2. Герметизация политического универсума

Одураченные нацией, одураченные классом, страдающие мас-

сы повсеместно вовлекаются в обостряющийся конфликт, в

котором их единственными врагами являются хозяева, со зна-

нием дела использующие мистификации промышленности и

власти.

Сговор современной промышленности и государственной вла-

сти является пороком с более глубокими корнями, нежели

капиталистические и коммунистические институты и структуры,

пороком, необходимость искоренения которого не предусмотрена

диалектикой необходимости.'

Роковая взаимозависимость двух <суверенных> соци-

альных систем в современном мире указывает на то,

что конфликт между прогрессом и политикой, челове-

ком и его хозяевами стал тотальным. Сталкиваясь с

вызовом коммунизма, капитализм сталкивается с про-

должением самого себя: впечатляющим развитием всех

производительных сил после подчинения [интересам

общества - перев.} частного интереса в прибыли, за-

держивающего такое развитие. Но и коммунизм, когда

сталкивается с вызовом капитализма, также сталки-

вается с продолжением самого себя: впечатляющими

удобствами, свободами и облегчением жизненной ноши.

В обоих системах мы находим эти возможности иска-

женными, и в обоих случаях мы видим одну и ту же

причину - борьбу против формы жизни, разрушитель-

ной для базиса господства.

I Froin^ois Perroux, loc. cit., vol. Ill, p. 631 - 632; 633.

3. Победа над несчастным сознанием:

репрессивная десублимация.

После обсуждения политической интеграции разви-

того индустриального общества, достижений, ставших

возможными благодаря росту технологической произво-

дительности и непрекращающемуся завоеванию чело-

века и природы, мы хотим теперь обратиться к соот-

ветствующей интеграции в сфере культуры. В этой

главе с помощью некоторых ключевых понятий и обра-

зов литературы мы проиллюстрируем, как по ходу про-

гресса технологической рациональности ликвидируются

оппозиционные и трансцендирующие элементы <высо-

кой культуры>, которые фактически становятся жерт-

вой процесса десублимации, господствующего в развитых

регионах современного мира.

Достижения и неудачи современного общества ли-

шили высокую культуру ее прежнего значения. Про-

славление автономной личности, гуманизма, трагичес-

кой и романтической любви, по-видимому, являлось

идеалом только для пройденного этапа развития. То

же, что мы видим сейчас,- это не вырождение высокой

культуры в массовую культуру, но ее опровержение

действительностью. Действительность превосходит свою

культуру, и сегодня человек может сделать больше, чем

72

3. Победа над несчастным сознанием

культурные герои и полубоги; он уже разрешил мно-

жество проблем, казавшихся неразрешимыми. Но вмес-

те с тем он предал надежду и погубил истину, которые

сохранялись в сублимациях высокой культуры. Разу-

меется, высокая культура всегда находилась в про-

тиворечии с социальной действительностью, и наслаж-

дение ее дарами и идеалами было доступно только для

привилегированного меньшинства. Однако две анта-

гонистические сферы общества всегда сосуществовали;

высокая культура отличалась уживчивостью, и ее иде-

алы и ее истина редко тревожили действительность.

Новизна сегодняшней ситуации заключается в сгла-

живании антагонизма между культурой и социальной

действительностью путем отторжения оппозиционных,

чуждых и трансцендирующих элементов в высокой куль-

туре, благодаря которым она создавала иное измерение

реальности. Ликвидация двухмерной культуры проис-

ходит не посредством отрицания и отбрасывания <куль-

турных ценностей>, но посредством их полного встра-

ивания в утвердившийся порядок и их массового вос-

производства и демонстрации.

Фактически они становятся инструментами социаль-

ного сплачивания. В соревновании между Востоком и

Западом величие свободной литературы 'и искусства,

идеалы гуманизма, печали и радости индивида, осу-

ществление личности занимают важное место. И то,

что они являются тяжелым упреком формам современ-

ного коммунизма, современного общества, не мешает

им быть объектами ежедневного управления и продажи.

Подобно тому, как люди, зная или чувствуя, что реклама

и политические платформы по самому своему смыслу

4 Одвомервы* ienoMi

73

1. Одномерное общество

не могут быть истинными или правдивыми, продолжают

прислушиваться к ним, читать их и даже позволяют

им себя увлечь, таким же образом они принимают

традиционные ценности, делая их частью своего интел-

лектуального оснащения. И то, что средства массовой

коммуникации гармонично, часто незаметно смешивают

искусство, политику, религию и философию с коммер-

ческой рекламой, означает, что эти сферы культуры

приводятся к общему знаменателю - товарной форме.

Музыка души становится ходовой музыкой. Котируется

не истинностная ценность, а меновая стоимость. Здесь -

средоточие рациональности status quo и начало всякой

отчужденной рациональности.

Когда высокие слова о свободе и исполнении надежд

произносятся соревнующимися лидерами и политика-

ми, то, будучи тиражируемыми с помощью экранов,

радио и трибун, они превращаются в пустые звуки,

обретающие какой-то смысл только в контексте про-

паганды, бизнеса, дисциплины и релаксации. Эта асси-

миляция идеала действительностью свидетельствует о

том, насколько идеал отстал от нее. Низвергнутый из

сублимированного царства души, духа, внутреннего ми-

ра человека, он зазвучал на языке операциональных

терминов и проблем, на языке прогрессивной массовой

культуры. Это искажение указывает на то, что развитое

индустриальное общество вплотную подошло к воз-

можности материализации идеалов. Царство сублима-

ции, в котором представлялись, идеализировались и

обличались условия человеческого существования, по-

степенно сжимается, не в силах тягаться с оснащен-

ностью общества. Высокая культура становится частью

74