Добавил:
Опубликованный материал нарушает ваши авторские права? Сообщите нам.
Вуз: Предмет: Файл:

Генрих Гомперц – Жизнепонимание греческих философов и идеал внутренней свободы 1

.2.pdf
Скачиваний:
0
Добавлен:
13.07.2026
Размер:
11.52 Mб
Скачать

 

 

302

 

возможно

думать

о чемъ-либо,

если ты думаешь о чемъ-либо

другомъ,

и духъ

твой занятъ этимъ послѣднимъ . . . . , такъ

и здѣсь

нужно

понимать, что

невозможно мыслить сущее,

если въ душѣ имѣешь представленіе о чемъ-либо другомъ . . . , напротивъ,. . . . она должна стать пустой, если она хочетъ, чтобы никакое препятствіе не противостояло ея заполненію и освѣщенію первымъ принципомъ. Слѣдовательно, она должна отвратиться отъ всего внѣшняго и должна всецѣло обратиться внутрь, она не должна опираться ни на что внѣшнее, а лишь тогда можетъ она достигнуть того, чтобы созерцать тотъ первый принципъ, если она отбросила свое знаніе обо всѣхъ вещахъ . . . • , а также и знаніе о себѣ самой . . . . » Далѣе *): «Здѣсь во-истину воз­ любленный, въ которомъ можно принимать участіе, съ которымъ

можно имѣть общеніе,

и которымъ

по-истинѣ можно обладать,

и онъ

не

скрытъ

отъ

насъ

ни

мясомъ,

ни костями. Но кто

пережилъ

это,

тотъ

знаетъ,

что я говорю: душа пріобрѣтаетъ

другую жизнь, если она приближается

къ

нему и достигаетъ

его и принимаетъ

въ

 

немъ

участіе

и

такъ

настраивается къ

уразумѣнію

того,

что

это есть

надѣленіе

 

истинной

жизни,

и не требуетъ

уже

ничего

другого. Напротивъ: нужно отрѣ­

шиться

отъ всего

другого,

нужно

стоять

только

на этой

точкѣ . . . . , отрѣзать отъ себя остальное, къ чему мы тяготѣемъ;

и такъ

мы

торопимся

вѣдь

удалиться

отъ

всего этого

и гнѣ­

ваемся» если мы прикованы къ чему-либо

другому;

ибо

всѣмъ

нашимъ

«само»

мы хотимъ

охватить Бога,

и

не

должно быть

ни одной

части

насъ,

которая

не соприкасалась

бы

съ нимъ.»

Снова

говоритъ

Э к г а р т ъ :

«Божье

есть

то,

что

не

можетъ

быть

найдено

 

душой,

развѣ

только

она

сама

превратилась

въ ничто»

23)* .

И

далѣе:

«Такъ

умираетъ

она

своею

высшей

смертью.

Въ

эсой

смерти

душа

оставляетъ

всякое

желаніе и

всякій образъ, и всякій разсудокъ, и всякую форму и лишается всей сущ ности............ Пока это есть въ тебѣ, такъ что ты не кончаешься сразу и не тонешь самъ въ этомъ бездонномъ морѣ Божества, до тѣхъ поръ ты не можешь сознать этой боже. ственной смерти............. Когда душа покидаетъ себя всякимъ образомъ . . . . , тогда она находитъ, что она сама есть то, чего она искала подъ входомъ». 5)

1)Knn. VI. 9. 9.

2)J o s te s , стр. 94. 39.

3)Тамъ же. стр. 95. 29.

303

Далѣе А н г е л у с ъ говоритъ:

„Чѣмъ болѣе можешь ты покинуть себя и излиться изъ себя. Тѣмъ болѣе Богъ долженъ влиться въ тебя со свопѵъ Боже­

ствомъ* Ч

„Если ты переростаешь себя п всякое твореніе* То въ тебѣ прививается божественная природа*. *)

„Нпчто не уноситъ тебя за предѣлы тебя самого, кромѣ одного

дашь ѵвпчтоженія:

9

Кто больше уничтоженъ, тотъ имѣетъ больше божественности“. •')

„Кто существуетъ, какъ есла бы онъ не былъ а никогда не воз­

никалъ.

Тотъ (о, блаженство!) сталъ всспѣло Богомъ4. *»

Послѣдній

предварительный вопросъ касается,

наконецъ, s а-

р а к т е р а

п о з н а н і я ,

при

помощи

котораго можетъ позна­

ваться то внутреннее

тождество. Но тутъ съ самаго начала ясно,

что мистическій основной опытъ, переживаніе вещей, какъ яв­

леній для перенесеннаго въ міръ «я», не можетъ быть чувственно

воспринятъ

или представленъ

и не можетъ быть также мыслимъ

въ понятіи,

а

попросту

п е р е ж и в а е т с я . Но, какъ мы уже

знаемъ, этотъ

опытъ

предполагаетъ прекращеніе сознанія инди­

видуальнаго «я». Но

тамъ,

гдѣ нѣтъ

никакого

самосознанія,

тамъ, повидимому, не можетъ уже быть никакого мышленія или

познаванія (хотя, естественно, сознанію»

а также мышленію, не­

достаетъ,

въ дѣйствительности,

только

характеристики инди ­

в и д у а л ь н а г о с о з н а н і я и и н д и в и д у а л ь н а г о мышле-

нія; ибо

тамъ гдѣ не было бы

с о в с ѣ м ъ с о з на ні я , тамъ

невозможно

было бы также н и ч

е г о испытать, а, слѣдовательно,

и н и ч е г о

в ы с к а з а т ь ) . Всѣ

мистики поэтому единогласно

утверждаютъ, что мистическое постиженіе тождества стоитъ превыше мышленія и познаванія. Они обосновываютъ это оди­ наково тѣмъ соображеніемъ, что вѣдь познаніе предполагаетъ

*) Cherub. Wanderern. I. 138. Тамъ же, II. 57.

Тамъ же, II. 140.

*) Тамъ же, I. 02. - Нѣсколько ослабленную форму этого переживааіл, которая, однако, благодаря образностя выраженія, во всякомъ случаѣ, достаточно ясно сохраняетъ характерные моменты, мы нахо­ димъ въ 3 письмахъ Р ѵ с с о к ъ М а д ь з е р б ѵ і Petits Chefs-d'oeuvre, стр. 508 н сл.і.

304

раздѣленіе познающаго субъекта и познаннаго объекта, но что въ этомъ случаѣ это раздѣленіе именно уничтожается. Поэтому для мышленія, познаванія, даже вообще для сознанія нѣтъ уже мѣста: именно теперь недостаетъ не только противоположенія «я» и «ты», но нѣтъ также и субъекта, и явленія. Такъ, мы слышимъ въ Упанишадахъ 1): «Ибо тамъ, гдѣ какъ бы есть двойственность, тамъ . . . . одинъ познаетъ другого; но тамъ, гдѣ для одного все стало его собственнымъ «само», какъ

могъ бы

онъ

тогда . . . . познавать

кого-либо?

. . . . Какъ

можно было

бы

познавать

познающаго?»

Въ э т о м ъ

смыслѣ,

слѣдовательно, для

достигшаго искупленія

нѣтъ

«послѣ смерти

сознанія.»

И

снова 234):*

«Если

онъ

тогда

не

познаетъ,

то онъ,

все же, является познающимъ, хотя

онъ

не познаетъ; ибо для

познающаго нѣтъ

никакого

перерыва въ познаваніи, такъ какъ

онъ непреходящъ;

но

нѣтъ

ничего

второго

внѣ

его, ничего

другого, отличнаго

отъ

него,

что онъ могъ бы

познавать.» И,

наконецъ

а):

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

„Только тотъ, кто ве познаетъ этого, знаетъ это, Кто познаетъ это, тотъ не знаетъ этого, Непознанное познающимъ, Познанное вепозвающимъ."

Точно также и П л о т и н ъ неоднократно и настойчиво раз­ виваетъ, что въ мистическомъ экстазѣ исчезаетъ двойственность

познающаго

и познаваемаго

и становится

единствомъ *), при

чемъ уничтожается

всякое

ощущеніе, мышленіе, даже вообще

всякое самосознаніе.

5)

Отъ

Э к г а р т а мы

уже

слышали, что

душа, дабы

найти себя

самое, какъ Бога, должна

утерять «всѣ

образы и весь разсудокъ». Съ величественной парадоксальностью выражаетъ онъ эту мысль также въ слѣдующихъ словахъ: в) «Нуж­ но искать Бога съ заблужденіемъ и съ забвеніемъ, и съ безу­ міемъ».

іМы приходимъ теперь къ главному пункту, къ опыту сь

У Brihatlaranyaka-Up. 2. 4. 12—H (Deussen, стр. 418 в сл.). ’) Тамъ же, 4. 3. 30 (Deussen, стр. 472).

3)Kena-Up. 2. 11 (Deussen, стр. 206).

4)Enn. V. $. И; Ѵі. 7. 34—35; VI. 9. 3.

4)Enn. VI. 9. 7.

с) J o s t e s , стр. 1. 8.

305

самимъ мистическимъ тождествомъ. Послѣ всего сказаннаго здѣсь излишне предпосылать дальнѣйшія замѣчанія. Достаточно бу­

детъ привести

самыя свидѣтельства. Въ Упанишадахъ Удда -

лака

А р у н и

говоритъ своему сыну

Ç r e t & k e t n : Въ плоду

дерева

Xyagmdha находится

много сѣмянъ. А если его раско­

лоть, то

ты

не

увидишь тамъ внутри

ничего. Но «та тонкость,

которую

ты

не

замѣчаешь,

о дорогой, изъ этой тонкости во­

истину возникло это большое дерево Xyagrodha. Вѣрь, о доро­

гой, что

есть

та

тонкость,

это

есть существованіе, изъ кото­

раго состоитъ

эта

вселенная,

то

есть

реальное, то есть душа,

то есть ты, о

Çvetaketu!* г) И другое

мѣсто: Tat tvam asi, есть

основная

мысль,

господствующая надо всей системой Веданты.

Тутъ сказано: «Это есть твоя

душа, которая всему присуща.**)

«Во-истину, кто

знаетъ того высшаго Брахмана, тотъ становится

Брахманомъ.» *3)і Брахманъ становится этой вселенной. А кто

всегда познаетъ о

богахъ и людяхъ: «Я—Брахманъ*, тотъ ста­

новится тѣмъ

же

самымъ. 4) Но

П л о т и н ъ говоритъ о часѣ

единенія съ

Богомъ: 5)

«Тогда

можно созерцать, какъ того,

такъ и себя самого,

какъ

должно,

созерцать ихъ: именно себя

самого излучающимъ, полнымъ свѣта познанія, или лучше: даже чистымъ свѣтомъ, лишеннымъ тяжести и легкимъ, становящимся

Богомъ или,

скорѣе, сущимъ

Богомъ.» И

снова 6);

«Мы увле­

каемся, слѣдовательно . . . .

къ

сущему,

и

возносимся къ

нему . . . . ,

и познаемъ его.

А

не тогда,

когда

мы имѣемъ

образы этого или представленія. Напротивъ, когда мы сами яв­ ляемся этимъ. Если, слѣдовательно, мы принимаемъ участіе въ

истинномъ познаніи,

то мы—сущее:

не тогда, когда мы воспри­

нимаемъ е г о

в ъ с е б я .

а тогда,

когда находимся въ

немъ. А

такъ

какъ и

другіе

суть

сущее, не только мы, то мы всѣ явля­

емся

сущимъ . . . .

слѣдовательно,

всѣ суть Единое.

Но, об­

ращая свой взоръ вовнѣ, или къ тому, къ чему мы тяготѣемъ, мы не замѣчаемъ того, что мы—Единое, словно многія обращенныя вовнѣ лица, имѣющія внутри одну общую вершину. Но если бы кто могъ обратиться взоромъ вовнутрь, безразлично, благодаря ли

і) Chamlogya-Up. 6. 12 (Deusseu, стр. 1G8 п сд.).

’) BrihariartinyakA-Up. 3. 4. 1 п сл. (Deussen, стр. 435 и сл.). ï Тамъ же, 3. 2. 9 (Deussen, стр. 558).

«) Brihatiaranyaka-1'p. 1. 4. 10 (Deussen, стр. 895). *> Enn. VI. 9. 11.

■) Enn. VI. 5. 7; cp. VI. 9. 8.

20

306

собственной силѣ или осчастливенный помощью Аѳины, тогда онъ видитъ Бога и себя самого, и вселенную. Но онъ не поз­ наетъ этого сразу, какъ вселенную. Позднѣе же, когда онъ не находитъ той точки, гдѣ онъ самъ стоитъ, и никакой границы,

до которой

онъ

простирается, онъ

перестаетъ отдѣлять себя

самого отъ

всего бытія, но переходитъ

во вселенную, совершен­

но не двигаясь съ

мѣста, а оставаясь именно тамъ, гдѣ покоится

основаніе вселенной.» Точно также Э к г а р т ъ свидѣтельствуетъ *):

«Душа

есть

всякаго

рода

вещь.»

«Повсюду

душа

есть

Богъ

. . . .

здѣсь душа

и божество

есть

одно.»

“) «Богъ

по­

этому

сталъ другимъ я, дабы я

могъ стать

другимъ

Онъ.» 3)21

То же самое слышимъ мы у А н г е л у с а:

„Богъ стадъ дая тебя человѣкомъ, если ты свова не станешь Богомъ,

То повосхшіь ты рожденіе п насмѣхаешься надъ его смерть»“. 4*)

„Если я долженъ найти свой послѣдній конецъ и первое начало, То я долженъ отыскать себя въ Богѣ, я Бога въ себѣ

И

стать тѣмъ, что Онъ есть: я долженъ быть Свѣтомъ въ Свѣтѣ,

Я

долженъ быть Словомъ въ Словѣ, Богомъ въ Богѣ“. *)

«Будучи человѣкомъ прежде всего, если ты сталъ всѣмп вещами То ты стоишь въ Словѣ н въ ряду боговъ.“ •)

«Какъ можешь ты чѳго-лвбо желать? Ты самъ можешь Быть небомъ п землей а тысячью ангеловъ.* ?)

Я назову сейчасъ человѣка, имя котораго трудно было ожи­ дать встрѣтить въ этой связи. Этотъ человѣкъ — Л е с с и н г ъ . Ибо Я к о б и сообщаетъ 8) о немъ одно выраженіе (которое от­ нюдь не понималось въ видѣ простой шутки); онъ самъ, бьш можетъ, есть высшее существо въ состояніи наивысшей концен­ траціи, и то, что ниспосылаетъ дождь. Наконецъ, этотъ рядъ ци­ татъ можно заключить нѣкоторыми цитатами изъ Фи х т е .

1)

J o s t e s , стр. 39.

8.

2)

Тамъ же, стр. 96.

27 и сл.

a)

Тамъ же, стр. 97.

4.

4)Cherub. Wanderern. L 124.

b)Cherub. Wanderern. L 6.

•) Тамъ же, I. 192.

’) Тамъ же, II. 149.

*) Briefe über die Lehre des Spinoza (WW. IV. 1, стр. 74 н 79).

 

 

 

 

 

 

307

 

Точно

также

и

для

него

жизнь есть «единое съ бытіемъ»: *)

«истинная жизнь»

не

вѣрить

«даже въ реальность этого много­

образнаго и

измѣняющагося,

а

. . . . исключительно только

въ ея

неизмѣнное и

вѣчное

основаніе въ божественнной сущ­

ности», она

«неизмѣнно

сплавлена съ этимъ основаніемъ и

растворена въ немъ.»

2*) Если бы

человѣкъ могъ «лишь понять

себя, то онъ могъ бы также понять Абсолютное; ибо въ своемъ бытіи по ту сторону понятія онъ самъ есть Абсолютное»; «только для понятія и въ понятіи есть міръ. . . . ; а по ту сторону понятія, т. е. по-истинѣ и само по себѣ, нѣтъ ничего . . . .

кромѣ Бога живаго въ его жизненности.» 8) «Сознаніе, или также мы сами—есть само божественное существованіе, и по­ просту едино съ нимъ.» 4*) «Благодаря высшему акту свободы» рушится «вѣра въ нашу . . . . самостоятельность», а тѣмъ самымъ также «бывшее «я» падаетъ въ чистое божественное существованіе»; и теперь здѣсь «вообще уже не двое, а только Единое.» й)

Съ этого кульминаціоннаго пункта мистическаго опыта у мистика получается для ретроспективнаго разсмотрѣнія доми­ стической жизни своеобразная точка зрѣнія. И эта точка зрѣнія особенно замѣчательна тѣмъ, что она сталкивается съ ортодок­ сальной теологіей (брахманизма или христіанства) еще гораздо рѣшительнѣе, нежели все предыдущее. Ибо это послѣднее остав­ ляетъ еще открытымъ нѣкоторый обратный путь къ ортодоксаль­ ной теологіи. Имѣется такъ много способовъ быть или стать съ Богомъ единымъ; въ послушаніи, въ вѣрѣ, въ любви, во Христѣ. И языкъ носитъ соотвѣтствующій и эластическій харарактеръ. А теперь, напротивъ, появляется очень сомнительная для

догматики

двоякая

мысль.

Во-первыхъ: т о ж д е с т в о

есть

в з а и м н о е

о т н о ш е н і е .

Я

могу

поэтому формулировать

мистическій

опытъ одинаково,

и какъ познаніе того, что

Богъ

есть я, и какъ

познаніе того, что я есмь Богъ. А въ дѣйствитель­

ности именно

поэтому ни одна изъ этихъ двухъ формулировокъ,

не есть ни

послѣдняя, ни

окончательная. Напротивъ, истина

заключается

въ

томъ,

что Абсолютное

не есть ни Богъ, ни я

*) Anweisung zum seligen Lebeu, 1. Vorlesung (WW. V. стр. 405к -) Тамъ же, 3. Vorlesg. (стр. 44«)).

я) Тамъ же, 4. Vorlesg. (стр, 453 я сл.). 4) Тамъ же, (стр. 457).

л) Тамъ же, 8. Vorlesg., стр. 518.

308

А такъ какъ предполагается, что познаніе истины есть вмѣстѣ съ тѣмъ познаніе, дающее искупленіе, то отсюда слѣдуетъ: въ м и с т и ч е с к о м ъ е д и н е н і и Б о г ъ т а к ъ ж е о с в о б о ­

ж д а е т с я

 

о т ъ

с в о е й

б о ж е с т в е н н о с т и ,

к а к ъ

я

отъ

с в о е й с а м о с т и .

ІІбо,

и

это есть

второй пунктъ: Богъ

 

и я

суть,

очевидно,

понятія,

замѣщающія

другъ

друга;

абсолют­

ное

полаганіе

ихъ

обоихъ покоится на одинаковомъ игно­

рированіи

ихъ

тождества. Но

вѣдь,

дѣйствительно,

одно

и

то

же

чувство

«я»

высказывается то въ

человѣческомъ тѣлѣ, какъ

индивидуальное

«я»,

то

въ мірѣ другихъ вещей, какъ

міровое

«я»:

Б о г ъ

и

«я»,

имѣютъ,

слѣдовательно,

 

лишь

о т н о с и ­

т е л ь н о е ,

взаимно

о б у с л о в л е н н о е

д р у г ъ

 

д р у г о м ъ

с у щ е с т в о в а н і е :

они

суть н е

с а м и

по

с е б ѣ ,

а

лишь

д р у г ъ

д л я

д р у г а , и

это лишь до тѣхъ поръ, пока не най­

дено ихъ истинное тождество. Эти послѣдніе выводы съ

пора­

зительнымъ постоянствомъ, хотя, естественно, въ

различныхъ

оттѣнкахъ,

встрѣчаются

во

 

всей исторіи

мистики. Въ

вели­

комъ

догматическомъ сочиненіи

( J a n k а г а

 

мы

читаемъ

г):

«Послѣ

того,

какъ

благодаря раскрытію не-различія при

по­

мощи

такихъ

словъ, какъ: Это есть ты, не-различіе

дошло до со­

знанія,

 

исчезло

все странствующее бытіе индивидуальной души и

творческое бытіе Брахмана. » Точно также М е й с т е р ъ

Э к г а р т ъ

говоритъ

а): «Богъ

называется

Богомъ,

это

имѣетъ

онъ отъ

твореній»;

и

онъ заключаетъ

отсюда 3):* «Находится

еше

Богъ

въ

душѣ, . . . .

то

душа еще

не

м ертва.............Пока

душа

имѣетъ

Бога

и

признаетъ

Бога,

и

знаетъ Бога,

она

по-исти*

нѣ

исполнена

Бога-

Это

есть желаніе

Бога,

чтобы

Богъ

сдѣ­

лалъ себя самого въ душѣ

ничѣмъ.»

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

Подобнымъ же образомъ

говоритъ

А н г е л у с ъ:

 

 

 

 

.Богъ во-пстпну есть нпчто; л поскольку онъ есть нѣчто, Онъ есть лпшь во мнѣ. какъ онъ избралъ меня для себя." 4)

*й знаю, что безъ меня Богъ вл мгновенья не можетъ жить, Ставу я ничѣмъ, онъ долженъ по необходимости испустить

духъ." *)

1) D e u s s e п, «lie Sutra's «les Vedanta, стр. 300.

2)J о s t e s, стр. 93. 23. Тамъ же, стр. 93. 9.

*) Cherub. \Vanderem. I. 200. 4) Та мъ же, i. 8.

F

309

 

„Нѣтъ ничего, кромѣ меня п тебя: и ѳслп васъ нѣтъ д в о и х ъ . То Богъ не есть ужъ Богъ, п рушится небо.“ М

Но особенно характерны нѣкоторыя выраженія D a n i e l v o n Czepko, современника только что цитированнаго поэта. Онъ говоритъ:

.Душа хі Богъ, о в іі стоятъ въ неразрывной обязанности; Исчезнетъ одно, я знаю, другое не устоитъ“; 2 )

далѣе (особенно поучительно для идеалистическаго и солипси­ ческаго характера мистическаго опыта):

„До меня не было времени, послѣ меня не Судетъ нпкакого, Со мноіі рождается оно, со мною также кончается оно.** 3)

Наконецъ *):

„Богъ не есть Богъ для него самого; онъ есть то, что ояъ есть

Только твореніе избрало его Богомъ.

 

 

 

Онъ есть отраженіе его; человѣкъ, до того, какъ онъ жилъ,

 

Не имѣлъ Бога, онъ парилъ только въ свободномъ покоѣ.

 

То, что онъ существуетъ, это принадлежитъ ему; и

если всту­

 

питъ онъ когда-либо въ свѣтъ,

Случится, что Богъ и человѣкъ одновременно исчезнутъ".

 

Послѣдніе с т и х и принадлежатъ,

конечно,

къ самымъ

сво­

боднымъ и самымъ смѣлымъ стихамъ во всей

философской

по­

эзіи. Они вполнѣ подходятъ въ

качествѣ заключенія

къ насто­

ящему изслѣдованію. Вѣдь это

послѣднее, помимо желанія со­

дѣйствовать нѣсколько п о н и м а н і ю

мистики, прежде всего по­

ставило себѣ цѣлью дать правильную о ц ѣ н к у

этому направленію

мышленія, одинаково далекую какъ отъ полнаго подчиненія ми­ стическимъ «откровеніямъ», такъ и отъ безусловнаго пренебре­ женія къ мистической «мечтательности».1

1) Тамъ же, II. 1X8.

’*) Sexcenta monoüisticha IV. 59 1і і n g е г, р. LI). *) Тамъ же, III. 11 ( E l l i n g e r , р. L).

V Das inwendige Himmelreich .V 12 11і n g e г, р. XXXIX).

Опечатки.

Страница

Строка

Напечатано:

Нужно:

109

17 сверху

(bhischu)

(bhikshu)

175

заголовокъ

Стоики I.

Девятая лекціі

 

 

Девятая лекція

Стоики I.