Sext_Empirik_-_Sochinenia_v_2-kh_tomakh_t_1__Fi

Поэтому думающий, будто он противоречит нашему 160

УТIJеРJl\депию, что пет IlИlШI(ОГО поl\азатеJIыlгоo при­

зпана, является, иопечно, нашим помощником, и calll

ОН, признавши ту часть, I\оторая должна быть построена

СJ\ентически, приводит ее в падлеFI,ащий ПОРЯДОI\. Дей­

ствительно, если приводимые апоретинами рассуждения

против знана очень сильны и почти неопровержимы,

а им не уступают и [рассуждения] догматиков, утвер­ ilщающие реальность знана, то само собою следует

воздержаться от суждения относительно этой реаль­

ноСТИ и не присоединяться вопрени справедливости

1, той или другой стороне. Впрочем, поиазав обычай

с],ептиков, перейдем далее и к последующему постро­

ению.

Скептини говорят, что из существующего одно суще- 161

ствует независимо, другое же - относительно. При

<JTOM независимо существуют те предметы, которые

мыслятся сообразно их собственной сущности и абсо­

лютно, например «белое-черное), «сладное-горькое) и псе подобное этому: ведь мы видим их простыми вслед­

ствие их определенности, раздельно от примышления

чего-нибудь другого.

Относительное же есть то, что мыслится по его поло- 162

f],ению относительно другого и уже не принимается

абсолютно, т. е. сообразно его собственной сущности, например: «более белое), «более черном, «более слад­

]юе), «более горькое) и все, что относится к той же самой категории. Ибо «более белое) и «более черное)

мыслится не тем способом, каким мыслятся «белое), «черное) с ТОЧIШ зрения их собственного содержания. 110 чтобы мыслить это, мы должны обратить внимание

II на то, в отношении чего оно белее или в отношении чего чернее. Такое же рассуждение и в отношении «более сладкого) или «более горького).

Итак, поскольку существуют в вещах два различных 103

рода, один независимый, а другой соответственно тем

или другим отношениям, то необходимо, чтобы и знак,

по крайней мере показательный, существовал или неза­

писимо, или относительно. Третьей же категории вещей,

средней между этими, не существует. Но энак не может

пе принадлежать к категории независимых вещей, ИЮ{

это само собою признается и со стороны инакомысля­

щих. Поэтому он принадлежит к категории вещей

относител.ьных. ИмеННОJ коль скоро обозначаемое мы- 16'

181

слится по его положению относитеЛJ,НО ЗIIю,а ию, при­

IНщлса.. ащсе l( роду вещсй ОТllОСИТСJIЫIЫХ, 'то И ЗllЮ, принадлежит н роду всщеii ОТlIOСИТСJIЫIЫХ): 011 ЗJIaI, чего-то, поскольку это последнее обоэначено. Поэтому

ногда предположим одно из них устраненным, то и

остающееся исчезнет, кан, например, происходит с <<пра­

ВЫI\П) и «левым». Если пет ничего <<Правого», не будет

ничего и </Левого», потому что оба понятия являются

понятиями соотносительными, и если отсутствует «ле-

165 вое», то и мысль о <<Правом» этим устраняется. Но,

как известно, предметы соотносительные мыслятся одно­

времснно: невозможно, l\al{ я сназал, познать ни «более белое», не сопоставив его в том, чсго оно белее, ни «более черное» без мысленного представления того, чего

оно чернее. Итан, поскольну знак принадлежит к отно­

сительным вещам, то, нан мы доказали, вместе со зна­

ком должно восприниматься и то, чего он знак. Невос­ принимаемое же вместе с ним не будет его знаком.

Ведь предположение, что воспринимаемое вместе с чем­ нибудь может стать его знаком, терпит окончательный

крах: поскольку оба воспринимаются одновременно, то

ни первое не раскрывает второго, ни второе не обнару­

живает первого, но то и другое, выявляясь само через

себя, лишается подобного значения.

166 Сюда можно присоединить еще и следующий довод. Если знак может быть воспринят, то он воспринимается или раньше обозначенного им, или вместе с ним, или

после него; но он не воспринимается ни раньше обозна­

А именно утверждение, что знак воспринимается после обозначенного им, само собою является неJIепым, ибо каким образом знак может что-нибудь раскрывать,

когда то, что он раскрывает, именно обозначенное им, воспринимается раньше него? Если догматики это выска­

жут, то они должны принять это как нечто особенно

противоречащее их обычным утверждениям. В самом деле, они утверждают, что обозначенное неявно и не

воспринимается само по себе; если же знак восприни­ мается после восприятия этого обозначенного неявного,

то не будет и этого неявного, поскольку оно именно

видится до появления того, что на него указывает.

168 Поэтому знак не воспринимается после обозначенного

им. Но он не воспринимается и вместе с обозначенным

182

ИМ по причине, высказанной немного выше. Восприни­

маемые совместно вещи не нуждаются во взаимном

обнаружении, но являются одновременно сами собою, и поэтому никто не назовет ни знак знаном, ни обозначен­ ное обозначенным.

Итак, остается сказать, что знак воспринимается 169

рапьше обозначенного им. Это опять возвращает нас " тем же опровержениям. Ведь догматики должны сна­

чала доказать, что зню, не принадлежит к разряду

относительных вещей или что не воспринимаются сов­

местно соотносительные вещи, чтобы тогда мы могли принять, что знак способен восприниматься раньше обозначенного им. Но так как прежние положения 170

остаются неизмененными, то невозможно удостоверить предварительное восприятие для знака, принадлежа­

щего к роду вещей относительных и долженствующего

восприниматься совместно с тем, чего он является зна­

ном. Однако если для того, чтобы знак был воспринят, нужно ему восприниматься или раньше обозначенного

им, или совместно с ним, или после него - а доказано,

что ничто из этого невозможно, - то следует сказать, 171

что знак невосприемлем. Кроме этого некоторые на

основании того же самого доназательства приводят дру­

гой аргумент такого рода против догматиков. Если

существует какой-то показательный знак чего-нибудь,

то он есть знак или явный явного, или неявный неяв­

ного, или явный неявного, или пелвный явного. Но

пе существует знан ни ЯDНЫЙ явного, ни неявпый нелв­

пого, ни явный неявпого, ни нелвпый явного. Стало быть, не существует нинююго знаI\а [вообще].

Вот каново это рассуждение, и его ностроение ясно. 172 И оно станет еще яснее, когда мы укажем ПРИВОДИl\lое

против него догматиками возращение. Именно, они

говорят, что они ДОПУСI\аЮТ толыю ДDа сочетания,

а относительно ДDУХ остальных они расходятся с нами. 173

[По их мнению], истипа в том, что существует зню,

лвный явного И явный неЯDНОГО, а очевидная ложь

в TOl\l, что будто имеется знак неявный явного или неявный неявного. Например, явный знак явного есть тень тела. Ведь она сама, будучи зпаком, явна, и тело,

будучи обозначено [этим знаком], само очевидно. Явный

знак неявного тоше, очевидно, существует, например

красна стыда, ибо она нсва и самоочевидна, а стыд

невидим.

183

17( Однако говорящие это беэнадежно глупы. Ведь если

признать, что знак относителен и что относительные

вещи по необходимости воспринимаются совместно, что

невозможно, чтобы знак и обозначенное принадлежали

к разряду совместно воспринимаемых вещей, но если

всегда и во всяком случае оба сразу будут восприни­

маться как очевидные, то ни одна из этих двух вещей не

будет ни знаком, ни обозначаемым, так 1\ак одному

нечего раскрывать, а другое не нуждается ~ paCI{pьy-

175 вающем. То же самое нужно сказать и о втором соче­

тании, по которому они думают, что явное бывает зна- 1\ОМ неявного. Ведь если ЭТО так, то надо, чтобы знак воспринимался раньше обозначенного им, а обозначен­

ное воспринималось после знака, а ЭТО невозможно

вследствие того, что они принадлежат к роду относи­

тельных вещей и должны восприниматься совместно.

176 Из воспринимаемых человеком вещей одни, по-види-

~юму, воспринимаются чувством, другие - мыслью;

чувством - такие, как «белое-черное», «сладкое-горь­ кое», а мыслью - такие, как (<прекрасное, безобразное, законное, противозаконное, благочестивое, нечестивом.

И поэтому знак, если он воспринимаем, или относится

кчувственным вещам, или к мыслимым, так что если

он не является принадлежащим ни к одному ИЗ ЭТИХ

двух родов вещей, то он вообще не существует прин- 177 ципиально. Конечно, это является прямым удостовере­

нием, что он неуловим, - я Иl\lею в виду ТО, что до

сих пор его природа ускользала [от постижения), так

1\8К дЛЯ одних воспринимающих он является чувствен­

ным, для других - мыслимым. Ведь Эпикур и руково­

дители его секты утверждали, что зню{ бывает чувствен­

ным, а стоики считали его мыслимым 4О • Тююе разно­

гласие почти от века остается нерешеННЫlll, и при таком

поло/Нении деJIа вопрос о зню{е должен оставаться неиз­

беll\НО предметом воздержания [от сужденияl, ПОСНОJIЬКУ

знак должен быть либо чувственным, либо умопости­

гаемым.

1711 У;каснее всего то, что вместе с ЭТИМ рушится даваемое И~I обещание, поскольку он, с одной стороны, обещает раскрыть что-то другое, а с другой - сам оказы­

вается теперь опять нуждаЮЩИl\lСЯ в другом для раскры­

тия себя самого. Ведь если все спорное неявно, анеявное

воспринимается на основании знака, то, конечно, и

спорный знак, как неявный, будет нуждаться в 1\аком-то

184

знаке для своего обнаружения. При этом не могут 179 таЮI,е говорить, что спорuое 1I1O)I,eT быть обосновано дона­

Зilтельством и иметь достоверность. Ведь прежде всего

пуСТЬ, Iюгда они ДОJ\аЖУТ, тогда и примут его в начестве

достоверНОI;О. посI\олы\,' ОДНaIЮ, у них остается толыю

одпо обещание, а не доназательство, постольну оназы­

вается необходимым воздержание [от суждения].

Затем, и доназательство принадлежит н числу пред- 180

метов сомнительных, поснольну, будучи противоречи­ ВЫМ, оно само нуждается в сообщении ему достовер­

пости. Стремиться же доназывать исномое через исно­

JIIое совершенно нелепо. В особенности надо иметь

ввиду, что доназательство по своему роду есть знан,

ибо оно раснрывает занлючение. Для подтверждения 181 знана нужно, чтобы достоверно было доназательство,

а для того, чтобы было достоверным доназательство,

надо раньше подтвердить знан, тан что и то и другое,

получая достоверность друг от друга, в нонце нонцов

одинаново недостоверно.

Кроме того, то, что принимается в области ДОI,аза- 182

тельства для подтверждения знана, или чувственно, или

мыслимо. И если оно чувственно, то остается в силе

первоначальный вопрос вследствие общего разногласия

по поводу чувственного. Если же оно мыслимо, ТО оно

одинаново становится недостоверным, поснольну без чувственного оно не может быть принято.

Допустим, однано, и признаем! идя на все уступни, 183 что знан бывает или чувственным] или мыслимым. Но и при таном условии невозможно, чтобы существование его было достоверно. Надо сназать о каждом отдельно, но сейчас снажем хотя бы о том, что он не бывает чув­ ственным. Именно, для признания этого надо было бы, чтобы раньше было достигнуто соглашение в бытии чув­

ственного и чтобы оно было признано всеми физи­

нами для того, чтобы из этого общего признания выве­ сти рассмотрение [вопроса] о знане.

[чувственного]. Тан, Демонрит говорит 42, что нет ничего чувственного, а восприятие чувственного является обма­

ном чувств и что не существует вовне ни сладного,

ни горьного, ни горячего, ни холодного, ни белого, ни

черного и ровно ничего из видимого всеми. ибо "'то есть 185

185

паимепования наших аффекциЙ. Эпикур же говорил,

что псе чувствепное та}\ово, l\а}\ИI\I оно l\аiI,ется и }\а}\

воздействует на чувственное восприятие, поскольку

последнее НИl\огда не обманывается, хотя другие и ду­ l\Iают, что оно обманывается 43. СТОИИИ и перипатетики, избравши средний путь, говорили, что некоторые из

чувственных предметов действительно существуют,

анекоторые не существуют, так как чувственное вос­

приятие относительно их обманывается.

t86 Но самое главпое [вот в чем): если мы желаем, чтобы

знак был чувственным, то прежде всего надо согласиться

с существованием чувственного и прочно его установить,

чтобы решительно было дано, что и знак восприемлем.

Или же если существование чувственного составляет t87 предмет споров от века, то должно признать, что и знак

подвержен тому же разногласию. Действительно, как белая l\раска не может быть воспринята безошибочно,

если нет согласия относительно существа чувственных

предметов (посI\олы\y и она принадлежит к разряду чувственного), так и зпак, если оп по происхоН\дению чувственный, решительно не может быть назван про­

чно существующим при наличии спора относительно

чувственных предметов. Надо, очевидно, чтобы было

достигнуто соглашение относительно чувственных пред­

метов и чтобы относительно них не было никакого раз­ норечия. Я спрашиваю, каким образом могут инаКQ­

мыслящие учить нас, что знак действительно чувствен­

ный? Ведь все чувственное по природе является объек­

том для всех находящихся в одинаковом состоянии и

одинаково ими воспринимается. Например, белый цвет не по-разному воспринимают эллины и варвары, и не

по-особому художники, и не извращенно простые граж- t88 дане, но одинаково все имеющие ощущения, без всякой

преграды. То же самое происходит с горьким или слад­

ким, причем каждое имеет не другой вкус, но каждый

ощущает его подобно другим людям, имеющим такие же ощущения. А знак как знак, по-видимому, действует

не одинаково на всех находящихся в одинаковом поло­

жении, но для одних он совершенно не знак чего-либо,

хотя и проявляется для них вследствие своей очевид­

ности, а для других хотя и является ЗНaIЮМ, но не той же

самой вещи, а отличной. Ведь одни и те же явления~ на­

пример, в медицине являются для одного знаками

чего-либо OДHOГO~ например для Эрасистрата1 а для

186

другого, например для Герофила, - знаком уже дру­ гого, а для третьего, например для Асклепиада, - знакоМ третьего 44. Поэтому не следует говорить, что знак бывает чувственным. Ведь если чувственное дей­

стпует на всех одинаково, а знак не действует на всех

о~ИНaI{ОВО, то знак не есть нечто чувственное.

3атем, если знак чувственный, то подобно тому 189 1\111\ чувственный огонь жжет всех, которые могут об­

,,,ечься, и чувственный снег охлаждает всех, которые

могут охлаждаться, - так и знак, если он принадле­

,I\ИТ к числу чувственных предметов, должен всех

приводить к одному И тому же обозначенному им пред- 1\Iету. Этого во всяком случае нет. 3начит, он не чув­ ственный. Кроме того, если знак чувственный, то неяв- 100

ные предметы или восприемлемы для нас, или не вос­

приемлемы. Если они не восприемлеыы, исчезает и знак. При наличии двух [родов] вещей, явных инеявных,

сели явное не имеет знака ввиду своей самоочевид­

ности, равно как неявное ввиду своей невосприеыле­

мости, то нет никакого знака [и вообще].

Если же неяспые вещи восприемлеыы, опять-таки 191 следует, что коль скоро знак будет чувственным, а чув­

ственное должно действовать на всех одинаково, то lIеявные предметы надлежит воспринимать всеы. Од­

нако одни говорят, чtо эти предметы или не восприни­

маются, как, например, врачи-эмпирики 4& и скептиче­

ские философы; другие же утверждают, что они вос­

принимаются, но неодинаково. Стало быть, знак не бывает чувственным.

Да, говорят они, но как чувственный огонь при 192

различии предоставленных ему веществ обнаруживает различные способности, именно: воск плавит, глину сплачивает, дерево жжет, то таким же образом, оче­

видно, и чувственный знак при различных восприни- 193

мающих ero указывает разные предметы. И нет ничего

странного, [говорят они), в том, что и при воспомина­

TeJIbHbIX знаках наблюдается то же самое: поднятый

факел для некоторых означает вражеCI{УЮ атаку, а для

иных показывает приход друзей; и звон колокольчика

для одних есть знак продажи съестного, а для других -

призыв к ПОЛИВl{е дорог. Поэтому и по]{азательный

31Iа!{, говорят они, имея чувственную природу, может 194

Уl\азыпать то на одни, то на другие предметы. Jlри ЭТО1>[ ]\10;1\110 было бы потребовать, чтобы приводящие в при-

187

JIIер изменение действия огня показали такое же изме­

нение со зню,ом, какое случается с огпем. Этот послед­ ний проявляет неизменно вышеназванные свойства, и

нет никого, кто был бы несогласен, что от огня воск

19;; плавится, глина сплачивается, дерево горит. А при

показательном знаке, если мы допустили аналогичное

положение, мы впадаем в величайшую несообразность,

утверждая, что каждый из показываемых им предметов

реалев:, так что если это так, то причиняет болезнь 1116 и толстота,.И худоба, и телесное сложение. Это нелепо:

такие противоборствующие друг другу и разрушитель­

ные причины не могут существовать вместе. Или пусть

это признают догматические философы, хотя это и

невозможно; или пусть признают, что знак, будучи чув­ ственным, нисколько не указывает на что-нибудь сам

по себе, но это мы, обладая различными внутренними

состояниями, различно и реагируем на него.

197 Они не решатся признать это, а кроме того, указан-

ные действия огня не допускаются согласно всеми,

198 но спорны. Действительно, если бы огонь имел жгу­ чую природу, он должен был бы все жечь, а не (так действовать, чтобы] одно сжигать, а другое не сжигать. И если бы он имел плавильную силу, он должен был IIJIJ бы расплавлять все, а не (то, чтобы] одно расплавлять, а другое нет. Очевидно, он делает это не в силу соб­ ственной природы, но соответственно приходящим в об­

щение с ним вещественным материалам; например,

он сжигает дерево не потому, что он сам жгуч, но

потому, что дерево пригодно для горения при его содей­

ствии. Он плавит воск, но не потому, что имеет пла­ вильную силу, но потому, что воск обладает свойством расплавляться при его содействии. Точнее мы будем говорить об этом, когда будем рассматривать (вопрос] о реальности этих явлениЙ46 •

200 В настоящее же время против тех, кто отталкивается

от воспоминательного ЗНaI,а и приводит (в пример]

факел и звон колокольчика, мы должны сказать, что

нечего удивляться, если эти признаки указывают на

многие предметы. У тех, кто устанавливает законы, [все это уже] определено, говорят они, и в нашей власти, чтобы они показывали один предмет, когда

мы этого щелаем, и чтобы они были ПОI,азателями мно-

201 гих предметов. Показательный же зпаI" который по

своей природе, по-видимому, намекает на обозначенные

188

предметы, по необходимости должен быть показателем

одного предмета, и притом совершенно уникальным,

так I<aK он не будет знаком, если он будет общим дЛЯ 1I/НОГИХ предметов. Ведь невозможно с помощью чего­

нибудь прочно ухватиться за одно, если налицо много

показываемых предметов; например, превращение из

богача в бедняка есть общий знак как распутства, так

икораблекрушения или предательства друзей. Будучи общим для многого, знак отнюдь не может быть пока­ зательным исключительно для одного из этих событий. Если он будет знаком данного предмета, то почему больше этого, чем того? И если того, то почему больше того, чем этого? На самом же деле он не будет знаком

ивсех их, ибо все они вообще не могут существовать

вместе.

Итак, показательный знак отличается от воспомина- 202

тельного, и не следует переходить от того к этому,

поскольку тот должен указывать на предмет, а этот

может указывать на множество предметов и обозначать [вещи] так, как мы установим.

Далее, нельзя учиться никакому чувственному как 203

чувственному. Ведь никто не учится видеть белый цвет,

и никто не учится вкусу сладкого, не научается воспри­

нимать тепло или другое что-либо подобное. Но знание всего этого достается нам от природы и без научения. А знак в качестве знака изучается, как говорят, с боль­

шими усилиями, например тот, который относится к ис­

I\УССТВУ управления кораблем, потому что он показы- 204 вает ветры, бури и затишье. Точно так же обстоит дело и у занимающихся небесными явлениями, например у Арата и Александра Этолийского 47; по этому же образцу и у эмпириков-врачей, как, например, кра­

снота, распухание сосудов, жажда и тому подобное,

что неизучивший не воспринимает в качестве знаков.

Следовательно, знак не есть нечто чувственное. Ведь 205

если чувственное неизучимо, а знак изучают J\aK знак, 206

то знак не может быть чувственным. Да и чувственное,

ПОСI\ОЛЬКУ оно чувственно, мыслится как независимое

[абсолютно), например белое, черное, сладкое, горькое

и все в таком роде. Знак же, поскольку он знак, принад­ ЛСiI';ИТ к относительному. Он рассматривается по поло­

,).;ению относительно обозпаченного. Следовательно,

зван не принадлежит I< числу вещей чувственных. Да 207

И все чувственноеJ как поназывает название, воспринц-

189

мается чувственпым восприятием, а знак как зню, вос­

принимается не чувственным восприятием, а мыслью.

Так, мы называем знак истинным и ложным, а истин­

ное и ложное нечувствепно. То и другое - постулат

(i~(U)f1CX), а постулат принадлежит не к чувственным,

а к мыслимым предметам. Стало быть, следует говорить,

что знак не принадлеlIЩТ к предметам чувственным.

208 Можно взяться за это и таким образом. Если пока-

зательный знан чувственный, то гораздо раньше этого

должно быть показателем чего-нибудь само чувствен­ ное. На самом же деле это не тан. Ведь если чувственное

уназывает что-либо, то [здесь! или однородное будет

поназателем однородного, или неоднородное - неодно­

родного: Но ни однородное не бывает показателем

однородного, ни неоднородное - неоднородного. Следо- 209 вательно, чувственное не есть показатель чего-либо.

Допустим, например, что мы никогда не натыкались

на то, что является, по предположению, белым цветом,

равно кю{ и на черный, и что мы впервые видим белое. 210 Мы не в силах будем на основании этого восприятия

воспринимать и черный цвет. Пожалуй, можно пони­

мать, что черный цвет иной и что он не похож на белый.

Но воспринять черный цвет из наличия белого невоз­

можно. Таное же рассуждение приложимо и к звуку

и вообще к другим чувственным предметам. Следова­

тельно, однородное чувственное не является показате­ лем для однородного, т. е. зрительное - для зритель- 211 ного, слуховое - для слухового, вкусовое - для вку­

сового. Но конечно, и неоднородное не является

показателем для неоднородного, например зритель­

ное - для слухового, слуховое - для внусового или

для обонятельного. Ведь ногда нто-либо нюхает что­ нибудь благовонное, он не приходит н восприятию

белого цвета, и тот, нто воспринимает звук, не чувствует

сладости внуса.

212 Впрочем, длинно было бы исследовать, может ли однородное быть приэнанОм однородного и неоднород­

ное - неоднородного, раз иной здравомыслящий разо­

чаруется даже и при более норотном исследовании,

21:1 чем это; я имею в виду тот фант, что чувственное не

может быть поназателем себя самого. Ведь из рассмат­

ривавших этот вопрос одни, нан мы не раз унаэывали48,

говорят, что чувственное воспринимается с помощью

чувственного восприятия не таним, !{aIЮВО оно по нри-

190