Основы силовой подготовки в спорте

Его точку зрения поддерживают некоторые специалисты и в области спортивной медицины (С.Е. Павлов, Т.Н. Кузнецова, 1998), полагая что одним из главных факторов протекания долгов-ременных адаптивных изменений в системах организма является неизменность применяемых комплексов раздражителей.

Они должны повторяться и использоваться периодически. Комплексный способ построения периодов развития спортивной формы предусматривает использование одних и тех же определенных групп упражнений на их протяжении. Однако специалисты не учитывают и других факторов, которые говорят о том, что и периодическая смена применяемых комплексов раздражителей способствует протеканию долговременных адаптационных перестроек в системах организма. Речь идет, во-первых, о следовых явлениях, которые всегда остаются в соответствующих системах организма (прежде всего в нервных центрах коры больших полушарий) даже в случае исключения из тренировочного процесса ранее применяемых упражнений и введения новых. Как свидетельствуют наши экспериментальные исследования, тренировочный эффект в определенных системах организма сохраняется от 10 до 14 дней, даже в случаях прекращения использования любых комплексов упражнений.

Во-вторых же, в большинстве случаев вновь добавленные упражнения по форме движения и содержанию в той или иной степени похожи на ранее применявшиеся. Данная «схожесть» имеет отношение как к отдельным частям сложнокоординационных упражнений, так и к ним в целом.

Два этих фактора способствуют дальнейшему протеканию долговременных адаптационных перестроек в системах организма. Другое дело, что смена применяемых комплексов упражнений увеличивает сроки достижения спортивной формы. Чем чаще происходит смена применяемых комплексов упражнений, тем продолжительнее процесс протекания долговременных адаптационных перестроек. Но он наблюдается как в случаях использования одних и тех же определенных комплексов упражнений, так и в случаях их смены.

191

Учитывая эти факторы, мы предложили вариативный способ построения периодов развития спортивной формы, предусматривающий через определенные промежутки времени смену применяемых комплексов упражнений. Вновь вводимые упражнения должны быть по многим параметрам схожими с ранее применявшимися. Касается это не только их формы (технические действия), но и содержания (методы развития физических качеств).

В спортивной практике мы постоянно сталкиваемся с явлениями перехода срочной адаптации в долговременную в тех случаях, когда речь идет о процессе достижения спортивной формы. Здесь по истечении некоторого (индивидуального) количества тренировочных занятий (от 36 до 200 в наших экспериментальных исследованиях) заканчивается процесс протекания долговременных адаптационных перестроений в системах организма, по окончании которых спортсмены достигают спортивной формы. Естественно, что его продолжительность определяется не только фактором повторяемости, но и другими факторами, зависящими от системы применяемых тренировочных воздействий. Главными из них являются:

1. Система применяемых комплексов упражнений на протяжении периодов развития спортивной формы (имеются в виду способы их построения).

2. Начало использования той или иной системы упражнений после периодов пассивного или активного отдыха, а также предшествующих им – будь то периоды развития или поддержания спортивной формы. От этого во многом зависит процесс ее развития (а следовательно, и протекания долговременных адаптационных перестроек), так как начальный уровень после них разный. Например, начальный уровень развития спортивной формы после периодов пассивного отдыха снижается по сравнению с ранее имевшимися на 10– 15%, а после предшествующих периодов развития спортивной формы он колеблется от 95 до 100%.

Начиная с 1950-х годов, многие авторы справедливо считают, что теория адаптации должна быть естественнонаучной

192

основой теории и методики физического воспитания. Речь идет, прежде всего, о закономерностях протекания срочных и долговременных адаптационных перестроек в системах организма. Нас в первую очередь интересуют вопросы взаимосвязи этого процесса с развитием спортивной формы на протяжении полугодичных и годичных циклов тренировки. Первыми, кто попытался выявить сущность этих взаимосвязей, были С.П. Летунов (1952) и Л. Прокоп (1959). По мнению первого, на протяжении подготовительных периодов должен проходить процесс долговременных адаптационных перестроек, по которого спортсмены должны достигнуть спортивной формы. На протяжении соревновательных периодов происходит сохранение достигнутого уровня, а переходных – его снижение. Практически, три фазы протекания долговременных адаптационных перестроек он подстроил под периоды спортивной тренировки. Напомним читателю, что в то время считалось, что процесс долговременных адаптационных перестроек состоит из трех этапов (фаз): собственно-приспособительной, достижения наивысшего уровня адаптации и снижения достигнутого уровня (реадаптации).

В отличие от С.П. Летунова, Л. Прокоп (1959) считает, что процесс долговременной адаптации состоит из этапов развития тренированности (первый), сохранения достигнутого уровня (второй) и его снижения (третий). Он также подстраивает эти этапы под периоды спортивной тренировки.

В обоих случаях авторы (С.П. Летунов и Л. Прокоп) говорят об одноцикловой структуре построения годичных циклов тренировки (один подготовительный, один соревновательный и один переходный период). Учитывая их взгляды, можно сделать следующие заключения:

1. Продолжительность трех вышеназванных фаз (этапов) соответствует продолжительности подготовительных, соревновательных и переходных периодов.

2. У всех спортсменов, независимо от возраста, индивидуальных особенностей, системы применяемых тренировочных воздействий и т.д., процессы развития долговременных

193

адаптационных перестроек, а следовательно и спортивной формы, происходят одинаково.

Позже, в середине 1960-х годов, Л.П. Матвеев (1965) критиковал взгляды двух вышеназванных авторов, считая, что они однобоко понимают процесс построения годичных циклов тренировки, так как ничего не пишут о применяемой системе тренировочных воздействий на протяжении подготовительных, соревновательных и переходных периодов.

Автор пишет о необходимости учитывать единство между биологическим (протекания долговременных адаптационных перестроек) и педагогическим (система тренировочных воздействий) процессами.

Они (по нашему мнению), тем самым, косвенно отрицают основные положения теории построения и функционирования функциональных систем (П.К. Анохин, 1938–1978), общепринятых в теории адаптации, согласно которым «на каждый вход существует свой выход». Практически, они ничего не пишут о «входе» (система применяемых раздражителей на протяжении годичных циклов тренировки), а говорят только о «выходе». Отсюда следует, что их рекомендации можно смело сравнить с гипотетическими рассуждениями, далекими от истины. Об этом свидетельствуют наши экспериментальные данные, касающиеся вопросов изучения закономерностей развития, сохранения и утраты спортивной формы (2000–2014).

В 1965 году Л.П. Матвеев написал, что в основе периодизации спортивной тренировки должны лежать закономерности развития спортивной формы. В отличие от С.П. Летунова и Л. Прокопа, он предлагает на протяжении первой половины подготовительных периодов (этап общей подготовки) использовать в основном общеподготовительные средства (а позже – 1970-е годы – и специальной подготовки), а второй – специальной. На протяжении второй части данных периодов спортивной тренировки (этап специальной подготовки) уменьшается доля средств общей подготовки, но увеличивается – специальной.

В ходе соревновательных периодов рекомендуется в меньшем объеме использовать в основном средства специальной

194

подготовки. Длительность переходного периода колеблется от 4 до 6 недель, и на их протяжении используются только средства общей подготовки.

Л.П. Матвеевым даются определенные рекомендации, касающиеся динамики объема и интенсивности тренировочных нагрузок на протяжении подготовительных и переходных периодов. Не будем подробно останавливаться на этом вопросе, так как его суть подробно изложена в одной из глав данной книги. Отметим только, что он в отличие от С.П. Летунова (1952) и Л. Прокопа (1959), чисто теоретически подстроил под периоды спортивной тренировки не только фазы протекания долговременных адаптационных перестроек, но и фазы развития спортивной формы.

А если учесть, что периоды спортивной тренировки подстроены под календарь соревнований, то можно утверждать, что вышеназванные авторы теоретически адаптировали под этот календарь не только данные периоды, но и долговременные адаптационные перестройки и закономерности развития спортивной формы. Доказательство – с введением, например, зимнего календаря соревнований в легкой атлетике увеличивается количество подготовительных и соревновательных периодов и уменьшается почти вдвое их продолжительность. Вслед за этим уменьшается продолжительность протекания долговременных адаптационных перестроек в системах организма и длительность фаз приобретения (подготовительные периоды), сохранения (соревновательные периоды) и утраты (переходный период)спортивной формы.

На «фазовость», «этапность», «стадийность» протекания этих перестроек указывают и другие авторы, но в теории адаптации. По мнению П.К. Анохина (1968) и В.М. Русалова (1979), процессы приспособления состоят из нескольких стадий и фаз, которые чередуются в определенной последовательности. Для них характерно следующее чередование стадий: тревоги, адаптации и истощения (С.П. Летунов, 1965) или (он же): приспособления, высшей адаптации и реадаптации.

В спортивной физиологии речь идет о фазах развития тренированности, достижения наивысшей тренированности

195

иее снижения (Л. Прокоп, 1959). Как мы уже отмечали ранее, в теории и методике физического воспитания специалисты пишут о фазе приобретения спортивной формы, фазе сохранения и утраты (Л.П. Матвеев, 1965–1977; В.Н. Платонов, 1985–2005). Тогда же мы пришли к заключению, что процесс развития спортивной формы не связан с чередованием подготовительных, соревновательных и переходных периодов (это принципиальное различие между предлагаемыми Л.П. Матвеевым закономерностями развития спортивной формы и нашими), а является самостоятельным процессом, зависящим от применяемой системы упражнений на протяжении периодов развития спортивной формы (способы их построения), индивидуальных особенностей спортсменов (продолжительность и чередование фаз), а также от исходного состояния в момент начала использования той или иной системы тренировочных воздействий. Он может происходить как во внесоревновательное время (подготовительные периоды), так и в соревновательное (соревновательные периоды). В обоих случаях необходимо создать условия для начала

иокончания процесса развития спортивной формы вне сезонно-климатических обстоятельств и календаря соревнований. Подразумевается, что в тренировочный процесс вводится новый комплекс воздействий (прежде всего это относится к системе упражнений), который используется до тех пор, пока в системах организма не оканчиваются долговременные адаптационные перестройки. Их окончание совпадает с завершением процесса вхождения в спортивную форму.

Хотелось бы отметить, что как у С.П. Летунова (1952, 1956), Л. Прокопа (1959), Н.Г. Озолина (1965), так и у Л.П. Матвеева (1965, 1977, 2007), В.Н. Платонова (1985–2005), а также у многих других авторов, процесс начала долговременных адаптационных перестроек, а следовательно развития спортивной формы, тренированности и т.д., начинается с фазы (этапа) развития.

Каким же образом проявляются эти воззрения в спортивной практике? Во-первых, процесс развития не зависит от чередования подготовительных, соревновательных и переход-

196

ных периодов при использовании как структуры одноциклового, так и двухциклового построения годичных циклов тренировки. Хотя все они пытаются первые фазы гипотетически подстроить под подготовительные периоды. Вовторых, они сменяют друг друга вне зависимости от чередования вышеназванных периодов спортивной тренировки. Да, в одной группе спортсменов процесс набора спортивной формы начинается в момент начала использования нового комплекса упражнений с фазы развития (приобретения по Л.П. Матвееву), за которой следует фаза сохранения. У спортсменов второй группы перед фазой развития следует фаза утраты. Что же касается спортсменов третьей группы, то вышеперечисленные фазы чередуются в такой последовательности: сохранения, утраты, развития и вновь сохранения.

За фазой сохранения, которой предшествует фаза развития, в одном случае может следовать фаза утраты, а в других – сохранения. В первом замечании имеется в виду, что если мы продолжаем использовать все те же комплексы упражнений после фазы сохранения, то в таких случаях наблюдается процесс утраты спортивной формы. Если же мы вводим новые комплексы упражнений, то они способствуют сохранению достигнутого уровня спортивной формы.

Повторим, что говоря о чередовании различных фаз, этапов, стадий и т.д., специалисты не только не упоминают о способах построения периодов развития спортивной формы (или же упоминают о них вскользь, не раскрывая полностью их сути), но и не пишут об исходном состоянии долговременных адаптационных процессов в момент воздействия новой системы раздражителей и, естественно, спортивной формы, не говоря уже об индивидуальных особенностях протекания данных процессов.

Организм спортсмена не может одинаково реагировать в ответ на воздействие вновь введенных тренировочных упражнений, например, после периода пассивного или активного отдыха и после предшествующих периодов развития или сохранения спортивной формы. Ведь в первом случае

197

уровень спортивной формы снижается от 8 до 15%, а во втором – находится на уровне 97–100%.

Оказывается (наш комментарий), на процесс развития спортивной формы не влияет начальный ее уровень, имеющийся как после периодов пассивного и активного отдыха, так и после предшествующих им периодов ее развития и сохранения. Кроме того следует, что у всех спортсменов, вне зависимости от их возраста, принадлежности к тому или иному типу или подтипу нервной системы, вышеназванные процессы происходят одинаково во временных параметрах (продолжительность), а также в содержательных (чередование фаз, стадий и т.д.).

На следующем этапе развития теории и методики физического воспитания – 1980–90-е годы – вновь делается попытка подстроить закономерности развития спортивной формы под периоды тренировки. Речь идет о так называемой «блочной» периодизации спортивной тренировки Ю.В. Верхошанского (1978–1992). Во-первых, он отрицает предлагаемое С.П. Летуновым (1952–1956) и Л. Прокопом (1959) чередование фаз протекания долговременных адаптационных перестроек (собственно-адаптационная фаза, фаза высшей адаптации и фаза реадаптации). По его мнению, на протяжении подготовительных периодов процесс протекания вышеназванных перестроек начинается с фазы реадаптации, а затем только следует фаза адаптации. Последняя совпадает с моментом достижения спортивной формы.

Этим самым он невольно отрицает имевшиеся ранее представления о чередовании фаз развития спортивной формы и существующую на самом деле взаимосвязь (о ней справедливо писал Л.П. Матвеев, начиная с середины 1960-х годов). Гипотетически подстраивая фазовость развития спортивной формы под периоды спортивной тренировки (а следовательно, и под календарь соревнований), С.П. Летунов, Л. Прокоп, Л.П. Матвеев, Ю.В. Верхошанский и другие специалисты совершают одну и ту же ошибку – дают ложное представление о закономерностях развития спортивной формы и взаимосвязи между биологическим и педагогическим

198

процессами. Отметим, что тот же Л.П. Матвеев (1965) справедливо писал, что календарь соревнований не может быть первоосновой периодизации спортивной тренировки. Однако на протяжении последующих десятилетий он продолжает, как и другие авторы, подстраивать под этот календарь не только закономерности протекания долговременных адаптационных перестроек, но и развития спортивной формы. Следует также отметить, что, по его мнению, на протяжении второго подготовительного периода одновременно происходят процессы реадаптации (фаза утраты спортивной формы) и адаптации (фаза приобретения спортивной формы). Заметьте, что речь идет о том, что в одних и тех же системах организма могут одновременно происходить разные по своей сути процессы. Данные представления полностью отрицают существующие в теории адаптации положения, касающиеся протекания долговременных адаптационных перестроек в системах организма.

Позже Л.П. Матвеев (1997–1998), как и Ф.З. Меерсон и М.Г. Пшенникова (1988), а также В.Н. Платонов (1997) меняют свои представления о чередовании вышеназванных адаптационных фаз. Вместо формулы «стресс – адаптация – реадаптация», они предлагают использовать формулу «стресс – адаптация – дезадаптация – реадаптация». Процесс реадаптации, по их мнению, означает возвращение к ранее достигнутому уровню, а дезадаптация – процесс, обратный процессу адаптации – ее разрушение. В связи с этим С.Е. Павлов (2000) пишет, что данная формула абсурдна по своей сути. Она не отображает сущности реальных процессов, происходящих в соответствующих системах организма во время их приспособительных реакций. Во-первых, как он считает, организм изменчив, а поэтому все его последующие адаптационные циклы будут не возвратом к ранее достигнутому уровню адаптации, а движением к достижению новых уровней. Во-вторых же, процесс дезадаптации (как процесс разрушения) возможен только в связи с гибелью организма. В-третьих, следовые явления от прежней адаптации, хотим мы этого или нет, всегда остаются в системах организма

199

(по нашему мнению). Кроме того, совершенствование и образование новых функциональных систем (П.К. Анохин, 1938– 1978) всегда строится на базе предшествующих функциональных систем, а не на «пустом месте».

Следует также добавить, что использование первого звена («стресс») в предлагаемой «цепочке» протекания долговременных адаптационных перестроек весьма ошибочно, т.к. не все внешние и внутренние воздействия на организм человека являются стрессовыми (П.К. Анохин, 1965; П.Д. Горизонтов, Т.Н. Протасова, 1968; П.Д. Горизонтов, 1968; Л.Х. Гаркави, Е.Б. Квакина, М.А. Уколова, 1977– 1979 и др.).

По представлению У. Седерберга (1970), слово «стресс» характеризуется как один из наиболее неточных терминов научного словаря и сравнивается со словом грех: оба они обозначают разные вещи для разных людей, оба являются короткими и эмоционально насыщенными, выражающими нечто такое, что в ином случае пришлось бы описывать с помощью пространных выражений.

По мнению Л. Леви (1970), теория стресса Г. Селье (он одним из первых начал говорить о «стрессовых» воздействиях) у многих специалистов вызывает широкую критику из-за того, что этот синдром вызывается у человека воздействием только самых грубых из всех возможных стрессоров (инъекция формалина), в то время как на трудности повседневной жизни человек реагирует посредством адаптационных реакций совершенно различного характера. Р. Баевский (1972) считает, что предложенные Г. Селье (1920–1936) три стадии общего адаптационного синдрома (первая из них называется «стрессом»), применительные к опытам на животных, не могут быть использованы в практике оценки состояния человека, подвергающегося воздействию различных неадекватных факторов.

К этому следовало бы добавить, что Л.Х. Гаркави, Е.Б. Квакиной, М.А. Уколовой (1977, 1979) были открыты качественно различные реакции организма в ответ на воздействие слабых, средних и сильных раздражителей. По их

200