Этические основы права и правоприменения

как в нехотении узнать долг лежит тайное хотение противного; этот грех тем виновнее, чем важнее незнаемый предмет. Тяжесть греха неосмотрительности (нарушение заповеди вследствие невнимательности к себе и своим делам) зависит от значимости нарушаемой нормы и жизненного опыта человека1.

Поскольку юридическая ответственность представляет собой наказание за виновное поведение, мера наказания, по общему правилу, должна зависеть от степени злой воли, реализованной в противоправном деянии. Чем пренебрежительней отношение к нравственным нормам, тем жестче должна быть ответственность.

Этот принцип наиболее последовательно реализован в уголовном праве. Оно предусматривает две формы вины – умышленную и неосторожную (статья 24 УК). Согласно статье 25 УК умысел может быть двух видов: прямой (лицо осознает общественную опасность своего деяния, предвидит возможность или неизбежность наступления общественно опасных последствий и желает их наступления) и косвенный (лицо осознает общественную опасность своего деяния, предвидит возможность наступления общественно опасных последствий, не желает, но сознательно допускает эти последствия либо относится к ним безразлично). В соответствии со статьей 26 УК неосторожная вина также подразделяется на два вида: легкомыслие (преступник предвидит возможность наступления общественно опасных последствий своего поведения, но без достаточных к тому оснований самонадеянно рассчитывает на предотвращение этих последствий) и небрежность (лицо не предвидит возможности наступления общественно опасных последствий своего поведения, хотя при необходимой внимательности и предусмотрительности должно было и могло их предвидеть). УК предусматривает за умышленные деяния более суровые санкции, нежели за неосторожные преступления, повлекшие такие же отрицательные последствия.

Однако принцип зависимости тяжести наказания от степени вины мог бы быть глубже реализован в уголовном праве. Те формы вины, при которых правонарушитель сознает опасность своих действий и предвидит последствия (хотя и надеется предотвратить их наступление) более порочны, чем те, при которых он не предвидит их, хотя должен предвидеть. За преступления, совершенные по легкомыслию, следовало бы устанавливать более суровое наказание, чем

1Подробнее об этом см.: Святитель Феофан Затворник. Начертание христианского нравоучения. М.: Правило веры, 2010. С. 196–224.

ее объем, по общему правилу, не должен зависеть от степени вины. Учитывать степень вины для определения объема гражданской ответственности – значит, вводить правило, направленное на защиту интересов виновного правонарушителя в ущерб интересам невиновного потерпевшего1.

Тем не менее, формы вины имеют значение и в гражданском праве. Гражданское законодательство предусматривает три формы вины: умысел, простую неосторожность и грубую неосторожность. Закон не указывает признаков, отличающих грубую неосторожность от простой. КС РФ отметил, что разнообразие обстоятельств, свидетельствующих о грубой неосторожности, делает невозможным установление их исчерпывающего перечня в законе, а использование законодателем такой оценочной категории преследует цель эффективного применения нормы к неограниченному числу конкретных правовых ситуаций2. ВС РФ разъяснил, что вопрос о том, является ли неосторожность грубой, в каждом случае должен решаться с учетом фактических обстоятельств дела (характера деятельности, обстановки причинения вреда, индивидуальных особенностей потерпевшего, его состояния и др.)3; грубой неосторожностью должно быть признано, в частности, нетрезвое состояние, содействовавшее возникновению или увеличению вреда4.

Вдоктрине обоснована идея о том, что различие между простой

игрубой неосторожностью выражается в степени предвидимости отрицательных имущественных последствий: чем конкретнее их предвидение, тем тяжелее вина. Исходя из этого, грубая неосторожность выражается в самонадеянности, а простая – в небрежности5. Это деление, однако, не исключает того, что с учетом конкретных обстоя-

1Иоффе О.С. Ответственность по советскому гражданскому праву. Издательство ЛГУ, 1955. С. 243. В научной литературе обосновывалась и иная точка зрения, согласно которой объем гражданской ответственности правонарушителя должен дифференцироваться в зависимости от формы и степени вины (См.: Малеин Н.С. Указ. соч. С. 152–157).

2Определение от 21.02.2008 № 120-О-О.

3Пункт 17 Постановления Пленума ВС РФ от 26.01.2010 № 1 «О применении судами гражданского законодательства, регулирующего отношения по обязательствам вследствие причинения вреда жизни или здоровью гражданина».

4Пункт 23 Постановления Пленума ВС РФ от 28.04.1994 № 3 «О судебной практике по делам о возмещении вреда, причиненного повреждением здоровья».

5Иоффе О.С. Указ. соч. С. 152–154; Матвеев Г.К. Указ. соч. С. 294–296.

тельств в качестве грубой неосторожности может быть квалифицирована и небрежная вина1.

Выделение форм и видов вины в гражданском праве имеет следующее практическое значение. Во-первых, в ряде случаев возможность

иусловия применения ответственности закон связывает с умыслом правонарушителя. Так, конфискационная санкция, предусмотренная статьями 169 и 179 ГК, применяется только к тем лицам, которые умышленно нарушили основополагающие правовые предписания. В пункте 1.1. раздела 2 Концепции развития гражданского законодательства РФ обращается внимание на необходимость последовательной реализации принципа добросовестности в гражданском праве

ипредлагается существенно расширить применение гражданскоправовых средств защиты от недобросовестного поведения, то есть умышленных действий, нарушающих права других лиц (например, предполагается дополнить статью 10 ГК нормой о праве потерпевшего на возмещение убытков, причиненных злоупотреблением правом). Стремление повысить эффективность защиты от недобросовестного поведения соответствует логике развития международного частного права2. Кроме того, лицо, умышленно причинившее ущерб, не вправе требовать уменьшения размера возмещения, ссылаясь на свое имущественное положение, ни при первоначальном взыскании, ни в последующем (пункт 3 статьи 1083, пункт 4 статьи 1090 ГК). Наконец, закон запрещает сторонам заранее заключать соглашение об устранении или ограничении ответственности за умышленное нарушение обязательства (пункт 4 статьи 401 ГК).

Во-вторых, в некоторых правоотношениях для возложения ответственности требуется как минимум грубая неосторожность. Такое отступление от компенсационной природы гражданской ответственности имеет место, как правило, в безвозмездных обязательствах, поскольку безвозмездный должник не обязан проявлять такой же старательности, как и возмездный. Например, лицо, нашедшее потерянную вещь, отвечает за ее утрату или повреждение лишь в случае умысла или грубой неосторожности (пункт 4 статьи 227 ГК).

1Иоффе О.С. Указ. соч. С. 153.

2Согласно Принципам европейского договорного права каждая сторона должна действовать в соответствии с требованиями добросовестности и честной деловой практики, стороны не могут исключить или ограничить эту обязанность (статья 1:201); применение средств правовой защиты не может быть исключено или ограничено, если это противоречит принципам добросовестности и честной деловой практики (статья 8:109).

Ссудодатель отвечает только за такие недостатки вещи, которые он умышленно или по грубой неосторожности не оговорил при заключении договора (пункт 1 статьи 693 ГК). Приобретатель, неосновательно получивший имущество, до того, как он узнал или должен был узнать о неосновательности обогащения, отвечает перед потерпевшим за недостачу или ухудшение имущества лишь в том случае, если он проявил умысел или грубую неосторожность (пункт 2 статьи 1104 ГК). Кроме того, квалифицированная вина правонарушителя (умысел или грубая неосторожность) может обусловливаться неисправностью другой стороны: например, за утрату или повреждение принятых на хранение вещей после того, как наступила обязанность поклажедателя взять их обратно, хранитель отвечает лишь при наличии с его стороны умысла или грубой неосторожности (пункт 2 статьи 901 ГК).

В-третьих, форма и степень вины имеют особое значение при применении смешанной ответственности причинителя и потерпевшего, о чем будет более подробно сказано в дальнейшем.

4.4. Учет вины сторон при смешанной ответственности

1. Прежде чем анализировать виновность кредитора (потерпевшего) как фактор, влияющий на размер ответственности должника (причинителя), необходимо четко разграничить понятия «поведение потерпевшего, способствовавшее причинению ущерба» и «виновность потерпевшего». Когда причинение ущерба в определенной мере связано с действиями (бездействием) потерпевшего, необходимо говорить о том, что в соответствующей части отрицательные имущественные последствия причинно обусловлены поведением потерпевшего, а не причинителя, и, следовательно, нет оснований возлагать на последнего обязанность возмещать ту часть вреда, которая причинена самим потерпевшим. В такой ситуации основанием для уменьшения размера ответственности должника является причинная связь между деянием кредитора и возникшим ущербом, а не виновность кредитора. В отличие от нормы статьи 404 ГК, связывающей возможность уменьшения ответственности с виной кредитора, пункт 3 статьи 8:101 Принципов европейского договорного права говорит о причинной связи: сторона не может прибегать к средствам правовой защиты в той степени, в которой ее собственное действие явилось причиной неисполнения обязательства другой стороной. На необходимость учета указанного объективного обстоятельства в различное время об-

3. В гражданском законодательстве общее правило о смешанной ответственности содержится в пункте 1 статьи 404 ГК, согласно которому суд вправе уменьшить размер ответственности должника, если неисполнение или ненадлежащее исполнение обязательства произошло по вине обеих сторон, а также если кредитор умышленно или по неосторожности содействовал увеличению размера убытков либо не принял разумных мер к их уменьшению. Эти нормы применяются и в случаях, когда должник в силу закона или договора несет ответственность независимо от своей вины (пункт 2 статьи 401 ГК).

В соответствии со статьей 404 ГК любая вина кредитора считается основанием для уменьшения ответственности должника. Но

внекоторых обязательствах значение имеет только умысел или грубая неосторожность. Например, профессиональный хранитель не отвечает за утрату или повреждение вещей, произошедшую в результате умысла или грубой неосторожности поклажедателя (статья 901 ГК); страховщик освобождается от возмещения убытков, возникших вследствие того, что страхователь умышленно не принял разумных мер для уменьшения возможных убытков (пункт 3 статьи 962 ГК), а также если страховой случай наступил вследствие умысла страхователя, выгодоприобретателя или застрахованного лица; кроме того, законом могут быть предусмотрены случаи освобождения имущественного страховщика от выплаты страхового возмещения при наступлении страхового случая вследствие грубой неосторожности страхователя или выгодоприобретателя (статья 963 ГК).

Общие правила статьи 404 ГК применительно к деликтной ответственности уточняются в статье 1083 ГК. Деликтные нормы больше дифференцируют ответственность в зависимости от степени вины потерпевшего. Во-первых, простая неосторожность потерпевшего не влияет на размер ответственности. Во-вторых, грубая неосторожность имеет различные последствия для виновных составов причинения и для правоотношений, в которых ответственность наступает независимо от вины. В первом случае размер возмещения уменьшается

взависимости от степени вины потерпевшего и причинителя. Во втором случае при отсутствии вины причинителя суд вправе не только уменьшить объем ответственности, но и вообще отказать в возмещении, если законом не предусмотрено иное (в частности, отказ в возмещении не допускается при причинении вреда жизни или здоровью гражданина). В-третьих, вред, возникший вследствие умысла потерпевшего, возмещению не подлежит. Наконец, в-четвертых, вина потерпевшего не учитывается при возмещении дополнительных расхо-

дов (пункт 1 статьи 1085), при возмещении вреда в связи со смертью кормильца (статья 1089), а также при возмещении расходов на погребение (статья 1094).

Таким образом, в гражданском законодательстве реализована идея о зависимости объема ответственности от соотношения виновности сторон. Однако, представляется, институт смешанной ответственности требует совершенствования. Прежде всего, это касается регулирования правоотношений, в которых ответственность наступает независимо от вины причинителя. ГК допускает возложение ответственности на невиновного причинителя даже при виновности потерпевшего (причем если в деликтных правоотношениях суду предоставлено право освободить невиновного должника от ответственности, то применительно к договорным обязательствам у суда нет такого права). Как уже отмечалось, обременение невиновного должника обязанностью компенсировать ущерб возможно лишь в порядке распределения рисков, которое должно осуществляться по специальным правилам, отличным от правил возложения ответственности. Если при отсутствии вины кредитора возложение на невиновного должника обязанности компенсировать ущерб в определенных случаях представляется оправданным, то обременение его этой обязанностью при виновности кредитора труднообъяснимо. Рисковое возмещение возможно лишь при невиновности обоих контрагентов. Поэтому, представляется, в договорных правоотношениях ущерб не должен взыскиваться с невиновного должника, если имеет место вина кредитора1.

Что касается деликтных обязательств, то норма о недопустимости отказа в возмещении вреда, невиновно причиненного жизни или здоровью виновного потерпевшего (пункт 2 статьи 1083 ГК), представляется гуманной. Однако это правило было бы более справедливым, если бы позволяло отказывать в возмещении, учитывая соотношение имущественного положения причинителя и потерпевшего. Например, если миллиардер получил телесные повреждения, упав в нетрезвом состоянии под колеса «Оки», принадлежащей пенсионеру-инвалиду, то вряд ли при таких обстоятельствах принцип гуманности может обосновать ответственность невиновного причинителя. Такой же оценки заслуживают нормы о недопустимости учета вины потерпевшего, изложенные в статьях 1089 и 1094 ГК.

1В судебной практике по отдельным спорам такой подход находит поддержку. См. Постановление Президиума ВАС РФ от 14.07.2009 № 9577/08.