Добавил:
ivanov666
Опубликованный материал нарушает ваши авторские права? Сообщите нам.
Вуз:
Предмет:
Файл:Воспоминания о Сократе
.pdf
ВОСПОМИНАНИЯ О СОКРАТЕ
тельством в пользу законности того, чтобы обра
[50]
зованный человек
держал в оковах необразо
ванного». На самом деле Сократ был того
мнения, что человек, заключающий в оковы дру
гого за недостаток у него образования, может
быть на законном основании сам заключен
в оковы людьми, знающими то, чего он не знает.
Ввиду этого он часто исследовал вопрос о разли
чии между незнанием и сумасшествием: сумас
шедших, думал он, следует держать в оковах как
для их собственной пользы, так и для пользы их
друзей; а что касается не знающих того, что нуж
но знать, то справедливость требует, чтобы они
учились у знающих.
[51]
«Но Сократ, — говорил обвинитель, — вну
шал своим собеседникам неуважение не толь
ко к отцам, но и к другим родственникам: он
указывал, что при болезни или судебном про
цессе помогают не родственники, но в первом
[52]
случае врачи, а во втором —
ловкие защитни
ки». По словам обвинителя, также и о друзьях
Сократ говорил, что нет никакой пользы от их
расположения, если они не будут в состоянии
оказывать помощь; только те, говорил будто бы
он, заслуживают уважения, которые знают то,
что нужно знать, и умеют это выразить слова
ми. Таким образом, он будто бы внушал моло
31
КСЕНОФОНТ
дым людям убеждение, что он сам умнее всех
и способнее сделать и других умными, и чрез
это приводил их в такое настроение, что в их
глазах все другие не имели никакой цены
[53]
в сравнении с ним. Да,
я знаю, он выражался
так об отцах и других родственниках и о дру
зьях; мало этого, он говорил еще то, что по ис
ходе души, в которой только и происходит про
цесс мышления, тело самого близкого человека
поскорее выносят и скрывают под землей.
[54]
«Даже и при жизни, — говорил он, — всякий,
хоть и любит себя более всего, от своего соб
ственного тела сам отнимает все ненужное
и бесполезное и другому предоставляет это де
лать. Так, например, люди сами у себя обрезы
вают ногти, волосы, мозоли и врачам предо
ставляют отрезывать и выжигать (больные
части) со страданием и болью, да еще считают
себя обязанными за это платить им и гонорар;
слюну выплевывают изо рта как можно дальше,
потому что, оставаясь во рту, пользы она не
приносит им никакой, а гораздо скорее прино
[55]
сит
вред». Да, это он говорил, но не в том
смысле, что отца надо зарыть живым, а себя
разрезать на куски; но, доказывая, что все не
разумное не заслуживает уважения, он внушал
каждому стремление быть как можно более раз
32
ВОСПОМИНАНИЯ О СОКРАТЕ
умным и полезным, чтобы тот, кто захочет
пользоваться уважением отца, брата или кого
другого, не сидел сложа руки, полагаясь на свое
родство, а старался быть полезным тем, от кого
хочет заслужить уважение.
[56]
Говорил про него обвинитель еще то, что он
из самых знаменитых поэтов выбирал самые без
нравственные места и, приводя их в виде доказа
тельства, внушал своим собеседникам преступ
ные мысли и стремление к тирании, например,
из Гесиода стих:
Дело отнюдь ни одно не позор, а позор лишь
безделье.
Цитируя этот стих, он будто бы говорил, что
поэт советует не гнушаться никаким делом, ни
бесчестным, ни зазорным, но и за такие дела
[57]
браться
с целью наживы. Но на самом деле,
когда Сократ в дискуссии приходил к согла
шению, что быть работником полезно челове
ку и хорошо, а быть бездельником — вредно
и дурно и что работать — хорошо, а бездельни
чать дурно, то он говорил, что люди, делающие
чтонибудь хорошее, работают и что они — ра
ботники, а играющих в кости или делающих
чтонибудь скверное и вредное он обзывал без
33
КСЕНОФОНТ
дельниками. При таком понимании окажется
верным изречение:
Дело отнюдь ни одно не позор, а позор лишь
безделье.
[58]
По словам обвинителя, Сократ часто цити
ровал место из Гомера о том, что Одиссей
Если царя где встречал или воина знатного
родом,
Став перед ним, он его останавливал кроткою
речью:
«О многочтимый! Тебе не пристало дрожать,
словно трусу.
Лучше на место садись и других усади средь
народа».
Если ж кричавшего громко он мужа встречал
из народа,
Скиптром его ударял и бранил его грозною
речью:
«Сядь, злополучный, недвижно и слушай, что
скажут другие,
Те, кто мудрее тебя; ты ж негоден к войне
и бессилен
И никогда ни во что не считался в бою,
ни в совете».
Эти стихи он толковал будто бы в том смысле,
что поэт одобряет, когда бьют простолюдинов
34
ВОСПОМИНАНИЯ О СОКРАТЕ
и бедняков.
[59]
Но на самом деле Сократ этого не
говорил: в таком случае, думал он, и ему самому
пришлось бы быть битым; он говорил, что лю
дей, ни словом, ни делом не приносящих поль
зы, не способных помочь в случае надобности ни
войску, ни государству, ни самому народу, осо
бенно если сверх того они еще и наглы, необхо
димо всячески обуздывать, как бы богаты они ни
[60]
были. Нет, напротив того,
Сократ, как всем
было известно, был другом народа и любил лю
дей. Много было людей, усердно искавших об
щения с ним и в Афинах и за границей, но он ни
с кого не требовал платы за свои беседы, но со
всеми щедро делился своими сокровищами; не
которые из них дорого продавали другим то не
многое, что получили от него даром, и не были
друзьями народа, подобно ему: кто не мог пла
тить им деньги,
[61]
с теми они не хотели вести бе
седы. Сократ был украшением родному городу
во всем мире, в гораздо большей степени, чем
в Спарте Лих, прославившийся этим: Лих во
время Гимнопедий угощал иностранцев, приез
жавших в Спарту, а Сократ, в течение всей жиз
ни тратя свои сокровища, приносил громадную
пользу всем желающим: кто пользовался его об
ществом, уходил от него нравственно улучшен
ным.
35
КСЕНОФОНТ
[62]
Итак, по моему мнению, Сократ при таких
достоинствах заслуживал скорее почета, чем
смертного приговора, от сограждан. Да если по
смотреть на это дело с точки зрения законов, то
придешь к тому же заключению. По законам,
смертная казнь назначена в наказание тому, кто
уличен в воровстве, в похищении платья, в сре
зывании кошельков, в прорытии стен, в прода
[63]
же людей в рабство, в святотатстве;
а Сократ
больше всех на свете был далек от таких пре
ступлений. Далее, перед отечеством он никогда
не был виновен ни в неудачной войне, ни в мя
теже, ни в измене, ни в другом каком бедствии.
В частной жизни он тоже никогда ни у кого не
отнимал имущества, никого не повергал в не
счастие; никогда он даже обвинения не навлек
[63]
на
себя ни в чем вышеупомянутом. Так как
же он может подлежать суду по этой жалобе?
Вместо того чтобы не признавать богов, как бы
ло сказано в жалобе, он почитал богов больше,
чем ктолибо другой, как всем было известно;
вместо того чтобы развращать молодежь, в чем
его обвинял тот, кто возбудил судебный про
цесс, он своих друзей, имевших порочные стра
сти, отвращал от них, как всем было известно,
а внушал им стремиться к прекрасной, высо
кой добродетели, благодаря которой процвета
36
ВОСПОМИНАНИЯ О СОКРАТЕ
ют и государства и семьи. А при таком образе
действий разве не заслуживал он великого по
чета у сограждан?
Глава 3
СОКРАТ БЫЛ ПОЛЕЗЕН
УЧЕНИКАМ ПРИМЕРОМ
И УЧЕНИЕМ
[1]
Что Сократ, по моему мнению, и пользу
приносил своим друзьям, как делом, обнаружи
вая пред ними свои достоинства, так и беседами,
об этом я теперь напишу, что припомню.
Что касается отношения к богам, его дела
и слова — это всем было известно — были со
гласны с ответом Пифии, который она дает на
вопрос, как поступать относительно жертвопри
ношений, почитания предков или тому подобно
го: Пифия дает ответ, что кто поступает по обы
чаю родного города, тот поступает благочестиво.
Сократ и сам так поступал и другим советовал,
а кто поступает какнибудь иначе, те, думал он,
глупы и берутся не за свое дело.
[2]
В молитвах он просто просил богов даровать
добро, убежденный, что боги лучше всех знают,
в чем состоит добро; а просить богов о золоте, се
ребре, царской власти или о чемнибудь подоб
37
КСЕНОФОНТ
ном — это все равно, думал он, что просить об
игре в кости, сражении или о чемнибудь дру
гом, исход чего совершенно неизвестен.
[3]
Жертвы приносил он небольшие, потому
что и средства у него были небольшие, но он
считал себя нисколько не ниже тех, кто прино
сит много больших жертв от своих больших бо
гатств. Богам, говорил он, не делало бы чести,
если бы они большим жертвам радовались боль
ше, чем малым: в таком случае часто дары по
рочных людей им были бы угоднее, чем дары хо
роших; да и людям не стоило бы жить, если бы
дары порочных были угоднее богам, чем дары
хороших. По его убеждению, боги всего более
радуются почету от людей наиболее благочести
вых. Он хвалил также следующий стих:
Жертвы бессмертным богам приноси сообразно
достатку.
Также и по отношению к друзьям, иногород
ним гостям и в разных других обстоятельствах
жизни совет «приноси по достатку» он находил
прекрасным.
[4]
Если ему казалось, что ему дается какоени
будь указание от богов, то уговорить его посту
пить вопреки этому указанию было труднее, чем
38
ВОСПОМИНАНИЯ О СОКРАТЕ
уговорить взять проводника, слепого и не знаю
щего дороги, вместо зрячего и знающего. Да
и других бранил он глупцами, кто поступает во
преки указанию богов из опасения дурной славы
у людей; сам же он совет от богов ставил выше
всех человеческих отношений.
[5]
Тот образ жизни, к которому он приучил
и душу и тело, был таков, что при нем всякий
проживет безмятежно и безопасно, если только
по воле богов не произойдет чегонибудь не
обыкновенного и не затруднится добыть сред
ства для покрытия таких расходов. Жизнь обхо
дилась ему так дешево, что не знаю, можно ли
так мало зарабатывать, чтобы не получать столь
ко, сколько было достаточно для Сократа. Пищи
он употреблял столько, сколько мог съесть с ап
петитом, а к еде приступал с такой подготовкой,
что голод служил ему приправой; питье всякое
ему было вкусно, потому что он не пил,
[6]
если не
чувствовал жажды. Если когда его приглашали
на обед и он соглашался прийти, то он совер
шенно легко мог уберечься от чрезмерного пре
сыщения, от чего огромному большинству лю
дей очень трудно уберечься. Кто не мог этого
сделать, тем он советовал избегать таких куша
ний, которые соблазняют человека есть, не чув
ствуя голода, и пить, не чувствуя жажды: это, го
39
КСЕНОФОНТ
ворил он,
[7]
вредит желудку, голове и душе. Он
шутил, что и Кирка, должно быть, превращала
людей в свиней, угощая их такими вещами
в изобилии; а Одиссей, благодаря наставлению
Гермеса и собственной умеренности, удержался
от чрезмерного употребления таких кушаний
[8]
и оттого не превратился
в свинью. Так он гово
рил об этом шутливо и вместо с тем серьезно.
От любви к красавцам советовал он тщатель
но воздерживаться: нелегко, говорил он, владеть
собою, касаясь таких людей. Услышав однажды,
что Критобул, сын Критона, поцеловал Алкивиа
дова сына, красавца, он спросил Ксенофонта
в присутствии Критобула:
[9]
«Скажи мне, Ксенофонт, не правда ли, ты
считал Критобула скорее скромным, чем на
глым, скорее осторожным, чем безрассудным
и рискующим?»
«Конечно», — отвечал Ксенофонт.
«Так считай его теперь в высшей степени от
чаянным и необузданным: он станет и между ме
чей кувыркаться и в огонь прыгать».
[10]
«Что же ты заметил в его поступках, что так
дурно думаешь о нем?»
«Да разве он не отважился поцеловать Ал
кивиадова сына, такого хорошенького, цвету
щего?»
40
Соседние файлы в предмете [НЕСОРТИРОВАННОЕ]