Преемственность и новации в юридической науке. Выпуск 8. Материалы научной конференции адъюнктов и соискателей (Омск, 29 марта 2012 г.)

от политики государства в отношении этого явления можно выделить несколько периодов.

Первый период (до середины XIX в.) характеризуется юридическим запретом со стороны государства на любую деятельность, направленную на организацию занятия проституцией, как и саму проституцию. Такая политика государства получила название прогибиционизм (prohibition).

Впервые в отечественном уголовном праве институт уголовной ответственности засводничество был законодательно закрепленв Соборном уложении Алексея Михайловича (1649 г.): «А будет кто мужескаго полу, или женского, забыв страх Божий и християнскии закон, учнут делати свады жонками и девками на блудное дело, а сыщется про то допряма, и им за такое беззаконное и скверное дело учинити жестокое наказание, бити кнутом» (ст. 25 главы XXII Соборного уложения)1.

Устав благочиния или полицейский, утвержденный 8 апреля 1782 г., раскрывает понятия сводничества, сутенерства и содержания притонов, запрещаяихподугрозойнаказания:«Будектонепотребствомсвоимилиинаго делает ремесло, от того имеет пропитание, то за такое постыдное ремесло отослать его в смирительный дом на полгода», «Буде ктодом свой или нанятой откроет днем или ночью всяким людям ради непотребства, с того взыскать пеню 12-дневное содержание в смирительном доме и сажать его в тот дом, пока не заплатит»2.

По Уложению о наказаниях уголовных и исправительных 1845 г. наказуемо было сводничество родителей в отношении детей (ст. 1296), мужей в отношении своих жен (ст. 1287), лиц, осуществляющих надзор за несовершеннолетними, в отношении своих подопечных (ст. 1298), иное сводничество (ст. 1299), а также сводничество как ремесло (ст. 1300)3.

В результате юридических изменений в середине XIX в. Россия перешла от политики прогибиционизма к политике регламентации. Хронологические рамки второго этапа – с 1844 до 1917 гг. Политика регламентации характеризуется правовым регулированием со стороны государства.

Впервые проституцию в России узаконил Николай I Указом от 14 марта 1848 г.4 С этогомоментадома терпимостиперешли подполицейскийнадзор. Немногим ранее, 29 мая 1844 г., министром внутренних дел утвержде-

1Тихомиров М. Н., Епифанов П. П. Соборное уложение 1649 года. М., 1961.

С. 291–292.

2Алихаджиева И. С. Проституция как социальный и правовой феномен. М., 2009. С. 15.

3Гилинский Я. И. Девиантность социальный контроль в России (XIX–XX вв.): тенденции и социологическое осмысление. СПб., 2000. С. 267.

4Станская А. А. Проституция несовершеннолетних – социальная и правовая проблема общества. СПб., 2005. С. 25.

61

ны Правила содержательницам борделей, согласно которым бордели можно было открывать только с разрешения полиции5.

Парадоксальность правового регулирования проституции этого периода в Россиизаключалась втом, чтоадминистративная регламентация поведения поднадзорныхпроституток и содержательницпубличныхдомовнаходилась в прямом противоречии с упомянутым Уложением о наказаниях 1845 г. и Уголовным уложением 1903 г. Согласно последнему законодательному акту каралось сводничество для непотребства «с девицею от 14 до 16 лет без употребления возлоее невинности» (ч. 1 ст. 524), а такжезанятие сводничеством таких девушек в виде «промысла», ч. 2 ст. 524 запрещала сводничество для непотребства«сдевицеюот16до21 годазаведомодевственною».Такжест. 524 предусматриваланаказаниев видезаключениявисправительный домзасводничество для непотребства жены, дочери или состоящей под его попечением илиродственников. Согласноч. 1 ст. 527 подлежали уголовнойответственности действия мужчины в виде промысла по извлечению имущественной выгоды от непотребства женщины, находящейся под его влиянием или в его зависимости, или с использованием ее беспомощного положения6.

Между тем на юридическом уровне основное противоречие – проституция и ееорганизация –преступление этоили нет – так и небыло разрешено. С одной стороны, проституция и ееорганизация были узаконены: разрешены доматерпимости, введен врачебно-полицейский контроль.С другой – тайные притоны и сутенеры, проститутки-одиночки были запрещены.

Постепенно выявились существенные недостатки именно полицейского контроля. Главное было в том, что полицейские чины в силу мздоимства и «небрежения службой» не сумели обеспечить такого контроля, который бы ограничил распространение венерических заболеваний «жрицами любви». Более того, полиция фактически способствовала распространению и сохранению проституции7.

Февральскаяреволюция 1917 г. кореннымобразомизменила устоижизни в России. Вместе с монархией были сметены царские порядки, уничтоженався система власти. Возникласитуация,когда «старыеморальныеориентиры оказались скомпрометированными, а новые нравственные ценности еще не сформировались»8.

5Малахов А. Три века российской проституции // Коммерсантъ-Деньги. 2001. 5 мая.

6Уголовноеуложение, Высочайше утвержденное 22 марта 1903 года. СПб., 1903.

7Ильюхов А. А. Правовое регулирование проституции в России в XIX–XX вв. // Гос-во и право. 2009. № 12. С. 83.

8Токмачева А. Ю. Организационно-правовые основы борьбы с проституцией в 1917–1920 гг. // Вестн. Моск. ун-та МВД России. 2005. № 1. С. 139.

62

Третий период, с 1917 по 1922 гг., характеризуется отсутствием установленных государством юридических норм, запрещающих организацию занятияпроституцией. Такаямодельносит названиеаболиционизм(abolition) и исходит из отмены правового регулирования как в форме запрета, так и регламентации.

Сэтого времени в России начинает складываться особая модель контроля и борьбы с организацией занятия проституцией. Нормы, действовавшие в царской России, уже не применялись, а новые законодательные акты в сфере уголовной ответственности за организацию занятия проституцией приняты не были. Не существовало закрепленных в государственных актах санкций за сводничество, сутенерство и содержание притонов разврата. Политика новой власти сводилась к социальной поддержке проституток (например, устройство их на работу, предоставление социальных льгот и т. д.).

Вчетвертом периоде, с 1922 г. понастоящеевремя, вводится уголовная ответственность за деятельность поорганизации занятия проституцией, что означало возврат к политике прогибиционизма (запрета).

Сначалом нэпа спрос на продажную любовь резко возрастает. Постепенно восстанавливается организационная структура промысла, вновь появляются «зухеры» – маклеры, занимающиеся торговлей женщинами9.

Сущностьновогоуголовногозаконодательства вобластиборьбы сорганизацией занятия проституцией четко выразил В. М. Броннер, заявивший: «Основное положение, из которого мы исходим при построении нашей работы, этото, что борьба с проституцией недолжна быть заменена борьбой с проституткой. Проститутки – это только жертвы или определенных условий, или тех мерзавцев, которые их в это дело втягивают»10.

В УК РСФСР 1922 г. содержалось две нормы, предусматривающие ответственностьв сфереорганизациизанятия проституцией: ст. 170«Принуждение из корыстных или иных личных видов к занятию проституцией, совершенное посредством физического или психического воздействия» и ст. 171 «Сводничество, содержание притонов разврата, а также вербовка женщин для проституции».

Новая редакция УК РСФСР 1926 г. заменила эти две статьи на одну, предусматривающую ответственность за «принуждение к занятию проституцией, сводничество,содержаниепритоновразврата, атакжевербовкуженщин для проституции». В отличие от ст. 170 УК РСФСР 1922 г. (ст. 155), диспозиция ст. 155 следующего УК РСФСР исключила упоминание о способе содеянного и усилила наказание за названные преступления.

9Малахов А. Указ. соч.

10Рабочая газета. 1924. 9 янв.

63

Статья 226 УК РСФСР 1960 г. предусматривала ответственность за содержание притонов разврата, сводничество с корыстной целью, а равно содержание притонов для потребления наркотиков либо содержание игорных притонов.

Вданнойстатьепреследованиеорганизованныхформ проституциибыло объединено с такими видами преступлений, как содержание притонов для потребления наркотиков либо содержание игорных притонов. Таким образом, тенденция, выражающаяся в объединении уголовно-правового регулирования организованной сексуальнойкоммерции, получила почтизаконченноевыражение:вУложении1903 г.былошестьстатей,вУК РСФСР1922 г. – две, в УК РСФСР 1926 г. – одна, в УК РСФСР 1960 г. – одна статья, в которой были объединены три разных преступления. В 1974 г. уголовное преследование за содержание притонов для потребления наркотиков было выделено в ст. 226/1 УК РСФСР, однако в ст. 226 УК РСФСР все еще оставалось в качестве объекта уголовной ответственности наряду с организованной проституцией содержание игорных притонов.

Входе реформы уголовного законодательства существенные изменения претерпела редакция состава преступления, предусматривающего ответственность за организацию занятия проституцией. Между тем запрет на данную деятельность законодателем сохранен и после принятия УК РФ

13 июня 1996 г.

Впервоначальной редакции УК РФ 1997 г. ст. 241 предусматривала ответственность лишь за организацию и содержание притонов для занятия проституцией11. А ответственность за деятельность поорганизации занятия проституцией в иных формах была законодателем упущена из внимания и введена лишь в 2003 г.

Взаключение следует отметить, что обращение к истории отечественного уголовного законодательства в области ответственности за организацию занятия проституцией позволяет утверждать, что настоящий Уголовный кодекс воплотил в себе правотворческий опыт, накопленный в предыдущие периоды российского уголовного законодательства, а его совершенствование необходимопроизводить с учетом сегодняшних реалий и исторического опыта. В связи с этим непосредственное обращение к историческому опыту позволяет прогнозировать возможные результаты провозглашаемых намерений.

11 Комментарий к уголовному кодексу Российской Федерации / под ред. Ю. И. Скуратова, В. М. Лебедева, М., 1996. С. 553.

64

Д. А. Мурин

(Омская академия МВД России)

ОТГРАНИЧЕНИЕПРИКОСНОВЕННОСТИКИМУЩЕСТВЕННЫМ

ПРЕСТУПЛЕНИЯМОТ СОУЧАСТИЯВ ПРЕСТУПЛЕНИИ

В теории уголовногоправа является признанным, что соучастник, в каком бы виде он не выступал: исполнителя, организатора, подстрекателя, пособника, обусловливает преступление. Когда мы говорим об уголовноправовойпричинесовершения преступлениявсоучастии, тоисходимизтого, что порождением совершенного соучастниками преступления становится их совокупная воля на совершение деяния. Основанием для признания совокупной воли участников уголовно-правовой причиной совершения преступления служит объединение воли участников на совершение преступлений до начала его осуществления либо в процессеегосовершения, нодо наступления соответствующего преступного результата.

Предварительная договоренность – это объективно-субъективный механизм объединения воли участников в совершении одного и того же преступления, которая может выражается нетолько в заранееобещанном укрывательстве имущественных преступлений, но и в заранее обещанном недонесении отакихпреступлениях, заранееобещанном попустительствесовершению преступлений против собственности. Все названные ситуации, исходя из их субъективно-объективного механизма, следует квалифицировать как соучастие в виде пособничества. В теории уголовного права по этому поводу нет единства мнений. Все исследователи соглашаются с уголовноправовой оценкой заранее обещанного укрывательства как пособничества. На этом стоят законодательнаяи судебная практики. Однакоприменительно к недонесению и попустительствуоценка в уголовно-правовой теории дается неоднозначная. Как известно, внастоящеевремя в УК РФ нет норм, устанавливающихответственность заназванныевиды прикосновенности кимущественным преступлениям. Не представлены они, в отличие от заранее обещанного укрывательства, и как разновидности пособничества в виде заранее обещанного недонесения и заранее обещанного попустительства.

Существует мнение о том, чтобы признавать заранее обещанное недонесение и заранее обещанное попустительство в качестве видов пособничества1. Интересное на этот счет суждение высказано А. В. Наумовым и А. Ф. Зелинским: «Если бы нас спросили, будет ли осужден за соучастие в преступлении тот, кто обещал заранее исполнителю не доносить о нем, мы могли бы ответить, что решение этого вопроса в значительной мере будет зависеть от того, каким учебником пользовался судья в юридическом ин-

1 Ковалёв М. И.Соучастие в преступлении : в 2 ч. Свердловск, 1962. Ч. 2. С. 120.

65

ституте»2. Многие ученые критически оценивают возможность отнесения к пособничествузаранее данное обещание о недонесении. Так, Б. Т. Разгильдиев полагает, что не следует относить к пособничествузаранееданноепреступнику обещание не доносить, потому что законодатель не назвал такой вид пособничества при раскрытии этого вида соучастия.

Любой вид пособничества направлен на укрепление решимости совершить задуманное преступление. Обеспечение будущего основного преступника информацией или заранее данное обещание не воспрепятствовать совершению преступления и ранее и ныне УК РФ рассматривается как пособничество. Названные виды пособничества не отличаются от заранее данного обещания не доносить о преступлении или попустительствовать его совершению. И первые, и вторые виды составляют интеллектуальные виды пособничества.Всеони укрепляютрешимостьлица на совершениепреступления. Оценка неменяетсяиот диспозиции, представленнойв ст. ст. 19, 881, 190 УКРСФСР, котораяпредусматривала ответственность за недонесениео достоверноизвестном готовящемся или совершенном преступлении. Вних законодатель предусмотрел в одной норме уголовную ответственность за недонесение готовящегося и совершенного преступления. По мнению Б. Т. Разгильдиева, недонесение о готовящемся преступлении можно рассматривать как заранее обещанное. Однако данный вывод неоснован на законе. Недонесение о готовящемся преступлении не всегда можно рассматривать как заранее обещанное недонесение. Оно будет таковым только тогда, когда недоноситель информирует об этом лицо, готовящееся совершить преступление, иесли втакойинформациилицо, готовящеесясовершитьпреступление, испытывает потребность. При отсутствии названных обстоятельств недонесение являлось прикосновенностью к преступлению.

Несколько иначе обосновывает невозможность отнесения заранее обещанного недонесения и заранее обещанного попустительства к соучастию А. П. Козлов. Он признает, чтопредставленныевиды укрепляют решимость другого лица совершить преступление. Вместе с тем он пишет, что «этот момент, не являясь господствующим, не создает пособничества, поскольку главным в немостается оказаниепомощи в совершениипреступления, а вот данной функции ни в недонесении, ни в попустительстве нет, и потому они не признаны пособничеством»3.

Действующее законодательство, как известно, относит к соучастию заранее обещанное укрывательство и заранее обещанное приобретение или сбыт имущества. Представленные виды пособничества непосредственно не оказывают помощи в совершении преступления. Тем не менее никто из уче-

2Зелинский А. Ф., НаумовА. В.Нужно решать // Сов. юстиция. 1969. № 12. С. 28.

3Козлов А. П. Соучастие, традиции и реальность. СПб., 2001. С. 148.

66

ных и практиков неоспариваютпозиции закона в рассматриваемой части и, как представляется, правильно. Потому что если мы признаем, что пособничество выражается тольков оказании непосредственной помощи в совершении преступления лицам, их осуществляющим, то вся законодательная конструкция пособничества ставится под сомнение. В теории признается, что суть пособничества выражается в укреплении решимости лица в совершении преступления4. Правы авторы одного из комментариев УК РФ, утверждая, что пособник – это «лицо, преступные действия (бездействие) которого находятся вне рамок преступления, осуществляемого исполнителем»5. Пособник содействует совершению конкретного преступления именно укреплением воли исполнителя или иного соучастника преступления на его совершение6.

Сказанное позволяет сформулировать вывод о том, что заранее данное обещание не информировать о готовящемся или совершенном преступлении точно так же, как и заранее данное обещание не воспрепятствовать совершению преступления, – это соучастие в виде пособничества. Указанные способы пособничества объективно общественно опасны, а будучи таковыми, их следует наделить свойством противоправности, что позволит осуществлять борьбу с ними посредством уголовного наказания.

Д. А. Федоров

(Омская академия МВД России)

РАЗМЕРХИЩЕНИЙВ ЗАРУБЕЖНОМУГОЛОВНОМ

ЗАКОНОДАТЕЛЬСТВЕ

При анализезарубежногоуголовногозаконодательства необходимоуделить внимание ведущим европейским странам, уголовные кодексы которых сегодня считаются одними из самых прогрессивных (например, УК Германии и Франции). Говоря о немецком уголовном законодательстве, следует отметить, что нормы, предусматривающиеответственность за хищения, содержатся в разделах: 19 «Кража и присвоение», 20 «Разбой и вымогательство», 22 «Мошенничество и злоупотребление доверием».

4Уголовное право. Общая часть / под ред. М. П. Журавлёва, А. И. Рарога. М., 1996. С. 92.

5Комментарий к уголовному кодексуРоссийской Федерации / под ред. А. И. Рарога. 3-е изд., перераб. и доп. М., 2005. С. 58.

6Абакаров З. А. Ответственность за подстрекательство к совершению преступления по российскому уголовному праву : автореф. дис. … канд. юрид. наук. Сара-

тов, 2006. С. 15.

67

Абзац1 § 243 «Особотяжкийслучайкражи» содержитследующиеотягчающие обстоятельства: п. 1 – «для совершения деяния вторгается в здание, служебное помещение или помещение предприятия или фирмы или другое закрытое помещение, незаконно проникает (с помощью поддельного ключа или другого инструмента, не предназначенного для отпирания замка обычным способом), или прячется в помещении»; п. 2 – «похищает вещь, которая особым образом защищена от изъятия в закрытом хранилище или с помощью других защитных приспособлений»1. Интересно, что немецкий законодатель не пошел по пути усиления ответственности за кражу на основе размера похищаемого имущества. Не берется за основу усиления ответственности данный признак и при описании отягчающих обстоятельств других форм и видов хищений. Параграф 250 устанавливает ответственность за разбой при отягчающих обстоятельствах, часть из которыххарактеризует способсовершенияпреступления, а непоследствия2. Строгость наказания в случаесовершения мошенничества групповым способом также зависит от того, с какой целью организовалась банда – «для постоянного совершения подделки документов или обмана» или для постоянного совершения наказуемых деяний, предусмотренных § 263–264 или § 267–269, но никак не от размера изымаемого имущества. Данный признак, столь значимый для отечественного уголовного законодательства

вчасти правовой регламентации хищений, не играет никакой роли для немецкого уголовного законодательства, стоящего на ортодоксальной позиции, согласно которой не важно, сколько изъято имущества, а важно, как оно изымалось.

Всоответствии со ст. 311-1 УК Франции «кражей является обманное изъятие вещи другого лица»3. Так, ст. 311-4 содержит отягчающие обстоятельства, характеризующие опять же способ совершения кражи, а не ее последствия: «п. 1. Если она совершена несколькими лицами, действующими

вкачестве исполнителей или соучастников, но не образующими организованную банду... п. 4. Если ей предшествуют, ее сопровождают или за ней следуют насильственные действия в отношении другого лица, не повлекшиеполной утратыеготрудоспособности...п. 6. Еслионасовершена втранспортном средстве, предназначенном для групповой перевозки пассажиров, или в месте, предназначенном для подхода к транспортному средству для групповой перевозки пассажиров». Законодатель в ст. 313-1 УК Франции детально описывает способы совершения мошенничества, состав которого

1 Уголовный кодекс Германии. СПб., 2003, С. 394–397.

2Жалинский А. Э. Современное немецкое уголовное право. М., 2006. С. 427–428.

3Уголовный кодекс Франции. СПб., 2001. С. 281–282.

68

такжене предполагает усиление ответственности на основе размера изымаемого имущества4.

ВУК Швеции ст. 4 главы 8 «О краже, разбое и других преступлениях, связанных с похищением имущества» определяет, в каких случаях кража будет считаться крупной, т. е. более тяжким преступлением, и предусматривает более строгое наказание за подобныедеяния, по сравнению сост. 1 УК Швеции, в виде тюремного заключения на срок не менее шести месяцев и не более шести лет. К таковым отягченным видам кражи шведский законодатель относит: 1) незаконное присвоение имущества после проникновения в помещение; 2) незаконное присвоениеимущества, которое потерпевший носил на себе5. Крайне важным при этом является тот факт, что в УК Швеции, в отличие от большинства законодательств Европы, предусматривается дифференциация ответственности за кражу в зависимости от размера похищаемого имущества, что, безусловно, сближает егов данной части с УК РФ.

Полагаем, что особый интерес представляют уголовно-правовые нормы за исследуемый вид хищения, предусмотренные в УК стран СНГ. Законодательство этих стран относительно сходно с российским, поскольку основано на положениях Модельного Уголовного кодекса для государств-уча- стников СНГ 1996 г.6 В УК Республики Казахстан и УК РФ отягчающие обстоятельства норм о хищениях, характеризующие последствия совершения данных преступлений, в целом совпадают. В статьях, регламентирующих различные формы хищений, казахский законодатель указал лишь на крупный размер (пп. «б» чч. 3 ст. ст. 175–177 УК РК и др.), вместе с тем особо крупныйразмертакжеизвестен данномунормативномуакту. Указанныйвид последствия активно используется в рамках преступлений экономической сферы, где извлечение дохода в особо крупном размере является вполне типичным признаком (пп. «б» чч. 2 ст. ст. 190, 191 УК РК и др.)7.

ВУК Кыргызской Республики нас интересует глава 21 «Преступления против собственности», входящая в раздел VIII «Преступления в сфереэкономики» Особенной части. Нормыданнойглавы устанавливаютответственность за следующие формы хищений: кражу (ст. 164), мошенничество (ст. 146), грабеж (ст. 167), разбой (ст. 168), вымогательство (ст. 170), присвоение, растрату (ст. 171). По аналогии с УК Республики Казахстан кыр-

4Уголовный кодекс Франции / науч. ред. Л. В. Головко, Н. Е. Крылова. СПб., 2002. С. 280–285, 288–292, 295, 301–302.

5Уголовный кодекс Швеции / под науч. ред. Н. Ф. Кузнецовой и С. С. Беляева ; пер. на рус. яз. С. С. Беляева. СПб., 2001. С. 66–72.

6Международные правовые акты государств-участников СНГ в области борьбы

спреступностью : сб. документов / под общ. ред. В. В. Черникова. М., 1999. С. 90.

7Уголовный кодекс Республики Казахстан. СПб., 2001. С. 137–138.

69

гызский законодатель в статьях, регламентирующих различные формы хищений, такжеотмечает лишькрупныйразмерзавладениячужимимуществом. Однако особо крупный размер также известен УК Республики Кыргызстан. Более того, указанный признак является составообразующим, создавая такое посягательство, как «Хищение, совершенное в особо крупном размере» (ст. 169 УК РК)8. В этом случае мы видим лишь иной способ технического оформлениянормы, регламентирующейответственностьза хищение, совершаемое в особо крупном размере, при сохранении в целом позиции по данному вопросу, которая характерна для отечественного УК.

Нормы, предусматривающие ответственность за интересующие нас преступные посягательства УК Украины, размещаются в разделе VI «Преступления против собственности» Особенной части. В этой главе установлена ответственность за следующие формы хищений: кражу (ст. 185), грабеж (ст. 186), разбой (ст. 187), вымогательство (ст. 189), мошенничество (ст. 190),присвоение, растрату(ст. 191).Части 4 и5 данных составовсодержат такое отягчающее обстоятельство, как совершение хищения в особо крупном размере, что обращает внимание на идентичность УК Украины в исследуемой части УК РФ.То жесамое можно сказатьи проУК Республики Беларусь, нормы о хищениях которого также не обходятся без ссылки на особо крупный размер их совершения и усиления ответственности на этой основе. Все чч. 4 ст. ст. 205–212 УК Республики Беларусь содержат указание на особо крупный размер хищения, что также выступает в качестве обстоятельства, оказывающего непосредственное влияние как на квалификацию содеянного, так и на размер назначаемого наказания9. Аналогична ситуация и в УК Армении, где среди квалифицирующих признаков своеместо занимает и особо крупный размер похищаемого имущества (ст. ст. 175–179 УК Республики Армения)10.

Основу действующего уголовного законодательства Республики Узбекистан составляет Уголовный кодекс, вступивший в силу с 1 апреля 1995 г. Раздел III Особенной части УК Республики Узбекистан «Преступления в сфереэкономики» включаетв себя главу X «Хищениечужого имущества»11. В статье 169 дается законодательное определение кражи как тайного хищения чужого имущества, усиление ответственности за которую происходит в том числе и за размер похищаемого имущества12. Особо крупный размер

8Уголовный кодекс Республики Кыргызстан. СПб., 2001. С. 122.

9Уголовный кодекс Республики Беларусь. СПб., 2001. С. 95.

10Уголовный кодекс Республики Армения. СПб., 2001. С. 90.

11Уголовный кодекс Республики Узбекистан. СПб., 2001. С. 193.

12Уголовное право Республики Узбекистан. Особенная часть : учебник для вузов / под ред. М. Х. Рустамбаева. Ташкент, 2002. С. 220–221.

70