Современная природа

Следом — серия (импровизированных) символических сцен: Тильда держил меч и лилии; Пит в образе высокомерного князька коронует себя; Джек танцует канкан в алой мантии судьи.

Идут часы. На съемочную площадку приносят большую колонну и водружают на место. К ней привязаны окровавленные ХБ и Джонни, которых избивает группа скинхедов, одетых в костюмы Санта-Клауса. После этого ХБ и Джонни надолго исчезают в душе. Я ушел со съемочной площадки

ипоплелся домой.

В греческом ресторане съел половину основного блюда

изадремал, пока таяло мороженое.

2-й день По словам ХБ, Джонни очень талантлив в постели. У него

детское лицо моряка Кокто. Рад, что взял их на съемки; когда в перерывах они сидят на диване, бессознательно обнимая друг друга, никто на площадке на них не смотрит.

Сегодня пришла массовка из греческого и итальянского общества, которых Саймон когда-то нашел для

«Караваджо», снимать несколько сцен за старым длинным столом.

Снимаем эпизод со стеклянной гармоникой. Когда женщины вращают пальцем вдоль края стаканов, студию наполняет неземной, завораживающий звук. Каких духов они призывали? Тильда просит, чтобы в этой сцене сняли и ее.

Теперь огненная церемония евангельских христиан-пя- тидесятников, где юноши несут священный огонь. День закончился с Джоди в роли школьника, которому угрожают указки учителей; они движутся, как иглы морского ежа, а он в это время пишет: «Я должен лучше учиться».

Мэтью (ассистент режиссера) творит чудеса: повсюду порядок, у всех хорошее настроение. Он дает мне очень дельные советы.

Джессика (из массовки) принесла на обручение двух героев букеты мимозы; снимая фильм без сценария, следует

263

быть очень внимательным: визуальные идеи возникают в процессе создания.

Импровизируя над сценами и костюмами, мы работаем с музыкой: Моцарт, фламенко, флейты дервишей. Иногда вся

сцена снимается словно по волшебству — на съемочной площадке смех и аплодисменты.

Процесс, не результат.

По дороге домой Дэвид Льюис спросил, представляю ли я, над чем работаю? Нет. Я понятия не имею, как будут выглядеть сцены в фильме, и не хочу этого знать.

Достаточно ли у меня уверенности, чтобы позволить событиям идти своим чередом? Подожженные бумаги Амаретти вспыхивают и исчезают во тьме.

3-й день Мирабель с Джоди танцуют на столе фламенко.

Джоди ущипнула лощеная индейка, когда тот ее кормил. Чуть-чуть слез и много косметических бинтов.

4-й день Прошлым вечером меня охватила паника: как оживить

на экране ХБ и Джонни? Они очень хороши — обмен взглядами, улыбки, — но все это слишком статично. Внезапно осеняет безумная мысль: поместить ХБ в ванну, его любимое место. Он проводит в ванной по три часа, опускаясь под воду с головой, читая газеты и пуская по воде коробки с кукурузными хлопьями.

На Олд-Кент-роуд есть множество магазинов подержанных вещей, в том числе ванны и камины. Позвонил Дереку Брауну (художнику) и попросил найти к утру чугунную ванну.

Роджер, одетый в прекрасную белую робу на фоне синего экрана; Джоди в золотом комбинезоне забирается на небеса по позолоченной лестнице; водонос Энни Лапас в тончайшем сари подходит на дороге к Христу.

264

В одиннадцать привезли ванну, бросили на камни, как потерпевший крушение корабль, и парни немедленно туда забрались. Мы закрыли глаза.

Джонни похож на участника массовки из «Юга Тихого океана», только без матросской шапки.

Вванной они выглядят естественно и сексуально. Рад, что не взял актеров из Equity: никто из них не смог бы этого сделать — такое не сыграешь.

После обеда они едва не утопили в ванной Джоди, мечтая об этом всю неделю. Он спросил: «Почему вы обнимаетесь?» «Потому что мы любим друг друга», — ответили они. На следующий день он подошел к ним и сказал: «Я знаю, почему вы обнимаетесь — потому что вы педики!» Слишком для возраста согласия и политики защиты молодежи!

Вдевять лет, как всем нам известно из личного опыта, мы знаем всё, пусть смутно и бессистемно.

ХБ подбросил Джоди в воздух и стал раскачивать над ванной.

После этого мы перешли на площадку Б и сняли «Глумление» в стиле Гилфордской четверки. Развлекающиеся полицейские и герои, привязанные

кбуфетным стульям с кляпами во рту.

За день до этого Сара Свордс, которой было поручено

неблагодарное дело организации этой сцены, отыскала на роль полицейского актера с тягой к опере. В последний момент Дон Арчибальд надела передник официантки и нашла черную патоку, чтобы вымазать ею и обвалять в перьях.

Во всех нас кипит магма насилия, будто мы — полупотухшие вулканы, Кракатау, готовые взорваться в последний раз. Пит разорвал куртку и выдрал оттуда облако перьев, а «оперный певец» Мартин превратил сцену в нечто пугающее. Главная ария.

Когда все закончилось и ХБ отвязали от стула, он повернулся и заключил меня в гневное липкое объятие. Потом удалился в душевую, оставив нас в потрясении.

265

ХБ и Джонни оделись в блестящие розовые костюмы, и весь эпизод двигался самостоятельно и спонтанно.

Подруга Яна Джессика (он рассказал мне о ней вчера) исполняла «Think Pink» из «Забавной мордашки», и в десять мы все еще пытались найти песню. Нам привезли ее в одиннадцать на велосипеде, и она за несколько минут выучила текст. Мы поставили в кадр ХБ и Джонни; Энни принарядила своего ребенка, и вся четверка отлично сыграла сцену — «долой синие цвета».

6-е день Сегодня снимали распятие.

Дон танцевала в лимонно-желтом сари с двумя ветками бузины. Прекрасно.

7-е день Съемки прошли хорошо: старики катили камень дьявола,

кардиналы тянули огромную золотую скалу, сопротивляясь встречному ветру. Спенсер танцевал для Мадонны как нераскаявшаяся Магдалина, Роджер в золотистом скафандре стоял на фоне синего экрана. По мнению Стивена, он был похож на гобелен Сазерленда в соборе Ковентри.

8-е день Утро провел в состоянии полного изнеможения. В час мы

закончили, я вернулся домой и дремал, пока не заснул

вдевять.

Без воли и концентрации старой съемочной группы я бы

не пережил эти восемь дней. Я постоянно был наготове,

имногие сцены стали импровизацией.

Ялег в постель, когда ХБ собирался в Париж — он оставил мне множество замечаний и сотню инструкций. В 12:30 он ушел.

268

Планы относительно лодки в Амстердаме. Джерард вылетает в эти выходные. Деньги стремительно утекают сквозь пальцы.

Прибрался дома. Аккуратно сложил несколько десятков фотографий молодого полицейского из Терни по имени Массимо: на некоторых он в форме, на других — в одежде, напоминающей моду Возрождения; нашел несколько десятков слайдов американского художника, которому очень нравился «Караваджо».

В пять заглянул в Comptons. Небритый парень с прической в стиле пятидесятых годов втиснулся в угол между игровым автоматом и баром. Я подумал, что он проститутка — он подошел и спросил, можно ли со мной поговорить.

—Меня зовут Торпедо, и я сочиняю фильм. Только ты можешь его снять.

Я переместил сознание в другой конец бара.

—Это любовная история, которая превращается в триллер,

апотом в историю про призраков. Скоро ее закончу.

Я спросил Торпедо, откуда он черпает вдохновение; ока-

залось, из неудачной личной жизни — он ушел от партнера, разукрасив все стены в его квартире флуоресцентным граффити.

— Каждую ночь я трахал этого ублюдка под одной из твоих картин.

Перед уходом он пригласил меня на оргию в Эрлс-курт.

Я отказался и позвал его на нашу вечеринку по поводу окончания съемок.

На ужин приехал Дэвид Батлер. За соседним столом был Кевин Уитни с молодым человеком, которого он представил как «тот самый». Его насмешили гигантские масштабы новой студии Эндрю Логана — по его словам, она похожа на вход в башню национального банка. Эндрю собирает деньги на мраморный пол. Возможно, сказал я, нам всем нужна

269

Элинор, самой прекрасной из всех. Их внук Эдуард III похож на тролля, а у жены его, Филиппы, глупейшая прическа.

Мои глаза застыли на узорах влажной мостовой Йорка; я прохожу через Смит-сквер к Тейт, где идет переоформление.

Коллекция больше не выглядит распродажей остатков двадцатого века: впервые она кажется внятной, картины

ихудожники получили свое место. Ушлый Стэнли Спенсер делает прерафаэлитов сентиментальными. Впишется ли туда Сикерт?

Битва за модернизм осталась в прошлом, «продвинутое» искусство больше не единственное из возможных. Британская школа, казалось, столь безнадежно отставшая

в годы моей юности, приходит в себя. Можно ли представить в соседних залах Наума Габо и Спенсера?

Вдва я встретился с Джулианом Клэри в темноте подземного клуба под Трокадеро. Он был одет обычно, и его выдавал только голос. Уверен, он мог бы пройти по танцполу

иникто бы не обернулся — бывалый хамелеон.

Защищенный неуязвимой телефонной системой ХБ, я позволяю звонкам исчезать в пустоте, отстраняясь от студенческого учебного плана, погружаясь в прошлое, полузабытый автор преступно беспорядочного целлулоида.

У телефона новая кнопка. Она принадлежит Меркурию.

Под тихое гудение стиральной машины, которая, по словам ХБ, дает его мозгам отдых, читал «Откровения божественной любви» Юлианы Норвичской.

Вдверь падает водопад рождественских открыток пополам

срекламой. Гоблины, эльфы и заснеженные феи — лучше уж примитивный календарь. Мне требуется мужество, чтобы их открыть.

Юлиана пишет: «Сегодня конец света, о дорогая мать».

Я захожу в книжные магазины, размышляя о Средних веках: 272