Пенсионный возраст актуарно-статистическое обоснование. Монография

Что касается численности иных лиц трудоспособного возраста, составлявшей в 2015 г. 9,6 млн. чел., то по ним и у ПФР, и у Росстата отсутствует информация об осуществлении какой-либо деятельности, с одной стороны, и о наличии инвалидности или состояний, препятствующих ее осуществлению — с другой. Таким образом, резерв увеличения занятости в сумме составит: 9,6+4,3=13,9 млн. чел. Вовлечение 100% данной численности в официальную трудовую деятельность, подлежащую ОПС, позволит увеличить численность плательщиков взносов на 22%, их суммарная численность составит 77,6 млн. чел. в условиях 2015 г., а соотношение с численностью получателей страховых пенсий возрастет до 1,96 (вплотную приблизившись к минимальной границе 2:1). В финансовом отношении столь значительное увеличение численности плательщиков могло бы принести в бюджет ПФР дополнительные доходы в объеме от 226 до 1290 млрд. руб. в зависимости от того будут ли взносы взиматься, как с самозанятых, с МРОТ, или как с работающих по найму.

Ситуация с пенсионными правами незанятых застрахованных лиц трудоспособного возраста крайне негативна грозит им неприобретением права на страховую пенсию, что снизит расходы ПФР а страховые пенсии, но увеличит расходы федерального бюджета на социальные пенсии и социальные доплаты до ПМП.

Среди лиц в возрасте 25—54(ж)/59(м) лет 26,6% вообще не имеют страхового стажа, еще у 41,5% стаж не превышает 4 лет, причем 20% уже пересекли рубеж 35— летия и приближаются к предпенсионному возрасту. Еще 20% незанятых застрахованных лиц (не являющихся пенсионерами) в возрасте 25—54(ж)/59(м) лет (в том числе 14,6% старше 35 лет) имеют страховой стаж 5 — 14 лет.

Оставшиеся нерассмотренными финансовые элементы формулы (1) представляют собой размеры заработной платы и пенсии и определяющие их показатели, перечень которых определен выше. Рассмотрим основные из них.

Основным ограничителем формирования достойного размера пенсий и финансовых ресурсов доходной части

81

бюджета ПФР являются низкие размеры зарплаты и недопустимо высокая дифференциация работников по ее уровню, хотя и сократившаяся по сравнению с началом века.

Средний размер номинально начисленной заработной платы в 2016 г. составил 36,7 тыс. руб. По сравнению с 2000 г. он вырос в 16,5 раза, в реальном выражении рост был значительно ниже — 3,8 раза. Фонд заработной платы за этот же период увеличился меньше в связи с постоянным снижением численности работающих по найму — в 14,3 раза. Поскольку номинальная величина ВВП выросла по сравнению с 2000 г. в 11,8 раза (реальный рост ВВП составил 69,7%) доля фонда заработной платы в ВВП увеличилась с 18,7% в 2000 г. до 22,8% в 2016 г. И хотя темпы роста заработной платы превышают общий рост экономики, объем фонда заработной платы остается по-прежнему значительно ниже, чем в развитых западных странах, несмотря на то, что в 2010 г. его доля в ВВП достигала с максимума в новейшей российской истории — 27,3%. Если бы сокращения численности наемных работников не происходило и она сохранялась на уровне 2002 г. — 50,6 млн. чел. (тем более что для этого существуют значительные резервы человеческих ресурсов), то при сложившихся темпах роста средней заработной платы в экономике величина фонда заработной платы составила бы в 2016 г. не 19,6 трлн. руб., а на 3,1 трлн. руб. выше 22.7 трлн. руб., что принесло бы дополнительные поступления страховых взносов в бюджет ПФР на сумму 682 млрд. руб. (при условии, что взносы начисляются на всю сумму фонда).

За 16 лет (по сравнению с 2001 г.) благодаря опережающему росту заработной платы по сравнению к ПМТ соотношение этих показателей возросло со 189% до 351%. Однако период 2014—2016 гг. характеризуется уменьшением данного соотношения: с максимума за весь рассматриваемый период, достигнутого в 2013 г. 377% до названных 351% в прошлом. Опережающий рост зарплаты мог бы благоприятно сказаться на пенсионных правах застрахованных лиц (в части сумм начисленных страховых

82

взносов), обеспечивая поддержание и достойного соотношения будущих пенсий с ПМП и коэффициента замещения, если бы предусмотренная законодательством индексация пенсионных прав соответствовала его темпам, а не отставала от них, как это происходило в большинстве лет рассматриваемого периода.

Так, на временном горизонте 2002—2016 гг. (в период реализации пенсионной реформы) темпы инфляции составили 4,17 раза, темпы роста ПМТ были выше в 1,56 раза и составили 6,51 раза, средняя зарплата в экономике росла еще более высокими темпами — 11,36 раза (обогнав в 1,74 раза рост ПМТ и в 2,72 раза — инфляцию). Пенсионные права застрахованных лиц (это расчетный пенсионный капитал и формируемые после 2014 г. ИПК) в этот же период были увеличены в 7,16 раза — это лишь на 10% выше, чем рост ПМТ и практически в одном темпе с ростом ПМП (7,16 раза против 7,06 раза), то ниже темпов роста средней зарплаты в экономике в 1,59 раза (таблица 20).

Таким образом, темпы индексации пенсионных прав по страховой пенсии защищают их от обесценивания, но обеспечивают их рост только на уровне темпов роста ПМП, с отставанием от роста зарплаты более чем в полтора раза за прошедший период.

Однако даже при адекватных росту зарплаты темпах индексации пенсионных прав возможности формирования их в достойном размере для большинства работающего населения были крайне ограничены в течение всего рассматриваемого периода. В 2002 г., по данным Росстата, на 20% высокооплачиваемых работников приходилось 53% фонда заработной платы, а на 20% самых низкооплачиваемых — всего 3,7%. По данным за апрель 2017 г., 20% низкооплачиваемых располагают 5,8% фонда заработной платы (рост на 2,1 пп.), а 20% высокооплачиваемых — 48% (снижение на 5 пп.), причем на долю 10% наиболее высокооплачиваемых работников приходится 28,9% фонда.

83

Источник: расчеты авторов по [49]

Половина наемных работников получала в апреле 2017 г. зарплату не выше 25 тыс. руб., что составляет 64% от средней в экономике (10 лет назад этот показатель был менее 70% средней зарплаты). У 8% работников зарплата не достигает величины ПМТ. 93,5% работников получают зарплату, не превышающую потолок, установленный для взимания взносов. Соответственно, для тех 6,5% работников, у которых заработная плата выше потолка, пенсионные права с суммы превышения формироваться не будут.

Подавляющее большинство работников не могут в силу сложившейся дифференциации зарплат сформировать достойную пенсию. Для зарабатывания пенсии на уровне ПМП самым низкооплачиваемым работникам из группы, в которой средняя зарплата составляет 16% от средней в экономике (размер группы 1,8%), необходимо работать 125 лет, в то время как для работников с зарплатой, составляющей треть средней в экономике, необходимый стаж уплаты взносов для зарабатывания пенсии в размере составит 54 года [50—51]. При зарплате, равной медианной, продолжительность периода уплаты взносов должна составить 25 лет, чтобы заработать пенсию в размере ПМП, 50 лет — для пенсии в размере 2ПМП и 75 лет — для пенсии, равной 3ПМП (при условии, что весь тариф 26% направляется на формирование пенсии в распределительном компоненте системы ОПС; при меньшем тарифе, учитываемом в правах, продолжительность стажа должна быть еще выше) [52].

В долгосрочной перспективе согласно прогнозу Минэкономразвития России [53,54] темпы роста среднемесячной заработной платы по сравнению с 2017 г. составят 2,17 раза, темпы инфляции — 1,73 раза, т. е. рост средней зарплаты будет опережать инфляцию в 1,25 раза. В 2050 г., по оценкам, рост средней зарплаты опередит инфляцию в 1,6 раза, составив 5,98 раза (к уровню 2017 г.) против темпа инфляции, равного 3,79 раза. ПМП вырастет соответственно в 1,81 и 4,81 раза, т. е. его рост будет опережать темпы инфляции на 4,7% (накопленным итогом в 2030 г.) и на 27% — в 2050 году. За этот же период

85

накопится отставание от роста средней номинально начисленной заработной платы в экономике на 19,6% и 24,4% соответственно в 2030 и 2050 годах (накопленным итогом по отношению к базовому 2017 году).

Если пенсионные права застрахованных лиц будут продолжать индексироваться по темпам, сходным с темпами роста ПМП, то отставание объемов накопленных пенсионных прав от заработной платы будет усугубляться, что понижающим образом будет действовать на возможности формирования индивидуального коэффициента замещения будущих пенсий.

В настоящее время (на 01.07.2017):

средний размер страховой пенсии составляет 13237 руб., что выше уровня 2002 года в 8,9 раза (в 2002 г. — 1482 руб.);

средний размер страховой пенсии по старости — 13694 руб. или в 8,6 раза выше уровня 2002 г. (в 2002 г. — 1590 руб.).

Единственным измерителем бедности в Российской Федерации, закрепленным на законодательном уровне, является прожиточный минимум. На конец 2002 г. средний размер трудовой пенсии составлял 107,5% ПМП, пенсий по старости — 115,3%. К концу 2006 г. их уровень даже снизился: 106,0% и 113,5% ПМП соответственно.

Максимальные значения соотношения средних размеров трудовых пенсий с ПМП были достигнуты в 2012 г. — 183,6% (по старости — 191%), но удержать достигнутый уровень не удалось, в том числе из-за начавшегося экономического кризиса. К середине 2017 г. значение соотношения снизилось до 155,6%, а у получателей пенсий по старости — до 161,0%.

Другой вид бедности — относительная — подразумевающая невозможность поддерживать стандарт жизни, принятый в обществе, не имеет законодательно закрепленных измерителей и, соответственно, официальных статистических показателей. Для оценки уровня относительной бедности пенсионеров — доходов от пенсии

86

в сравнении с доходами от зарплаты ныне работающего населения — используют солидарный коэффициент замещения, рассчитываемый как отношение среднего размера пенсии по стране к среднемесячной заработной плате в экономике.

После продолжительного периода снижения в 2010 г. в результате мер по валоризации пенсионных прав, заработанных в советский период, соотношение среднего размера трудовой пенсии и средней номинально начисленной заработной платы в стране достигло своего максимума — 37,3% и 39% трудовой пенсии по старости. В последующие годы тенденция его постепенного снижения возобновилась. К середине 2017 г. значения коэффициента замещения среднего размера страховой пенсии и пенсии по старости составили соответственно 34,2% и 35,4%.

В долгосрочной перспективе при развитии пенсионной системы в рамках действующего законодательства индексация страховых пенсий будет осуществляться темпами, соответствующими темпам инфляции, вплоть до 2030 г., с которого появится возможность увеличивать стоимость балла более высокими темпами. В результате коэффициент индексации страховой пенсии составит за период 2017—2030 гг. — 1,76 (инфляция за этот же период — 1,73, рост ПМП — 1,81 раза, рост средней зарплаты — 2,17). За период 2017—2050 гг. указанные коэффициенты составят соответственно — 4,07 (рост пенсий), 3,79 (ИПЦ), 4,81 (рост ПМП) и 5,98 (рост средней зарплаты). Таким образом, рост пенсий за счет увеличения стоимости баллов будет отставать не только от роста средней зарплаты в экономике, что будет понижающим образом сказываться на соотношении пенсий и средней зарплаты (т. е. и на индивидуальном, и на солидарном коэффициентах замещения), но и от роста ПМП, что, в свою очередь, приведет к уменьшению соотношения страховых пенсий всех видов с ПМП. Понижать средние размеры пенсии и их соотношении со средней зарплатой в экономике и ПМП будут также введенные с 2016 г. ограничения на индексацию пенсий работающим пенсионерам.

87

В результате соотношение среднего размера страховой пенсии с ПМП снизится, по прогнозам, с ожидаемых 161% в 2017 г. до 144% в 2030 г. и до 134% в 2050 году. Соотношение страховой пенсии по старости с ПМП будет выше на 5 процентных пунктов в 2030 г. (149%) и на 3 пункта в 2050 г. (137%).

Солидарный коэффициент замещения составит для страховых пенсий и пенсий по старости соответственно в 2030 г. 26,8% и 27,7%, а в 2050 г. — и 23,9% и 24,4%, снизившись от уровня 2017 года на 7,1 и 7,4 пп. в 2030 г. и на 10,1 и 10,7 пункта в 2050 году.

В качестве основного финансового резерва увеличения поступления страховых взносов в доходную бюджета ПФР по страховой пенсии с целью повышения темпов индексации назначенных пенсий может и должна рассматриваться, в первую очередь, скрытая оплата труда. Номинальный объем скрытой оплаты труда вырос в 2016 г. по сравнению с 2002 г. в 7,9 раза и составил 50,2% т величины официального фонда заработной платы. В 2002 г. его соотношение с фондом было существенно ниже — 47,2%. Доля скрытой оплаты труда в ВВП неуклонно росла вплоть до 2009 г., достигнув 14,9% ВВП и 54,6% от фонда заработной платы. Самые высокие соотношения скрытой оплаты труда с официальным фондом заработной платы — свыше 56% — имели место в 2006 г. (56,2%), 2010 г. (56,5%) и 2014 г. (56,9%). Однако самое высокое значение данного соотношения — 59,3% имело место в 2000 г. Темпы роста скрытой оплаты труда, как правило, превышали темпы роста фонда заработной платы (но в отличие от последних, у скрытой оплаты труда были годы снижения — 2011 и 2014 гг. — за счет которых темпы роста скрытой оплаты труда к уровню 2000 г. оказались ниже, чем фонда заработной платы — 12,1 раза против 14,3 раза.

Попытки борьбы со скрытой оплатой труда путем снижения ставки налогов (взносов), как показал опыт прошлых лет, не дали ожидаемого эффекта в части расширения базы исчисления взносов и легализации неформальных трудовых отношений. Наоборот, после уменьшения в 2005 году на 8 пп. ставки ЕСН доля скрытой оплаты

88

труда в ВВП возросла до 12,82% в 2006 г. и 13,38% в 2007 г. против 11,72% в 2004 г., а соотношение скрытой оплаты труда с официальным фондом заработной платы увеличилось в 2006 г. до 56,2% против 50,2% в 2004 году. Более того, рост скрытой оплаты труда сопровождался снижением численности официально занятых наемных работников, которая, по данным Росстата, сократилась за два года на миллион — с 49,2 млн. чел. (2004 г.) до 48,1 млн. чел. (2006 г.).

Поэтому предлагаемые в качестве одного из путей решения финансовых проблем ПФР Минфином России меры по так называемому налоговому маневру или ТПП России [55] — по объединению страховых взносов с налогом на доходы физических лиц, — предусматривающие одновременное снижение ставки новых налогов (в части, относящейся ко взносам в государственные внебюджетные фонды и, в частности, в ПФР), едва ли приведут к легализации скрытой оплаты труда и выходу неформально занятых работников из тени. Для легализации скрытой оплаты труда, перехода неформально занятых работников к официальной занятости необходима реализация серьезного комплекса мер, предусматривающего ужесточение фискального контроля, понуждение работодателей к формализации трудовых отношений с работниками, противодействие обналичиванию «серой» зарплаты и т. п.

1.3. Пенсионный возраст как условие реализации целевых ориентиров развития пенсионной системы России

Целевые ориентиры Стратегии [6] представляют собой количественную, но чаще качественную меру достижения поставленных целей и отражают результаты, которые должны быть достигнуты в ходе ее реализации. Не все целевые ориентиры Стратегии относятся к распределительному компоненту системы ОПС и не все из них могут быть достигнуты через повышение пенсионного возраста.

89

В Стратегии в качестве целей развития пенсионной системы определены: гарантирование социально приемлемого уровня пенсионного обеспечения; обеспечение сбалансированности и долгосрочной финансовой устойчивости пенсионной системы.

Целевые ориентиры, подтверждающие достижение заявленных целей, содержатся в перечне задач, но только две из них имеют количественное измерение:

обеспечение коэффициента замещения трудовой пенсией по старости до 40 процентов утраченного заработка при нормативном страховом стаже и средней заработной плате;

обеспечение среднего размера трудовой пенсии по старости не менее 2,5—3 прожиточных минимумов пенсионера.

Эти же значения отражены в разделе «Ожидаемые результаты».

Названные ориентиры относятся исключительно к системе ОПС, не затрагивая другие сегменты пенсионной системы, но их необходимые значения сформулированы в отношении трудовых пенсий, которые в настоящее время трансформированы в страховую и накопительную пенсии, поэтому и при оценке возможности их достижения должны учитываться обе пенсии.

Изменение пенсионного возраста в большей степени повлияет на распределительный компонент системы ОПС, т. к. при его повышении снизится соотношение численности пенсионеров и плательщиков взносов, что повлияет на объемы ИПК и величину СПК.

В качестве результатов реализации Стратегии, кроме названных, определены еще два, для которых нет количественно характеризующих ориентиров.

Первый из них — достижение приемлемого уровня пенсий для среднего класса за счет участия в корпоративных и частных пенсионных системах.

Понятие приемлемости не раскрывается, как и понятие среднего класса. Однако исходя из приведенной фор-

90