edwin Thumboo Уточняет тот факт, что все
дении
Используется преимуще-
ственно в литературове-
дении
.е. подчеркивает
Имеет отсылку к мульти-
культурализму и мультикуль-
и двух языков
Бутенина Евгения
Михайловна
турности, т
сохранение культурных
различий и пропагандирует
ксенофилию
Arianna Dagnino Предполагает одновремен-
ка и культуры, а именно:
на симбиоз двух культур
Толкачев Сергей Петрович Указывает на связь язы-
–
ное существование в разных
культурах, что неизменно
ведет к гибридизации
Акцентирует переход
• Steven G. Kellman
при сохранении лингкокуль-
турной идентичности
от одной культуры к другой,
что приводит к их слиянию
• Julie A. Hansen
• Тлостанова Мадина
Владимировна
• Прошина Зоя Григорьевна
Художественная литература, созданная на неродном для авторов языке:
Термин
1. Контактная литература
(contact literature)
3. Кросскультурная литература
2. Билингвальная литература
(bilingual literature)
(crosscultural literature)
(multicultural literature)
4. Мультикультурная литература
5. Транскультурная литература
(transcultural literature)
6. Транслингвальная литература
(translingual literature)
129
М. А . КУЗИНА. ЗАИМСТВОВАНИЯ В СОВРЕМЕННОМ АНГЛИЙСКОМ ЯЗЫКЕ В ЭПОХУ ГЛОБАЛИЗАЦИИ
».
–
указывает
Недостатки
Продолжение табл. 23
использования термина
ничивать «второязычную
инокультурную литерату-
смотрения англоязычные
произведения авторов
на уникальность и/или
самостоятельность литера-
турной традиции.
страны и не
лониальному прошлому
1. Сохраняет отсылку к ко-
из стран, которые не были
2. Исключает из рас-
в колониальной зависи-
мости
ру» и «родноязычную ино-
1. Не позволяет разгра-
страны и не указывает
на уникальность и/или
самостоятельность литера-
культурную литературу
лониальному прошлому
2. Сохраняет отсылку к ко-
турной традиции
Достоинства
использования термина
Позволяет легко разгра-
ничивать «второязычную
инокультурную литературу»
и «родноязычную инокуль-
ничивать «второязычную
турную литературу»
инокультурную литературу»
и «родноязычную инокуль-
турную литературу»
лингвистической точностью
Сторонники
использования термина
Кабакчи Виктор
Владимирович
Desmond E.S. Maxwell Позволяет легко разгра-
Emma Dawson-Varughese Обладает высокой экстра-
130
Термин
9. Англофонная литература
британского колониального на-
следства (Anglophone writing
7. Второязычная инокультурная
литература
8. Постколониальная литература
(postcolonial literature)
of a British postcolonial legacy)
Соседние файлы в предмете [НЕСОРТИРОВАННОЕ]