История социальной работы. Хрестоматия

II. История социальной работы за рубежом

ные нуждающиеся могли рассчитывать на случайную помощь или же на свое искусство выпрашивать подаяние. Если сотни бедняков находили в госпиталях дружеский прием и достаточное, часто обильное, содержание, то для сотен других все двери были заперты, и в то же время как одни, большей частью ловкие нищие находили у ворот монастырей не только хлеб, но, согласно гостеприимному характеру средних веков, так же стакан пива или вина, даже пирог и жаркое, всем прочим оставалось голодать. Приюты и богоугодные заведения имелись лишь в пределах городов или отдельных церковных центров, монастырей, святых мест; для деревни делалось весьма мало.

С одной стороны слишком много, с другой – слишком мало, вот отличительная черта призрения бедных в средние века, и это «слишком много» было по существу так же вредно, как «слишком мало», потому что именно эта неорганизованная раздача милостыни плодила полчища нищих, боявшихся труда, искусившихся во всякого рода хитростях и мошенничествах…».

Ульгорн. История общественного призрения бедных // Трудовая помощь. – 1903. – № 5. С. 634–637.

М. А. Поляковская, А. А. Чекалова «Византия: быт и нравы»

«...Добродетелью считалось у византийцев милосердие, понимаемое, прежде всего как готовность подать милостыню убогому, впавшему в несчастье, и как сострадание к увечному. «Если кто попросит тебя дать ему милостыню, подай ее с готовностью и не медля..., если это был незнакомец, считай, что это был Христос, и благодари», – наставляет сына Кекавмен (Кек., §47, с.213). Особой добродетелью считалось ухаживать за престарелыми и больными, в том числе страдавшими проказой и эпилепсией. Лев Диакон ставит в заслугу Иоанну Цимисхию то, что он, человек «нежный и разборчивый», не гнушался «врачевать изнуренные и покрытые язвами» тела больных (Лев Диак., VI, 5). По всей видимости, таким образом, Иоанн Цимисхий, получивший трон посредством убийства своего дяди, стремился приобрести популярность у населения, идеалом которого в те времена был аскет, «святой», мученик, юродивый».

Поляковская М. А., Чекалова А. А. Византия: Быт и нравы. Свердловск, 1989. С. 166–167.

Д. В. Еремеев «Ислам: образ жизни и стиль мышления»

«...Благотворительный налог. В число пяти «столпов» ислама входит так же традиция сбора средств с богатых членов мусульманской общины для распределения их между бедняками. С этнографической точки

121

Христоматия

зрения, это трансформированный обычай родоплеменной взаимопомощи. В Коране такая дача средств названа «очищением» (закят): богач как бы очищается перед Аллахом от греха чрезвычайного богатства. Закят предписан и шариатом. В ряде стран он стал государственным налогом, например в Ливии. Взимают его раз в год в определенные сроки по мусульманскому календарю с каждого вида имущества. Обычно он равен 2,5 % годового дохода...

Истоки мусульманского права. Обычай родоплеменной взаимопомощи преломился не только в обязанность состоятельного мусульманина платить налог на благотворительность – закят. Основываясь на Коране и хадисах, шариат объявляет богоугодным делом дачу в долг, хотя категорически запрещает ростовщичество: давать в долг можно лишь без выгоды для себя. Корни этого установления опять-таки лежат в обычае родоплеменной взаимопомощи, которая, хотя бы по форме, должна быть бескорыстной. Шариат также требует от состоятельных людей сдавать в аренду землю, жилища, вещи, животных, дабы частично удовлетворить нужды неимущих и занять их работой. Наконец, одно из высказываний, предписываемых Мухаммеду, – «Храни верность родственникам, хотя бы они и причинили тебе горе», также отражает обычай взаимопомощи. Кстати, благодатный характер этого обычая Мухаммад испытал на самом себе. Из-за его проповедей мекканцы, выражаясь современным языком, объявили бойкот всему роду хашим, членом которого он был. Хашимитам ничего не продавали, их скот не пускали на пастбище. Но хотя большинство сородичей не верили в посланничество Мухаммеда, в том числе и его дядя по отцу Абу Талиб, приютивший его в сиротстве, все же неукоснительно действовали законы родовой взаимовыручки и все хашимиты защищали Мухаммада от преследователей...».

Еремеев Д. Е. Ислам: образ жизни и стиль мышления. М., 1990. С. 111, 144–145.

В. Ф. Панова, Ю. Б. Вахтин «Жизнь Мухаммеда»

«...Мухаммед, в отличие от многих других религиозных реформаторов, намеревался осуществить новый строй жизни, основанный на братской любви и справедливости, не за стенами монастыря, не разрывая естественных отношений между людьми, а сохраняя и семью, и собственность, и привычный род занятий. Он считал, что вера ниспослана, в первую очередь, для построения справедливой, а потому максимально счастливой жизни именно здесь, на земле…

122

II. История социальной работы за рубежом

«Вы не войдете в царство Божье, – говорил Мухаммед последователям, – пока вы не будете иметь веры; и вы не исполните веры до тех пор, пока не будете любить друг друга».

Дети, в том числе и взрослые, заботятся, почитают и подчиняются своим родителям; благочестивый сын даже мысленно не должен попрекнуть чем-нибудь своего отца и мать.

«К родителям – благодеяние, – повелевал Бог устами Мухаммеда. – Если достигнет у тебя старости один из них или оба, то не говори им – тьфу! и не кричи на них, а говори им слово благородное».

Рабство не отменялось, но Мухаммед провозгласил, что мусульманин не может быть рабом мусульманина. Если ты верующий и твой раб принял ислам, то ты должен немедленно и без всякого выкупа освободить своего брата. Но даже если раб не мусульманин, то и тогда отпускать его на волю – дело богоугодное и похвальное, потому что как-никак все люди братья, в том числе и те из них, до которых пока, по их душевной слепоте и в соответствии с промыслом Бога, голос истинной веры еще не дошел. Сам Мухаммед первый подавал этому пример – он освободил не только Зайда, которого вслед за тем усыновил по всем правилам, но и еще несколько рабов – все они стали впоследствии верными мусульманами и преданными его соратниками...

Отношение братской любви и справедливости должны были воцариться и между господами и их слугами.

– Ваши слуги – это ваши братья, которых Бог поставил под вашу власть, – учил Мухаммед. – Всякий, кто является господином своего брата, должен давать ему есть то, что он ест сам, и одевать его так же, как он одевается сам. Не заставляйте ваших слуг делать непосильную работу, а если это случиться – помогите им. Отдавайте работнику плату его прежде, чем высохнет его пот.

Сгладить вопиющие различия между богатством и бедностью, трудно совместимые с братской любовью, призван был выдвинутый Мухаммедом принцип милостыни – тот не «очищает» себя, кто не проникнут постоянным стремлением помочь ближнему, сделать ему добро, и в первую очередь, прийти к нему на помощь, если он беден. Поэтому каждый верующий должен постоянно творить милостыню, что для зажиточных означало, в том числе, отдавать часть своего имущества в пользу бедняков и неимущих, накормить голодного, напоить жаждущего…

Тот, кто не творит милостыню, нарушает важнейшую заповедь Бога и поэтому не может быть верующим, не может вступить в общину, создаваемую Мухаммедом.

123

Христоматия

Милостыня была обязательной, но размер ее оставался делом совести каждого верующего. Сам Мухаммед, не задумываясь, растрачивал и свое имущество, и имущество Хадиджи на помощь беднякам и выкуп рабов. Его последователи передавали деньги Мухаммеду, который и распределял их среди членов общины, а так же творили милостыню сами, в тайне от других верующих.

Всеми средствами общины распоряжался, как уже говорилось, сам Мухаммед, честность и справедливость которого не вызывали ни у кого подозрений, никаких трений на этой почве среди верующих не возникало; ничего из этих денег ни себе лично, ни своим близким и родственникам не брал, наоборот, без всякого сожаления расставался со своим богатством, так что в скором времени сам превратился из человека зажиточного в человека, по уровню жизни стоящего ниже большинства других членов общины.

Община, во главе которой стоял Мухаммед, была невелика, и очень богатые люди в нее не вошли. В ней с самого начала не было ни кричащей роскоши, ни крайней нищеты. В такой небольшой общине обязательная милостыня оказалась действенным средством временного сглаживания имущественных различий, угрожающей сплоченности и солидарности верующих...

В Мекке, как и повсеместно, гордость богатством оборачивалась презрением не только к бедности, презрение переносилось и на личность бедняка. Неимущего презирали, к нему относились с полным пренебрежением, его мнение никого не интересовало, он был ничтожество, пария в обществе. Против такого проявления имущественного неравенства Мухаммед выступил наиболее решительно. Бедняк, лишенный греха гордыни и оберегаемый бедностью от греховных соблазнов мира, имеет больше шансов заслужить блаженство в будущей бессмертной жизни на небесах, в то время как большинство богачей будет неизбежно мучиться в аду – вот когда они позавидуют беднякам, вот когда поймут, что ниспосланное им в земной жизни богатство было лишь ловушкой, западней, поставленной Богом, испытанием, которого они не выдержали, возгордившись, вообразив, что богатство – их личная заслуга. Поэтому бедняк ближе к Богу, чем богач, и если человеку простительно гордиться, то гордиться нужно скорее бедностью, а не богатством, Бог любит людей, добывающих себе пропитание трудом, утверждал Мухаммед...

Творить милостыню обязаны были все верующие, а не только достаточно зажиточные, понятие милостыни Мухаммед расширил, понимая

124

II. История социальной работы за рубежом

под этим практику добрых дел, поступков, продиктованных любовью к ближнему. Доброе, ласковое слово к брату по вере, сочувствие в горе, любая помощь и услуга – все это милостыня. Только Бог, учил Мухаммед, может знать, какого рода милостыня представляет собой наибольшую заслугу. Человек, который поднял и отбросил с дороги колючую ветку, в глазах Бога, возможно, совершил более существенный акт милостыни, чем человек, пожертвовавший часть имущества, – ведь его поступок был продиктован бескорыстной любовью к ближним как созданиям Бога, он оберегал от опасности изранить ноги равно и злого, и доброго, и своего врага, и своего друга, и даже вовсе незнакомых ему людей. Поэтому у бедняка не меньше возможностей подавать милостыню, чем у богача, и в этом отношении они равны.

Когда человек из малого достатка, учил Мухаммед, приобретенного собственным трудом, оказывает посильную помощь другому, то это бывает самой угодной для Бога милостыней.

– Каждое доброе дело есть дело милосердия, – говорил Мухаммед… Милостыня есть долг каждого верующего. Тот, кто не имеет для нее средств, пусть творит добрые дела и удерживается от зла, и это будет его милостыней.

Милостыня – когда вы приветливо улыбаетесь брату своему; милосердие – когда вы побуждаете к доблестным поступкам и удерживаете от незаконных дел; милосердие – когда вы указываете дорогу людям, потерявшим ее, и когда вы помогаете слепому.

Община, созданная Мухаммедом, жила напряженной духовной жизнью, пытаясь путем перевоспитания и углубления веры в единого всемогущего Бога воплотить идеалы справедливости и братской любви. Обязательными для каждого верующего были лишь молитва и милостыня, остальные требования неписаного устава последователей Мухаммеда не были точно определены, и их выполнение никем не проверялось...

Но богатым никогда не чинилось препятствия на пути к исламу – наоборот, обращение человека влиятельного и состоятельного всегда рассматривалось мусульманами как крупная победа дела веры. Единственное, что могло серьезно затруднять богатым обращение на путь истины, так это требование неограниченной милостыни, выдвинутое Мухаммедом с первых же дней активной проповеди. И действительно, примерно в то же время, в которое было ниспослано и обнародовано приказание «Не прогоняй», позиция Мухаммеда в вопросе о милостыне резко и принципиально меняется.

125

Христоматия

– И давая родственнику должное ему, и бедняку, и путнику и не расточай безрассудно, – поведано было Мухаммеду в откровении. – Ведь расточители – братья сатаны, а сатана своему Господу не благодарен...».

Панова В. Ф., Вахтин Ю. Б. Жизнь Мухаммеда. М., 1990. С. 144–150, 246.

Л.Н. Палеева «Особенности социальной работы

впериод средневековья»

«Если под социальной работой понимать, прежде всего, проявление гуманного отношения человека к человеку, что имело место уже в средневековом обществе, то первичную форму социальной работы можно определить как благотворительность и подаяние милостыни просящему. Так, именно средневековое христианство, проповедуя любовь к ближнему, объявляя целью жизни спасение души, следование воле Бога, предлагала свое социальное учение как единственный способ решения общественных проблем и основным средством оказания помощи провозглашала благотворительность и милостыню.

В период средневековья милостыня как начальная форма благотворительности была основной помощью нуждающемуся человеку, и, по мнению исследователей, она не поддавалась организации. Важны были лишь те, кто протягивал руку и кто давал, потому что благотворительность есть проявление индивидуального гуманного чувства, возникающее на почве личных отношений между благотворителем и принимающим помощь. Здесь вполне уместен выбор лица, которому оказывается помощь, внимание к его характеру и качествам.

Главнейшие из религиозных заповедей призывали любить Бога и ближнего своего как самого себя. И любить Бога следовало, прежде всего, через ближнего. Поэтому церковь возводит милостыню как средство поддержания существования неимущих в религиозную обязанность, сохранившуюся и до наших дней. Благотворительность средневековья с научной точки зрения рассматривается, прежде всего, как необходимое условие личного нравственного здоровья, она больше нужна богатому, чем нищему, чтобы оправдываться перед Богом. Анализируя летописи, можно сделать вывод, что те, кто подавал милостыню, меньше всего помышляли о том, чтобы поднять уровень благосостояния народа. Они стремились поднять уровень собственного духовного совершенства. Эти люди видели в лице нищего лучшего богомольца, т. е. молитвенного ходатая, который будет замаливать их грехи перед Богом. Таковы причины, которые побуждали людей средневекового общества оказывать посильную помощь нуждающимся...

126

II. История социальной работы за рубежом

Рассматривая хронологию бедности и ее истоки, исследователи отмечают, что до XIV – середины XV вв., т. е. в период средневековья, преобладали бедные в силу своей физической или психической немощи, либо по религиозным убеждениям. Они вызывали чувство сострадания, ибо в них видели образ страдающего Христа.

Благодаря такому взгляду на благотворительность, которая совершалась во имя Бога, чем во имя бедных, увеличивалось количество подаяний, но совершенно без внимания оставалось их распределение. Речь шла не о предупреждении нищенства, а о приобретении вечного блаженства за отчуждение излишка. Средневековая церковь, внося всюду организационные начала и духовное просвещение, берет на себя организацию помощи. Проповедовалось, что желающие получить вечную жизнь должны отдавать часть своего имущества в пользу бедных и в пользу церкви как кормилицы бедных. Церковь весьма последовательно сосредоточила в своих руках все дело призрения бедных и свое имущество называла их достоянием. С победой христианства в Византии возникают первые богоугодные заведения в истинном смысле этого слова: орфанотрофии (сиро- то-воспитательные дома), геронтокомии (дома призрения престарелых), новокомии (больницы), брефотрофии (воспитательные дома), коеннодохии (странно-приемные дома). Развитие всех этих учреждений, основанных церковью... было обеспечено привилегиями, дарованными Церкви. Так, Император Константин предоставил церкви в 321 г. н. э. право принимать «дары для верных», а император Лев в 469 г. н. э. право приобретать имущество по завещанию.

Главным органом церкви в деле благотворительности явились монастыри, при которых с течением времени образовались громадные фонды. Так, например, в Англии со времен англосаксов церковное законодательство выставляло требование о затрате на бедных до 1/3 церковных доходов. Монастыри и духовные ордена развертывают деятельность на пользу нуждающихся: в бесчисленных госпиталях и приютах находят кров нищие, немощные и странники. Но главным образом благотворительность монастырей состояла в устройстве даровых трапез, в раздаче милостыни. И раздавая подаяния без разбора нуждающимся и ненуждающимся, трудоспособным и калекам, церковь скорее плодила нищенство, чем уменьшала его. Церковная благотворительность создала небывалую дотоле язву нищенства, мобилизовала целые слои населения, деморализовала народные массы. В конце концов церковь была вынуждена признать свое бессилие в борьбе со все растущим злом...

127

Христоматия

Таким образом, совпавшая по времени со средними веками фаза развития благотворительности как первичной формы социальной работы характеризуется хаотическим состоянием, выражающимся почти исключительно в милостыни».

Палеева Л. Н. Особенности социальной работы в период средневековья // Социальная работа:

теория и практика (Материалы «круглого стола»). Ярославль, 1997. С. 48–52.

128

II. История социальной работы за рубежом

8. Становление государственной системы благотворительности в Западной Европе (с XVI до середины XVIII века)

8.1. Социальная помощь в период Возрождения (вторая половина XIV–первая половина XVII вв.)

Ульгорн «История общественного призрения бедных»

«... К концу средних веков многочисленные нищие сделались настоящим бичом во всех христианских странах и вызвали противодействующие мероприятия. Уже во второй половине XIX века начинают появляться случаи запрещения нищенства.

Во Франции такое постановление издается уже в 1350 г., в Англии мы встречаем законы 1360, 1381, 1388 гг., которые с драконовскою суровостью запрещают как прошение милостыни, так и раздачу ее работоспособным бедным. В Германии города издают такого же рода постановления (Эсслинген в 1384 г, Брауншвейг в 1400, Вена в 1442, Кельн в 1446, Нюрнберг

в1478). Император и империя также были вынужденны вмешаться. На собрании имперских чинов в Линдау (1497 г.) было постановлено, что прошение милостыни может быть дозволено только слабосильным и имеющим физические недостатки лицам, а дети нищих, как только они будут

всостоянии зарабатывать свой хлеб, должны быть помещены к ремесленникам или определены на какую-нибудь службу. Это современная государственная идея, которая начинает приобретать вес. В науке ее проповедует школа номиналистов; она защищает самостоятельную деятельность государства и предписывает ему задачу содействовать благоденствию страны... Сюда относится так же и забота о том, чтобы бесчинства нищих не причиняли ущерба всеобщему благоденствию. Теологи-номинали- сты признают за государством право запрещать нищенство и заботится о неспособных к труду бедняках. Если в основе этих мероприятий против нищенства лежат скорее экономические, чем религиозно-нравственные мотивы, то они и носят преимущественно полицейский характер.

Элемент призрения бедных еще слаб, хотя он не вполне отсутствует; уже в XV веке в городах замечаются зачатки общинного призрения бедных. Как прежде управление учреждениями для бедных лежало на церковных организациях, так и теперь оно все чаще поручается городским должностным лицам; городской совет надзирает за богадельнями, часто находящимися в запущенном виде, и сам учреждает таковые, он распре-

129

Христоматия

деляет пособие и доставляет дешевый хлеб. Во Франкфурте на Майне уже в 1437 г. назначаются городские попечители о бедных. В Кельне с 1450 г. сбор подаяния при соборе находится в ведении городских должностных лиц; в Антверпене с 1458 г. существуют особые надзиратели за бедными... магистрат является там опекуном сирот, умалишенных, слепых и немых... Правда, до полного запрещения нищенства и до той идеи, что на государстве лежит долг регулярного попечения обо всех неспособных к труду бедных, еще не доросли... противоречие заключалось в том, что подаяние прославлялось, как доброе дело, ведущее в царство Божие, а за прошение милостыни полагалось наказание отрезанием ушей или даже виселицей, как за преступление. Правда, и средневековая церковь учила, что нищенствовать без нужды, из нежелания работать – грешно, но все же, наряду с этим, она окружила нищенство ореолом святости; правда, объявляя подачу милостыни добрым делом, она вызывала с одной стороны, щедрую благотворительность, но вместе с тем и упустила из виду правильное распределение подаяний. Главной целью все же было не уничтожение и облегчение нужды, а снискание милости божьей. Результатом этих нравственных воззрений могла быть случайная благотворительность, но не организованное призрение бедных. Чтобы дойти до этого, необходима была полная перестройка религиозно-нравствен- ных воззрений. Таковая наступила лишь с Реформацией...

XVI в. ... В своей статье «К аристократии немецкой национальности» Лютер заявляет, что «одна из величайших нужд – это устранение нищенства во всем христианском мире», а затем с неуклонной последовательностью развивает основные принципы здоровой организации попечения о бедных. Каждый город сам должен заботится о своих бедных, чужие нищие изгоняются. Раздача милостыни без всякого разбора заменяется организованным призрением бедных, в основе которого лежит детальное ознакомление с условиями их жизни и отделение действительно нуждающихся от бездельников и бродяг; помощь же ограничивается лишь самым необходимым. «Достаточно лишь несколько помочь бедным, чтобы они не умерли от голода или холода. Никому не предназначено пользоваться другими благами.

Кто желает быть бедным, не должен быть богатым; если он желает богатства, то пусть возьмет в руки плуг и сам добывает его из земли». Мотив спасения души через подаяние отпадает, а вместо него выдвигается, в качестве единственного мотива, любовь к ближнему, стремящаяся помочь страждущему собрату.

130