Политология. Часть II. Хрестоматия

между противниками, часто играет стабилизирующую и интегративную роль. Позволяя­ четкое и ясное выражение противоречащих требований,этисоциальныесистемыполучаютвозможностьусовершенствовать свою структуру путем исключения источников трений. Множественныеконфликты,которыеони(этисистемы)испытывают­ , помогают им избавиться от источников внутреннего антагонизма и добитьсясплоченности.Этисистемыснабжаютсебя,путеминституционализации конфликта, важным стабилизирующим механизмом. Я специально­ сделал упор на позитивных функциях конфликта и привел их исчерпывающий список, поскольку конфликт часто рассматривается как зло, как будто это обязательно психопатология, социальный беспорядок или война. Тем не менее очевидно, что люди стремятсякконфликту,участвуявспортивныхсостязаниях,посещая театры,читаяроманы,вступаявинтимныеотношенияилизанимаясь­ интеллектуальной­ деятельностью. К счастью, никому не грозит перспективабесконфликтногосуществования.Конфликтынемогутбыть ниполностьюисключены,нидажеподавленынадолго.

Некоторыеопределения.Здесьбудетполезнодатьопределения некоторым ключевым терминам, используемым в тексте. Конфликт возникаетпристолкновениинесовместимыхдействий.Несовместимыедействиямогутвозникнутьуиндивида,вгруппе,внации;такие конфликты называются внутри личностными, внутри групповыми или внутринациональными. Они могут также возникать между двумя или более персонами, группами или нациями; такие конфликты называютсямежличностными,межгрупповымиилимеждународными. Несовместимым называется действие, которое предотвращает­ , мешает, вмешивается или каким-либо иным образом делает менее вероятным или менее эффективным другое действие. Термины соперничество и конфликт зачастую используются как синонимы, что неверно. Хотя соперничество приводит к конфликту, не все стадии конфликта могут быть названы соперничеством. Соперничест­ во подразумевает противоположность целей участвующих сторон, причем с увеличением шансов одной из сторон на достижение цели уменьшаютсяшансыдругой.Вконфликте,развившемсяизсоперничества, несовместимые действия проистекают из несовместимости

121

целей. Тем не менее, конфликт может возникнуть и при отсутствии явной противоположности целей.

Печатается по: Дойч М. Разрешение конфликта (Конструктивные и деструктивные процессы) // Социально-политический журнал. – 1997. – № 1. – С. 202–212.

Вопросы к тексту:

1.Что может влиять на ход любого конфликта?

2.В чём состоят положительные функции конфликта?

С. Хантингтон. Столкновение цивилизаций?

Модель грядущего конфликта

Яполагаю,чтовнарождающемсямиреосновнымисточником конфликтов будет уже не идеология и не экономика. Важнейшие границы, разделяющие человечество, и преобладающие источники конфликтов будут определяться культурой. Нация-государство останется главным действующим лицом в международных делах, но наиболее значимые конфликты глобальной политики будут разворачиваться между нациями и группами, принадлежащими к разным цивилизациям. Столкновение цивилизаций станет доминирующим фактором мировой политики.

Грядущий конфликт между цивилизациями — завершающая фаза эволюции глобальных конфликтов в современном мире. На протяжении полутора веков после Вестфальского мира, оформившегосовременнуюмеждународнуюсистему,взападномареа­ ле конфликты разворачивались главным образом между государями — королями, императорами, абсолютными и конституционными монархами, стремившимися расширить свой бюрократический аппарат, увеличить армии, укрепить экономическую мощь, а главное — присоединить новые земли к своим владениям. Этот процесс породил нации-государства, и, начиная с Великой Французскойреволюции, основныелинииконфликтов сталипролегать не столько между правителями, сколько между нациями.

122

На этом новом этапе народы и правительства незападных цивилизаций уже не выступают как объекты истории — мишень западной колониальной политики, а наряду с Западом начинают сами двигать и творить историю.

Почему неизбежно столкновение цивилизаций?

Идентичностьнауровнецивилизациибудетстановитьсявсеболееважной,иобликмирабудетвзначительноймереформироваться в ходе взаимодействия семи-восьми крупных цивилизаций. К ним относятся западная, конфуцианская, японская, исламская, индуистская, православно-славянская, латиноамериканская и, возможно, африканская цивилизации. Самые значительные конфликты будущего развернутся вдоль линий разлома между цивилизациями. Почему? Во-первых, различия между цивилизациями не просто реальны. Они — наиболее существенны. Цивилизации несхожи по своей истории, языку, культуре, традициям и, что самое важное, — религии. Люди разных цивилизаций по-разному смотрят на отношения между Богом и человеком, индивидом и группой, гражданином и государством, родителями и детьми, мужем и женой, имеют разные представления о соотносительной значимости прав и обязанностей, свободы и принуждения, равенства и иерархии.

Во-вторых,мирстановитсяболеетесным.Взаимодействиемеж- дународамиразныхцивилизацийусиливается.Этоведеткростуцивилизационного самосознания, к углублению понимания различий между цивилизациями и общности в рамках цивилизации.

В-третьих,процессыэкономическоймодернизацииисоциаль­ ных изменений во всем мире размывают традиционную идентификациюлюдей с местомжительства,одновременноослабевает и роль нации-государства как источника идентификации.

В-четвертых, рост цивилизационного самосознания диктуется раздвоением роли Запада. С одной стороны, Запад находится на вершине своего могущества, а с другой, и возможно как раз поэтому, среди незападных цивилизаций происходит возврат к собственным корням. Все чаще приходится слышать о «возврате в Азию» Японии, о конце влияния идей Неру и «индуизации»

123

Индии, о провале западных идей социализма и национализма к «реисламизации­ » Ближнего Востока, а в последнее время и споры о вестернизации или же русификации страны Бориса Ельцина.

В-пятых, культурные особенности и различия менее подвержены изменениям, чем экономические и политические, и вследствие этого их сложнее разрешить либо свести к компромиссу. В бывшем Советском Союзе коммунисты могут стать демократами, богатые превратиться в бедных, а бедняки — в богачей, но русские при всем желании не смогут стать эстонцами, а азербайджанцы — армянами.

И, наконец, усиливается экономический регионализм. Определяя собственную идентичность в этнических или рели-

гиозных терминах, люди склонны рассматривать отношения между собой и людьми другой этнической принадлежности и конфессии как отношения «мы» и «они». Конец идеологизированных государств в Восточной Европе и на территории бывшего СССР позволил выдвинуться на передний план традиционным формам этнической идентичности и противоречий. Различия в культуре и религии порождаютразногласияпоширокомукругуполитическихвопросов, будь то права человека или эмиграция, коммерция или экология.

Таким образом, конфликт цивилизаций разворачивается на двух уровнях. На микроуровне группы, обитающие вдоль линий разлома между цивилизациями, ведут борьбу, зачастую кровопролитную, за земли и власть друг над другом. На макроуровне страны, относящиеся к разным цивилизациям, соперничают из-за влияния в воен­ ной и экономической сфере, борются за контроль над международными организациями и третьими странами, стараясь утвердить собственные политические и религиозные ценности.

Выводы для запада

В данной статье отнюдь не утверждается, что цивилизационная идентичность заменит все другие формы идентичности, что нации-государства исчезнут, каждая цивилизация станет политическиединойицелостной,аконфликтыиборьбамеждуразличными группами внутри цивилизаций прекратятся. Я лишь выдвигаю гипотезу о том, что 1) противоречия между цивилизациями важны

124

иреальны; 2) цивилизационное самосознание возрастает; 3) конфликт между цивилизациями придет на смену идеологическим

идругим формам конфликтов в качестве преобладающей формы глобального конфликта; 4) международные отношения, исторически являвшиеся игрой в рамках западной цивилизации, будут все больше девестернизироваться и превращаться в игру, где незападные цивилизации станут выступать не как пассивные объекты, а как активные действующие лица; 5) эффективные международные институты в области политики, экономики и безопасности будут складываться скорее внутри цивилизаций, чем между ними;

6)конфликты между группами, относящимися к разным цивилизациям, будут более частыми, затяжными и кровопролитными, чем конфликты внутри одной цивилизации; 7) вооруженные конфликты между группами, принадлежащими к разным цивилизациям, станут наиболее вероятным и опасным источником напряженности, потенциальным источником мировых войн; 8) главными осями международной политики станут отношения между Западом и остальным миром; 9) политические элиты некоторых расколотых незападных стран постараются включить их в число западных, но в большинстве случаев им придется столкнуться с серьезными препятствиями; 10) в ближайшем будущем основным очагом конфликтов будут взаимоотношения между Западом и рядом ислам- ско-конфуцианских стран.

Вобозримом будущем не сложится единой универсальной цивилизации. Напротив, мир будет состоять из непохожих друг на друга цивилизаций, и каждой из них придется учиться сосуществовать­ со всеми остальными.

Печатается по: Хантингтон С. Столкновение цивилизаций. – М.:

Прогресс. 2004. – 167 с.

Вопросы к тексту:

1.Почему С. Хантингтон считает, что в современном мире начинается конфликт меду цивилизациями?

2.Как он предлагает преодолеть этот конфликт?

125

Раздел XI. Политическая культура

Вполитическую науку понятие «политическая культура» было введеноамериканскимполитологомГабриелемАлмондом.Разрабатывая модель политической системы, Алмонд выделил не только ее формальную структуру, но и субъективную ориентацию на политическуюсистему.Последняяибыланазванаполитическойкультурой.

Вначале1960-хгг.Г.АлмондсовместносС.Вербойопубликова- ли монографию «Гражданская культура». Указанная работа была написана на основе материалов, полученных в результате сравнительных исследований политических культур США, Великобритании, Германии, Италии и Мексики. В представленном отрывке речь идет

оспецифическом типе политической культуры — гражданской культуре. Данный тип политической культуры носит смешанный характер,соединяявсебеориентациигражданнаактивноеучастиевполитикеилояльностьквласти.Именноналичиемгражданскойкультуры объясняют американские политологи стабильность и устойчивость демократии.Однимизнаиболееинтересныхизаметныхвполитической науке является исследование Р. Инглхарта, американского политолога,рассматривающегопереходотматериалистическихкпостматериальным ценностям. Причинами этого он считает как утверждение ощущения социальной безопасности в постиндустриальном обществе, так и межгенерационные сдвиги. В качестве детерминанты постматериальных ценностей выступает демократия. Американский исследовательС.М.Липсет показываетроль религиозныхценностей

вполитическойкультуреразличныхгосударств.

Г. Алмонд, С. Верба. Гражданская культура и стабильность демократии

Гражданская культура — это смешанная политическая культура. В ее рамках многие граждане могут быть активными в политике, однако многие другие играют более пассивную роль под-

126

данных. Еще более важным является тот факт, что даже у тех, кто активно исполняет гражданскую роль, качества подданных и прихожан не полностью вытеснены. Роль участника просто добав­ ляется к таким двум ролям. Это означает, что активный гражданин сохраняет свои традиционалистские, неполитические связи, равно какисвоюболеепассивнуюрольподданного.Конечно,рациональ- но-активистская модель отнюдь не предполагает, что ориентации участника заменяют собой ориентации подданного и прихожанина, однако поскольку наличие двух последних типов ориентации четко не оговаривается, получается, что они не имеют отношения к демократической политической культуре.

Политическая деятельность представляет собой лишь часть интересовгражданина,причем,какправило,неоченьважнуюихчасть. Сохранение других ориентации ограничивает степень его включенностивполитическуюдеятельностьиудерживаетполитикувнадлежащих рамках. Более того, ориентации прихожанина и подданного не просто сосуществуют с ориентациями участника, они пронизывают и видоизменяют их. Но хотя полностью активистская политическая культура скорее всего является лишь утопическим идеалом, должныбытьидругие,болеезначимыепричинытого,почемувнаиболее процветающих демократиях существует сложно переплетенная, смешанная гражданская культура. Такая культура, которая иногдавключаетв себяявнонесовместимыеполитическиеориентации, кажетсянаиболеесоответствующейпотребностямдемократических политических систем, поскольку они также представляют собой переплетение противоречий...

Гражданин, существующий в рамках гражданской культуры, располагает, таким образом, резервом влиятельности. Он не включен в политику постоянно, не следит активно за поведением лиц, принимающих решения в данной сфере. Гражданин не является постоянным участником политического процесса. Он редко активен в политических группах. Но он считает, что в случае необходимости может мобилизовать свое обычное социальное окружение в политических целях. Его нельзя назвать активным гражданином. Он потенциально активный гражданин.

127

Живявгражданскойкультуре,обычныйчеловеквбольшей,чем винойситуации,степенисклоненподдержатьнавысокомипостоян­ ном уровне политические связи, входить в какую-то организацию и участвовать в неформальных политических дискуссиях.

То, что политика имеет относительно небольшое значение для граждан, составляет важнейшую часть механизма, с помощью которого система противоречивых политических позиций сдерживает политические элиты, не ограничивая их настолько, чтобы лишить эффективности. Если встает вопрос, который воспринимается ими как важный, или рождается глубокая неудовлетворенность правительством, у индивида возникает побуждение задуматься над этой темой. Соответственно усиливается давление, толкающее его к преодолению­ непоследовательности, т.е. к взаимной гармонизациипозицийиповедениявсоответствииснормамиивосприятиями, т.е. переход к политической активности.

Такимобразом,врамкахгражданскойкультурыиндивиднеобязательно бывает рациональным, активным гражданином. Тип его активности — более смешанный и смягченный. Это позволяет индивиду совмещать определенную долю компетентности, включенности и активности с пассивностью и невключенностью.

...Значение социального доверия и сотрудничества как компонента гражданской культуры невозможно переоценить. В определенном смысле они являются тем основным резервуаром, из которого демократическое устройство черпает свою способность функционировать. Социальное доверие способствует политическому сотрудничеству граждан этих стран, а без данного сотрудничества демократическая политика невозможна. Такое доверие, вероятно, составляет и часть взаимоотношений между гражданами и политическими элитами. Ранее мы говорили, что для демократии необходимо поддержание власти элит. Теперь мы хотим добавить, что чувство доверия по отношению к политической элите, вера в то, что она представляет собой не враждебную и внешнюю силу, а часть того же самого политического сообщест­ ва, заставляет граждан стремиться передать ей власть.

128

Все вышесказанное подводит нас к пониманию того, что в демократической системе должен поддерживаться еще один баланс — между согласием и разногласием. Баланс между согла­ сием и разногласием поддерживается в гражданской культуре при помощи механизма, аналогичного тому, который обеспечивает баланс между активностью и пассивностью, а именно: с помощью несоответствия между нормами и поведением... Баланс, о котором идет речь, должен поддерживаться не только на уровне граждан, но и на уровне элит. <...> Так, например, сложные формальные и неформальные правила этикета в законодательных органах США и Великобритании поощряют и даже требуют дружеских отношений (или хотя бы дружелюбных слов) между сторонниками находящихся в оппозиции друг к другу партий.

Суммируя, можно сказать, что наиболее поразительной чертойгражданскойкультуры,каконаописанавэтойкниге,является ее разнородный характер. Во-первых, она является смешением ориентации прихожанина, подданного и гражданина. Ориен-

тация прихожанина на первичные взаимоотношения, пассивная политическая позиция подданного, активность гражданина — все это слилось в гражданской культуре. Смешение позиций, характерное для гражданской культуры, полностью «подходит» для демократической политической системы.

Источники гражданской культуры

Целесообразно посмотреть, как гражданская культура передается от поколения к поколению. Первое, что можно отметить в данной связи, это то, что ей не учат в сколько-нибудь прямом смысле слова в школах. Гражданское обучение в США делает упор на тот тип поведения, который ближе к рационально-активистской модели, чем кгражданскойкультуре.ВВеликобритании,политическаякультура, которая также весьма приближена к гражданской культуре, мы почтиненаблюдаемвыраженныхпопытокпривитьдетямсистемунорм поведения, ассоциирующихся с гражданской культурой, или ту, ко- тораявыраженаврационально-активистскоймодели.Тампрактиче-

129

ски нет четко сформулированной теории относительно того, что же такое «хороший британский подданный» и как готовить детей к выполнению роли гражданина. Это не означает, что непосредственное обучение в школе не играет никакой роли в выработке гражданской культуры. Речь идет скорее о том, что его роль второстепенна. Неудивительно,чтогражданскаякультуранепередаетсяисключительно путем прямого обучения ей.

Как же тогда гражданская культура передается от поколения к поколению?

Гражданская культура передается в ходе сложного процесса, которыйвключаетвсебяобучениевомногихсоциальныхинститу- тах—всемье,группесверстников,школе,нарабочемместе,равно ивполитическойсистемекактаковой.Индивидыприобретаютполитические ориентации путем направленного обучения — например на специальных уроках основ гражданственности; но они также обучаются, сталкиваясь с политическим опытом, который вовсе не рассчитан на то, чтобы на нем учились, — например, ребенок слышит, как его родители обсуждают политические вопросы или наблюдает за деятельностью субъектов политической системы.

...Гражданская культура — это политическая культура умеренности. Она предполагает знакомство с вопросами политики, однако подобные вопросы не являются предметом наибольшего внимания со стороны обычного человека; она подразумевает включенность в политику, однако уровень этой включенности не очень высок...Чтобы могла возникнуть гражданская культура, развитие политической демократии, сопровождающееся расширением возможностей участия обычного человека в политическом процессе принятия решений, не должно полностью разрушать подданические ориентации. Новый путь принятия политических решений — через участие граждан — не столько подменяет старый способ осуществления процесса управления, сколько дополняет его. Таким образом, может быть создана та смесь активности и пассивности, которая характеризует гражданскую культуру.

130