Добавил:

GCYTdfc Опубликованный материал нарушает ваши авторские права? Сообщите нам.

Вуз:

Удмуртский государственный университет

Предмет:

Этика и психология

Файл:

Генрих Гомперц – Жизнепонимание греческих философов и идеал внутренней свободы 1

.2.pdf

Скачиваний:

Добавлен:

13.07.2026

Размер:

11.52 Mб

Скачать

☆

<<< < Предыдущая 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 1415 / 3215 16 17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27 > Следующая >>>

132

л и б о

опредѣленное поведеніе.

Ему

не

рекомендуется

также

такъ выполнять свою д ѣ я т е л ь н о с т ь ,

чтобы

отсюда лроисте-

кало для него возможно больше удовольствія. Ему рекомендуется,

наоборотъ, одно: к а к ъ

бы

онъ

ни

поступалъ

и ч т о

бы онъ

ни дѣлалъ,

онъ

долженъ обладать т а к п м ъ

х а р а к т е р о м ъ

чтобы для

него

отсюда

в о

в с я к о м ъ

с л у ч а ѣ

проистекало

радостное

наслажденіе. Только

въ

такомъ

пониманіи

г е дони

ч е с к а я

т е о р і я

межетъ

выражать

идеалъ

в н у т р е н н е й

с в о б о д ы .

Но

есть-ли это, дѣйствительно,

ученіе А р и с т и п п а ?

Ко

нечно, вполнѣ отчетливыхъ* свѣдѣній въ пользу такого истолко

ванія у насъ не имѣется 1). Однако, то. что мы знаемъ о немъ,

повидимому,

исключаетъ

всякое другое

пониманіе. Ибо мы слы

шимъ прямо

'■), что онъ не старался, подобно

Э п и к у р у ,

преодо

лѣть настоящую боль радостными воспоминаніями

и надеждами,

О д н о

извѣстіе, повидимому, протпворѣчитъ даже прямо этому

истолкованію.

У Diog. Laert. II. 91 въ качествѣ

киренайскаго учевія

указывается, „что во в с я к і й

мудрецъ живетъ въ удовольствіи, п во

в с я к і и глупецъ въ неудовольствіи, а к а к ъ

п р а в п л о*. Это поло

женіе, въ такомъ видѣ« представляетъ собоп, естественно, чистую без

смыслицу. такъ же, какъ и слѣдующее затѣмъ „ученіе* А р и с т и п п а ,

что „чувства

не в с е г д а

показываютъ

истину“.

(II. 93).

Одпако, л

не хочу

настаивать на атомъ искаженіи

и принимать,

что

кпрепап-

ская „догма“ гласила: Мудрецъ ощущаетъ удовольствіе

пе

в с е г д а

а только в ъ

б о л ь ш и н с т в ѣ

с л у ч а е в ъ .

Но

затѣмъ ото тЬсвііі-

шпмъ образомъ необходимо сопоставить съ другимъ положеніемъ

(ibid. И.

93»

объ

э м п и р и ч е с к о й

р е а л ь н о с т и

мудреца іd-*n

Ts-, ac'fo'v). Здѣсь такое же имеино соотношеніе,

какъ въ

перспективѣ

какъ здѣсь одинъ п тогъ же объектъ вблизи кажется большимъ, а вдали

меньшимъ, такъ, наоборотъ, тотъ же самый идеалъ пріобрѣтаетъ всегда

болѣе богатое содержаніе, осла оиъ мыслится, какъ недосягаемая пре

дѣльная

цѣнность,

и становится

всегда

бѣднѣе содержаніемъ, если

онъ мыслятся, какъ эмпирическая

величина.

Ибо,

скажемъ

лл

ми:

Эмиирпчески-совершепныіі человѣкъ иаходитъ

свое

удовольствіе въ

большинствѣ положеній, или: Эмпирическій человѣкъ тѣмъ ближе

подходить къ идеалу совершенства, чѣмъ въ

большемъ

числѣ

поло

женій онъ находятъ свое удовольствіе—оба эти

высказыванія

не за

ключаютъ въ себѣ иного понятія

с о в е р ш е н с т в а ,

а лишь

иное

понятіе

и д е а л а .

Различіе относится во

къ

с о д е р ж а н і ю ,

а къ

ф о р м ѣ

идеала. Но я могу коснуться послѣднихъ

вопросовъ

только

къ свяап

со стоической этикой. Поэтому пока

я изображаю кнренаіі-

ское ученіе такъ, кикъ оно должно

быть

формулировано па

основѣ

формально привольнаго понятія идеала.

а) Diog. Laert

И. ö9; Athen. XII. p. 544 а

п сл.

напротивъ, онъ находилъ достаточнымъ,**) селимы наслаждаемся- о дн и м ъ, именно настоящимъ удовольствіемъ.Это уже само по себѣ можетъ имѣть только то значеніе, что мудрецъ долженъ обладать способностью, во всякомъ положеніи находить пріятное содержа ніе. И это истолкованіе превращается окончательно въ достовѣр ность, если мы вспомнимъ, что (какъ это выяснится) Эп и к у р ъ, безо всякаго сомнѣнія, требуетъ отъ мудреца, чтобы онъ былъ въ

состояніи компенсировать всякую		боль нзвнутри. А р и с т и п п ъ ,
согласно сказанному,	отличается	отъ него лишь	въ вопросѣ о
с р е д с т в а х ъ , а не	въ вопросѣ	о с о д е р ж а н і и	этого требо

ванія. Съ этимъ пониманіемъ прекрасно согласуется также и то, что мы узнаемъ дальше. Ибо если цѣль опредѣлена такимъ обра зомъ, то возникаетъ дальше вопросъ о пути, который ведетъ къ этой цѣли, именно вопросъ: какъ научаемся мы извлекать изъ вещей и положеній ихъ пріятное содержаніе? Радикальный ци ническій пессимизмъ уже далъ отвѣтъ на соотвѣтствующій во просъ: разумъ помогаетъ намъ и с к о р е н и т ь инстинкты. Умѣ ренный киренанскІй оптимизмъ можетъ возразить лишь: путемъ уразумѣнія мы достигаемъ п р е о б р а з о в а н і я инстинктовъ, именно повышенія всѣхъ радостныхъ и подавленія всѣх7, болѣз ненныхъ чувствъ. Ибо эти послѣднія покоятся на неправильной оцѣнкѣ. А эта послѣдняя исчезаетъ передъ лицомъ знанія. И, по крайней мѣрѣ, въ пользу второй части этого отвѣта мы можемъ сослаться на свидѣтельства. Желаній, исполненныхъ страданія, какъ любовь и зависть, слышимъ мы -), мудрецъ вообще не ощу щаетъ. Ибо они возникаютъ изъ «пустой видимости» или «про стого мнѣнія» 3). И точно также ѵразумѣніе освобождаетъ ею отъ страха передъ духами и смертью *).

Но пусть все сказанное выше представляется еще нѣкоторымъ образомъ сомнительнымъ. Однако, всѣ сомнѣнія исчезаютъ, какъ

только мы обратимся	къ л и ч н о с т и		А р и с т и п п а .		Въ дан
номъ случаѣ можно	обратиться непосредственно къ источникамъ,
которыя имѣются въ нашемъ		распоряженіи		(и о	характерѣ
которыхъ я недавно	говорилъ).	Но у	насъ	имѣется	и посред

ственный источникъ, то впечатлѣніе, какое онъ производилъ на своихъ современниковъ. И древность сохранила память объ этомъ

î) Diog. Laert. II. 91. *) Diog. Laert. H. 92.

3) xsvT, cp. тЗго; циниковъ!

4) Ср. Д е м о к р п т ъ п Э п и к у р ъ !

134

. впечатлѣніи въ видѣ чрезвычайно характернаго образа. Но прежде всего нужно обратить вниманіе на то, что ученіе объ удоволь ствіи не сдѣлало его зависимымъ отъ объектовъ наслажденія. Оно поставило его, наоборотъ, превыше этого. Объ этомъ сви дѣтельствуетъ Г о р а ц і и въ слѣдующихъ стихахъ *):

•Тихо скольжу л обратно къ правилу А р н с т п п и а :

Вещи къ себѣ стремлюсь приспособить, а не себл къ вещамъ-.

Итакъ, мы не должны представлять себѣ	его стремя
щимся къ само по себѣ пріятному и умѣющимъ	предпочитать

само по себѣ пріятное непріятному. Нѣтъ, онъ стремится и умѣетъ въ каждомъ переживаніи отыскать его хорошую сторону. И снова тотъ же свидѣтель говоритъ намъ *):

„Всякая вещь, всякое состояніе, всякое положеніе подходитъ для

А р и с т и п п а :

Всегда стремятся онъ къ большему, всегда стоитъ онъ въ уро вень съ современностью-.

И у Д і о г е н а Л а э р т і й с к а г о з) мы читаемъ: «Но онъ былъ въ состояніи приспособиться ко всякому мѣсту, ко всякому вре

мени и всякой роли, н всякое положеніе

могъ

онъ

послѣдова

тельно

использовать... Онъ

получалъ

удовольствіе

отъ имѣюща

гося налицо,

но не гонялся

съ усиліемъ

за

наслажденіемъ отъ

несуществующаго. Поэтому

Д і о г е н ъ

(изъ

Синопа) называлъ

его также

царственной цинической

натурой*.

Въ томъ

же са

момъ смыслѣ

приписывается

П л а т о н у

выраженіе 4):*

«Тебѣ

одному дано

носить какъ роскошное одѣяніе, такъ и лохмотья».

Но онъ и самъ сознавалъ это свое жизненное направленіе и

обозначалъ его,

какъ

«свободу».

Ибо на вопросъ

С о к р а т а ,

хочетъ ли

онъ

господствовать

или

служить,

снъ,

по

словамъ

К с е н о ф о н т а ,

отвѣтилъ

*):

«Я

не причисляю себя

(ни къ

господствующимъ, и) ни къ

служащимъ, а мнѣ думается, что есть

средній

путь

между

ними, не путь господства,

не

путь рабства,

а путь

с в о б о д ы ,

который

надежнѣе всего

ведетъ

къ бла

женству». А въ какомъ смыслѣ онъ понимаетъ наслажденіе именно какъ проявленіе этой свободы, это выясняетъ намъ одно

і) Ep. I. 1.1$.

-( Ep. I. 17. 23.

з» П. 60.

4) Diog. Laert. И. 6". *) Comm. И. 1. И.

135

(несомнѣнно направленное противъ цинизма) изреченіе. Оно дошло до насъ въ двухъ версіяхъ. Первая версія гласитъ такъ *);


«Удовольствіе		преодолѣваетъ не тотъ, кто воздерживается отъ
него, а тотъ,		кто	наслаждается имъ,			не будучи	имъ увлеченъ».
Вторая	версія	гласитъ		2):*	«Имѣть	власть	надъ удоволь
ствіемъ	и не	быть имъ		побѣжденнымъ,—это есть наилучшее; а
не то,	чтобы	не	пользоваться		имъ*.	И въ этомъ, только что

упомянутомъ, мѣстѣ находится также то изреченіе, которое могло бы послужить эпиграфомъ ко всей его философіи. Когда однажды его стали упрекать за его отношеніе къ извѣстной гетерѣ


Лаисѣ, онъ		возразилъ:		«Я обладаю (ею), а не она обладаетъ
мною». И	въ	томъ же саномъ смыслѣ разсказывается слѣдующая
исторія 3):	«Когда		онъ	однажды	вошелъ	въ	домъ гетеры, и
одинъ изъ сопровождавшихъ его молодыхъ						людей покраснѣлъ
онъ сказалъ: «Не			то дурно, что		мы входимъ		сюда, а то, если
мы не въ	состояніи		уйти	отсюда обратно».

Противъ такого жизнепониманія можно услышать возраженіе'* невозможно де наслаждаться какою-либо вещью, не испытывая въ то же время огорченія по поводу ея утраты. Легко теорети чески понять, какъ мало состоятеленъ этотъ предразсудокъ. Онъ

состоятеленъ,

если

наслажденіе

покоится

по существу на пас-

сивномъ удовлетвореніи

желанія.

Онъ совершенно

несостояте

ленъ, наоборотъ,

если радость сопровождаетъ то проявленіе

собственной

внутренней

активности,

которое лишь выявляется

благодаря

внѣшнему

объекту. Но

А р и с т и п п ъ

практически

показалъ, насколько ошибочна та предпосылка.

Онъ одинаково

великъ

какъ

въ

пріятіи,

такъ

въ

непріятіи,—разсказываютъ

о немъ 4).

въ

качествѣ

доказательства

о немъ

сообщаютъ:

тиранъ Д і о н и с і й

С и р а к у з с к і й

послалъ сму однажды на

выборъ трехъ красивыхъ рабынь. Онъ

подумалъ, однако, что

вѣдь и

П а р и с у

не

пошло на

пользу то.

что онъ

произвелъ

выборъ,

взялъ

съ

собой всѣхъ

трехъ

рабынь.

Но у по

рога своего

дома

онъ

отпустилъ ихъ

всѣхъ. Еще

характернѣе

другая

черта

5):

«Во

время

одного путешествія

его слуга несъ

деньги,

но

жаловался

на

тяжесть

ноши.

Тогда онъ

сказалъ:

1 ) Stob. EJoril. 17. 18. (Meineke).

2)Diog. Laert. II. 75.

3)Diog. Laert. 69.

Diog. Laert. II. 67.

Diog. Laert. II. 77.

1 3 6

«сбрось излишекъ и неси то, что можешь!» Интересный на мекъ на то, что дѣйствительно его пренебреженіе къ матеріаль нымъ интересамъ находилось въ тѣсной связи съ его радостью, проистекающей изъ наслажденія, содержитъ въ себѣ слѣдующій


остроумный анекдотъ *): «Разсказываютъ,			что однажды онъ ве- '
дѣлъ купить куропатку за 50 драхмъ. Когда кто-то				сталъ упре
кать его за это,	онъ	спросилъ: Развѣ ты	не купилъ бы ее за
одинъ оболъ? Л	когда	тотъ далъ утвердительный		отвѣтъ, онъ
замѣтилъ: Такъ мало значатъ для меня (именно) эти				50 драхмъ»,
А по другой версіи того же анекдота 3)			онъ добавилъ: «Слѣ

довательно, не я привязанъ къ удовольствію, а ты привязанъ къ деньгамъ».

Въ этомъ самодержавномъ отношеніи А р и с т и п п а ко всѣмъ

внѣшнимъ	цѣнностямъ коренится и	упомянутая	выше способ
ность его	приспособляться ко всякому положенію. Когда его
спросили,	что дала ему* .философія^	то онъ, какъ	говорятъ.

отвѣтилъ: [«Умѣнье ко всему относиться^ съ хорошимъ_ ндстіЮс-/

нІемъѴТТІ это нс только напоминаетъ	намъ о сократовомъ без
страшіи. Онъ самъ на вопросъ: какъ	умеръ С о к р а т ъ , отвѣ

тилъ <): «Какъ я хотѣлъ бы умереть». Только инымъ выраженіемъ служатъ для этого слова ь): мудрецъ никогда не находится въ стѣсненномъ положеніи. Въ дополненіе къ этому разсказываете€)


такая забавная		исторія: Когда		А р и с т и	п п ъ ,	долгое время
жившій при дворѣ Д і о н и с і я ,				обратился	къ нему съ просьбой
о деньгахъ,	то	тиранъ	въ отвѣтъ сослался на			эти его слова.
Философъ	возразилъ:		Дай мнѣ сперва деньги, а			тогда мы уже

изслѣдуемъ, (есть ли тутъ противорѣчіе?). Получивъ деньги, онъ сказалъ: Видишь, что я не былъ въ стѣсненномъ положеніи!

Философъ, выпрашивающій денегъ у тирана, невольно про изводитъ на насъ впечатлѣніе обыкновеннаго блюдолиза. Въ

глазахъ Ар и сти п па все это отношеніе	является въ иномъ
свѣтѣ. Онъ считалъ совершенно немыслимымъ, чтобы		внутрен
няя свобода и достоинство человѣка могли	испытать какой-либо
ущербу благодаря какимъ-либо внѣшнимъ	рѣчамъ или	поступ-543*

і) Diog. Lam . II. 60.

3)Diog. Laert. U. 75.

a)Diog. Laert. IL 6â.

4)Uog. Lacrt. IL 76.

5)Diog. Laert. IL *2.

•) Тамъ жо.

камг. Пока его внутреннее отношеніе къ вещамъ оказывается правильнымъ, до тѣхъ поръ его внѣшнее поведеніе не имѣетъ ровно никакого значенія. Если онъ нуждается въ деньгахъ, а тотъ готовъ ихъ дать, то отказъ отъ денегъ представляется ему тщеславнымъ жеманствомъ, проявленіемъ той «пустой видимости», которая болѣе всего родственна циническому «воображенію». Презрѣніе къ этому «воображенію» привело обѣ части къ одни»* новому отверженію того, что казалось имъ только условной цѣн ностью. Если въ общеніи съ гетерой люди усматриваютъ что-то непристойное, на томъ основаніи, что уже многіе имѣли съ ней общеніе,—то это есть не что иное, какъ «пустая видимость». *) Вѣдь никто не находитъ ничего непристойнаго въ томъ, что онъ ѣдетъ на суднѣ, на которомъ уже ѣздили до него многіе другіе. Не находимъ мы непристойнымъ жить въ домѣ, въ которомъ уже жили многіе другіе. Онъ находитъ также, что его отношеніе къ Д і о н и- сіюничѣмъ не отличается отъ другихъ мѣновыхъ сдѣлокъ. Онъ приходитъ къ нему именно за тѣмъ *), чтобы дать то, что онъ имѣетъ (именно мудрость), и взять то, чего у него нѣтъ (именно денегъ). И на вопросъ, почему философы посѣщаютъ богатыхъ, а ненаоборотъ, онъ отвѣтилъ «Потому, что философы знаютъ, что инъ не хватаетъ денегъ, а богатые не знаютъ, что они нуждаются

въ мудрости». Когда, разсказываютъ *), Д і о н ис і й		плюнулъ на
него однажды, то онъ	отнесся къ этому спокойно.	Его стали
порицать за это. Онъ	же сказалъ въ отвѣтъ: если рыбаки, ради

того, чтобы изловить маленькую рыбку, спокойно переносятъ по токи изливающейся на нихъ морской воды, то развѣ мнѣ не слѣдуетъ спокойно переносить брызги разбавленнаго водою вина, дабы изловить столь большую рыбу? Какъ было бы пустою видимостью жеманиться въ этомъ случаѣ, такъ точно пустою ви

димостью было	бы нежеланіе совершить передъ тираномъ земной
поклонъ, дабы	принести	пользу своему другу. Не моя вина, гово
ритъ онъ, 6), а	вина Д і	о н и с і я , если уши у него находятся

ка ногахъ. Слѣдующій анекдотъ °) превосходно характеризуетъ (при помощи двухъ эврипядовыхъ стиховъ) его жизнепони-*4

1) Dîog. Laert. II. 74. ?) Diog. Laert. И. 77. a) Diog. Laert. II. 69. 4»Diog. Laert. IL 67.

Diog. Laert. IL 79. °) Diog. Laert. If. 78.

		138
мзнІе, въ отличіе	отъ	нѣсколько	педантическаго			достоинства
П л а т о н а : Д і о н и с і й		однажды	во время пирушки				приказалъ
обоимъ философамъ облечься въ пурпурныя					одежды и плясать
передъ нимъ. Но П л а т о н ъ отказался				отъ	этого,	сказавъ:
„Никогда я вѳ могъ бы облечься въ жевскія одежды*.
А р и с т и п п ъ	же спокойно облекся			въ одежды		и, готовясь
плясать, находчиво отвѣтилъ:
					„Но п въ пляскѣ
Тотъ, чей разумъ здравъ, вреда вѳ потерпятъ*.
Такъ А р и с т и п п ъ , какъ истинный ученикъ С о к р а т а , пере
носитъ всю цѣнность внутрь человѣка, туда,					гдѣ она		сокрыта,
застрахованная отъ	всякихъ внѣшнихъ			случайностей.			Н	очень
правдоподобнымъ кажется то, что			сообщаетъ намъ одинъ позд
нѣйшій источникъ *): молодымъ людямъ онъ совѣтовалъ								брать
съ собой въ (жизненное) путешествіе такіе дорожные							припасы,
которые легко было бы спасти во			время	кораблекрушенія.				На
сколько, наконецъ,	сознаніе этого непреходящаго достоянія пред
ставлялось ему, какъ единственно			истинное		сознаніе		свободы,у
объ этомъ, въ заключеніе, можетъ			свидѣтельствовать				еще	слѣ

дующая исторія *): «На вопросъ одного отца, сколько онъ возь метъ за воспитаніе его сына, онъ отвѣтилъ: юоо драхмъ. Когда же тотъ воскликнулъ: «Клянусь Г е р а к л о м ъ ! какъ чрезмѣрно твое требованіе! За тысячу драхмъ я могу купить себѣ вѣдь управ ляющаго»: тогъ отвѣтилъ: «и тогда ты будешь имѣть даже двухъ

«	•
рабовъ: во-первыхъ, того, котораго ты купишь,	и, во-вторыхъ,
своего сына»:

Дѣйствительно, гедоническая теорія киренаиковъ очень сомни тельна. Мы тотчасъ же подробно поведемъ объ этомъ рѣчь. Но

что А р и с т и п п ъ	принадлежитъ	къ числу внутренне	самыхъ
свободныхъ людей,	какихъ мы	только знаемъ,—это	предста

вляется мнѣ несомнѣннымъ. Пусть даже въ учебникахъ циники и киренанки обыкновенно называются «несовершенными сократиками». Несмотря на то, мы должны будемъ, все же, сказать: на сколько можно судить по имѣющимся въ нашемъ распоряженіи

источникамъ, этихъ трехъ: С о к р а т а ,	Д і о г е н а	ы А	р и с
т и п п а никто не превзошелъ внутренней	свободой.	Этотъ	при-l

l)Exc. ex floril. Job. Daniasc. II. 13. 13S (Meineke).

s)Plutarch, de lib. educ. 7, p. 4 о сл.

139

говоръ не вытекаетъ изъ моей субъективности. Я снова напомню вдмъ здѣсь то выраженіе позднѣйшаго циника Д е м о н а к с а 1), которое мы приводили уже однажды. Этогь философъ такъ ясно выразилъ обшій идеалъ греческой этики, опредѣливъ -)

•счастье», какъ	«свободу»,	и признавъ эту			послѣднюю	снова,
какъ отсутствіе’ надежды и		страха* Мы уже слышали, что на
вопросъ, какихъ	философовъ		онъ	признаетъ, онъ отвѣтилъ:
«Изумительны всѣ они. Но		чту	я С о к р а т а , удивляюсь			Д і о
гену и люблю А р и с т и п п а » .
Однако, уважаемые слушатели, какъ бы высоко не ставили
хы, съ этой точки зрѣнія,		личность		перваго	киренаика,	ученіе

этой школы вызываетъ противъ себя, именно съ этой же точки

зрѣнія, очень серьезныя		возраженія. Мы должны коснуться здѣсь
въ нѣсколькихъ словахъ		этихъ возраженій. И не потому только,
что это необходимо для		оцѣнки этого	историческаго	явленія.
Помимо того, это	необходимо намъ для пониманія того даль
нѣйшаго развитія,	какое	это ученіе нашло у младшихъ киренаи-
ковъ.
На три пункта хочу я обратить ваше вниманіе въ этой связи.
П р е ж д е в с е г о , гедонизмъ ^во			всѣхъ своихъ	формахъ)

покоится на совершенно несостоятельной теоретической предпо сылкѣ. Именно, онъ упускаетъ изъ виду принципіальную сущность человѣческаго желанія и спеціально хотѣнія, какъ его наиболѣе ярко выраженной оснивной формы, въ ея психофизическомъ зна ченіи. Но какъ всѣ другія роковыя ошибки, такъ и эта содер житъ въ себѣ, конечно, въ односторонне искаженномъ видѣ, зна чительную долю истины. Иначе она была бы неопасна. На чнемъ прежде всего съ болѣе внѣшняго. Не подлежитъ сомнѣ нію, что всякое представленіе будущаго переживанія, мысли маго, какъ пріятное, имѣетъ тенденцію опредѣлять волю въ смыслѣ его реализаціи. Далѣе, реализація всякаго хотѣнія, уже какъ таковая, имѣетъ тенденцію порождать удовольствіе. Благо

даря второму изъ этихъ обстоятельствъ	усиливается склонность
истолковывать первое обстоятельство въ	томъ смыслѣ,	словно
т о л ь к о ожиданіе будущаго удовольствія можетъ быть		предме

томъ хотѣнія. Между тѣмъ какъ уже повседневныя явленія при вычки и внушенія показываютъ намъ, что существеннымъ усіо-

*) Lucian, Demonax 62, р. 394. Тамъ жѳ 20, р. 383.

140
віеыъ представленія цѣли является	не сго характеръ удовольствія,
а, скорѣе, то обстоятельство, что,	какъ	«господствующее», оно
стоитъ въ «центрѣ» сознанія. Въ данномъ случаѣ			безразлично,
достигается ли это «господствующее» положеніе			благодаря его
характеру удовольствія или какимъ-либо		инымъ способомъ. Но,
конечно, этимъ еще не сказано послѣднее слово.			Ибо «господ

ствующее» представленіе можетъ опредѣлять исключительно на-

п р а в л е н і е хотѣнія. А, кромѣ того, это	послѣднее, чтобы во
обще придти въ движеніе, нуждается еще	въ п о б у д и т е л ь

н о й с и л ѣ. Въ качествѣ таковой можетъ функціонировать только


аффективное возбужденіе. И здѣсь обнажается									корень	недора
зумѣнія. Въ случаяхъ гедонически окрашенныхъ									цѣлей	господ
ствующее представленіе, дающее						направленіе, и возбуждающій,
движущій		аффектъ		совпадаютъ			между	собою.		Поэтому
этотъ	случай легко			представляется			для	теоретическаго			раз
смотрѣнія,		какъ	простой,		типическій основной				случай,		кото
рый долженъ быть положенъ въ основаніе								истолкованія			всѣхъ
другихъ случаевъ. Но аффектъ						въ	одинаковой		мѣрѣ	можетъ
брать свое начало совершенно въ другомъ источникѣ.										Онъ мо
жетъ	быть	связанъ съ какимъ-либо другимъ представленіемъ
(такъ,	мы можемъ		хотѣть		средство ради цѣли). Онъ можетъ, да*

лѣе, корениться въ какомъ-либо органическомъ состояніи (такъ, мгновенное возбужденіе разряжается въ болѣе или менѣе без разсудныхъ поступкахъ). Онъ можетъ, наконецъ, выражать на личность накопившагося запаса силы (такъ это было въ тѣхъ случаяхъ, о которыхъ мы говорили въ свое время: въ любящей преданности, въ творческой продуктивности и вообще въ игрѣ).

Это положеніе вещей упускаетъ		изъ виду	всякля гедоническая
теорія	воли и желанія.
Но	отсюда, в о - в т о р ы х ъ ,	слѣдуетъ	нѣчто другое. Реаль

ные факторы желанія и хотѣнія вообще, а въ особенности того преобразованія желанія, съ которымъ мы въ достаточной мѣрѣ знакомы, какъ съ процессомъ искупленія, коренятся въ отноше ніяхъ силы. Что избытокъ силы выростаетъ изъ минимума силы и преодолѣваетъ его—въ этомъ измѣненіи динамическаго равно вѣсія, какъ мы знаемъ, заключается внутреннее освобожденіе. Другими словами, оно заключается, слѣдовательно, въ томъ, что способъ опредѣленія воли, названный въ послѣднемъ мѣстѣ,

всегда	вытѣсняетъ	тотъ	способъ,	который былъ указанъ
нами	на первомъ	мѣстѣ.	А такъ	какъ всякое удовлетво-

141

рсніе

воли обыкновенно

сопровождается

удовольствіемъ,

то

это развитіе не можетъ

означать

полнаго погашенія

гедониче-

скнхъ состояній. Но. конечно, оно

обусловливаетъ

качественное

измѣненіе этихъ

состояній.

Ибо,

какъ

вы помните,

минимуму

силы соотвѣтствуетъ удовольствіе,

связанное съ

наслажденіемъ, «

избытку силы—радость, связанная съ дѣятельностью. Однако, это

измѣненіе имѣетъ

исключительно

в т о р и ч н о е

значеніе.

Для

того п е р в и ч н а г о развитія оно

является исключительно

по

к а з а т е л е м ъ . Подобно тому, какъ

столбъ

дыма,

выходящій

изъ

трубы локомотива,

указываетъ

на

реальный

динамическій

процессъ, выражающійся въ

томъ, что паровозъ тащитъ за собой

желѣзнодорожный поѣздъ.

Поэтому

всякая попытка дать

гедо

ническое описаніе

сущности

процесса

искупленія

ставитъ на мѣ

сто р я д а д ѣ й с т в у ю щ и х ъ п р и ч и н ъ « л у б о к ъ

с и м п т о

мовъ. Это равносильно тому, какъ

если бы

кто

хотѣлъ объ

яснить движеніе поѣзда формой и направленіемъ развивающагося

столба дыма. Это рѣшающее возраженіе имѣть силу по отноше

нію ко всякой попыткѣ формулировать

идеалъ

внутренней сво

боды въ гедонической теоріи.

А, в ъ - т р е т ь и х ъ ,

нужно

сказать слѣдующее: е с л и

уже

необходимо описывать процессъ

искупленія съ гедоническихъ то

чекъ

зрѣнія,

то

упомянутое

р а з л и ч і е

состояній удоволь-

ствія

нужно

выдвинуть

на

первый

планъ,

внутреннее

освобожденіе должно быть представлено, какъ непрестанное

отступаніе назадъ пассивнаго удовольствія отъ внѣшняго передъ

активной радостью отъ собственныхъ внутреннихъ переживаній.

Слѣдовательно, теорія,

принципіально игнорирующая это разли

чіе и

предполагающая

принципіальную

равноцѣнность

в с ѣ х ъ

состояній удовольствія, рѣшительно не въ

состояніи

справиться

съ этой задачей. Нужно, конечно, признать слѣдующее:

пассив-

ное удовольствіе,

связанное съ наслажденіемъ, зависитъ отъ тѣхъ

;

случайностей внѣшней судьбы,

которыя ускользаютъ отъ

нашей

власти и слишкомъ часто вмѣсто удовольствія

приносятъ

намъ

страданіе. Съ

другой стороны,

активное

удовольствіе,

связанное

съ выявленіемъ себя самого, не зависитъ

отъ этихъ

превратно-

стей судьбы. Слѣдовательно, всякій до тѣхъ поръ можетъ

быть

увѣренъ въ немъ, пока онъ

въ

состояніи осуществлять въ себѣ его

предварительныя условія. Поэтому, и въ гедоническомъ смыслѣ вну-

тренне свободный человѣкъ можетъ быть, какъ правило, есчаст

ливѣе» несвободнаго. Но, естественно, мыслимы также такіе слу-

<<< < Предыдущая 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 1415 / 3215 16 17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27 > Следующая >>>

Соседние файлы в предмете Этика и психология