Одинокому везде пустыня. Часть I-IV

ВА Ц Л А В М И Х А Л Ь С К И Й

–У этого Хаджибека умная жена, кстати, берберка, может, даже из тех же туарегов, – зас! меялась Николь.

–Нет, она с острова Джерба, – сказала Мари, – а что умная, то правда, у него и младшая жена умная, и мальчишки у них прелесть, я учу их русскому языку, уже болтают почти свободно и, главное, без акцента, когда учат язык сызмальства, то говорят без акцента.

–Да, именно так, – подхватил разговор док! тор Франсуа, которому сразу стало интересно, как только заговорили об изучении языков, лицо его заметно помолодело, глаза засветились.

Губернатор молчал, задумавшись.

–А что вы сделаете с разбойниками, когда поймаете? – спросила его Мари.

–Расстреляю, – ответил он равнодушно и продолжал обмозговывать свое, заветное.

–Нет! – воскликнула Мари, побледнев. –

Явас умоляю, не делайте этого!

–Почему? Вы хотите потворствовать бан!

дитам?

–Нет. Я хочу, чтобы у меня не было репута! ции убийцы, я собираюсь жить в Тунизии долго.

–Ну что ж, – сказал губернатор, помедлив, и так остро, так пытливо взглянул на Мари, как будто увидел ее впервые в жизни и она чем!то его удивила, а точнее сказать, заинтересовала. – Что ж, это аргумент. Хорошо, я подарю им жизнь. Вер! нее, вы это уже сделали.

–Вы с Франсуа не поедете на службу? – спросила мужа Николь.

–Нет. Мне хотелось бы обстоятельно по! говорить с мадемуазель Мари. Если это возмож!

154

О Д И Н О К О М У В Е З Д Е П У С Т Ы Н Я

но? – добавил губернатор, взглянув прямо в гла! за Мари своими серыми, стоячими, как у волка, глазами.

–Учти, Мари, ты остаешься ночевать! – объявила Николь.

–Но я ведь не предупредила…

–Позвони. У них есть телефон?

–Конечно.

–Мадемуазель Мари, будьте любезны, пройдемте ко мне в кабинет, – предложил губер! натор.

–А я ?! – притворно вскрикнула Николь.

–А ты отдохни, дружок, у нас деловой раз! говор, как ты говоришь – бумажный.

–Ладно, козленочек, а то я ревную! – про! пела Николь вполне неискренне. – Так уж и быть,

яподожду вас.

В кабинете хозяина дома разговор снача! ла зашел о револьвере, который дожидался их на темно!зеленом сукне письменного стола.

–Тяжеленький, – ласково проговорила Мари, понянчив в руках револьвер и любуясь во! роненой сталью его ствола. – Я тоже предпочи! таю револьверы, у них хорошая дальность боя. Он пристрелян?

–Да. Надо брать чуть левее и выше, но это вы сразу ощутите, сразу поймаете момент – два де! сятка выстрелов, и все будет в порядке. Если хо! тите, потом постреляем в тире. Николь у меня большая любительница – так и лепит в десятки и

вдевятки!

Губернатор молчал. Молчала и Мари.

– Мадемуазель Мари, – начал он наконец очень тихо и очень значительно, – то, что вы ра!

155

В А Ц Л А В М И Х А Л Ь С К И Й

ботали с банкиром Жаком, для меня говорит очень многое… Добавлять к этому мне ничего не нужно. А сейчас, когда вы двинулись самостоятель! но, вы торгуете?

–Да.

–Чем?

–Если вы хорошо знали банкира Жака, то вам не трудно догадаться.

–Оружием?

–Да, – не моргнув, солгала Мари.

–Что ж, тогда наши интересы тем более совпадают. Я хотел бы просить вас ознакомить! ся с моими личными деловыми бумагами. – Губер! натор взял значительную паузу. – Может быть, вы что!то подскажете мне. Мой повереный уехал в Америку, и я сейчас вынужден сам заниматься тем, чем раньше не занимался. Может быть, вы возьметесь сделать контрольную проверку моих бумаг?

–Хорошо, – согласилась Мари.

–Когда мы могли бы начать?

–Мы уже начали, – засмеялась Мари, – рас! сказывайте, показывайте, поясняйте.

–Вот это по!военному, такой подход мне по душе, – засмеялся губернатор, и Мари впервые обратила внимание, что у него, хотя и довольно крупные, но очень ровные и чистые зубы. – По рукам?

Он пожал ее протянутую ладошку вялым ру! копожатием сильного, уверенного в себе мужчи! ны. Кисть руки была у него сухая, теплая, и это не могло не понравиться Мари и не вселить в нее большие надежды. Похожая рука была у ее благо! детеля банкира Жака.

156

О Д И Н О К О М У В Е З Д Е П У С Т Ы Н Я

XVI

Туареги так ловко уходили от погони, что их поймали только к вечеру. Губернатор распоря! дился запереть разбойников на гауптвахте до раз! бирательства дела.

–Вы правы, – сказал он Мари, – пусть по! сидят два!три месячишка, а потом я отдам голуб! чиков в руки их племенного туарегского правосу! дия. Я прикажу устроить показательный процесс,

имы еще получим неплохие политические диви! денды.

–А вы стратег, – улыбнулась Мари.

–Работа такая. Без хорошей стратегии даже самая лучшая тактика бессмысленна. Как учит нас маршал Петен: всякий минус надо ста! раться обратить в плюс, для этого достаточно поставить всего лишь еще одну черточку – вер! тикальную! Чуть ли не батальон ловил ваших ту! арегов, до чего верткие и смелые стервецы, – про! должал губернатор, – только автомобили и аэро! план сожгли недельную норму горючего. У нас ведь все жестко, у нас на каждый чих норма – во! енное министерство не любит незапланирован! ные траты.

–А вы велите сегодня же составить акт о расходах. Подпишите его честь честью, завтра с утра заверьте у городского нотариуса, желатель! но у тунизийца, а не у француза. Кстати сказать, потом и на содержание этих шалунов на гауптвах! те также нужно будет составить акт и также заве! рить у независимого от вас нотариуса. Вы меня понимаете?

–Пока не понимаю, – озадаченно отвечал губернатор.

157

ВА Ц Л А В М И Х А Л Ь С К И Й

–Ну как же, вы ведь сами сказали: всякий минус надо стараться обратить в плюс. Достаточ! но поставить еще черточку – вертикальную. Вот

яи предлагаю вам грамотно подготовить иск к общине туарегов на те затраты, которые произ! ведены по поимке и содержанию их соплеменни! ков. Деньги!то надо вернуть…

–Богатая мысль. Франция вас не забудет! – засмеялся губернатор, показывая ровные зубы и впервые глядя на Мари с восторгом. – Вы настоя! щий финансист! Теперь я понимаю банкира Жака!

Мари перехватила его взгляд. Губернатор смутился и отвел глаза.

Разговор происходил в столовой, за ужи! ном. Перед этим Мари позвонила в дом господи! на Хаджибека и сказала, что она остается ноче! вать у своих русских друзей в Бизерте.

–А почему ты так сказала? – удивилась Ни! коль. – Почему у русских, а не у нас?

–Потому, что семейству Хаджибека пока не следует знать о наших отношениях, иначе они просто оцепенеют от восторга и страха. Ты поду! мала, кто они и кто вы?!

–Не подумала, – как маленькая, отвечала Николь. – Значит, мы должны прятаться от твое! го толстого банкирчика?

–Не должны. Но всему свое время. Перед сном Николь повела Мари в свою

спальню показать карфагенскую вазу, которую по! дарил ей господин Хаджибек.

– Какая прелесть, настоящий антик! – по! хвалила Мари, оглаживая высокое горло керами! ческой вазы, сохранившейся так, как будто ее из! ваяли только вчера.

158

О Д И Н О К О М У В Е З Д Е П У С Т Ы Н Я

–Я ее обожаю, – сказала Николь о вазе, – каждое утро, как проснусь, я взгляну на нее и по! думаю: а ты!то, милочка, точно старше меня!

–Не прибедняйся, Николь, отлично выг!

лядишь!

–Бог с ним, как я выгляжу, – грустно сказа! ла губернаторша, – еще чуть!чуть, и это уже не бу! дет иметь никакого значения. А пока я дергаюсь! – Николь засмеялась и в обычной своей манере пе! рескакивать с одного на другое принялась весело рассказывать Мари о том, как она пыталась зама! нить в любовную ловушку археолога Пиккара, и как «этот ловелас» разгадал ее маневр и ускольз! нул в самый последний момент.

–Опытный, стервец, – подытожила Ни! коль, – ты будь с ним начеку. А уши у него так смеш! но шелушатся! Ты видела?

Мари кивнула, ей безумно хотелось спать,

иона почти не воспринимала болтовню Николь.

–Ой, слушай, Мари, забываю тебя спро! сить: там, в отеле «Мажестик», на конкурсе красо! ты под твоим именем выступала какая!то огром! ная дылда, я была просто шокирована!

–Это моя кузина Уля, она высокого роста. Уля была вынуждена заменить меня, чтобы не пла! тить неустойку.

–А!а, понятно. Так у тебя нашлась кузина?

–Ну, в общем, да.

–Что значит – в общем?

–В том смысле, что она гораздо моложе меня, что мы просто вместе работали на заводе, дружили. У нее никого нет. И я объявила ее кузи! ной. Она согласилась. Теперь мы с нею кузины.

–А!а! – в глазах Николь мелькнул огонек,

159

В А Ц Л А В М И Х А Л Ь С К И Й

она что!то сообразила свое, тайное. Хотела ска! зать, но удержалась. – Так что, баиньки?!

– Если можно. Я валюсь с ног, – призналась

Мари.

–А как твой молодой адмирал?

–Никак. У меня нет известий…

–Ну ладно, ты и в самом деле засыпаешь, – Николь чмокнула ее в щеку. – Спокойной ночи!

–Спокойной ночи!

Иони разошлись ко сну. Далеко в гостиной

сметаллическим шелестом сыплющихся монет часы пробили полночь. «Время – деньги… возмож! но, это и правда», – подумала Мария, входя за по! рог предназначенной ей спальни, той самой, в которой она очнулась когда!то, спасенная Николь от верной смерти.

XVII

«Вот и окончился наконец этот длинный! длинный день, – с наслаждением подумала Мари, поудобней умащиваясь на широкой кровати, с удо! вольствием обоняя запах чистого тонкого белья, осязая свежий ночной бриз, легко проскальзыва! ющий сквозь москитную сетку в открытом окне, щекотно бегущий по белоснежной батистовой простыне, под которой рельефно вырисовыва! лись в темноте округлости ее тела, ветерок, лас! ково подбирающийся к лицу, к волосам, раскину! тым по подушке, – Мария так устала, что у нее не было сил даже заплести на ночь косу. – Вот и окон! чился денек, полный опасных приключений, ра! достных встреч, серьезных бесед и пустопорож! ней болтовни…» Когда она прощалась с Николь, то была уверена – сейчас доберется до постели и

160

О Д И Н О К О М У В Е З Д Е П У С Т Ы Н Я

уснет мигом, но не тут!то было… Спать хотелось адски, а в голове все крутились и крутились кар! тинки прошедшего дня, обрывки чужих речей, ку! сочки ее ответов, как правило, не самых удачных. То вдруг возникало лицо румяной, рыжеволосой Клодин с ее лилейной шеей, то стоячие, волчьи глаза генерал!губернатора, то истеричная Николь с ее однообразными фокусами и резкими перепа! дами настроения, то одутловатое, постаревшее лицо доктора Франсуа, лицо, которое вдруг раз! гладилось и стало почти молодым, когда разговор коснулся изучения языков. «Кстати, где его ры! жий кожаный портфель, с которым он не расста! вался в прежние времена?» – подумала Мари, и этот портфель стоял у нее перед глазами чуть ли не полчаса, до полного отупения, она еле освобо! дилась от навязчивого видения, да и то только тогда, когда заставила себя переключиться на раз! мышления о туарегах. «Как они теперь, беднень! кие, в кутузке? – искренне пожалела Мари разбой! ников и тут же опомнилась. – А если бы туареги тебя словили? Если бы словили, то валялась бы ты сейчас, миленькая, на дне черной ямы, а не возлежала на батистовых простынях… Да, да, на дне черной ямы, из которой днем можно любо! ваться звездами, как из колодца… Тех пленниц, что предназначены для гарема, сначала помеща! ют в условия хуже скотских и нагоняют на них такого страха и подвергают таким мучениям, что пленницы начинают мечтать о гареме как о рае земном, а о своем будущем хозяине как о един! ственно возможном благодетеле и избавителе от тех изощренных издевательств, которым подвер! гали их специальные слуги. Например, они опус!

161

В А Ц Л А В М И Х А Л Ь С К И Й

кали в яму к несчастным голодных шакалов в же! лезных клетках, от которых удушающе воняло и которые все время тявкали, выли, плакали или пытались укусить через прутья, изо всех сил про! совывая свои острые, гадкие морды почти вплот! ную к телам истязуемых. Проклятых шакалов мог! ли оставить хоть на всю ночь или на целый день, так что у пленниц едва не мутился рассудок от та! кого соседства. О подобных гнусных шутках с бу! дущими наложницами рассказывал еще доктор Франсуа во время их похода в Сахару. Так что не! чего жалеть разбойников!»

Глаза привыкли к темноте, и Мария стала отлично различать и вырезанную на деревянной спинке кровати устало!царственную морду льва, и ртутно!блестящий, словно текучий, мраморный пол в тех местах, где на него падал лунный свет из окна, и высокие белые стены комнаты, разитель! но отличающиеся от черных отвесных стен той ямы, на дне которой она вообразила себя минуту назад. Далеко, в глубине дома, в гостиной, с метал! лическим шелестом сыплющихся монет пробил первый час новых суток, а сон все не шел… Из чер! ной предгаремной ямы, куда она могла угодить, да, слава Богу, не угодила, воображение мгновенно перенесло ее на франко!русский бал в большом парижском зале «Метрополь», который состоялся в самом начале 1928 года и на котором блистали многие знаменитости русской диаспоры и многие именитые французы, или просто денежные люди, как русские, так и французы, посчитавшие нужным для себя «быть» и купившие входные билеты за деньги, которые по замыслу устроителей должны были компенсировать хотя бы часть расходов.

162

ОД И Н О К О М У В Е З Д Е П У С Т Ы Н Я

Вте времена о парижском обществе нельзя было сказать: «Много званых, да мало избранных». Из! бранников судьбы было предостаточно, некоторые из них остались за бортом франко!русского бала, например, Марина Цветаева, ее обошли внимани! ем из!за мужа чекиста, обошли сознательно и жес! токо. Для хозяев!французов этот первый бал совме! стно с русскими, конечно же, не имел того значе! ния, какое он имел для русских – униженных, фактически бесправных, как правило, небогатых, а то и полунищих людей, вынужденных вживаться в чужую жизнь, скрепя сердце и смирив гордыню, людей, которых по большому счету объединял только русский язык – основа основ русской наци! ональной безопасности и сохранности, русской духовности, русской веры, надежды и любви. Не случайно в русском рассеянии – будь то Париж, Берлин, Харбин или Нью!Йорк – исключительно высоко стояли писатели и поэты, хранители рус! ского слова. Например, Владислав Ходасевич так и писал: «Мы люди маленькие – наша задача охра! нять русский язык». И нужно сказать, что задача эта удалась писателям и поэтам русского Парижа, русского Берлина, русского Харбина, русского Нью!Йорка и других чужеземных городов, помень! ше и попроще; удалась она даже там, где не было ни писателей, ни поэтов, а были просто русские люди, так называемые носители языка, они несли его сквозь отпущенные им годы и тяготы, успехи и завоевания не как крест, а как сокровищницу, как живую душу своей великой, неудачливой родины, своего великого народа, почему!то малопонятно! го другим народам, почему!то для них загадочно! го, таинственного… Почему?

163